Предатель. Дочь от любовницы

1

- Прикинь, что мне сказал психолог? Что любовница мужа - это энергия для жены, которой изменил какой-то козел! - то ли возмутилась, то ли восхитилась моя подруга Настя, с которой мы говорили по телефону.

- У тебя же нет мужа, - рассеянно ответила ей, замешивая тесто для пирога.

Пока погуляю, оно поднимется. А потом приду домой, напеку вкуснятины для Игоря, как раз давно не баловала его выпечкой собственного приготовления.

- Да это неважно! - отмахнулась Настя. - Ты поняла, что я тебе сказала?

Я все же отставила миску и ответила:

- Прости, Настюх… Мысли что-то не о том крутятся. Повтори, пожалуйста, что там с любовницей мужа, которого у тебя нет?

Настя по ту сторону телефонной связи очень тяжело вздохнула. И терпеливо, словно ребенку, пояснила:

- Психолог сказал, что если муж тебе изменяет, то любовница - это энергия для тебя и твоей семьи, представляешь?

- Муж мне изменяет? - не удержалась я от уточнения.

- Ну, Саш… Ну это образно же! Так что об этом думаешь?

А что я могла об этом думать? Мы с Игорем были вместе семь лет. Когда познакомились, обоим было по восемнадцать. Почти сразу стали жить вместе, а уж в том, что муж меня обожает и никогда мне не изменит, я не сомневалась. Так что какие-то любовницы, которые должны стать энергией то ли для меня, то ли для моей семьи, меня не волновали. Пусть становятся, но где-нибудь подальше от моего брака!

- Мне кажется, что это глупость какая-то, - все же ответила Насте.

Не хотела даже забивать себе голову подобной чушью, но и обидеть подругу, которая в последнее время уж очень активно занималась какими-то психологическими тренингами и сессиями, не желала тоже.

- Вот и я так думаю! Чужая баба будет энергию отнимать, а уж никак не давать! - с жаром воскликнула Настя. - Так, я изучу этот материал подробнее и обязательно с тобой поделюсь! - заверила она меня. - Иди пеки свои пироги, - напоследок сказала она и отключилась.

Я покачала головой, улыбаясь. Неугомонная Настька всегда была моей противоположностью. Мы дружили еще со школы, где нас называли анти-сиамскими близнецами. Интересно, какой черт дернул ее обсуждать семейную жизнь и, тем более, каких-то там гипотетических любовниц?

У меня по телу аж дрожь прошла. Бр—р! Даже представлять себе не желала, что Игорь свяжется с какой-нибудь женщиной, которая будет настолько себя не уважать, что влезет в чужую семью.

Все же домесив тесто, я отставила его в теплое место и накрыла чистым полотенцем. Вымыла руки и взглянула на часы. До приезда мужа времени много, а заняться особо нечем. Может, прогуляться? Идея неплохая, заодно и мысли нехорошие попробую из головы выветрить.

Решив, что пройтись по парку полчасика - это то, что мне нужно, я пошла в прихожую. Дождливая пора началась рано - на календаре только-только появились первые числа августа. И хоть на улице было пасмурно, но с неба не капало, нужно было прихватить с собой зонт.

Прогуливаясь по дорожкам парка, я опять погрузилась в то, что не давало мне покоя. А именно - отсутствие у нас с Игорем ребенка. Нам было всего по двадцать пять, мы совсем недавно начали самостоятельную жизнь, переехав от родителей в отдельную квартиру, которую взяли в ипотеку. И кто-то бы сказал, что рано отчаиваться, если бы не три года бесплодных попыток завести малыша.

Мысли об этом уже успели меня вымотать настолько, что я начинала сходить с ума. И как избавиться от них - не знала. К психологу, что ли, пойти? Только не к такому, какой достался Настюхе.

Я собиралась свернуть направо, к дорожке, которая вела вглубь парка, когда со мной поравнялась девушка, толкающая перед собой коляску. И скажу честно - к тому, что случилось дальше, меня жизнь точно не готовила. Брюнетка вдруг сорвалась с места и помчалась прочь, а коляска осталась рядом со мной!

- Девушка, стойте! Вы забыли ребенка! - крикнула я в спину незнакомки.

Она не остановилась, хотя наверняка меня слышала.

- Девушка, да стойте же вы!

Сделав несколько шагов вслед за ней, я запоздало сообразила, что тогда малыш (или малышка) останется один. А еще, что у меня в ладони зажат прямоугольник бумаги, который мне, очевидно, и сунула та девушка. «Именно так и подбрасывают детей? - мелькнула в голове дурацкая мысль. А следом еще одна: - Когда я просила бога о ребенке, я хотела своего, а не подкидыша!»

Нужно было вызвать полицию! Немедленно! И почему, как назло, рядом ни души?

С неба начал накрапывать мелкий дождик, я поежилась и, осмелившись, заглянула в коляску. На крошечном личике спящего малыша царило умиротворение. Он даже и представить не мог, что его прямо сейчас оставила собственная мать! Или кто это там был?

Развернув записку, я все же ознакомилась с ее содержимым.

«Я знаю, что ты бесплодна. Считай это моим тебе подарком», - прочла слова, написанные ровным почерком с завитушками.

Прикрыв глаза, я с силой сжала челюсти. Откуда эта брюнетка могла знать, что у меня не может быть детей? Точнее, не совсем так… Что только недавно врач под вопросом поставила мне этот диагноз? Или это просто какое-то совпадение? Может, дурацкий розыгрыш?

Вынув телефон, я набрала номер того человека, к которому обращалась в первую очередь в любых ситуациях, требующих как минимум совета. Мужа.

Игорь не ответил, но это было, в целом, ожидаемо. В последнее время он был очень занят на работе - пожарная часть, в которой он трудился начальником, готовилась к важному городскому мероприятию.

- И что же мне делать? - задала я сама себе вопрос. - Конечно, нужна полиция… Однозначно!

Решив вызвать стражей порядка и, рассказав им все, отдать на их попечение несчастного малыша, я уже готовилась набрать короткий номер, но заметила свидетельство о рождении, вложенное в карман на бортике коляски таким образом, что его нельзя было не заметить. Вытащив его, я прочла:

«Харламова София Игоревна».

Судя по дате рождения, малышке сегодня было ровно две недели. Маленькая девочка… о которой я так мечтала. Только не об этой, а о своей собственной. Она тоже была бы Харламовой и носила то же самое отчество. Только звали бы ее иначе.

2

Признаться, я вообще в своей жизни никаких Леонтьевичей кроме Игоря не встречала. И вот такое совпадение - и имя, и фамилия, и Леонтьевич: все один к одному. Мысли о том, что мой муж может иметь самое прямое отношение к этой девочке, я даже не допускала.

Пока я стояла в ступоре и раз за разом вчитывалась в написанное в свидетельстве, София проснулась и стала сначала кряхтеть, а потом попискивать. С младенцами дела я не имела ни разу. Ну как, не имела… Могла потетешкать чужого ребенка, но все, что касалось кормления или смены подгузников было для меня Терра инкогнито. Так что стоило только малышке огласить парк криком, я сунула свидетельство обратно в карман на коляске и стала покатывать ее туда-обратно.

- Тише-тише, - уговаривала я малышку. - Сейчас мы вызовем полицию, пусть они со всем разберутся.

Почему я медлила с этим шагом? Честно говоря, мне было очень страшно. Ведь могли выясниться те подробности, смириться с которыми я точно не смогу. Например, что брюнетка, бросившая младенца, - любовница Игоря. Но ведь и просто оставить здесь Софию, уйти и сделать вид, что ничего не видела и не слышала, я тоже не в силах!

Пока я решалась на то, чтобы позвонить полицейским, на мой телефон поступил звонок от мужа. Он был тем, кто мог по щелчку пальцев решить проблемы данного характера. Связаться с нужными службами, сказать мне, что делать… И заверить, что София зачата без его участия. Большего мне попросту и не нужно!

