Призраки прошлого

Предисловие

Эта история началась в богатой и плодородной стране под названием Шеринвен. С севера этот край ограничивался высокими горами, а с юга – бескрайним океаном. Два раза в год там расцветали поля и сады. В туманных лесах, полных дичи, росли вечнозеленые деревья. Волны шумели среди коралловых рифов и выносили на берег янтарь и жемчуг. Изобилен был Шеринвен, и люди там жили, не зная бед.

Богатой была и история края. Издавна правила им династия Аскондинов – потомков великого героя Аскомирена и светлой эленоры[1] Маниэль – божественной девы из бессмертного лунного народа. Их дети хранили в своих душах последние частицы первозданного Света Мортенвальда, что некогда сиял в душах богов. Жили потомки Аскомирена и Маниэль дольше других людей и славились силой и храбростью.

Старший сын эленоры и человека – Аман, стал правителем Шеринвена и основателем великолепной столицы – Марелона. Каждая стена и башня этого прекрасного города хранили в себе частичку памяти об Аскомирене и Маниэль. И со временем их стали почитать как святых покровителей города и всей страны.

После того, как Аман ушел в мир иной, многочисленные внуки и правнуки Аскомирена решили выбрать восьмерых достойнейших правителей Шеринвена. Ими стали: Визорлин и его сын Боролин, Фиделтин, Кораглин, Торглин, а также Фридолин, Дустелин и Клигорин. Они провозгласили себя Серебряным Кругом Марелона, поклялись охранять порядок в Шеринвене и править на благо народа[2].

Помимо цветущего края, Аскомирен оставил своим потомкам реликвию Пяти Стихий, которую наказал хранить как зеницу ока. Это был золотой скипетр, украшенный четырьмя разноцветными алмазами величиной с кошачий глаз. Ее изготовили боги за тысячи лет до появления людей, и хранилась она сначала у прародителя Менелира, а потом была утрачена на многие века. Уже мало кто помнил ее истинное предназначение, но Аскондины знали, именно с ее помощью Аскомирену удалось запереть Тьму, что в его эпоху пыталась поработить весь Мортенвальд.

Больше полувека жил Шеринвен в мире и спокойствии под управлением Серебряного Круга Марелона, но потом с Песчаных гор, через мрачные тоннели, вырытые за десятки лет троллями, начали проникать в Шеринвен орки – бездушные и безжалостные создания Тьмы. Стали они собираться группами и совершать набеги на города и селения светлого края. Серебряный Круг решил собрать войско и дать отпор, но случилось несчастье.

В небольшом городе Асконлиндене жила семья Элиэн, девы, которую завещали в жены храброму рыцарю Талину, сыну Торглина. За несколько дней до свадьбы орки совершили набег на это поселение. Их вождь, Думбар, похитил Элиэн. Талин же был молод, безрассуден и безумно влюблен. Не посоветовавшись с отцом, он отправился на поиски невесты, и был пленен орками. Коварный Думбар долго пытал его и расспрашивал о сокровищах Марелона. Узнав о волшебном жезле, вождь орков потребовал от Талина принести ему эту реликвию взамен на невесту. Талин согласился.

Вернувшись домой, молодой рыцарь пробрался в сокровищницу Марелона и похитил реликвию Пяти Стихий. Думбар выполнил уговор и отдал Талину Элиэн, а когда об этом узнал Серебряный Круг, то сурово наказал не только Талина, но и всю его семью. Торглин и все его родичи были изгнаны из Марелона и лишись права восседать в его дворце.

Храбрые воины Шеринвена бросили все силы на борьбу с орками. Рыцари ступили в мрачный Нифльхейм, уничтожили войско врага и пленили Думбара. Глупый орк понятия не имел, что за реликвия оказалась у него в руках и какой мощью обладала. Для него жезл с алмазами был просто дорогой безделушкой. Под пытками Думбар признался, что продал золотой жезл варнам, которые жили по соседству в пустыне Даркар, но камни извлек из оправы и раздал своим атаманам.

Аскондины казнили Думбара и приступили к поискам утраченной реликвии. Однако их поиски привели к еще большим смертям, и воины вернулись домой ни с чем. Атаманы орков догадались, что Думбар вручил им проклятое сокровище, и старались как можно быстрее избавиться от него. Так части реликвии Пяти Стихий разлетелись по свету, но члены Серебряного Круга не оставили попыток их найти.

Фридолин добрался до северных земель, где жили гномы, и в подземных чертогах нашел свою смерть. Клигорин, пытаясь найти оправу в пустыне Даркар, пропал без вести. Кораглин погиб в Нифльхейме, попав в засаду орков. Фиделтин долго скитался по бескрайним Гаронвенским лесам, где живут эльфы, но вернулся ни с чем.

Серебряный Круг Марелона принял в свои ряды новых молодых членов: Кридана, сына Кораглина, Сигелина, сына Фридолина и первую женщину – Моровэн, дочь Дустелина. Хотя Аскондины никогда не теряли надежды отыскать утраченную реликвию, старшие члены Серебряного Круга стали осознавать, что утрата золотого жезла и алмазов – не просто стечение обстоятельств, а кара за глупость и недальновидность. И с тех пор они часто охлаждали пыл своих юных потомков, указывая на пустующее место Торглина, и отговаривая от необдуманных и неразумных поступков.

[1] Наименование первозданной бессмертной расы Мортенвальда

[2] Серебряный Круг Марелона или просто Серебряный Круг был основан спустя 300 лет после того как Аскомирен и Маниэль поселились в Шеринвене.

