Пояс для Эмилии

Глава 1. Семья Орловых

– Орлова, лекция началась восемь минут назад. Почему опоздали? Что я говорил о дисциплине на вводном семинаре? – Анатолий Викторович отвлёкся от записей в блокноте, – или вы не слушали?

– Пунктуальность, залог успеха журналиста. Припозднился – упустил новость.

– Что помешало вовремя попасть на занятие?

– Телефон потеряла.

– Нашли?

Мила покачала головой.

– Присаживайтесь. В следующий раз останетесь за дверью, а в понедельник придёте на отработку.

– Спасибо.

Девушка заняла место за дальним столом. Вытащив ручку и тетрадь на пружинах, принялась конспектировать слова лектора, который постукивал пальцами по кафедре и рассказывал о кодексе профессиональной этики журналиста. В принципе, как показалось студентке, ничего сверхсложного постулаты не содержали, но выполнение зависело от качеств человеческой натуры. Так, один из пунктов обязывал репортёра брать информацию только из проверенных источников. Тогда почему продавцы в киосках наперебой предлагали жёлтые газеты, не содержавшие ни единого слова правды?

Второму курсу, где училась Мила, повезло, как говорили преподаватели. Два предмета студентам читал сам Анатолий Викторович Орлов, редактор журнала «Жизнь и Экономика». Многотысячные тиражи издания освещали все мало-мальски важные события России и зарубежных государств, не залёживались на прилавках дольше дня. Страницы пестрели интервью с ведущими политиками, банкирами, спортсменами страны и ближнего зарубежья, подробными графиками и диаграммами роста и снижения курсов валют, точными прогнозами, посему в опыте профессора не сомневался никто.

Причина, почему столь уважаемый человек каждую неделю прилетал из столицы в Краснодар, была очевидна для всех. Точнее, две причины. Светлана и Мила. Дочери, с лёгкой руки Анатолия зачисленные на факультет журналистики. Гораздо больше преподавателей интересовало, почему Орлов не забрал девушек в Москву. Особенно, талантливую старшую, без которой не обходился ни один университетский праздник, а в зачётной книжке прописались только отличные отметки.

– Эмилия, после пары покажете конспект.

– Да, конечно.

Откинув со лба чёрные, как воронье крыло, волосы, профессор вернулся к обсуждению кодекса, а Мила уткнулась в записи. Завтра семинар, и девушка ни капли не сомневалась, что отец спросит её первой. Дома отчитает за потерянный телефон и напомнит о занятии. Дескать, она должна поддерживать статус семьи, в сотый раз поставит в пример успешную сестру. Вчера фотографию Светы повесили на доску почёта, и отец великодушно оплатил обед в кафе для виновницы торжества и её подруг. Милу не позвали.

Звонок прервал лекцию. Студенты шумно собирались, предвкушая завтрак в буфете, Орлова листала исписанные страницы. Придерётся к пометкам на полях или промолчит? Не стоило вчера на лекции рисовать кольца и браслеты!

– Показывай, – Анатолий просматривал конспект, – начало перепишешь у сокурсников. Где трубку потеряла?

– Не знаю. Утром она была в сумке, сейчас нигде нет. Я все аудитории обошла, у буфетчиков спросила. Не видели. Возможно, в маршрутке подростки вытащили. Сидели по бокам двое весёлых.

Профессор снял с ремня телефон и набрал номер Милы.

– Отключён. В общем, если не найдёшь, попроси у сестры её старый, пока не заработаешь на новый. Да, Эмилия, не тянешь на стипендию, так ищи работу. И не в палатках общепита, а в серьёзных организациях, где возможен карьерный рост. Учись обеспечивать себя сама, – он убирал ноутбук и документы в портфель, – либо жди дня рождения. Вечером ещё поговорим.

В коридоре лектор поспешил на кафедру, Орлова медленно зашагала в столовую. На информационном стенде висели фотографии из жизни будущих журналистов. Посередине красовался снимок, где Светлана получала грамоту из рук чиновников. Кому-кому, а ей беспокоиться о завтрашнем дне глупо. «Ищи работу…» Как сказать отцу, что Мила уже работает? Но не там, где хочется ему! Не в местных газетах, собирающих сплетни или публикующих голые факты, а…

– Посторонись!

Девушка отпрянула к стене. Двое парней хохотали во всё горло и тащили за ноги третьего. Тот ругался в полный голос, скользил рукой по выкрашенной в миндальный цвет стене, угрожая прислать к обидчикам друзей. Ох уж эти старшекурсники!