- Алло! - ответила я на звонок. - Игорь… ты уже освободился?

Ответом мне была тишина, а вот малышка начала орать еще громче. Не помогло даже то, что я стала прохаживаться по парку, толкая коляску перед собой.

- Саш? Ты вообще где? - после небольшой паузы раздался голос мужа.

Я сделала глубокий вдох и выдала скороговоркой:

- Я в парке. Пошла гулять, а тут… Какая-то девушка забыла коляску с младенцем. Что мне делать?

Прикрыв глаза, я считала про себя секунды и ждала, что же скажет мне Игорь.

- Конечно, звони в полицию… Так, сейчас, подожди, я вызову наряд и приеду сам. Ты возле нашего дома?

Облегчение смешалось с желанием поведать и о других находках - записке и свидетельстве о рождении. Сказать о них сейчас? Или дождаться, пока муж приедет, а уже по его лицу постараться понять хоть что-то?

- Да, я возле нашего дома. И… тут есть кое-что еще. В коляске свидетельство о рождении. В нем отцом указан… Игорь Леонтьевич Харламов.

Имя мужа я произнесла едва слышно помертвевшими губами. И замерла. Только крик Софии пробивался сквозь ватную тишину, которая заложила уши и сделала меня едва ли не глухой напрочь.

- Я сейчас буду, - также тихо ответил Игорь и положил трубку.

Последующие двадцать минут, которые я провела в ожидании мужа, впечатались в мою память навсегда. Я, как умалишенная, расхаживала по безлюдной дорожке под дождем, который все усиливался, и качала, качала, качала эту злосчастную коляску! Да так, что у меня уже мозоли на руках образовались.

Саша, тебе нужно думать холодной головой! Какова вероятность того, что Игорь гульнул где-то на стороне и заделал другой женщине ребенка? Нулевая! Даже минус тысячной степени, ведь ты настолько уверена в муже, насколько не была уверена ни в ком и никогда! Так почему ты сейчас позволяешь сомнениям себя охватить? Игорь ни единого раза не дал повода думать о нем плохо… Вот и сейчас он приедет, вы дождетесь полицию, а потом все решится. И будете вы вспоминать об этой истории, как о чем-то настолько забавном, что даже не грех будет посмеяться на семейных посиделках.

- Саш! - окликнул меня голос мужа, когда София, устав, затихла, а я встала посреди парка, как вкопанная.

И даже дождь, что промочил мою одежду и превратил волосы в сосульки, был какой-то незаметной помехой.

- Слава богу! - обрадовалась я, но, похоже, слишком рано.

Судя по лицу мужа, на котором было написано виновато-упрямое выражение, испытывать ликование сейчас не стоило. Я тут же убедила себя в том, что это мне кажется. Успела накрутить себя бог ведает чем, вот теперь и вижу того, чего на самом деле нет.

- Как это произошло? - спросил Игорь, подойдя ко мне и заглянув в коляску.

София не спала, она вдруг превратилась в ребенка, на лице которого было выражение а-ля: ну и что дальше? Вот и мне хотелось бы знать ответ на этот вопрос.

- Я поставила пироги, - сказала в ответ мужу и замолчала.

Харламов взглянул на меня удивленно.

- Я поставила тесто на пироги и пошла немного прогуляться, пока ждала тебя с работы. Собиралась свернуть вон на ту дорожку. Со мной поравнялась девушка с коляской и, оставив ребенка, сбежала! Ты представляешь?

В голосе моем прорезались истерические нотки. Вполне оправданные, если учесть все события, которые свалились на мою голову.

- И это… все? - спросил Игорь.

Малышка снова начала жалобно хныкать. Видимо, хочет или есть, или ей нужно сменить памперс. А в коляске, судя по всему, ни смеси, ни подгузников!

- Нет, не все. Вот записка, - протянула я ему послание от незнакомки.

Игорь взял его и внимательно изучил. Он хмурил брови и перечитывал написанное раз за разом, как будто слова на бумаге менялись и в них появлялся какой-то иной смысл, который был доступен только мужу.

- А свидетельство? - наконец спросил он.

- Вон, - указала я на документ, снова начиная прокатывать коляску туда-сюда.

София начала переходить на такие тона, которые явственно говорили - если у кого-то и случится истерика, то она на нее стоит первая в очереди.

- Нам нужно вызвать полицию! - с нажимом и визгливыми нотками, в которых не узнавала саму себя, сказала я. - И немедленно! У нас ни еды, ни воды, ни памперсов! А она наверняка голодная, или обделалась!

Я снова схватилась за телефон, но муж меня остановил:

- Не нужно полицию! - то ли взмолился, то ли приказал он мне. - Пойдем домой.

Я растерянно захлопала глазами, глядя на Игоря и не узнавая человека, с которым мы были знакомы целых семь лет. Он что, предлагал оставить младенца здесь? Одного и под дождем?

3

София, словно поняв, что именно я произнесла, развопилась с такой силой, что нас, наверно, слышал весь подъезд. Игорь же смотрел на меня виновато, только сильнее сжал ручку коляски. Да так, что костяшки его пальцев побелели.

- Саш… все дома, хорошо? Сейчас кто-нибудь сто процентов выглянет!

Его волновал этот момент? Что какая-нибудь Марья Ивановна из сто четвертой решит посмотреть, чей там младенец надрывается на общей площадке? Мне вот на это вообще было плевать!

- Ты меня слышал, Харламов! - перекрикивая плач ребенка, ответила мужу. - Я требую хоть каких-то объяснений!

И в этот момент Игорь сделал то, чего я никак не ожидала. Он подошел ко мне, взял за руку и оттащил с прохода! Потом открыл дверь ключом, и все же вкатил коляску в квартиру! Что мне теперь делать? Ехать к родителям, оставив Игоря наедине с нагулянным им дитем?

У меня в голове не укладывалось, что это правда, а не злой розыгрыш… Я просто в это отказывалась верить! Харламов ведь знал меня… Он должен понимать, что это конец нашего брака!

- Саша, пожалуйста, зайди домой… - попросил меня муж, выглянув в коридор, где я так и продолжала стоять, ошарашенная происходящим.

- А то что? Тебе не с кем будет оставить ребенка, чтобы сходить ему за едой? А! Дайте-ка подумать! Или я побуду с малышкой, пока ты не принесешь ей смесь и памперсы, или, если я не выдержу и уеду к родителям, ты вызовешь ее настоящую мать? Как там ее зовут? Вероника? Ах, уверена, она прибежит на выручку сразу же! Или может, Софию вообще кормили грудью, м? И сейчас ты начнешь метаться, чтобы обеспечить ее привычным питанием? Ну так беги за горе-мамашей! Только ребенка с собой прихвати!

Игорь выслушал мою тираду, не перебивая. Только смотрел все так же - с невыразимым чувством вины, которое разливалось по радужке серых глаз. Ну-ну! Пусть чувствует себя именно так - провинившейся донельзя сволочью!

- Саша… пожалуйста, просто зайди домой. Я сам решу все вопросы с дочерью. Ее мать здесь не появится, обещаю. А потом мы поговорим.

Игорь вновь скрылся в недрах нашей квартиры, а я осталась упрямо стоять под дверью. Мне нужно было решить, что делать дальше, хоть это сейчас и казалось чем-то из разряда фантастики. Но мысль о том, что Харламов действительно может позвать в наш дом мать девочки, меня ужасала…

Все же войдя в свой дом, который я никому не собиралась отдавать, я стащила с себя мокрую насквозь толстовку. Крик Софии оглашал пространство нашей однушки, и некуда от него было деться. Пройдя в ванную, я сняла джинсы и майку, обмоталась сухим полотенцем и вышла. Когда поняла, что Игорь закатил грязную коляску прямо в нашу комнату, захотелось выругаться.

