Позывной — Жук: Шверпункт.

Глава 1. Пролог.

Предвосхищая восходящее солнце небо осветлилось, а вдоль горизонта разлилась золотисто-розовая дымка. Город не желал сбрасывать с себя ночную дрёму, оставаясь безмолвным свидетелем вращения тускнеющих звёзд по небесному куполу. Город был брошен, позабыт и разбит. Жирные пятна пожарищ уродовали его лик, а улицы были заполнены оставленными на произвол времени и непогоды человеческими механизмами. Осиротевшие дома стояли пустыми и безжизненными, взирая тёмными провалами своих окон на царившее вокруг запустение.
Нет, жизнь не покинула эти края окончательно. Насекомые ещё ползали по земле, по зеленеющим деревьям и даже над землёй. Но не замечали ничего вокруг. Для них это было слишком огромно. Птицы порхали между деревьев и кустов, залетали в разбитые окна, беззаботно распевая свои песни. Но их волновала только их маленькая, суетная жизнь. А люди... Люди были изгнаны из этого места. Исчезли. Почти исчезли. Кое-где ещё теплилась жизнь, но это был лишь слабый намёк на отголосок прежнего разгула человеческого бытия, сопровождаемого гулом тяжёлой техники, грохотом музыки и производственным шумом.
Теперь людей было мало. Настолько мало, что они, уподобившись тараканам, осторожно шныряли по дворам в поисках пропитания, прячась в тенях, отбрасываемых бетонными исполинами многоэтажек. Люди боялись. Они быстро научились бояться той странной формы существования, что теперь расползлась по округе, безжалостно и кроваво заявив права на этот мир.
Новый доминант втоптал в асфальт и грязь самых смелых и шумных, растерзал их тела и пожрал надежды сумевших ускользнуть. Лишь самые сильные и зубастые, сумевшие подготовиться и объединиться, смогли устоять перед бездушным и неумолимым, как паровой каток, натиском врага. Порою, спалив в огне алтаря необходимости собственные души, принеся их в жертву в обмен на свою жизнь. Надолго ли хватит такой жертвы, не знал никто из них. Ведь истинный враг ещё не пришёл в этот мир. Он ещё не родился.
Первые лучи позолотили шапки многоэтажных башен и раскинувшийся по холмам город скорбно наблюдал за своим растерзанным чревом.
Асфальтовое поле, погружённое в шелестящую тень деревьев и окружающих зданий было немо и сыро. Лишь изредка по тёмным трещинам старого покрытия переступали ноги застывших на нём существ. Так похожие на людей, они ими давно не являлись. Неподвижное скопище марионеток безвольным стражем тишины пялилось невидящими глазами в предутренний влажный сумрак. Их одежда была порвана и запятнана бурым, как и безразличные ко всему лица. Их не заботили вырванные из их тел клочья плоти, отсутствующие конечности или огнестрельные раны, заполнившиеся тёмной, почти чёрной массой, что покрывалась кожистой плёнкой.
Вот кукла пожилой женщины, не издав ни звука, тяжело рухнула на колени и завалилась на бок, будто кто-то одним взмахом перерубил невидимые нити, удерживающие её на ногах. Несколько соседей синхронно повернули головы, сводя взгляды на застывшем теле. Они подхватили труп за ноги и поволокли под бетонный навес, где аккуратно уложили в одну из куч таких же безжизненных тел, после чего вернулись на место. Кроме одного, который, присев на корточки, принялся рвать мёртвую плоть зубами и механически жевать.
В соседней куче лежали точно такие же тела, внешне почти не отличающиеся. Но они не были едой. От груды мертвецов исходило лёгкое тепло. В её глубине, сокрытое от глаз стороннего наблюдателя, что-происходило. На грани слышимости можно было даже различить низкий, булькающий гул. Но насыщающейся марионетке было всё равно. Она вернулась на место и застыла в общем строю таких разных, но таких одинаковых тел.
Из-под навеса долетел едва слышный то ли хрип, то ли вздох. Ещё рано. Время ещё не пришло.
Но оно обязательно придёт.