Буфет встретил привычным звоном чашек и ложек, ароматами тёплой сдобы и шумной очередью. Студенты поглядывали на часы и просили продавщицу поторопиться: до пары оставалось менее десяти минут.

Девушка заказала какао и творожные трубочки и заняла дальний столик. Преподаватель по социологии заболел, и Орлова могла спокойно позавтракать, заодно почитать конспекты, вспомнить правовые основы журналистики. Да, она подготовилась к опросу, но не хотела запутаться в сложных формулировках и стать посмешищем. Шмурнов Роман Александрович любил вызывать ответчика к кафедре и быстро-быстро задавать вопросы, требуя сиюминутных ответов. Тот, кто проваливал испытание, две недели оставался после занятий и убирал аудиторию. Так, по словам лектора, развивались быстрота мышления и ассоциативная память. «Лучше опозоритесь перед курсом, чем в глазах потенциального работодателя!»

Глава 2. День забот

– Итак, вы Эмилия Орлова, тысяча девятьсот девяносто третьего года рождения. Учитесь на втором курсе КубГУ, в свободное от занятий время работаете на половину ставки в антикварном магазине «Венский Вальс», – следователь Иван Петрович Рябинин изучал документы девушки, – поправьте, если ошибся.

– Всё верно, – кивнула Мила.

– Хорошо. Думаю, вы знаете про ограбление магазина.

– Да.

– Нам нужны ваши показания, как возможного свидетеля преступления. Расскажите, что делали вчера в одиннадцать часов ночи.

Сквозь тюлевую занавеску в кабинет проникал солнечный свет, и Мила невольно щурилась. От запаха сырой бумаги хотелось чихать.

– Дома книгу читала, после полуночи приняла душ и спать легла.

– Кто-нибудь может это подтвердить?

– Ну… в соседних комнатах отдыхали сестра и отец.

– В таком случае, я переговорю с ними, – мужчина положил перед Орловой листок и ручку, – пишите имена, телефоны и адрес. Но алиби, как такового у вас нет.

Младшая Орлова тихо вздохнула. Не обрадуется Анатолий вызову в участок, потребует объяснений, а Света не поскупится на выражения и совсем изведёт придирками. Хоть не возвращайся!

Стоя у шкафа, Иван Петрович выстраивал в ряд папки, где содержалась информация по раскрытым делам.

– Проблемы?

– Нет-нет, – девушка принялась выводить цифры и буквы. Почувствовала, что полицейский не отводит взгляда, и нарочно улыбнулась. Пусть не думает, что запугал. Мила не причастна к нападению. – Держите.

– У вас есть предположения, кто мог ограбить лавку? Враги, завистники? Вдруг вы стали свидетелем ссоры Глеба Маслакова с кем-то из коллег по нише? Не происходило ли в последние дни что-либо странное? Необычные посетители, находки, потери – интересует всё…

Следователь допрашивал девушку почти два часа. Заставил вспомнить каждого клиента за последнюю неделю и дать словесные портреты, назвать, что купили или попросили показать.

Орлова описала и сатанистку, и выбравших янтарный перстень брата и сестру.

– Похожи? – Рябинин достал из папки три фоторобота.

– Да, это они. Откуда…

– Ваша коллега из утренней смены видела их не единожды.

– Но они не показались мне опасными.

Иван Петрович покачал головой, словно Мила сморозила редкую глупость.

– А это мы нашли в мусорном ведре, – мужчина положил пакет с «подарком» сатанистки, – на подслушивающем устройстве ваши отпечатки.

– На чём?

– Подслушивающем устройстве, – с нажимом повторил следователь, – последние технологии, подобный жучок стоит немало.

– Это приклеила к прилавку девушка, что хотела купить череп. Я это заметила и после ухода отлепила и выбросила.

– Хорошо, мы отыщем эту девушку, – Рябинина словно раздражала наивность свидетельницы. Вздохи, снисходительные улыбки и усмешка, какой умники провожают блондинок из анекдотов, – подпишите протоколы и вы свободны. До конца следственных мероприятий город советую не покидать, о любой странности сообщайте незамедлительно.