- Я все уберу! - словно прочитав мои мысли, сказал Харламов, выйдя ко мне навстречу.

Я прикрыла глаза и досчитала до трех, пытаясь успокоиться. Все тщетно! Спокойствием тут и не пахло. Прошла на кухню, увидела, что тесто уже перевалило за край миски. При виде этой картины стало так себя жаль, что я не удержалась и громко всхлипнула. Пока я тут кулинарничала и пыталась накормить мужа разносолами, он успел сходить налево и заделать ребенка. И не просто сделал это, но еще и съездил с этой женщиной в ЗАГС, где записал дочь на себя!

А может, все было еще проще, но сложнее одновременно? Может, все это время Игорь вообще жил на две семьи? Какой же ужас!

Запихнув сбежавшее тесто обратно в миску, я выбросила его в помойку. Конечно, могла и не раскидываться продуктами, заморозив тесто впрок, но у меня сейчас голова была забита другим. А уж о том, чтобы после всего случившегося, как ни в чем не бывало заниматься выпечкой, я вообще помыслить не могла.

- Я заказал необходимое, сейчас привезут и она успокоится, - обратился ко мне муж, когда я стояла, тяжело оперевшись о раковину и смотрела в никуда.

Только в ушах так и звучали крики Софии, которые сейчас казались наполненными какой-то жуткой безысходностью. Что ж, я вполне ее понимала, потому что ощущала то же самое.

- Позвони ее матери и пусть она заберет твою дочь, - каким-то чужим голосом, который напугал даже меня саму, ответила, повернув голову к Игорю.

- Я звонил. Она отключила телефон.

- Тогда отвези ее туда! Ты ведь знаешь, где она живет!

Я не сдержалась и, подлетев к мужу, стала лупить его, куда ни попадя.

- Ты! Ведь! Знаешь! Где! Она! Живет! - кричала я, молотя Харламова кулаками по груди, плечам, лицу.

Меня не останавливал даже тот факт, что полотенце слетело, и я вообще осталась в одних трусах. Плевать! Мне вообще на все уже плевать!

Игорь терпеливо сносил мои побои до момента, пока я не выдохлась и, не подхватив с пола полотенце, приложила его к груди и отступила. Тяжело дыша, я смотрела на мужа, ожидая хоть чего-то! Что обычно мужчины делают в таких ситуациях? Бросаются на колени перед женой? Умоляют простить? Пытаются оправдаться? Но я ведь знала, что Игорь делать так не будет. Он всегда удивлял меня своим спокойствием и даже хладнокровием… Но, пожалуй, в его профессии иначе было никак.

- Да, я знаю, где живет Ника, - кивнул Харламов. - И как только накормлю и переодену Софию, мы с тобой сядем поговорить, а потом я отвезу ребенка матери.

Он не стал дожидаться моего ответа, просто развернулся и ушел. И я криво усмехнулась. Ну, конечно! Сейчас он гораздо больше нужен ревущему младенцу, которого произвел на стороне, а не своей жене, что чувствовала себя сейчас попросту раздавленной…

4

Пока Игорь занимался Софией, я делала то, что хоть немного меня успокоило. Сначала запустила стирку, затем - прошла в нашу комнату и достала из комода чистые сухие вещи. Джинсы и толстовку. Оставаться и дальше здесь, если Харламов не собирается отвозить младенца матери, я не планировала.

С ребенком муж обращался неуклюже, это я заметила краем глаза. А когда разводил смесь, и вовсе чертыхнулся раза четыре, а сама еда для Софии получилась только со второй попытки - первая порция отправилась в раковину.

При иных обстоятельствах мне было бы даже забавно наблюдать за Игорем. В одной руке ребенок, в другой - телефон. Потом младенец вопит в коляске, пока Харламов судорожно бежит на кухню. И так по кругу. Мне удалось собраться, паника и шок немного отступили, так что за всем происходящим я наблюдала как будто бы со стороны. И в голове, наконец, начали появляться здравые мысли.

Что может сделать Игорь, что пойдет вразрез моим желаниям? Оставит здесь ребенка? Я уеду к родителям и буду жить с ними. И параллельно заниматься разводом и разделом совместно нажитого имущества. Надо будет выяснить, как именно это происходит в случае, если квартира ипотечная.

Приведет сюда Веронику? Глупости. Во-первых, я была уверена, что Харламов так не поступит. Во-вторых, от наличия чужих людей в квартире вполне может избавить простой звонок в полицию.

Наконец, София замолчала. То ли ей хватило того, что готов был предоставить горе-папаша, то ли просто выдохлась и устала, этого я знать не могла.

- Поговорим? - тихо спросил Игорь, зайдя ко мне на кухню, где я пыталась успокоиться порцией чая с ромашкой.

Правда, безуспешно. Мысли, так или иначе, возвращались к обстоятельствам зачатия дочери моего мужа. Их, конечно, я знать не могла, зато понимала другое: Харламов сходил налево в тот момент, когда ничто не предвещало беды.

- Ну, я не знаю, что еще тебе стоит присовокуплять к сказанному, - пожала я плечами, отставляя чашку.

Игорь устроился за столом и взъерошил волосы пальцами. На меня снова воззрился с тем чувством вины, которое за последние пару часов уже казалось въевшимся в его взгляд.

- Мне нечем оправдаться перед тобой, Саша, - сказал он после довольно продолжительной паузы.

Я его не торопила, молча ждала, что же Харламов мне поведает. А ложь это будет, или нет, никто ответа на этот вопрос мне дать не мог.

- И это все? - спросила я и демонстративно взглянула на часы. - Я ждала столько времени, а в итоге ты говоришь, что тебе нечем передо мной оправдаться?

Я не справилась с собой, и мой голос снова поднялся на несколько октав. Что он вообще себе думает? Какие предположения у него имеются на мой счет? Бесплодная жена согласится на любого бастарда и будет рада нянчить хоть троих детей, нагулянных на стороне?

- У меня с Никой было… один раз, - сказал он, на что я закатила глаза.

Какая банальность!

- Дальше, - велела мужу.

- Мы тогда праздновали день рождения Бортникова…

- И ты напился, а там были официантки, а то и проститутки, - продолжила я издевательским тоном. - Кстати… Для жены Вити будет сюрпризом, что на его днях рождения бывают шлюхи!

- Там не было никаких шлюх! Просто за другим столом сидела компания девушек.

Мне стало очень интересно, кого защищает в этот момент Игорь - друга или женщину, которая родила ему ребенка?

- Ну, окей… Ваши глаза встретились, ты понял, что забыл жену… дальше что было? - с горькой насмешкой ответила Харламову. - Вы поехали к Нике?

Игорь помотал головой и опустил глаза. Как бы ни было мне больно сейчас поднимать со дна всю эту муть, я должна была знать все обстоятельства произошедшего. Зачем? Наверно, мне так в итоге станет легче.

- Во-первых, я не забыл жену… Я люблю только тебя, Саша…

Я снова закатила глаза. Слушать эти сопли из разряда: не виноватый я, она сама мне упала на пах, я не собиралась. Это было слишком унизительно.

- А во-вторых?

- Во-вторых, все произошло прямо в ресторане. И нет, я не был настолько пьян, чтобы об этом не помнить.

Прекрасно! Просто чистый восторг! Мой муж увидел незнакомку, она - его. И вот он пошел и просто переспал с ней в туалете, или где там это было? Господи, святые угодники! А что если это не разовый эпизод, а у Харламова за спиной уже целый послужной список вот таких девиц, с которыми были походы налево?

- Это было только один раз! - воскликнул он, вскакивая из-за стола и бросаясь ко мне.

Я инстинктивно выставила перед собой руку со скрюченными пальцами, которыми так и хотелось пройтись по морде мужа!

- Этого я проверить не могу! - рявкнула в ответ.

