— Крылова! Срочно дуй на третий этаж. Тебя вызывает генерал Басманов. Лично.
У меня задрожали руки так сильно, что сумка чуть не выскользнула из пальцев.
— Я... я не понимаю, — прошептала я. — Зачем я ему?
Лидия Петровна, моя начальница, усмехнулась. В её глазах мелькнуло что-то похожее на злорадство.
— А я откуда знаю? — пожала она плечами. — Может, решил поблагодарить за работу. Или наоборот.
Все в отделе знали, что я здесь по милости Басманова. Дочь генерала Крылова. Того самого, что сел за коррупцию. «Предателя», как шептались за моей спиной.
Геннадий Николаевич Басманов. Генерал-полковник, от которого зависели миллиардные контракты и карьеры сотен офицеров. Человек, который два года назад устроил меня сюда на младшим специалистом пресс-службы.
Мне вообще повезло, что меня взяли хоть куда-то.
После ареста отца на мне словно повисло невидимое клеймо. Все планы на жизнь, вся выстроенная карьерная дорожка рухнула в один миг.
Вместо престижной должности — скучная, неинтересная работа. Справки, подготовка черновиков релизов, рассылки. И зарплата, достойная слез.
Хотя хотя с дипломом МГИМО и знанием трёх языков я могла бы зарабатывать втрое больше, но после всех событий меня вообще никто не хотел брать на работу.
Кроме Басманова.
— Чего стоишь? — Лидия Петровна прищурилась. — Иди. Генералов не заставляют ждать.
Я сглотнула и поплелась к лифту на дрожащих ногах.
Сердце как будто вознамерилось пробить грудную клетку своими ударами. В ушах звенело.
Только бы не уволили. Только бы не сейчас. Тогда я никогда не смогу накопить папе на операцию. От которой зависела его жизнь.
До кабинета Басманова я дошла как в тумане.
Третий этаж был другим миром. Ковры на полу, толстые, поглощающие звук шагов. Широкий коридор, высокие потолки. Портреты генералов на стенах смотрели на меня укоризненно.
Перед дверью приёмной я сделала глубокий вдох и вошла внутрь.
За массивным столом у окна сидела женщина лет пятидесяти в строгом деловом костюме.
Я подошла к столу.
— Здравствуйте, я Крылова Вера Николаевна, — выдавила я. — Меня... меня вызывал генерал Басманов.
Секретарь окинула меня оценивающим взглядом. От дужек очков опускалась старомодная цепочка.
— Одну минуту.
Она сняла трубку телефона и набрала короткий номер.
— Геннадий Николаевич, тут Крылова пришла.
Я не слышала, что ответил генерал. Секретарь положила трубку и кивнула на дверь кабинета.
— Проходите.
Генерал Басманов сидел за массивным столом у окна. Форма с погонами, три звезды. Широкие плечи, прямая спина. Глядя на его военную выправку, я поймала горький флешбек
Нахлынули воспоминания, как раньше, пока училась, приходила сюда на практику. Отец устроил меня в своё управление. Работала с документами, переводами.
В конце дня заходила к отцу в кабинет, и он встречал меня также сидя за столом. Генерал-майор Крылов. В форме. Красивый, статный. Я так гордилась им.
А теперь он сидит в тюрьме. С больным сердцем.
В глазах защипало. Я поспешно заморгала.
— Здравствуйте, Геннадий Николаевич. Вы хотели меня видеть?
— Присаживайся, Вера, — Басманов указал мне на стул для посетителей. — Разговор нам предстоит непростой.
Я присела, стараясь занять как можно меньше пространства. Идеальнее всего было бы просто испариться, но увы.
— Я слышал, что у твоего отца проблемы со здоровьем,
Я вздрогнула, чуть не съехав с края стула, на котором так аккуратно примостилась.
Басманов знает об отце? Это было удивительно. Я была уверена, что после вынесения приговора его коллеги вычеркнули его из жизни.
— Да, товарищ генерал, — выдавила я. — У него... проблемы с сердцем. Ишемическая болезнь. Врачи говорят, нужна операция. Шунтирование.
— И? — Басманов смотрел на меня без особых эмоций.
— В колонии такие операции не делают, — голос дрожал. — А очередь в гражданскую больницу по ОМС... год, может, два. Врачи сказали, он столько не проживёт. Может случиться инфаркт.
— Сколько стоит операция? — спросил Басманов.
Я сглотнула:
— Частная клиника... около миллиона рублей. Плюс перевод из колонии, согласования с ФСИН, охрана... Я не могу это оплатить. У меня таких денег нет.
Басманов кивнул:
— Я помогу.
Я подняла на него глаза:
— Что?
— Я организую ему перевод в частную клинику. Оплачу операцию. Обеспечу лечение. Твой отец выживет.
Слёзы потекли сами.