Глава 1. Таинственный рыцарь

Ужасная усталость сковала мышцы человека. Он с трудом дышал. Черная пыль забилась в нос и рот. Грубая волосатая рука схватила его за шиворот и оторвала от земли. Во взгляде мускулистого орка пылала ненависть. Он тщательно обнюхал пленника, сам же пах ничем не лучше навозной ямы.

– Вот это дабча! – Рассмеялся он. – Настащий ырцарь! Что он тут дабыл?

– Не гаврит! – заверещал орк поменьше. – Онмел! Гаврить арзучился. Но мы нашли блестяху.

Мелкий орк передал здоровяку серебряный медальон, и у того глаза налились кровью.

– Аксодин! – запыхтел он. – Бицца! Хотник на орка! Что быть здесь? Скать камни?

– А если и так? – прокряхтел человек, вымученно улыбнувшись.

– Бить его? – спросил мелкий орк, потирая свою палицу.

– Нет! – грозно рявкнул здоровяк. – Мы его тащить валдыка! Валдыка нас градить!

Лицо человека исказил страх. Здоровый орк ударил его со всей силы в грудь и мерзко рассмеялся. Вскоре вся орочья банда, связав пленника, двинулась в путь на север.

***

По узкой дорожке, что тянулась вдоль дубравы, не спеша шел путник в серой тоге с капюшоном. Он время от времени поглядывал вниз с холма, где змеей извивался игристый ручеек. Тропка завела путника в небольшую тенистую рощицу, отделенную просекой от дубравы.

Там под ветвистым деревом раздавалось громкое беспокойное щебетание. Гнездо с несколькими яйцами лежало прямо на дорожке. Маленькая птичка с алыми крыльями и синеватым брюшком в панике порхала над ним.

– Вот незадача, – тихо пробормотал себе под нос путник и приблизился.

Птичка зачирикала еще громче.

– Ах-да, забыл, нельзя трогать. – Покачал головой странник.

Из-под тоги показались уродливые руки, до самого локтя покрытые крупными бородавками и струпьями. Ногти были длинными, серыми и местами потрескавшимися. Путник взмахнул руками, а под его ногами зашевелились сухие листья. Над тропкой образовался небольшой воздушный вихрь. Он подхватил гнездо, и, словно магическая рука, забросил на ветку.

– Вот так, – довольно усмехнулся путник и пошел дальше.

Птичка радостно прощебетала ему вслед и принялась за починку гнезда.

Вскоре роща поредела, и перед взором странника появилась небольшая деревушка на берегу обрывистого бурного ручейка. Жители ее с недоверием и подозрением встретили незнакомца, что еще и прятал лицо под капюшоном, но тот не обращал внимания на косые взгляды. Он спустился к одному из домов с покатой крышей, который стоял возле самого ручья. Странник постучал дважды в дубовую дверь, и когда она отворилась, перед ним предстал невысокий белокурый юноша с бледно-голубыми глазами.

– Андвари! – обрадовался хозяин дома.

– Тейлас, – поклонился гость и снял капюшон. Из-под него показалось лицо, обезображенное еще сильнее, чем руки. Оно было песочно-серого цвета с бородавками и двумя серповидными отверстиями вместо носа. Подбородок и щеки покрывали волосы, больше похожие на волчью шерсть.

– Сколько лет, сколько зим! – Тейлас с улыбкой заключил друга в объятия.

– В пустыне не замечаешь, как проходят годы, – сказал Андвари. – Они утекают, словно песок сквозь пальцы.

Тейлас пригласил гостя в дом. Тот покорно прошел в прихожую, стены которой украшали пейзажи гор, морей и городов. Андвари с удовольствием рассматривал картины по пути в трапезную. Тейлас вынес большое блюдо с солониной, домашним сыром, ломтями ржаного хлеба и красной рыбы, зеленью и ягодами. Он разжег печь и поставил большой чайник.

– Ну, мой друг, как поживаешь? – спросил хозяин, присев за стол. – Какие новости принес?

– Все по-прежнему, – ответил Андвари, накладывая на ломоть хлеба куски рыбы, сыра и зелени. – Караваны приходят с севера и с юга. Охотники возвращаются с добычей, хоть и не такой богатой, как раньше. Многие оазисы иссыхают, хищники становятся агрессивней, подбираются все ближе к нашим поселениям. Да и циклопов на перевале многовато стало. Лед на вершине гор быстро тает. С одной стороны, это повод для беспокойства, с другой, они наполняют ручьи, что несут свои воды к подножиям гор. Многие варны переселяются ближе к ним. – Гость отвлекся, поглощая угощение. – Ммм, и где бы я еще попробовал такого вкусного лосося?

– Да, этим мы можем похвастаться, – улыбнулся Тейлас. – В Шеринвене тоже все в порядке. Караваны приходят. Серебряный Круг правит мудро и справедливо. Об орках давно ничего не слышно. Сейчас мирно и спокойно.

– А как же сидвы? – поинтересовался Андвари, заглотив большой кусок рыбы.

– Какое им дело до нас? – фыркнул Тейлас, разливая кипяток по чашкам. – Рыбаков и купцов не трогают, на побережье их видят редко. Не знаю, ведет с ними какие-то дела Серебряный Круг или нет? Дипломатия безразличия – вот как называют это.

– Или шаткий мир. – Задумался варн. – Сидвы не любят, когда к тем, кто обитает в море, относятся с безразличием… О, что за вкуснота? – отхлебнув из чашки, спросил Андвари.

– Ежевичное варенье. Я его заливаю кипятком вместо чая. Матушка научила, да будет покой ее душе. – Похвалился Тейлас. – Не получается у нас наладить добрососедские отношения с сидвами. Они больше симпатии проявляют к эльфам, чем к нам. Говорят, что их великий король Занзулибар собственной персоной посещал Марилиен[1].