Любой странности… что ещё может случиться сегодня? Не много ли событий для утра пятницы? Хотя, уже не утра. Стрелки на часах в кабинете миновали цифру три. До лекций остался час, но Мила передумала ехать в институт. Беседа с полицейским отняла столько сил, словно младшая Орлова сложнейший экзамен, определяющий, перевести её на следующий курс или отчислить. Сноровке следователя позавидовал бы любой лектор КубГУ. Такой точно найдёт грабителей и вернёт магазину коллекции. «Венский Вальс» снова откроется, продавщица не сомневалась.

На улице второкурсница задышала полной грудью. Ласково заулыбалось солнце, подул игривый ветерок. Воробьи бойко чирикали и принимали песчаные ванны, из-за дерева готовился к прыжку рыжий кот. Слава богу, допрос завершён. Свидетель, не подозреваемая, и на том спасибо. Лишь бы всё не перевернулось с ног на голову. Сколько раз по телевизору показывали, как исчезали улики, показания менялись на противоположные, и на скамью подсудимых попадали невиновные люди. Пока преступление не раскроют, о спокойном сне придётся забыть.

Из размышлений девушку вывел знакомый голос:

– Ты?

Неужели отец уже приехал в участок? Собеседника старшего Орлова скрывала полицейская машина.

– Нашёл-таки, да? Но у тебя ничего не получится!

Хрясь!

– Я давно не в рядах Ольги!

Да это Глеб Антонович! Неужто отец ударил именно его?

– Мне всё равно! Я никогда не позволю…

Мила уронила сумку. Точно, старший Маслаков отирал кровь с разбитой губы.

Глава 3. Девичьи грёзы

Шелестели посеребрённые луной тополя.

– Нет, – Мила отступила на шаг.

– Это важно.

– Вас подозревают в ограблении магазина, а я не хочу снова идти в участок и объясняться со следователем.

Ещё примут за соучастника.

– Я должна привести тебя к одному человеку. Он объяснит всё о перстне и твоём таланте Искателя.

– Нет у меня никакого таланта… оставьте в покое!

Поправив сумку на плече, Орлова спешно зашагала по тротуару. Ветер кружил первые опавшие листья вперемежку с окурками, вдоль бордюра катилась банка из-под лимонада. Несусветная глупость – идти с незнакомым человеком непонятно куда, ещё и в третий час ночи. Нормальные люди спят, а эта караулила. Ещё втянет в криминал! Пусть идёт, откуда пришла.

– Но этот человек очень ждёт.

– Повторяю, ничем не могу помочь.

Ерунда какая-то. Если кому-то надо с ней встретиться, то пусть явится сам, а не направляет посыльных. А ещё лучше, не втягивает Милу в неприятности. Начнёшь тут новую жизнь, если старая отпускать не хочет.

– Сама придёшь… – едва слышно пробормотала девушка, – на тебя вот-вот начнут охоту.

Мила обернулась.

– Возьми маленький подарок.

На ладони русоволосой незнакомки мерцала серая жемчужина.

– Красивая.

– Будешь в опасности, сожми её. Всё произойдёт само.

– Зачем… ладно.

Орлова убрала камень в карман джинсов. Миновали секунды, Анны рядом не было. Быстро ушла или, может, исчезла? Впрочем, неважно. Надо торопиться, пока не нарвалась на патруль. Люди в форме не станут разбираться, что случилось, отведут в участок, а там и с отцом свяжутся. Лучше поспешить в кафетерий и подумать о странной девушке за кружкой горячего шоколада.

Забегаловка «Чайная ложка» работала круглосуточно. Днём повара предлагали клиентам супа, салаты, мясные закуски и свежую выпечку, вечером посетители предпочитали заказывать крепкие напитки, чай и кофе. Тёплые сентябрьские ночи вдохновляли горожан на поздние прогулки, и в предрассветные часы едва ли оставался незанятый столик. Студенты, школьники, влюблённые пары, гости южного края – все любили отдыхать в царстве ароматов какао, ванили и корицы.

Миле повезло. В дальнем углу, около дверей в уборную комнату, нашлось свободное местечко. Спрятав сумку под скамью, девушка заказала любимый напиток и тарелку с фруктовыми тарталетками. Пока готовили шоколад, второкурсница вытащила ручку и тетрадь. Теперь можно расслабиться и сопоставить факты.

Первое. Домой возвращаться нельзя. Раз решила жить самостоятельно, то не вздумай давать «задний ход». Не только станешь посмешищем для сестры, но и дашь шанс отцу отвести к врачу. Для надёжности старший Орлов всё равно претворит в жизнь гадкий план, без сомнений.

