Предатель. Один муж на двоих

Глава 1

Гостиная, залитая мягким светом хрустальной люстры, казалась сегодня особенно уютной. За общим столом царила атмосфера теплоты и предвкушения, но лишь до того момента, пока сестра не начала говорить.

– Я беременна! – выпалила Лиза, нарушив идиллию. В её голосе звучала смесь вызова и какого-то странного триумфа.

Сергей, мой муж, сидевший напротив, внезапно закашлялся. Сердце замерло от ужаса. Неужели подавился? Я инстинктивно хлопнула его по спине, боясь, что он задохнется.

Мой взгляд метнулся к матери. Лицо её побледнело, словно её саму окатили ледяной водой. Она судорожно прижала к губам кружевной платок, и в её глазах читался неподдельный ужас. Лиза же, казалось, наслаждалась произведенным эффектом. Её глаза, обычно такие лучистые, сейчас злобно сузились.

– А кто отец? – вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела его обдумать. – Надеюсь, он знает?

– Теперь знает! – нагло отрезала Лиза, вперив взгляд прямо в Сергея.

Меня словно оглушили. В голове промелькнула тысяча вопросов, но ни на один не было ответа. Я переводила взгляд с торжествующей сестры на моего осунувшегося мужа, пытаясь понять, что происходит.

– Что… что ты имеешь в виду? – пролепетала я, чувствуя, как холодок сковывает все тело.

Лиза откинулась на спинку стула, поставив локти на стол, и с вызывающей усмешкой произнесла:

– Вот уже полгода мы с Сергеем вместе. Да, милый?

Я ждала, что Сергей сейчас же опровергнет её слова, скажет, что это какая-то чудовищная ошибка, злая шутка. Но он молчал, опустив голову, словно провинившийся школьник. Я заметила, как покраснели его уши, но он не поднимал на меня виноватого взгляда.

– Вместе? Но как… когда? – слова давались с трудом. В горле пересохло, и меня начала бить мелкая дрожь.

– Помнишь, ты легла с Мариной в больницу с пневмонией? – уточнила сестра, и в её голосе прозвучала неприкрытая издевка. – Вот тогда и начался наш маленький роман.

– Заткнись! – прорычал Сергей, его лицо побагровело от злости. Он резко повернулся ко мне, словно очнувшись от оцепенения.

– Вера, послушай! – попытался он объяснить, но я затрясла головой, закрывая уши руками. Слова Лизы, как ядовитые стрелы, поразили мое сердце. Боль в груди стала невыносимой, казалось, она разрывает меня изнутри. Пошатнувшись, я встала из-за стола и направилась к своей комнате, чувствуя спиной злую ухмылку Лизы, которая торжествовала, наблюдая за крушением моей жизни.

Сегодня я хотела поделиться радостной новостью – я снова беременна. Хотела увидеть счастливые лица близких, почувствовать их поддержку и любовь. Но вместо этого меня опередила сестра, и уж чего я точно не ожидала, так это того, что отцом её ребенка будет мой муж.

Войдя в комнату, я громко захлопнула дверь и закрыла ее на замок, пытаясь отгородиться от того кошмара, в который превратилась моя жизнь. Опустилась на кровать и начала раскачиваться из стороны в сторону, обезумев от горя. Люди переживают разные виды предательства. Могут предать друзья, коллеги, знакомые. Но мне "посчастливилось" быть преданной вдвойне. Меня предал не только муж, с которым мы прожили без малого восемь лет, но и сестра, которую я нянчила все свое детство, практически заменяла ей мать.

Наша мама рано осталась одна, отец навсегда остался в шахте, когда там произошел взрыв. Многие женщины из нашего поселка тогда стали вдовами. И матери пришлось работать на нескольких работах, чтобы прокормить нас. Я, как старшая, помогала ей чем могла, в основном, воспитывала Лизу. Она ходила за мной хвостиком, во всем слушалась. Я шила ей куклы из лоскутков ткани, читала сказки на ночь, заботилась о сестренке как могла. Все холили и лелеяли малышку-бедняжку. И вот она выросла и отплатила мне злом на добро.

А Сергей? Как он мог так со мной поступить? Я ведь любила его всем сердцем, была хорошей, верной женой, заботливой хозяйкой. Все эти годы я старалась создать в нашем доме уют и гармонию. Наша дочь Маринка сейчас у его мамы гостит. Слава богу, хоть дочь не видит, как наша семья стала разваливаться на части в одночасье. Я откровенно не понимала, чего ему не хватало. Как он мог позариться на мою сестру? Ведь у них разница в пятнадцать лет! Что он нашёл в этой ветреной, эгоистичной девчонке? Неужели все эти годы он лишь притворялся любящим мужем? Вопросы роились в голове, но ни на один не было ответа. Осталась лишь жгучая боль и ощущение полного, всепоглощающего предательства. Мне нужно было побыть одной и понять, как дальше быть.

Крики, доносившиеся из гостиной, резали слух. Яростный крик мужа смешивался с истерическим смехом Лизы, создавая жуткую, невыносимую какофонию. А за дверью, словно призрак, стояла мама, убитая горем и умоляющая впустить её.

С трудом поднявшись с кровати я открыла дверь. Увидев меня, мама тихо вошла в комнату и, обняв за плечи, разрыдалась. Её тело била мелкая дрожь.

– Прости! Это я во всем виновата! – шептала она сквозь слезы, принимая на себя всю тяжесть произошедшего.

– Мам, перестань, – проговорила я, пытаясь успокоить её. – Ты-то тут при чём?