В комнате снова захныкала София. Да сколько же можно! Мне ведь было обещано, что после кормления ее повезут к матери!

- Да, и я тоже не могу просить тебя поверить мне на слово, потому что я облажался, Саш… И как загладить свою вину - не знаю.

Загладить вину?! Он это называл именно так? Дорогая, я тут разбил яйцо в холодильнике, не убрал его и отключил перед поездкой на море, теперь боюсь открывать дверцу. Милая, я забыл купить тебе цветов на восьмое марта. Неужели в этот ряд могло встать что-то вроде: я сходил налево и у нас с любовницей родилась дочь, которую я зарегистрировал на себя и собирался скрывать?

- Игорь, ты никак не можешь искупить то, что сотворил. Ты знал больше девяти месяцев, что переспал с другой бабой! Ты знал, что она залетела. Ты пошел с ней в ЗАГС и признал вашу дочь. Ты бы прятал от меня вторую семью, если бы Ника не бросила сегодня со мной Софию! А самое жуткое в этом всем, что твоя левая баба знает о моем бесплодии! Ты с ней делился даже этим!

Я перешла едва ли не на ультразвук, отчего младенец разорался просто адски… Но прежде, чем Игорь бы хоть что-то ответил на ворох заслуженных претензий, случилось неожиданное. На телефон мужа поступил звонок, и пока я надеялась, что это одумалась кукушка, которая начнет требовать, чтобы ей вернули ребенка, Харламов бросил собеседнику короткую фразу, а потом и вовсе вскочил и заявил прежде, чем умчаться прочь:

5

Так, нужно было собраться с мыслями! Первым делом я бросилась звонить родителям Игоря. С ними у меня были прекрасные отношения, они меня любили, как родную дочь. С мамой мужа, Елизаветой Николаевной, я могла даже порою поделиться тем, что не решалась озвучить собственной матери. И вот звонила ей, надеясь, что ее не хватит удар от новостей.

- Алло, Сашенька, привет! А я как раз собиралась сама тебе отзвониться, - отозвалась Елизавета Николаевна на третьем гудке.

Я открыла было рот, чтобы сразу выдать ей все, да так и закрыла, запоздало сообразив, что не подумала о главном: что, если родители Игоря тоже обо всем знали?

- Лизавета Николавна, - начала я, подбирая слова, - тут такое дело… У вашего сына есть дочь от другой женщины. Она родилась пару недель назад. И именно эта самая дочь сейчас разрывается плачем на заднем плане.

Я намеренно вошла в комнату, где вопила София, остановилась в полуметре от коляски. Тишина на том конце связи была такой звенящей, что у меня от нее даже уши заложило.

- Это… шутка такая, Саш? По-моему, не смешно…

В голосе свекрови слышался явный укор, в ответ на который я горько усмехнулась. А мне-то как не смешно…

- Это не шутка. Я гуляла в парке, мне вручила ребенка некая Вероника. Оказалось, что с нею ваш сын переспал девять месяцев назад, у них родилась дочь. Теперь Ника решила «подарить» мне этого ребенка. Ну и, как я уже сказала до этого, София плачет, потому что я к ней подходить не собираюсь, а Игорь умчался на пожар.

Выпалив все это скороговоркой, я прикусила нижнюю губу и стала дожидаться ответа, прекрасно понимая, что сейчас свекровь находится в состоянии полнейшего ступора. Если, конечно, она не врала и действительно об этом ребенке не знала.

- Я сейчас же приеду! - заявила Елизавета Николаевна через несколько мгновений и я с облегчением выдохнула.

Вторым звонком стало обращение в полицию. И чего он мне стоил, не знал никто. Потому что очень неуютно и некомфортно было рассказывать эту историю, больше похожую на серию мыльной оперы.

- Так отец ребенка - ваш муж? - задали мне вопрос, когда я коротко рассказала все обстоятельства обретения Софии.

- Да, мой муж.

- И он сейчас на работе?

- Именно так.

- А какая опасность грозит ребенку? Вы не можете с ним посидеть, пока ваш муж не вернется?

Клянусь, я так и видела, как потом эта история переходит из уст в уста, при этом надо мною в ней смеются на все лады. Так глупо я не чувствовала себя ни разу в жизни.

- Никакой опасности ребенку не грозит! Но я не собираюсь сидеть с подкидышем! Понимаете, мне ребенка подбросили! - не выдержала я.

На том конце возникла пауза.

- Вам подбросили ребенка, но его отец - ваш муж?

Я начала сходить с ума, иначе то состояние, в которое впадала, и назвать было нельзя.

- Если вам так будет угодно - мне подбросили ребенка и я не знаю, кто его отец! - рявкнула я. - Пришлите наряд полиции!

Снова возникло молчание, после чего диспетчер недовольно ответила:

- Диктуйте адрес.

Положив трубку, я усомнилась в том, что вызванный наряд все же прибудет. Одно дело - когда действительно находят младенцев без родителей, а тут я собственными устами подтвердила, что София не сирота и я не просто знаю ее отца, но меня еще и угораздило выйти за него замуж. Но уж пусть будет как будет… Не станет же Игорь тушить пожар вечность! Вот приедет и пусть выполняет то, что пообещал!

В ожидании свекрови, я стала метаться по квартире, сходя с ума от плача ребенка. Но я просто не смогу заставить себя подойти к Софии, не говоря уже о том, чтобы взять ее на руки. И это, конечно же, не месть… Просто нянчиться с нагулянным дитем - выше моих сил.

Раздался требовательный звонок в дверь, и я ринулась открывать. Пусть это будет кто угодно - полиция, свекровь, папа римский… Лишь бы только выйти из этого чудовищного круга, в который я влипла, как муха в паутину.

- Сашенька! Так это правда? В голове не укладывается! - запричитала Елизавета Николаевна (а это была именно она), как только переступила порог нашей с Игорем квартиры. - Слышу, слышу! Вот же какая напасть! - продолжила она, быстро разуваясь и раздеваясь. - Как он вообще это объяснил? Что сказал в свое оправдание?

Судя по ее голосу, свекровь пребывала в состоянии крайнего нервного напряжения, что являлось полным отражением того, что ощущала я сама.

- Никак не объяснил. Встретил девушку в кафе, с ней переспал, родилась дочь, - буркнула я в ответ.

Елизавета Николаевна направилась в ванную, где скрупулезно вымыла руки. Ясное дело, сейчас будет сюсюкать с Софией, пока мы ждем стражей порядка…

- Кстати, я вызвала полицию, - мрачно уведомила я свекровь, когда та вытерла руки полотенцем и пошла на крики младенца.

Она приостановилась и, обернувшись ко мне, окинула удивленным взглядом, в котором сквозили нотки оторопи.

- Полицию? Зачем? - потребовала свекровь ответа.

Я начала заводиться. Неужели она решила, будто я стану сидеть, сложа руки, и ждать, пока блудный отец соизволит приехать и заняться своим ребенком?

- Затем, что мне подбросили младенца, Елизавета Николаевна! Вот зачем! А такими делами обычно занимаются соответствующие органы.

Она тяжело вздохнула, но отвечать не стала. Прошла к коляске с Софией, которая теперь лишь жалобно всхлипывала, склонилась над ней.

- А кто у нас тут такой маленький и хорошенький? - защебетала свекровь, и не успела я справиться со рвотным позывом, как раздался ее обвиняющий голос: - Саша, ты с ума сошла? Ребенок закутан так, что у нее вот-вот будет тепловой удар! Ты что, хочешь ее погубить?!

6

Я так и застыла, как вкопанная, пока Елизавета Николаевна вытаскивала Софию из коляски. Подойдя к нашей с Игорем кровати, она уложила ребенка на нее и быстро сняла пледик, в который, видимо, Харламов и замотал дочь.