«Да-да, конечно. Мы примем превентивные меры». Обещание политиков – чем не девиз редактора московского журнала? Один в один.

Второе. Надо помочь Маслаковым восстановить «Венский Вальс». Работа в магазинчике – единственное по-настоящему стоящее событие за почти двадцать лет жизни. Да, отец дурного мнения о Глебе Антоновиче, но он не предъявил ни одного доказательства незаконной деятельности антикваров. Оболгал, чтобы унизить. В любом случае, Мила будет тщательно изучать коллекции. Понадобится, отнесёт на проверку другим любителям старины. Пока девушка сама не поймёт, где правда, а где – ложь, бросать прилавок не станет.

– Ваш заказ, – официант поставил поднос.

– Спасибо.

– Приятного аппетита.

Горячий шоколад испускал струйки пара, тарталетки вкусно пахли фруктами. Мила отложила тетрадь и принялась уплетать тёплую выпечку.

Вернулась девушка к размышлениям, когда тарелка и кружка опустели.

Третье, самое непонятное. Сатанистка, прилепившая устройство для прослушки. Отвлекла черепами и оставила жучок. Зачем? Неужели конкуренты собирают информацию о Маслаковых? Или это была помощница грабителя? Так они хотели узнать, когда в магазине никого не будет? Мила нередко задерживалась после работы и помешала бы краже.

Четвёртое, тоже странное. Брат и сестра (или нет?), покупатели янтарного перстня. Судя по словам следователя, они не раз заходили в магазин и присматривались к витринам. Обычное поведение человека, желающего приобрести ценную вещицу, но при этом знающего цену деньгам. Это жёны олигархов готовы сгребать с полок всё подряд. Орлова сама бы десять раз взвесила «за» и «против», ходила и размышляла перед важной покупкой. Маловато для обвинения в разбойном нападении.

Но…

Сумятицу внесла встреча с Анной во дворе дома Милы. Не могла она «случайно проходить мимо», только не глубокой ночью, когда обычные люди спят беспробудным сном. Нет.

Остановила, попросила пойти неизвестно к кому, пообещала неприятности, дала камень. Может, она приняла лекарства или выпила крепкого алкоголя? Ну, кому понадобится охотиться на второкурсницу журфака? Влияния и опыта нет, знаний мало, в банке не открыт вклад на миллионы, не арендована ячейка, где хранятся драгоценности. Разве что кто-то желает навредить отцу, но тогда лучше бить по его любимице-Светлане, а не по вечно проблемной младшей. И с талантами Анна тоже что-то напутала. В общем, нет веских оснований, чтобы брать всерьёз слова ночной гостьи.

Глава 4. Искатели

Проснулась Мила в кресле.

Удушающе-сладкий аромат лилий спутывал сознание, словно Орлова дремала посреди клумбы. Разбитый лоб горел огнём, приторный запах усиливал слабость. Совпадение? Вряд ли. Наверное, похитители что-то распылили в комнате.

– Приступим.

Напротив на диване сидел мужчина. Чёрные, как уголь, кудри вились до плеч, от нижней губы до ключицы тянулся уродливый рубец, заметный благодаря расстёгнутому вороту рубашки. След ожога, напоминание о болезни или давняя рана – второкурсница не знала. Указательным и большим пальцами человек держал изумруд. У двери, уперев руки в бока, стояли двое, что якобы меняли колесо на стоянке перед малым театром. Сбылось пророчество Анны. Поймали охотники дичь.

– Кто вы?

– Этого тебе знать не надо.

– Что хотите? – вместо решительного тона получился болезненный шёпот.

Незнакомец поглаживал гладко выбритый подбородок.

– Твои способности Искателя.

– Искателя чего?

– Не смеши, ты всё прекрасно знаешь, – он глядел на самоцвет, – скажи, каким свойством обладает камень, и передай его мне.

– Что…

– Белая Леди сковала его силу, а ты должна снять печать.

– Ни слова не понимаю, о чём вы говорите.

Изумруды, Искатели, печати! Леди, почему-то белые! Точнее, белая. Мила бы рассмеялась, но взгляд собеседника не предвещал ничего хорошего.

Мужчина коснулся шрама на шее.

– Похоже, сильно ударилась, раз память отшибло, – он оглянулся на помощников, – ребята, что ж вы так грубо с девочкой обошлись? Я чётко сказал: от парня избавиться, а её привести живой и здоровой. И так всю ночь проспала.