Глава 2

— Это что сейчас было?
Егор отпрянул от экрана, сузив глаза.
Он перевёл взгляд с монитора на присутствующих. Роман молчал, уставившись в одну точку перед собой. Вячеслав выпрямился во весь свой рост, скрестив руки на груди. Его лицо было каменной маской, но в глазах шевелилась тень того, что можно было счесть за беспокойство. Никитин суетливо поправлял несуществующие очки на переносице и облизывал пересохшие губы, а Илья смотрел на инженера с немым вопросом, но Роман лишь бессильно пожал плечами — объяснений у него и правда не было.
— Я спрашиваю, это что за ебанина сейчас была? — боец настойчиво требовал ответа, пробивая тяжёлое молчание.
Роман не стал оборачиваться:
— Мотя, мы все видели одно и то же, — его голос был глухим и уставшим. — Хочешь — прокручу еще раз. Может, что-то новенькое разглядишь.
— Не надо мне ничего прокручивать! Я и с первого раза всё прекрасно увидел! — Егор резким движением отпихнул кресло инженера перед собой. — Я хочу знать! Что это, мать его, было?
— Ну и что ты увидел? — Роман устало провёл рукой по лицу, и на мгновение его пальцы задержались на веках.
— Что я видел? — Егор фыркнул, и его плечи напряглись. — Я видел, как какая-то ебучая... штука... в одно мгновение положила целый взвод спецов! Вот что я видел!
— Вот именно... — тихо, почти для себя, пробормотал Жук. — Какая-то штука... Берег?
— Что? — прозвучало угрюмо из-за спины.
— Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросил Роман.
— И о чём это? — спросил Берег, не меняя интонации.
— Импакт. За пару месяцев до того, как всё началось. Временные рамки с появлением образцов у Никитина сходятся. Да?
— Нет. Падения были раньше, — отрезал Берег.
— На записи примерно начало марта, — парировал Роман.
— А когда точно её сделали? — в разговор вклинился Илья.
— Без понятия. Файл создан в апреле. Но это значит только то, что в апреле местный эсбэшник получил эту копию. Исходник явно прогоняли через редактор — обрезали титры или ещё что. Здесь концов не найти. В любом случае, в поле зрения вояк эта каменюка попала не сразу.
— Слушайте, — осторожно продолжил Илья, — если Глебыч... то есть Дмитрий Глебович, нарыл себе такую запись, то это точно не спроста. Она явно имеет прямое отношение к нам. В смысле, к исследованиям.
Его слова повисли в воздухе.
Никитин нервно сглотнул, а Роман уставился на экран, будто пытаясь силой мысли вытянуть оттуда ответ.
— Кстати, а что это такое было вообще? — спросил Илья, снова обращаясь ко всем. — Ну, этот... объект?
Роман пожал плечами:
— Метеорит. В теории вирус мог попасть к нам с метеоритом.
— Да какой метеорит? — фыркнул Илья. — От такого булыжника кратер должен был остаться размером с Австралию!
— Ну, а что тогда?
— Ты вообще видел когда-нибудь такие камни? Это что-то искусственное.
Никитин, который до этого момента молча стоял в оцепенении, вдруг выпрямился. Его близоруко сощуренные глаза расширились от неожиданного прозрения, и в них промелькнула смесь ужаса и жуткого, ненаучного восторга. Он сделал шаг вперёд, будто пытаясь лучше разглядеть экран, и снова замер, словно испугавшись собственных мыслей.
Берег медленно обвел взглядом каждого, и его взгляд, холодный и тяжелый, на мгновение задержался на Романе.
— Версии оставим на потом, — раздалось его сухое, рубленое заключение. — Факт в том, что объект существует и он смертельно опасен. Это полностью меняет расстановку сил.
— Так! — рявкнул Мотя, с такой силой ударив ладонью по столу, что все вздрогнули. — Обождите! — его взгляд скользнул по всем присутствующим, полный презрения и раздражения. — Не знаю, как вам, а по-моему, вот эта хрень, — он с отвращением ткнул пальцем в сторону лэптопа, — уже перебор. Либо мы делаем то, за чем пришли, и валим отсюда, либо валим прямо сейчас. А на эту... херобору... я не подписывался!
Егор ещё что-то хотел добавить, развернувшись к Никитину, но его опередил Берег.
— Хватит! — его голос отсёк пыл Моти ледяным ножом. — Ты прав. На эту херобору мы не подписывались. Но она есть. И от того, что мы сбежим, она никуда не денется.
Он обвёл тяжёлым взглядом всех, задерживаясь на каждом.
— Считаем, что эта штука и есть источник. Или часть уравнения. Раньше мы шли за отчётами. Теперь мы идём за ответами. Эта запись — не причина свалить. Это причина понять, что всё это значит. И единственное место, где есть ответы — там, внизу. В серверной. В лабораториях.
Вячеслав повернулся к Моте, и его голос приобрёл стальные, командные нотки.
— Поэтому задача не меняется. Меняются ставки. Старлей — наши глаза и уши. Никитин — проводник. Жук — наш ключ ко всему, что пищит и мигает. А ты, Мотя, — Вячеслав упёрся взглядом в бойца, — обеспечишь нам коридор до цели и обратно. Вопросы?
В пультовой повисла тяжёлая, звенящая тишина. Егор, хмуро уставившись в пол, с усилием выдохнул, но всё же кивнул. Вопросов не было.
— Хорошо. Детали проработаем позже. — Берег обратился к учёному. — Андрей Иванович. Дело "Полынь". Где материалы, образцы, документация? Всё, что есть, помимо того, что мы пересняли?