- Все претензии - высказывайте вашему сыну! - процедила я с такой злостью, какой еще не испытывала ни разу в жизни. - Это он притащил в наш дом нагулянного ребенка!

Она взяла девочку на руки и стала ее покачивать. При этом на лице свекрови было такое выражение, что по нему сразу стало ясно: она приняла внучку с первых мгновений, и рассчитывать на то, что Елизавета Николаевна займет мою сторону, не приходилось.

- Софочка здесь не при чем, Саша, - строго сказала свекровь. - Ты была обязана сделать все, чтобы малышка получила то, в чем нуждается. А именно - банальный уход. Правда, Софочка? Маленькая ты крошечка…

Она сюсюкала над младенцем, который успокоился, а я ощущала себя лишним элементом во всем этом. Дожили! В собственном доме мне не место! И если Игорь вернется раньше, чем приедет полиция, то их вообще будет трое против меня одной. Но я так оставлять этого не собиралась… Пусть муж забирает ребенка и увозит его куда подальше.

Ни слова не говоря, чтобы не затевать бесполезный спор, в котором мы каждая останемся при своем, я ушла на кухню, откуда еще раз позвонила, чтобы убедиться, что вызванный наряд полиции все же до нас доберется.

Сидя за столом и уткнувшись взглядом в одну точку, я ловила себя на том, что раньше, когда Игоря вызывали на крупные пожары, я изводилась так, что каждую секунду проверяла местные группы со сводками чрезвычайных происшествий, чтобы только постоянно быть в курсе того, что с мужем все в порядке. Сейчас же даже рука к телефону не тянулась.

Я прокручивала в голове момент, когда Харламов умчался, оставив меня наедине с Софией. Он ведь мог сесть в машину, позвонить мне и сказать, что пришлет на подмогу, скажем, мать… Или попросить хоть одним глазком приглядеть за девочкой. Но он бросил нас с ней вдвоем, как будто это было в порядке вещей!

Прислушиваясь к тому, что происходило в комнате, и слыша, как Елизавета Николаевна то поет колыбельные, то увещевает малышку, я чувствовала себя так, как будто в данный момент кто-то прохаживается грязными сапогами прямиком по моему чистому уютному жилищу. Пришлось даже отрезвлять себя напоминаниями о том, что это всего лишь двухнедельный младенец и моя свекровь.

Наконец, в дверь позвонили и я, подскочив с места, устремилась открывать с отчаянно колотящимся сердцем. На пороге обнаружились двое полицейских и, судя по их мрачному виду, я поняла, что они относятся к этому визиту совсем не так, как я могла на то рассчитывать. С другой стороны, мне то что? Пусть составляют протоколы и рассказывают сами, как мне поступить в этой ситуации.

- Проходите, - пригласила я их, указав в сторону кухни.

Из комнаты тотчас вышла свекровь. Одна. Увидев полицейских, улыбнулась насквозь фальшиво, а меня смерила крайне недовольным взглядом.

- Софочка уснула, потише, пожалуйста, - попросила она и прошествовала на кухню, как будто ее туда звали.

Я вздохнула - без наличия Елизаветы Николаевны, видимо, было не обойтись.

- Полицию вызывали… вы? - сказал капитан Свиридов, когда мы собрались на кухне за столом.

- Я, - кивнула на его вопрос. - Мне в парке подбросили ребенка…

- Отец которого - ваш муж, - хохотнул его напарник с какой-то мудреной фамилией, которую я даже не запомнила.

- Именно так! Отец Софочки - мой сын, Игорь Харламов. Он - начальник пожарной части, возможно, вы его знаете?

Я воззрилась на свекровь, не узнавая в ней ту женщину, которая была рядом семь лет. Неужели она притворялась все это время? Или показала свое истинное лицо только когда поняла, что стала бабушкой?

- Не знаю, - отрезал капитан и посмотрел на меня внимательно. - Вы можете рассказать все в подробностях? - спросил он меня.

Свекровь хотела вступить в беседу, но капитна смерил ее взглядом.

- Сейчас. Дайте мне секунду, - попросила я и метнулась за запиской и свидетельством о рождении.

Положив их перед полицейскими, я начала рассказ, стараясь, чтобы слова звучали четко и по делу:

- Я гуляла в парке, когда рядом со мной оказалась девушка. Она оставила коляску с ребенком, а когда я окрикнула ее и указала на это, попросту убежала. При младенце обнаружились свидетельство, где отцом указан мой муж, а еще записка, в которой говорится, что эта девочка - подарок для меня.

Свиридов изучал то, что я ему дала, со всем тщанием. Потом посмотрел на меня и спросил:

- Какова причина вызова полиции? Ваш муж сказал, что не знает этого ребенка?

Я почувствовала себя неуютно и окончательно глупо.

- Нет. Знает. Он признал дочь и сам зарегистрировал ее в органах ЗАГСа. Но ребенка подбросили! Я не умею обращаться с детьми! - начала я, но тут уже не выдержала свекровь.

- Научишься! Если Софочка не нужна родной матери, а ты никого родить не можешь - будь благодарна за то, что не останешься бездетной! Я научу тебя всему. Как пеленать, как кормить по часам! И перестань уже дергать занятых людей по пустякам. - Она повернулась к полицейским и сказала: - Я - бабушка этого младенчика. Игорь вот-вот вернется. Он - отец и с ним ребенку не грозит никакой опасности! Так что думаю, вы можете быть свободны.

- В смысле, свободны?! Пусть хоть кто-то разберется с тем, что младенцами разбрасываются направо и налево! Она мне его кинула, словно кость собаке! - начала я, но Елизавета Николаевна уже начала входить в раж:

- Нас там не было, сказать этого мы точно не можем! Но даже если та девочка ошиблась и поступила так, это не повод привлекать органы! У Софочки есть папа и бабушка. Мы позаботимся о малышке! Я сейчас же покажу вам паспорт, чтобы вы убедились, что я родственница моей девочке…

Она стала подниматься из-за стола, пока я сидела, что называется, обтекая. И понимая, что стоит только наряду полиции уехать, я соберу вещи и уйду. И пусть воспитывают Софочку сколько им влезет! Но только без моего участия!

7

Честно говоря, от прибытия мужа я испытала… облегчение. Потому что наконец-то эта катавасия могла и должна была завершиться. Или он заберет свою родню и уедет из квартиры (что станет самым благоприятным исходом), или же я возьму самое необходимое на первое время и поминайте, как звали. А зияющую рану в душе попробую залечить потом… когда-нибудь. Сейчас бы мне просто во всем этом выжить.

Капитан полиции, кажется, тоже испытывал те же самые чувства. А мать Харламова и вовсе приободрилась и смотрела на нас всех с видом победительницы. Мелькнула нехорошая догадка, что она знала о ребенке и наличии у Игоря любовницы. И не просто знала, но и была целиком и полностью за то, чтобы сын был с ними. Ну а получилось, как получилось.

- Капитан, можно тебя на секундочку? - спросил Харламов, не глядя на нас.

Их со Свиридовым взгляды встретились, и я невольно вздрогнула. За те годы, что мы с Игорем были вместе, я успела узнать мужа еще и с этой стороны. Подобные вопросы, которые касались общения с представителями правопорядка, он решал быстро. Не лебезил и не блеял, говорил четко и по делу.

- Ну, нет уж! - вступила я в разговор. - Мы тоже здесь все желаем послушать то, что ты хочешь сказать наедине.

Игорь посмотрел на меня одновременно виновато и недовольно, но сказать ничего не успел, когда вмешалась Елизавета Николаевна. А я и не замечала до сего дня, что она настолько болтлива!

- Саша, перестань делать из этого театральное представление! Отец ребенка вернулся, дальше мы разберемся сами, без этих уважаемых людей, у которых наверняка есть дела поважнее!

Свиридов взглянул на нее и нахмурил брови. Приглашение же Игоря проигнорировал.

