Проект "Холодное сердце"

Глава 1

Аппарат с кофе в холле бизнес-центра был её тихим утренним ритуалом. Не то чтобы кофе здесь был выдающимся, но процесс... процесс обладал своеобразной медитативностью. Дарья Колосова наклонилась к сенсорному экрану, её светлые волосы цвета спелой пшеницы мягко упали на плечо.

Она с изящным щелчком вставила купюру в приёмник. Аппарат проглотил деньги с жадным урчанием, экран весело подмигнул: «Готовим!». И замолчал. Нагло, цинично и бесповоротно. Ни шипения пара, ни струйки ароматного напитка. Только тихое, победное гудение.

— Вот же ж... — Даша вздохнула, но даже сейчас её голос не сорвался на крик. В нём появились нотки разочарованной нежности, как у воспитательницы, уличающей любимчика в мелкой пакости.

— Ну что, солнышко, — её голос, низкий, с лёгкой, природной хрипотцой, лился ласково и убедительно, как будто она уговаривала капризного ребёнка, а не бездушную машину. — Давай сегодня без сюрпризов, ладно? Я выбрала капучино. Ты уже всё знаешь. Просто налей мне кружечку, и мы расстанемся друзьями.

Именно этот звук — хрипловатый шёпот, полный интимного, почти постыдного терпения — и привлёк его внимание. Он остановился в нескольких шагах сзади, случайно оказавшись свидетелем этой односторонней беседы. Голос обволок его, как тёплый, тягучий дым. В мозгу, ещё не до конца проснувшемся после ночного перелёта, мгновенно и без спросу возникли образы. Этот голос, шепчущий что-то на ухо в полумраке. Этот же голос, теряющий плавность от страсти... Он резко встряхнул головой, отгоняя навязчивые картинки.

— Кажется, техника сегодня не в духе, — раздалось прямо за её спиной. Бархатный баритон, нарочито спокойный, предлагающий помощь. Тон, которым он привык решать вопросы. — Позвольте помочь. Иногда достаточно просто хорошенько стукнуть по корпусу.

Дарья обернулась. И весь мимолётный флёр таинственности, который создал её голос, развеялся в одно мгновение.

Перед ней стоял Он. Классический, почти шаблонный экземпляр. Высокий, на голову выше её. Широкие плечи, подчёркнутые идеальным кроем чёрного пальто. Волосы — густые, тёмные, слегка растрёпанные, но такая небрежность явно стоила денег. Резкие, волевые черты лица, тёмные глаза, оценивающий взгляд, который скользнул по её фигуре от каблуков до лица, задержавшись на пару лишних секунд на её голубых, холодных как ледники, глазах. Брутальный. Самоуверенный. Невыносимо красивый. Тот самый типаж, от которого у неё выработался стойкий иммунитет.

Интерес, вспыхнувший было от необычного голоса, погас в его взгляде, сменившись привычным, слегка скучающим любопытством охотника. «Ага, — мысленно зевнула Даша, — ещё один. Думает, что его внешность — это пропуск к любой женщине».

— Спасибо, не нужно, — её голос потерял всю ту теплоту, что была обращена к кофемашине. Он стал ровным, профессионально-вежливым, как у стюардессы, объявляющей о задержке рейса. — Я просто позову службу поддержки. Ударять по корпусу — не мой метод. Я дизайнер, я предпочитаю решать проблемы эстетично.

Она повернулась к аппарату, демонстративно набрав номер горячей линии на телефоне, всем видом показывая, что разговор окончен. В её позе читалась не обида, а... лёгкая усталость. Усталость от предсказуемости.

Мужчина замер на секунду, слегка ошарашенный. Отказ он, конечно, получал, но такой — без тени смущения, заигрывания или даже вежливого любопытства — был редкостью. Его бровь непроизвольно поползла вверх.

— Дизайнер? — повторил он, и в его голосе зазвучала новая, более живая нота. Не интерес, а скорее вызов. — Что ж, тогда вам наверняка известно, что первое впечатление часто обманчиво. Как и внешность аппарата.