Учёный беспомощно развёл руками:
— Всё... всё в лаборатории. Номер два. На минус четвёртом уровне.
— Доступ? Коды? — потребовал Берег.
— Коды есть, но... — Никитин повернулся Илье. — Всё же заблокировано...
— Обойдёмся без расшаркиваний, — флегматично обнадёжил Роман, не отрываясь от монитора. — Все точки прохода под контролем отсюда.
— Но вы туда не пройдёте, — растерянно оглянулся на него учёный. — Там... они.
Поддержав Никитина, Илья молча щёлкнул мышью. Главный экран пульта разделился на десятки цветных изображений. Кадры с нижних уровней были словно выхвачены из самого сердца кошмара.
Фигуры в белых халатах, разорванных защитных костюмах и камуфляже застыли в коридорах и помещениях, словно выставленные напоказ чучела. Некоторые стояли небольшими группами по три-четыре человека, другие — склонившись над приборами, будто застывшие операторы на заброшенной фабрике. Их были десятки. Неподвижные, молчаливые, они просто находились там, в полумраке аварийного освещения, погружённые в свой жуткий покой.
— Вот ваши материалы, товарищ подполковник, — с горькой иронией произнёс Илья.
Он увеличил изображение с одной из камер, показывающей длинный коридор. В нём, немыми часовыми, застыло не менее пятнадцати заражённых.
— Чтобы добраться до лаборатории, потребуется последовательно, отсек за отсеком, зачистить все нижние этажи. Придётся попотеть.
Все молча взирали на многообразие ужаса на экранах. Даже Мотя на мгновение замер. Его привычная ехидная усмешка сползла с лица. Он молча оценивал масштаб бедствия.
— Долго, громко и нудно, — наконец мрачно резюмировал он. — Патронов на всех не хватит. А когда мы начнём, шум поднимет на ноги всю эту ораву. А я надеялся умереть как-то иначе. Без такого… ажиотажа.
— Под нами оружейка, — вставил Карелин, тыча пальцем в схему на одном из мониторов. — Не арсенал, конечно, но матчасти хватит. Можно сначала пробиться туда. Если получится.
— Покажи схемы, — распорядился Берег. — Планы этажей, вентиляцию, коммуникационные тоннели. Всё, что есть.
Илья несколькими щелчками мыши вывел на большой настенный монитор детализированную схему подземного комплекса. Лабиринт коридоров и помещений испещряли десятки непонятных обозначений и цветных маркеров.
— Вот минус второй. Лестницы, лифт, склады, ещё склады, холодильник, спецхран, общежитие службы безопасности... — Илья криво усмехнулся. — Ну, по сути, казарма. Венткамера...
Роман, до этого молча наблюдавшей со стороны, прищурился и внезапно качнулся вперед. Его кресло с тихим скрипом подъехало ближе.
— А это что? — он ткнул пальцем в боковой тоннель на схеме, упиравшийся в большое помещение с маркировкой "Тех. зона А-2".
— Транспортный коридор и грузовой лифт, — расшифровал Карелин.
— Он на поверхность выходит?
Илья, слегка удивлённый настойчивостью, покачал головой:
— Нет, конечно. Вот... — щелчок мышью сменил план этажа. — Наш минус первый уровень. Шахта грузового лифта начинается тут.
Он привстал и обвёл указательным пальцем группу помещений, примыкавших к массивному прямоугольнику с маркировкой "Тех. зона А-1".
— Видите? Грузовой шлюз с досмотровой и охранный пост. А вот это, — палец ткнул в середину прямоугольника, — сам лифт наверх.
— Это уже за пределами фермы? — не отступал Роман.
— Нет. Замаскирован под гаражный бокс. Им не очень часто пользовались.
— Большой джип влезет?
— Туда фургон, замаскированный под рефрижератор, влезал. Обычно на нём всё и возили.
— И что именно возили? — проявил любопытство инженер.
— Да разное... Оборудование, образцы, провизию... — он запнулся, на мгновение замявшись.
Берег мгновенно поймал его колебание. — Что ещё?
— Топливные сборки для реактора и контейнеры с отходами, — нехотя выдавил Илья.
— Реактор? — брови инженера полезли вверх.
— Мы ж тут не святым духом освещаемся, — старлей пожал плечами. — Последняя загрузка была четыре месяца назад. При нынешнем уровне потребления на пять-семь лет работы.
— Лифт на поверхность отключён?
Илья кивнул.
— А внутренний грузовой?
— На ходу. Но шлюзы закрыты.
— Дистанционное управление отсюда есть?
— Предусмотрено, но...
Роман обернулся к Берегу. Их взгляды встретились — вопрошающий и оценивающий.
Вячеслав склонил подбородок и через мгновение заговорил, обращаясь ко всем:
— Значит так, — он подошёл к столу и ткнул пальцем в схему в районе грузового лифта. — Первая задача — обустроить плацдарм. Мотя прорывается к машине и перегоняет её сюда, в грузовой док. Эвакуируем Муху с его иностранкой. В это время Жук разбирается с лифтом и шлюзами. Справишься?
Роман уверенно кивнул, а Берег продолжил:
— Здесь, на объекте, должно быть оборудованное убежище, медикаменты.
— Медпункт здесь, на минус первом, — сразу отозвался Илья. — Герметичный, с генератором, аптекой и койками. Рядом с жилым блоком.
— Отлично, — кивнул Берег. — Сделаем это, затем отдых. А уже потом… — он обвёл взглядом всех собравшихся, — будем решать, что делать дальше.