Те промычали что-то невнятное.

Избавиться от Маслакова…

– Что с Женей?

– Откуда я знаю? – хохотнул похититель, – глупая, лучше думай о себе. Пока не выполнишь задание, не получишь ни еды, ни воды. Давай, действуй, а я внимательно за тобой понаблюдаю.

Положив минерал на подлокотник кресла, мужчина вернулся на диван.

– Справишься с заданием, отпущу.

Мила прикусила губу. Лжёт, неубедительно лжёт. Не только не отпустит, но и принудит ещё к чему-нибудь. Кто бы объяснил, что значит «снять печать»? И что эта печать представляет? Не почтовым штемпелем её наложили? Чушь несусветная. Изучить, что ли, камень…

Ювелир пришёл бы в восторг от изумруда. Идеальная бриллиантовая огранка, чистота, глубина оттенка – минерал достоин украшать королевский скипетр! Правда, одну грань портит едва заметная царапинка, как зигзаг молнии. Убрать бы её, но повторная обработка уменьшит дар природы.

Студенка хотела дотронуться до изъяна, но память воскресила вечер до ограбления «Венского Вальса». Прикосновение к перстню, нахлынувшее спокойствие и безумное чувство, что янтарь ожил. В кафетерии Орлова увидела на жемчужине схожую отметину. Не этого ли добиваются похитители? Но как они узнали о происшествии в магазине? Следили? Или… подслушали с помощью нелепого устройства?

Девушка взъерошила волосы. Невидимка по-прежнему поддерживала длинную чёлку, капелька клея держала подарок Анны. Просто снять приколку нельзя, тюремщик догадается. Значит, надо придумать обманный манёвр. Забыть о головной боли и вложить в побег остатки сил.

– Перестань тянуть время.

– Я размышляю.

– Больно долго.

Пусть получат своё.

Прикосновение к метке и граням разбудило камень. Мягкий, пульсирующий свет заиграл на стенах солнечными зайчиками, а Мила против воли произнесла: «Убеждение».

– Так я и знал, – мужчина довольно потёр ладони, – теперь будь хорошей девочкой и передай мне.

– Ловите!

Пока главарь подбирал изумруд, Орлова сдёрнула с волос приколку и крепко сжала жемчужину. Руку девушки обвили змейки белёсого дыма.

– Держите…

Ладони похитителей прошли сквозь призрачное тело пленницы. Мир перед глазами померк, а когда дымка рассеялась, локоны второкурсницы взъерошил студёный ветер. Она очутилась на балконе, откуда открывался вид на бронзовые статуи мужчины, укрощающего коня. Под мостом сонно журчала река, вдали сияли под солнцем дома – великие архитектурные наследия. Жемчужина перенесла Милу за тысячи километров от южной столицы России.

Потрясение было столь велико, что Орлова не устояла. Каблук правой туфельки заскользил по плитке, и девушка схватилась за перила, но ступня вывернулась под неестественным углом. Тихо всхлипнув, Мила опустилась на пол. В ладони блестели осколки жемчужины, капля за каплей по пальцам сочилась кровь. Странно, не подделка, а камень разбился, как стеклянная новогодняя игрушка.

Глава 5. Первое задание

– Как думаете, что за кристаллы будем искать в этот раз? – Марина поглаживала овальную бирюзу, вставленную в кольцо.

– Не знаю, но надеюсь уехать куда-нибудь подальше, – Кристина лениво заплетала в косу каштановые локоны, – три подряд поездки в Подмосковье, это перебор. Хоть дом или квартиру покупай.

– Согласна.

В зале собрались Искатели. Или, в комнате совещаний, как подумалось Миле. Правда, как назвать место, где стоит овальный дубовый стол с серебряной пластиной посередине, а вокруг сидят люди с блокнотами? А ближайшие помощники Белой Леди, одетые в строгие костюмы, готовы в любой момент включить ноутбуки?

Если Дарью Евгеньевну Мила видела каждый день, то Аркадий Михайлович вернулся из поездки накануне вечером. Высокие скулы, насмешливый взгляд, трёхдневная щетина – в представлении Милы так бы мог выглядеть герой-любовник, не проходящий мимо ни одной юбки. Приталенный пиджак подчёркивал широкие плечи, среди чёрных, как смоль, локонов робко проглядывала первая седина. Нет, такой мужчина не будет бегать за молоденькими студентками, предпочтёт женщину с опытом.