- Игорь Леонтьевич, присядьте, пожалуйста, и ответьте на пару вопросов, - сказал он, указывая на стул, где сидел его напарник.

Тот тут же поднялся и отошел в сторону, при этом выражение его лица было таким, как будто он попал на крайне занимательную постановку в первый ряд.

- Ваша жена, Александра Григорьевна, сообщила нам, что ей подбросили ребенка в парке. Что вы об этом знаете?

Игорь после небольшого промедления все же устроился за столом и сосредоточил все свое внимание на капитане, буквально прожигая того взглядом.

- Ей его не подбросили, а оставили с нею коляску, где спала моя дочь. Через полчаса приехал я и мы пошли домой.

Надо же, как все складно выходило!

- Но в записке указано, что мать… подарила ребенка Александре, - указал на послание от Вероники Свиридов.

- У матери Софии послеродовая депрессия. С этим я разберусь сам. И сейчас, если у вас больше нет вопросов, вы можете быть свободны.

Он говорил это таким тоном, каким общался со своими подчиненными! И, конечно, капитану это не нравилось.

- Для начала я хочу взглянуть на ребенка. Вам нужно вызвать врача, чтобы тот его осмотрел… - начал он, но опять вмешалась свекровь:

- Софочка только что заснула! Она накормлена, для нее есть пампурсы (она так и сказала - пампурсы) и все необходимое. Завтра мы купим кроватку, игрушки…

- Мам… перестань! - велел Елизавете Николаевне Игорь. - Капитан прав - ему необходимо взглянуть на ребенка прежде, чем уехать.

Игорь поднялся из-за стола, я мельком заметила черное пятно от сажи на его шее. Раньше бы бросилась набирать любимому ванну, чтобы он мог расслабиться после трудного дня, а сейчас мечтала лишь об одном - чтобы он уехал с глаз долой.

- Я сообщу в органы опеки о данной ситуации, - сказал Свиридов, нехотя поднимаясь.

- Сообщайте, - пожал плечами Игорь. - Органы опеки, насколько мне известно, до победного стоят за то, чтобы ребенок был с родителями. София - с папой, она обеспечена всем необходимым. Так что я вообще не понимаю всего этого кипиша.

Они все же вышли из кухни: Харламов и полицейские. Напарник капитана, разумеется, тоже отправился с ними, чтобы утолить свое любопытство. Мы со свекровью остались вдвоем.

Не в силах сидеть под ее недовольным взглядом, я поднялась из-за стола и сделала вид, что прибираюсь на и без того идеально чистой кухне. Тот момент, когда, придя с работы, решила порадовать Игоря пирогами, казался таким далеким, как будто он был из прошлой жизни.

- Саша, ты на меня не сердись, - начала свекровь, и я не удержалась и закатила глаза. - Я тебе добра желаю. И внучке своей с сыном тоже. Думаешь, я эту кукушку поддерживаю?

В ее тоне засквозили нотки, полные раздражения и возмущения. И я тоже испытывала подобные чувства и молилась, чтобы этот бесконечный день наконец закончился.

- Так вот… нет. Я уже ее заранее ненавижу за то, что она выбросила мою внучку, как вещь! Но ты же женщина… к тому же, ты так хотела стать матерью… Вот тебе и шанс, да еще какой! Ни вынашивать не надо, ни рожать! Софочка - просто красавица, вся в Игоречка!

Еще один рвотный позыв подкатил к горлу ото всех этих сюсипусечек. Эта женщина знала меня семь лет! Неужели я вела себя так, что можно было подумать, будто я с распростертыми объятиями приму нагулыша?

- Лизавета Николавна, все, о чем я сейчас мечтаю - чтобы вы взяли Игоречка и Софочку и свалили вон из моего дома! - рявкнула я.

Лицо свекрови вытянулось, рот приоткрылся и она начала хватать им воздух.

- Насколько помните, первый взнос на квартиру дали мои родители! Так что я могу смело называть эту квартиру в первую очередь своей!

- Но… но… Игорь зарабатывает больше и платит ипотеку!

- А я зарабатываю хоть и меньше, но вкладываю все деньги в семью, чтобы Игорь мог платить ипотеку и не терять штаны от недоедания!

Наши взгляды схлестнулись - я понимала, что в финансовом вопросе права на все сто, и оснований спорить до посинения у свекрови просто нет. Они с отцом Игоря не вложили в квартиру ни копейки, решив, что нам должно дать жилье государство. А пока мы стоим в очереди, которая могла растянуться на десятилетия, могли и у моих родителей пожить… Тогда на помощь пришли мои папа и мама, которые обеспечили нас первым взносом…

8

Плечи Игоря поникли. Он посмотрел на мать и попросил:

- Выйди, пожалуйста, я хочу еще раз обсудить все с женой…

- Девять минут! - тут же ответила я, демонстративно взглянув на часы.

Елизавета Николаевна фыркнула и окинула меня надменным взглядом. Видимо, степень того, насколько достойной ее сына была женщина, измерялась не тем, как долго она была рядом, а тем, смогла ли произвести на свет ребенка.

- Вообще-то твоя жена только что заявила, что эта квартира принадлежит только ей! Видите ли, ее родители внесли первый платеж!

- Так и было, мама, - спокойно откликнулся Харламов. - И выйди, как я просил!

Он произнес последние три слова таким тоном, что даже у меня от него мурашки по коже побежали. Свекровь, немного помедлив, вышла, и тогда Игорь произнес:

- Мы уедем, не переживай. Но прежде, чем это случится, я хочу попросить у тебя прощения. За все. Я не знаю, какой черт меня дернул тогда это сделать. И если ты спросишь - жалею ли я? Отвечу - да. Безумно. Не представляю, как умудрился настолько попасть… Я звонил Нике, и сейчас, когда отвезу маму и Софу к родителям, я поеду к ней и попытаюсь ее отыскать.

Я слушала это все, не перебивая, только молилась, чтобы поскорее закончилось отведенное мужу время и он выполнил свое обещание.

- Пять минут, - ответила я вместо того, чтобы разглагольствовать на темы, которые меня вовсе не касались.

- Саш… Я тебя люблю. Я готов был сделать все, чтобы ты никогда ни о чем не узнала. Я буду пытаться загладить свою вину…

И снова он говорил о том же самом. Как будто мы обсуждали его опоздание на мой день рождения, а не настолько серьезные вещи, что они являлись сейчас основополагающими и переворачивали наши жизни на сто восемьдесят градусов.

- У тебя все? - спросила я, едва стоя на ногах.

- Я не знаю, что еще сказать, Саша… - покаянно ответил Игорь.

- Да и не нужно ничего говорить. Уезжайте, я очень тебя прошу! Когда буду на работе, заскочишь сюда за вещами. Все остальное - через суд.

- Саша…

- Вон отсюда! - не сдержавшись, закричала я и, подлетев к мужу, стала выпихивать его прочь из квартиры.

Он отступил почти сразу. Сначала попытался схватить меня и прижать к себе, но я увернулась, продолжая с силой толкать Игоря к выходу. А через пару минут они ушли. Мать Харламова гордо толкала перед собой коляску, покидая квартиру, и снова сюсюкала с Софией противным голосом. Муж шел следом за ними, все такой же поникший, что и до этого.

Когда за троицей закрылась дверь, я застыла немой статуей. Чудовищное опустошение охватило меня, привело к тому, что я превратилась в камень. И это состояние был бы весьма благостным и желанным, если бы оно не исчезло за мгновение ока.

Сначала с губ моих сорвался судорожный всхлип, потом - рыдание. Сдерживать его я не стала. Побрела в комнату, где на полу так и оставались грязные следы от коляски, упала на нашу с мужем кровать и разревелась белугой…

Свой следующий рабочий день я почти не помнила. Вышла на службу в отдел кадров, что-то кому-то отвечала, с кем-то говорила, обсуждала важные моменты. И все делала так, словно была под гипнозом.