– Это я попросила Сергея приехать к нам и помочь с телевизором. А потом… потом меня вызвали на смену, и эти двое остались вдвоём…

Слова матери, словно осколки стекла, вонзились мне в сердце. Стало ещё больнее, ещё горче. Но я понимала, что она не виновата. Если бы Сергей не захотел этого, ничего бы не случилось. Ничего бы не произошло.

Глава 2

Ночь вонзилась в меня ледяными иглами боли. Спазмы в животе, словно когти, разрывали на части, лишая воздуха. Проснувшись в липком поту, я стиснула зубы, чтобы не закричать. Не желая будить Сергея, я, шатаясь как пьяная, выбралась из постели. Каждый шаг отдавался мучительным эхом в пульсирующей голове.

Я открыла дверь и вышла в темный коридор. Холод кафельного пола обжег ступни. Боль нарастала, словно темная волна, готовая обрушиться. Я чувствовала, как внутри меня что-то рвется, ломается. И тут… Теплая, предательская струйка потекла по ногам. Кровь. Осознание, как удар молнии, пронзило меня – я теряю ребенка. Изо рта вырвался нечеловеческий вой отчаяния, полный боли и ужаса.

В ту же секунду в коридоре появился Сергей. Его глаза были полны неподдельного испуга. – Вера, что случилось?! – в голосе мужа прозвучало напряжение.

Я смотрела на него мутным взглядом, пытаясь сфокусироваться. Говорить было тяжело, каждый вдох давался с трудом:

– У меня… кровь… ребенок… – шепнула я, и мир вокруг поплыл.

Все тело словно скрутилось в тугой узел и провалилось в бескрайнюю бездну. Последнее, что я почувствовала – сильные руки Сергея, подхватившие меня.

– Ты… беременна? – в его ошарашенном голосе звучало волнение.

Я не ответила. Не было сил. Всё, что происходило, казалось кошмарным сном. Еще недавно я бы оттолкнула его, ни за что не позволила бы прикоснуться. Но сейчас… Сейчас я была сломлена, раздавлена горем и физической болью. И мне было все равно. Мне было просто страшно. Страшно и безумно больно.

Сергей бережно усадил меня на переднее сиденье машины. Его лицо было напряженным, движения резкими.

– Потерпи, милая, – проговорил он, стараясь придать голосу уверенность, – Сейчас отвезу тебя в больницу.

Милая… Как же фальшиво это звучало из его уст. Я чувствовала, как кровь продолжает бежать, застилая сознание пеленой отчаяния. Внутри росла не просто боль – клокотала ярость. Ярость на Лизу, на Сергея, на весь мир. Я знала, что ребенка не спасти. Лиза… Она украла у меня не просто жизнь, она вырвала часть моей души. А Сергей… Он стал ее соучастником, предателем, вонзившим нож в спину. И этого я им никогда не прощу. Никогда.

Машина неслась по ночным улицам, свет фонарей резал глаза. Сергей то и дело бросал на меня встревоженные взгляды. Я видела его суету, беспокойство, но все это казалось бессмысленным. Уже ничего не исправить. Ничто не вернет нам семью.

Больничные стены давили, словно каменный склеп. Запах лекарств, спирта и безысходности душил, доводил до отчаяния. Мне сделали укол, поставили капельницу, но я не чувствовала облегчения. Физическая боль лишь отражала ту, что разрывала меня изнутри.

Позже пришла гинеколог, ее лицо было печальным. Осмотрев меня, она произнесла вердикт, который я и так уже знала.

– У вас выкидыш. – ее слова прозвучали как похоронный звон. – Полежите в больнице пару дней. При необходимости сделаем чистку.

Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Каждое слово врача отзывалось мучительной болью в сердце. Я чувствовала, как что-то живое, теплое и любимое вырывают у меня из груди, оставляя взамен лишь зияющую пустоту.

Невозможно до конца объяснить, что такое потеря ребенка. Это не просто утрата, это крах надежд, несбывшиеся мечты, похороненное будущее. Этот ребенок для меня был желанным. Я чувствовала, я знала, что это был мальчик. Наш с Сергеем долгожданный сын. Но жестокая реальность сегодняшнего дня внесла свои чудовищные коррективы в наши жизни. Все то, о чем я мечтала несколько лет, все планы, которые строила в своем воображении, рассыпалось в одночасье на мелкие, острые осколки, больно раня сердце.

Когда Сергей вошел в палату, я почувствовала, как внутри меня поднимается волна ненависти. Сергей переминался с ноги на ногу и попытался заговорить. Вид у него был жалким, потерянным. Я отвернулась к стене, чтобы не видеть его, и процедила сквозь зубы, четко выговаривая каждое слово:

– Убирайся!

– Вера, я должен тебе объяснить, – тихо сказал он, пытаясь приблизиться.

Внутри меня все закипело от ярости.

– Что? Что ты хочешь мне сказать? – заорала я, не в силах сдержать гнев. – Ты можешь вернуть мне ребенка? Ты можешь повернуть вспять этот чертов день? Вернуть мне веру в людей? В любовь? В семью?

– Лиза, она… – начал он, но я не дала ему закончить.

– Замолчи! – рявкнула я, закрыв ладонями уши. – Убирайся к ней. Ведь она еще беременна, в отличие от меня!

Сергей дернулся ко мне, желая обнять, но, увидев, что я сжалась в комок, отступил.

– Хорошо, я уйду, – тихо проговорил он. – Но хочу, чтобы ты знала… Я люблю тебя и буду ждать, когда ты сможешь выслушать меня и поговорить.

Он ушел, оставив меня наедине с моим горем и болью. Я, глотая слезы, смотрела на белый больничный потолок и думала о том, в какой момент моя жизнь пошла наперекосяк? Когда я упустила бразды правления и позволила своей сестре украсть мое счастье? Почему же я стала настолько слепа, что не заметила предательства самых близких людей?