Вместе с ним приехала и Анна. Судя по разговорам в буфете, хозяйка жемчужины угодила в тюрьму, но Солнцев отвёл от подопечной подозрения и добился освобождения. Пусть Орлова впервые увидела третьего человека в иерархии Искателей, но невольно почувствовала уважение. Не бросили её спасительницу на произвол судьбы, вызволили из передряги.

Лескова выбрала стул напротив Милы и подмигнула, словно сказала, что не держит зла. Ещё бы, покупательница янтарного перстня должна была сама сжать камень и перенестись в убежище, вместо этого отдала едва знакомой девушке. Ничего, второкурсница ещё поблагодарит новую подругу.

Всего Мила насчитала восемнадцать человек. К огромному изумлению на одном из стульев сидел Павел Иволгин. Тот самый заучка из её курса, который с блеском отвечал на сложнейшие вопросы преподавателей! В серьге он носил бусинку граната, опутанную серебряным листиком плюща. Украдкой Мила изучала украшения других Искателей и у всех замечала камни в серебряной оправе. Даже браслеты заместителей мастера отлили именно из металла оттенка луны, словно другой не позволял латырям раскрыть силу. Золото на берегах Фонтанки не в почёте.

Бом-бом! Маятник напольных часов возвестил о наступлении полудня.

Кристина завязала резинку на конце косы:

– Я хотела бы…

Скрипнула дверь, и девушка смолкла. Как по незримой команде все встали и склонили головы, приветствуя Белую Леди. После беседы в цветочном зале Мила не видела Ольгу Александровну. Девушка боялась беспокоить Белосельскую и с вопросами подходила к Дарье Евгеньевне. Владычица магии камней казалась Миле богиней, снизошедшей до мирских хлопот. Каждый жест, шаг наводили на мысль, что она – земное воплощение древних сил, которым поклонялись люди на заре человечества. Так или не так, Орлова не узнала: Искатели отказывались обсуждать хозяйку апартаментов.

Сегодня ведунья (как мысленно окрестила её Мила) предстала в наряде оттенка морской волны. На плечи она накинула палантин, в уши вставила массивные бирюзовые серьги. Неизменным остался пояс, мягко переливающийся при каждом шаге женщины. Не по его ли цвету красавица получила прозвище?

– Приятно видеть вас в сборе.

С грацией балерины она присела в кресло и кивнула, позволив Искателям опуститься на стулья. На мгновения Ольга Александровна задержала взгляд на каждом Искателе, словно убедилась: все настроились на поиски латырей. Истинная королева в окружении преданных слуг.

– Ночью луна переродилась и показала кристаллы, которые необходимо найти. Кристина, не ты ли хотела уехать как можно дальше?

– Да, – девушка потупила взор.

– Хорошо, – леди закинула концы платка на спину, – вместе с Мариной вы отправляетесь в Благовещенск. Точка отсчёта – местный театр драмы, радиус поисков – полтора километра. Цель – петушок из родонита.

Взмах ладони, и серебряная пластина посреди стола засияла, отобразив трёхмерную статуэтку. Клюв раскрыт, крылья расправлены, точно птица готовится вспорхнуть. Фигурка бы украсила коллекцию любого ценителя минералов. Глеб Антонович бы поставил её на витрину «Венского вальса».

– Будет исполнено.

Аркадий и Дарья быстро-быстро кликали по клавишам ноутбуков, будто уже заказывали билеты и бронировали отель для девушек.

– Далее… Карина, Лилит, вам предстоит поездка в Павлодар. Поиски начнёте от Центральной мечети, дальше, чем на два километра, не отдаляйтесь. Необходимо привести опаловое ожерелье.

Над пластиной кружилось колье, красотой и изяществом достойное потомков королевских кровей. Крупные, с грецкий орех, камни казались зеркалами в потусторонний мир, и Мила невольно повела плечами. Она могла бы поклясться, что камни скрывали зловещую силу.

Похожие на сестёр, темноволосые девушки кивнули.

– Алина и Стас, ваша цель – лазуритовый филин на дубовой ветке. Отправитесь в Иркутск, исследуйте область в пределах километра от краеведческого музея. И, предупреждаю, статуэтка массивная, поэтому обернёте в мягкую ткань и повезёте отдельной сумкой.