Когда же собиралась домой, отчаянно не желая возвращаться туда, где каждая вещь будет напоминать о муже, мне позвонила Настя.

- Сашка, слушай! Я хочу к тебе сегодня в гости завалиться! - заявила она сразу, стоило только мне подойти к телефону. - Харламов же у тебя сейчас к чему-то там важному готовится, да? На работе задержится?

Мне на память тут же пришел наш недавний разговор с подругой, в котором она рассуждала о психологе, что рассказывал ей о любовнице. Меня ошарашило ужасающей догадкой, от которой даже замутило.

- Ты ведь в курсе того, что у Игоря есть другая, которая родила ему дочь? - решила не ходить я вокруг да около.

Сначала возникла пауза, а потом подруга отмерла:

- Что—о—о? - послышался в ответ выдох, полный такого неподдельного изумления, что я поверила Насте сразу же.

Она ни о чем не знала, а та беседа о словах психолога была просто совпадением с происходящим в моей жизни.

- Приезжай ко мне, - сказала я устало. - Игорь сегодня не придет. Я еду домой, увидимся там.

- Б—беру винишка… - заикнувшись, ответила Настя, и мы с ней распрощались.

- Я просто в ужасе, Сашка—а! - округлив глаза, заявила подруга, которой я рассказала все без утайки. - Как он мог? Я же была уверена, что у вас с Харламовым все как минимум навсегда!

Мне оставалось только кивнуть на то, что озвучила Настя. Я и сама так считала, уверенная в том, что наша с Игорем любовь - это навечно. Какой же глупой я была…

- И он со вчера даже тебе не звонил? - подлив нам обеим вина, спросила подруга, приземлившись обратно на диван, с которого вскочила минутой ранее, не в силах усидеть на месте от свалившихся на нее новостей.

- Ну, почему же? - пожала я плечами. - Звонил и писал. Я трубку не беру, а сообщения его даже не открывала…

Настя побарабанила пальцами по подлокотнику и залпом выпила вино, которое мы пили из чайных кружек. Накрывать на стол у меня сил не было, хозяйничала в доме подруга, она и притащила тару весьма не подходящую для утонченного французского вина. Однако количество выпитого оказалось весьма кстати, хоть немного притупив мою боль.

- Ты его не простишь? Ну, знаешь… один раз ведь было, - спросила с заминкой Настя.

Я приподняла брови и покачала головой.

- Только не нужно мне заливать про энергию от любовницы, без которой моя жизнь не будет полной! - процедила я в ответ.

Подруга вскинула руки и заверила:

- Ни боже ты мой! Я всего лишь задала вопрос.

Она стала копаться в своем телефоне, а я продолжила потягивать вино, чувствуя, как меня опять накрывает такой тоской, что хочется выть. Попросить, что ли, Настю остаться с ночевкой? Я уже собиралась предложить этот вариант подруге, когда она перестала выискивать что-то в мобильнике и заявила:

- Не будем киснуть! Едем в клуб! Меня как раз Васька Тарасова позвала, я сказала, что мы будем вдвоем.

9

Когда оказалась среди кучи людей в довольно большом помещении, в котором музыка била по ушам, поняла, что для меня это, прямо скажем, не рай на земле. Девчонки о чем-то болтали, собравшись за столом, на котором спиртное лилось рекой, я же уткнулась в свой коктейль и постаралась стать незаметной, скукожившись в уголке.

Парой минут назад почувствовала на себе сальный взгляд одного из мужчин, отдыхающих шумной компанией за соседним столом, и мне от этого было неуютно. Девчонки вовсю развлекались - ходили на танцпол, а потом обменивались впечатлениями о том, что там успело напроисходить, но я не особо прислушивалась к этой болтовне.

- Саш, - пихнула меня локтем в бок Настя, которая уже прилично выпила и сейчас хохотала по поводу и без. - По-моему, у тебя поклонник образовался.

Она, не стесняясь, указала на того самого парня, который, заметив этот жест, поднял бокал виски в молчаливом тосте. И улыбнулся так противно и мерзко, как будто мысленно уже не только меня раздел, но и поимел во всех позах.

А когда он начал подниматься, очевидно, чтобы подойти к нам (вернее, конкретно ко мне), я запаниковала. Спас меня совершенно неожиданно появившийся рядом парень. Он протянул мне руку и спросил глубоким приятным голосом:

- Потанцуем, или ты занята?

Я подняла на него взгляд. Мужчина был высоким, приятной наружности и с обаятельной улыбкой. Но больше всего меня поразили его глаза. Они были какого-то удивительного ярко-голубого цвета, как будто он носил линзы.

- Эй, Ян! Я первый ее заприметил! - недовольно окликнул его мерзкий типчик, подходя ближе.

Девчонки застыли, завороженно наблюдая за тем, что же будет происходить дальше. На лице Насти было написано неподдельное восхищение той ситуацией, в которой я оказалась.

- Рыжая, пойдем танцевать! - обратился ко мне тип.

Тот, кого он назвал Яном, смерил его взглядом, от которого даже мне стало не по себе, и встал так, чтобы не дать ему подойти ближе.

- Я уже занята, - ответила типчику и вложила руку в протянутую мне ладонь.

Через минуту мы спустились на первый этаж и оказались на танцполе. Меня осторожно и бережно прижали к крепкому мужскому телу, после чего мы начали покачиваться в такт медленной звучащей музыки.

- Владислав, - представился парень, на что я вопросительно приподняла бровь. - Ян - это кликуха, - улыбнулся он мне.

- Саша, - ответила я после небольшой паузы.

- Редко бываешь в клубах? - спросил, все так же улыбаясь и, видимо, намекая на то, что вела я себя не так, как остальные.

- За последние лет пять не выбиралась вообще, - помотала я головой.

В разговоре возникла пауза. Было ли мне сейчас некомфортно? Да. Мы с Игорем прожили вместе едва ли не треть жизни, оба были очень молодыми, когда встретились и влюбились. Не успели познать вообще ничего, кроме друг друга.

«Ага! - тут же включился внутренний монолог. - Это ты не успела, а муженек твой как тот пострел - везде успел».

Эти мысли снова разозлили. Я крепче прижалась к Владиславу и улыбнулась ему открыто. Алкоголь в крови делал свое дело, но я пока не понимала: на моей стороне он играет, или против.

- Когда вернемся наверх, ко мне опять начнет приставать тот противный тип, - пожаловалась я Владу, вздохнув.

- Толик? - усмехнулся он. - Не бойся, не начнет. Он уже понял, что ты со мной.

Последние три слова ошарашили, но, стоило признаться самой себе, слышать их было приятно. Ничем не ответив на сказанное, я дождалась, пока мелодию сменят быстрые биты и, отлепившись от нового знакомого, начала танцевать.

- Принесешь нам выпить? - перекрикивая музыку, попросила я Влада.

На что он кивнул и направился в сторону бара.

Проснулась я в незнакомом месте от дребезжания телефона о стеклянный столик, стоящий возле широкой кровати.

«Мамочки!»

Это была первая мысль, мелькнувшая в голове. Вторая - я в одежде, слава богу! Конечно, это были всего лишь трусы и футболка, но не голая и то хлеб! Голова раскалывалась, чем закончился вчерашний вечер, я не помнила. Точнее, могла воспроизвести в памяти лишь вопрос Владислава: поехали ко мне? Он задал его, когда понял, что меня лучше увезти из клуба, где я влила в себя еще несколько коктейлей и проскакала по танцполу пару часов.

А дальше… дальше мы поехали к нему, где я снова танцевала и пила вино… и на этом все.

- Алло? - хрипло ответила я на звонок, а из динамика тут же раздался голос Игоря.

Он был взволнованным настолько, что мне показалось, будто Харламов находится на пороге сердечного приступа.