Интерлюдия 1. Лиза.

— Руслан! Можешь начинать танцевать!
Звонкий голос Лизы разнёсся по дому, едва открылась входная дверь.
— Интересно... Это в честь чего? — по лестнице спускалась знакомая борода.
— Ребята вернулись из поиска! — Лиза запрыгала на одной ноге, пытаясь скинуть кроссовок. — Алла сказала, что заявку техслужбы можно закрывать. Я потом в журнале глянула — твою.
— Хы. Шикардос. — Руслан расплылся в улыбке и начал обуваться.
— А ты чего? Не совсем ещё пришёл?
— Не. Ещё есть одно дело в мастерской.
— Так на ужин не пойдёшь?
— Опоздаю.
— Попросить Надюху, чтоб припасла тебе чего-нибудь?
— Не настолько, — рассмеялся Руслан, накидывая ветровку.
— А Лена где?
— Марсиане унесли. А что? — женщина спустилась со второго этажа.
Лиза подскочила к ней и зашептала что-то на ухо. Та округлила глаза:
— Да ладно?! Много?
Шёпот стал горячее.
— А цвет? А чья?
— Женщины... — Руслан деланно закатил глаза и вышел за дверь.

* * *

На ужине, как всегда, было шумно. Гул голосов, звяканье мисок, смешки. Группа рейдеров, державшихся особняком, что-то обсуждала, сбившись в плотную кучку за дальним столом. Один из них, молодой парень, то и дело бросал взгляды в сторону Лизы.
— Глянь, Сёма опять в тебя глазками стреляет, — Лена коснулась девушку локтем.
— Ага. — Лиза даже не повернула головы.
— А ты чего?
— Ничего.
— Парень он складный. Присмотрись.
— Не хочу.
Лена улыбнулась:
— Ну, дело житейское.
Она обернулась к стоящей рядом коляске-тандему.
— Костик, не дрыгай ногами. Ешь спокойно.
Малыш был перемазан кашей по самые уши. Лена привычным движением вытерла ему лицо полотенцем.
— Давай его сюда, — Лиза протянула руки. — Я покормлю.
Костик, довольный, что его усадили за взрослый стол, с важным видом принялся изучать содержимое своей тарелки. Его брат тем временем мирно сидел на коленях у матери.
— Вот вы где! — на лавку рядом с супругой тяжело опустился Руслан.
— Забыла тебя поблагодарить, что с рюкзаками помог, — задумчиво проговорила Лиза, поправляя на коленях беспокойного карапуза.
— Да ерунда. — Руслан махнул рукой. — Тем более что со склада тебе теперь перепадут какие-нибудь вкусняшки. Верно, Лев? Подкинешь девчатам? — Руслан глянул на соседа, сидевшего напротив.
Мужчина утвердительно кивнул:
— Обязательно. Особенно если вечером на чай позовёте.
— Да, конечно! — Лиза заулыбалась. — Мы ж соседи. Так что вечером обязательно закатим пирушку в беседке.
Улыбка сошла с её лица так же внезапно, как и появилась.
— Лиз, ну что опять? — Лена внимательно посмотрела на девушку.
— Ничего. Всё нормально.
— Да вернутся они, не переживай ты так.
— Угу...