Дарья, не отрываясь от экрана телефона, позволила себе лёгкую, почти невесомую улыбку.

— О, я знаю это лучше многих, — сказала она, и в её хрипотце теперь звенел холодный, острый лёд. — Именно поэтому я и не доверяю глянцевым корпусам. Часто внутри — только сломанные микросхемы. Всего доброго.

-- И вам того же...

Только когда его шаги затихли в другом конце холла, Даша позволила себе расслабить плечи. «Брутальный красавчик в дорогом пальто. Очередной», — мысленно отметила она, с лёгким раздражением глядя на молчащую кофемашину.

И тут её взгляд упал на тот самый корпус, блестящий и бесполезный. В голове прозвучал его бархатный баритон: «Иногда достаточно хорошенько стукнуть». Ирония ситуации заставила её улыбнуться. Что ж, дипломатия не сработала.

Она огляделась — вокруг никого — и нанесла по боковой панели аппарата один чёткий, рассчитанный удар ладонью. Машина вздрогнула, фыркнула, и через секунду с шипением выплюнула долгожданный стаканчик капучино с упрямой пенкой.

— Видишь? И без тебя обошлось, — пробормотала она, уже без прежней нежности, и, взяв стаканчик, направилась к лифтам.

Пока лифт плавно поднимался на один из верхних этажей, где располагался офис «Вектор-Девелопмент», Даша допивала кофе и наблюдала за мельканием цифр. Мысли неизбежно возвращались к тому мужчине. Не к нему лично — он был просто триггером, последней каплей в длинной череде подобных.

Её отец, Арсений, был таким же. Невероятно красивым. Его называли «Бред Питт с нашего двора». Светлые волосы, голубые глаза, атлетическое телосложение и обаяние, перед которым не могла устоять ни одна женщина. Он не был богат, работал простым инженером, но вокруг него всегда вился рой восхищённых взглядов. И он этим пользовался. Щедро.

Даша ещё ребёнком видела, как мама ждала его с работы, как готовила на плите ужин, который он в итоге не приходил есть. Как она плакала ночами, приглушая звук, чтобы дочери не было слышно. Как с каждым годом она угасала, теряя доверие к миру и к себе. А потом он ушёл. К очередной «любви всей его жизни», оставив после себя лишь долги и сломанное сердце матери.

С тех пор для Даши «красавчик» стало синонимом слов «эгоист», «лжец», «ненадёжный». Эти мужчины были как цветные разовые стаканчики — привлекательные снаружи, но пустые внутри и неспособные удержать тепло. Она строила свою жизнь как антитезу маминой судьбе. Она добивалась всего сама: талант, упорство, стиль — её оружие и её защита. И её главный принцип, выкованный в подростковой боли: «Никогда, ни при каких условиях, не связывать жизнь с тем, кто слишком красив, чтобы быть верным. И слишком самоуверен, чтобы быть настоящим».

Глава 2

Александр Князев шёл по коридору к кабинету, почти не обращая внимания на почтительные кивки сотрудников. Его мысли были заняты не предстоящей встречей с новым дизайнером, а утренним инцидентом у кофемашины. Это было непривычно. Раздражающе непривычно.

Он был избалован женским вниманием с тех пор, как себя помнил. Школа, университет, дом (мама и две старшие сестры, которые его обожали), бизнес — везде он был тем, на ком останавливались взгляды. Потом добавились деньги, статус, власть. Женщины в его жизни были красивым, приятным и предсказуемым фоном. Они восхищались, искали его одобрения, играли в сложные игры кокетства, но исход всегда был ясен: он — царь горы, и они хотят быть у его подножия. Даже те, что пытались казаться независимыми, в итоге смягчались под влиянием его обаяния, настойчивости или просто ауры успеха, которая, как он знал, работала безотказно.