- Саша! Господи! Ты нашлась… Где ты? Что-то случилось? Я обзвонил всех! Все уже стоят на ушах!

Я взглянула на часы - не было еще и восьми утра.

- Я у мужчины, - мстительно сказала в трубку.

Тишина на том конце связи стала звенящей. Я откинулась на подушки и прикрыла глаза.

- И будь добр обзвонить всех, кого успел поднять ни свет, ни заря и сообщить им, что со мной все в порядке! - просипела в телефон, на что потратились все мои силы.

- У какого мужчины? - спросил Игорь таким тоном, полным угрозы, что мне было бы страшно, если бы не стало смешно.

Муж что, собирается устраивать мне разборки и совать свое рыльце в пушку туда, куда ему не полагалось влезать?

- Не твое дело, - отрезала я. - Что ты хотел?

- Уже ничего! Где ты? Скажи адрес, я приеду и тебя заберу.

Я горько расхохоталась, когда мне стало жаль. Жаль себя, жаль наших отношений, которые потерпели крушение за считанные пару дней. Жаль, что он все еще думал, будто между нами может быть хоть что-то.

- Нет никакой необходимости меня ниоткуда забирать! И если тебе ничего не нужно, ну там, посидеть с твоим ребенком, пока ты на работе, то не звони мне! Ах, да… сидеть бы я с ним не стала в любом случае!

Положив трубку, я простонала. На экране светилось восемнадцать неотвеченных вызовов, часть которых сделала моя мама. Настя мне не звонила - видимо, сама еще в себя не пришла.

10

Мда уж. Я не удержалась и закатила глаза. Банально - не то слово. Но, что скрывать, его слова меня успокоили. Как бы себя чувствовала, если бы оказалось, что после вчерашних плясок умудрилась переспать с мужчиной, которого знала несколько часов, я не представляла. Мерзко - как минимум.

- Я… сейчас, - сказала Владу, поднявшись и направляясь в комнату, где ночевала.

Оказавшись в ней, быстро осмотрелась на предмет забытых вещей, схватила сумку. Не станет же Владислав меня задерживать? А завтрак… он просто в меня сейчас не полезет.

Прокравшись в прихожую, я бросила последний взгляд на Влада, который так и продолжал неспешно есть, сидя ко мне спиной, и, быстро отворив замок, пулей выскочила в коридор, не оборачиваясь, как будто предполагала, что за мной могут погнаться.

Слава богу, рядом с домом Владислава обнаружилась остановка, к которой как раз подходил транспорт. Даже не взглянув на номер, я зашла в автобус и выдохнула с облегчением только тогда, когда за мной закрылись двери и водитель выехал на шоссе.

Ну и приключеньице!

Когда я прибыла домой, совершив аж три пересадки и прокляв все на свете, включая Настю и спиртное, оказалось, что меня ждет Игорь. Едва я переступила порог квартиры, как наткнулась на недовольный взгляд мужа, что стоял на кухне, прислонившись бедром к подоконнику. Руки на груди его были сложены, а весь вид говорил о том, что Харламов крайне недоволен происходящим.

Вздохнув, я разулась и, мечтая просто сходить в душ, а после лечь в постель, чтобы дождаться момента, когда похмелье отступит, прошла к Игорю.

- Где ты была? - потребовал он ответа, как будто не потерял на это право еще позавчера.

- Не твое дело, - огрызнулась я. - Ты за вещами?

Он тяжело вздохнул и устроился за столом.

- Я хочу с тобой поговорить, - ответил, на что у меня была лишь одна реакция - тошнота усилилась.

- Не о чем. Думаю, ничего нового ты не скажешь, а мне достаточно с лихвой того, что я видела своими глазами.

Не в силах больше стоять, я села на стул и принялась ждать того, что будет дальше. Игорь станет умолять о прощении? Или просто соберет вещи, как и должно быть в этой ситуации?

- Саша… я очень жалею о том, что меня тогда черт дернул переспать с Никой. Жалею, что не настоял на аборте, хотя и не знаю, получилось ли бы это сделать, потому что Вероника вбила себе в голову, что хочет во что бы то ни стало родить этого ребенка. Жалею, что не смог тебя защитить от того, что ты обо всем узнала…

Мои глаза снова закатились. Если так пойдет дальше, не миновать мне косоглазия.

- Харламов, ты себя вообще слышишь? - спросила у мужа.

- Ты о чем? - нахмурился он.

- У вас было с Никой только раз, так? Ты просто переспал с ней в туалете и разбежался?

- В машине.

- В нашей?!

Я ужаснулась так, что даже вскочила на ноги. После того, как Игорь поимел малознакомую девицу в нашем авто, мы спокойно ездили на нем на дачу и за продуктами? Какой кошмар!

- Ты сказал, что это было в ресторане! - пребывая в шоке от того, куда свернул разговор, прошептала я.

- Возле него, да… Ребята разъехались, Ника осталась…

Он замолчал, а я начала испытывать болезненные спазмы в желудке. И очень надеялась, что это от перепоя, а не от того, что нервяк довел меня до какой-нибудь язвы.

- А потом ты просто взял и подбросил ее до дома, да? - со смешком спросила я.

- Саш… малыш… Да я знаю, что по уши в дерьме! Но я очень хочу все исправить! - взмолился Харламов, вскочив и бросившись ко мне.

Я дернулась в сторону и сделала пару шагов, прячась за столом. Схватив стул за спинку, выставила его перед собой как щит.

- Дай-ка я перечислю список твоих грехов, ну так, чисто для себя! - перейдя на истеричный тон, сказала я, тяжело дыша.

Что-то слишком много было жутких новостей на один квадратный сантиметр. Но я предпочитала узнать все. Может, так мне станет легче со временем?

- Ты переспал со шлюхой в нашей машине, а потом просто вернулся домой, как ни в чем не бывало. Откуда она узнала номер твоего телефона?

Игорь поджал губы и опустил взгляд.

- Все из-за него и случилось. Из-за моего мобильника, - буркнул он.

- Рассказывай! - велела в ответ.

- Я его забыл в том ресте. Когда обнаружил это, попросил Вихрова позвонить. Ответила девушка. Сказала, что запомнила меня, представилась. Я ее узнал сразу, она… ну, строила мне глазки, когда мы отдыхали за столом.

- Желательно без подробностей! - рявкнула я.

Игорь стушевался, только стоял и смотрел на меня растерянно-виновато. А мне… как будто бы стало легче. Не стану теперь придумывать тех нюансов, которые будут настолько гипертрофированными, что от них меня станет выворачивать наизнанку.

- Вы переспали, а она нашла тебя, когда поняла, что беременна, - подсказала я Харламову.

- Да. Телефон без блокировки, ты знаешь. Она набрала с него свой номер. Узнала так мои контакты.

Прикрыв глаза, я искривила губы в улыбке. Какая продуманная барышня!

- Ты ей сказал, что женат и собираешься завести детей с законной супругой? - поинтересовалась я, склонив голову набок.

Игорь был прав. Он действительно оказался по уши в дерьме благодаря одной хитрой сучке.

- Сказал. Ника ответила, что ей на это плевать. Она будет рожать, а если я откажусь воспитывать с ней ребенка хотя бы в качестве воскресного отца, расскажет все тебе.

Ну, конечно! У Харламова в телефоне было много всего. Мой номер телефона, мои фото… наша переписка. Один черт знает, что успела высмотреть эта девка, пока Игорь не хватился оставленного в ресторане мобильника!

- Окей… Но, как по мне, твоя история немного не вяжется. Ты признал ребенка… кстати, ты хоть уверен, что София от тебя? - приподняв бровь, спросила у мужа.

Он опустил голову еще ниже.

- Да. Я сделал тест…

Прекрасно! Еще один просто чистейший восторг! Сколько же всего произошло за моей спиной…