Право первой жены

Глава 1

Утро в квартире Гасановых начиналось одинаково уже много лет — не по часам, а по звукам.

Сначала тихо щёлкал чайник на кухне: Руслан вставал раньше всех. Потом скрипела дверца холодильника, негромко, почти виновато — чтобы не разбудить девочек. Через несколько минут по коридору шли мягкие шаги, и запах свежесваренного кофе добирался до спальни.

Ирина просыпалась не сразу. Она лежала с закрытыми глазами, слушая, как дом оживает, и позволяла себе эти редкие несколько минут покоя. Сорок лет — возраст, когда тело ещё послушно, но усталость уже не уходит полностью даже после сна. Каштановые волосы, собранные вечером в небрежный пучок, за ночь растрепались. Она машинально нащупала на груди тонкую цепочку с крестиком — привычный жест, оставшийся с детства. Крестик достался от бабушки, и вера здесь была ни при чём: просто память.

— Ира, ты встаёшь? — донёсся голос Руслана из кухни.

Голос у него был низкий, спокойный, без резкости. За четырнадцать лет брака она так и не научилась на слух определять, устал он сегодня или в хорошем настроении — Руслан редко позволял эмоциям выходить наружу.

— Сейчас, — ответила она, уже садясь на кровати.

Ирина надела халат и прошла в кухню.

— Ира, ты опять босиком? — Руслан стоял, застегивая пуговицы рубашки.

— Пол теплый, Руслан, не ворчи, — улыбнулась она, поворачиваясь к мужу.

В свои сорок два он сохранил ту атлетическую коренастость, которая когда-то и покорила Ирину. Типичный горец: темные, внимательные глаза, густые черные волосы и вечная легкая щетина. Бороду он принципиально не носил, считая, что в столице это добавляет ненужных вопросов, но всегда отшучивался, что ему и так хватает волос на теле. Веру он тоже не носил напоказ: мусульманин по происхождению, он соблюдал лишь те традиции, что шли от сердца и никогда не пытался переделать Ирину под себя.

Руслан подошел ближе и привычно поцеловал её в макушку. Годы брака не стерли эту нежность, хотя страсть первых лет давно сменилась чем-то более глубоким и спокойным.

Он притянул ее к себе, и его темные глаза казались совсем черными. Он медленно провел большим пальцем по цепочке ее крестика, почувствовал, как она вздохнула глубже. — Ты вкусно пахнешь.

— Руслан, девочки… — буркнула она, но не отстранилась, а позволила ему оставить нежный, долгий поцелуй у себя на губах.

Пятнадцать лет назад, он приехал в столицу на заработки — с одним чемоданом, скромными планами и очень ясным пониманием: либо получится, либо придётся возвращаться ни с чем. Ирина тогда работала интерном в поликлинике, усталая, вечно спешащая, с тёмными кругами под глазами. Они познакомились случайно — он зашёл в аптеку, где она стояла в очереди.

Их история когда-то казалась подругам Ирины сюжетом для мелодрамы. Он — приехавший на заработки парень из бедного кавказского аула, где из богатства были только горы да честное имя. Она — интерн, коренная горожанка.

Родители Руслана, люди простые и работящие, особо не возражали. Наследовать сыну было нечего, кроме старого дома, тем более он упрямо настаивал: либо Ира, либо никто. Со временем всё улеглось и Ирину приняли.

Жизнь в столице была дорогой. Квартира, взятая в кредит пять лет назад, съедала добрую часть бюджета. Ирина работала терапевтом в поликлинике — работа нервная, на износ, но стабильная. Когда-то Руслан начинал с лотка на рынке, а теперь его небольшой магазинчик хозтоваров приносил небольшой, но верный доход.

— Амина, как всегда, в два ночи еще светила телефоном, — вздохнула Ирина, наливая ему кофе.

— Поговорю, — кивнул Руслан. Он взял чашку и сел за стол, листая утренние сообщения от поставщиков.

— Амина! Софья! Пять минут до выхода! — крикнул Руслан в сторону детских комнат.

Через минуту на кухню ввалилось «двойное счастье». Тринадцатилетняя Амина, уже почти догнавшая мать ростом, и десятилетняя Соня, вечно растрепанная и сонная. Руслан души не чаял в дочерях. Вопреки ожиданиям многих, он никогда не сокрушался об отсутствии сына.

— Пап, мне нужны деньги на экскурсию! — сразу начала старшая.

— И тебе доброе утро, — усмехнулся Руслан, доставая кошелек. — Сколько?

— Мам, а ты мне косички заплетешь? — перебила София.

— Только быстрые, — отозвалась Ирина. — Руслан, не забудь вечером завезти Амину на танцы.

Он кивнул, доедая бутерброд.

— Мам, а где моя тетрадь по английскому? — спросила Амина с подростковым недовольством в голосе и резкими движениями.

— Я положила её в твой рюкзак вчера вечером, — ответила Ирина, наливая себе кофе. — Посмотри внимательнее.

— Мам, спасибо, — буркнула Амина и исчезла в комнате.

София все ещё сонная, сидела за столом, болтая ногами и макала печенье в чай.

— Ты сегодня до скольки? — спросил Руслан, забирая ключи от машины.

— У меня вторая смена, буду поздно. Заберешь Соню?

— Заберу. И ужин приготовлю, не переживай. Твои «голубцы» из кулинарии я больше есть не буду, сам сделаю нормальный плов.

Он подмигнул ей, и Ирина почувствовала, как тяжесть утренней усталости немного отступила.