Но эта... Девушка с голосом, от которого по спине пробежали мурашки, и со взглядом, который вынес ему приговор за две секунды. Она не просто отказала. Она отшила. Технично, чисто, без единой возможности для манёвра. Словно он был не Александром Князевым, а назойливым продавцом, предлагающим ненужную услугу. В её голубых глазах не было ни интереса, ни смущения, ни даже обычной вежливой игры. Был холодный, точный анализ: «типаж распознан, угрозы не представляет, можно игнорировать».

Его это задело. Сильнее, чем он был готов признать. Это был не укол по самолюбию, а нечто другое — азарт. Как при виде сложной, красивой задачи, которую нужно решить. Какой-то внутренний, дремавший инстинкт проснулся и щёлкнул: «Вот она. Не такая, как все — необычная».

Секретарь напомнил ему о встрече. Дизайнер по интерьерам, Дарья Колосова. Молодая, но с феноменальным портфолио. Отзывы её клиентов пестрели словами «гений пространства», «чувствует материал», «превращает бетон в поэзию». Его партнёр по проекту, разбирающийся в искусстве, настаивал именно на ней для их нового элитного комплекса «Северная Башня». «Она создаёт не просто интерьеры, она создаёт среду обитания для тех, кто уже всё видел», — сказал тогда его партнёр Юра. Александр, доверяя его вкусу, согласился на встречу.

Он вошёл в переговорную, отбрасывая навязчивый образ светловолосой незнакомки. Дело есть дело. И тут его мир перевернулся на второй раз за утро.

За столом, безупречная в своём твидовом пиджаке, с холодным, профессиональным выражением на идеальном лице, сидела Она. Та самая. Кофейная фея с ледяным сердцем.

На долю секунды он замер в дверях. В голове всё встало на свои места: дизайнер, её фраза про «эстетичное решение проблем». Чёрт возьми. Такого совпадения он не ожидал.

Внутри что-то ёкнуло — смесь триумфа и жгучего любопытства. Значит, не конец, а начало. Он мгновенно взял себя в руки, на лице появилась привычная деловая маска лёгкой усталости. Он вошёл, снял пальто — давая себе секунду оценить её реакцию. Её лицо оставалось непроницаемым. Ни тени удивления, ни смущения. Только вежливая, отстранённая внимательность.

«Ледяная», — подумал он с невольным уважением, протягивая руку для формального рукопожатия. Её ладонь была сухой и прохладной, рукопожатие — крепким и быстрым.

— Александр Князев, — представился он, опускаясь в кресло напротив. Его взгляд скользнул по разложенным перед ней материалам — дорогой планшет, аккуратные папки, эскизы, в которых даже беглый взгляд угадывал не шаблон, а мысль. — Рад, что вы нашли время. Говорят, у вас революционные идеи для наших квартир.

Он позволил себе небольшую паузу, наслаждаясь ситуацией. Его следующая фраза была вызовом, тонко замаскированным под профессиональную ремарку. Вызов, который он бросал ей и, в каком-то смысле, самому себе.

— Надеюсь, в вашей работе вы столь же... убедительны, как и в переговорах с кофейной техникой.

Она не дрогнула. Лишь чуть сузила свои бездонные голубые глаза, и в них вспыхнул холодный, отточенный, как лезвие, огонёк.

— В работе, господин Князев, я предпочитаю иметь дело с более интеллектуальными системами, чем кофемашины, — парировала она, её голос, тот самый, звучал теперь чётко и безупречно по-деловому. — И их реакции обычно более... непредсказуемы. Готова представить концепцию. Думаю, вас заинтересует не просто дизайн, а алгоритм жизни, который мы заложим в ваши «Северные Башни».

Александр откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком. Внешне — расслабленный босс, оценивающий подрядчика. Внутри — включался азарт охотника, впервые встретившего достойную дичь. И что ещё важнее — в нём говорил прагматик: её портфолио и эта железная выдержка были лучшей рекомендацией.

Он кивнул, давая добро на презентацию. Решение уже созрело. Он будет с ней работать. Не несмотря на утренний конфуз, а из-за него. Это будет самый интересный и, возможно, самый сложный проект сезона. И он с нетерпением ждал каждого его этапа.