Проект "Купол"

Глава 1: «Первый купол»

Шаги гулким эхом отдавались от стен Первого купола. Когда-то в нем кипела жизнь, но сейчас напоминанием о пребывании человека служили только витавшая в воздухе пыль, да изредка попадавшиеся вещи, оставленные на полу. Большая часть из них была полуистлевшими детскими игрушками, но встречались и тяжелые чемоданы, о которые легко можно было споткнуться в кромешной тьме. Даже сейчас можно было ощутить тот ужас и суматоху, что царили здесь тридцать лет назад. Немногие беженцы с поверхности, кому посчастливилось получить доступ к системе подводных куполов, в ту пору сидели на холодном стальном полу Первого купола, ожидая транспорта, который отвезет их еще глубже.

Андрей в очередной раз споткнулся и на сей раз не смог удержать равновесие. Удар об пол оказался не только болезненным, но еще и поднял в воздух много пыли, окончательно лишая Андрея возможности что-нибудь разглядеть. Немного полежав, он собрался с силами, и, слегка приподнявшись, пополз ощупывать предмет, послуживший причиной падения. Предмет неожиданно оказался связкой проводов, скрепленных металлическими скобами, приваренными к полу.

Находка была более чем странной: конструкция купола явно не предусматривала проводов, брошенных прямо на полу, все-таки изначально Первый купол строился в качестве презентации, доказательства того, что при должных желании и усилиях человек способен освоить и морские глубины. Да и сами провода на ощупь были мягкими, не похоже, чтобы они пролежали здесь несколько десятков лет. Но если они были проведены здесь уже после катастрофы – то кто мог сделать такое? Возможно члены предыдущих экспедиций, которые, как и Андрей, приходили в купол, чтобы восстановить систему связи с поверхностью? Нет, это абсолютно невозможно, все члены этих экспедиций торопились как могли, ведь купол залегает сравнительно неглубоко и уровень радиации здесь зашкаливает. Но если это были не они, то кто мог находиться здесь, в заброшенном куполе почти у самой поверхности?

Пока все эти мысли судорожно проносились в голове у Андрея, он нащупал рацию, прикрепленную к поясу, и поднес ее ко рту.

- Кондор, как меня слышно, прием?

- Беркут, слышу прекрасно, ты уже в центре управления?

- Пока нет, нахожусь в основной арке купола, практически добрался до центрального технического люка.

- Тогда в чем проблема? Не теряй попусту время, у тебя его не так много…

- Обнаружил следы недавней человеческой активности. Кто-то проложил по полу свежие провода, вероятно, пытались запитать вторичные системы купола от резервных генераторов. Запрашиваю разрешение на дополнительное расследование.

- О чем ты говоришь? Даже если бы у кого-то и была возможность попасть в купол, никто бы туда не полез. Не выдумывай, наверняка эти провода лежат там еще со времен первых восстановительных миссий. Не вздумай отвлекаться, у тебя есть основное задание, выполняй, пока не превратился в мумию.

- Принято. Конец связи.

Спорить было бесполезно. А времени действительно было не очень много. Андрей медленно двинулся вперед, на сей раз тщательно проверяя дорогу перед собой. Однако центр зала оказался практически пустым, и он без проблем добрался до технического люка. Под приоткрытыми створками начинался узкий лаз, ведущий в центр управления основными системами купола. Большая часть стоявшего здесь оборудования либо не работала, либо была на последнем издыхании. Исключением являлся главный пункт назначения Андрея – модуль связи. Этот блок был предназначен для пересылки радиосигналов с поверхности в систему связи, соединявшую все обитаемые купола, и обратно. Потеря этого блока означала бы невозможность получить ресурсы извне, что в условиях жизни под водой означало неминуемую смерть в течение нескольких лет. Поэтому, несмотря на всю опасность подъема к поверхности, сюда периодически посылали инженеров, чтобы восстановить работу системы.

Модуль связи выглядел значительно новее, чем все его окружение. Тем не менее, по какой-то причине он не работал, и Андрею предстояло его починить. Андрей готовился к самому худшему: в шестом куполе ему часто встречались поломки, которые заставляли его жалеть, что в юности он увлекался фундаментальными науками, вместо того чтобы получить инженерные навыки. Однако, к его удивлению, починка не заняла много времени. Замена нескольких вздувшихся конденсаторов, перепайка прохудившихся проводов, и вот уже прибор запестрел всеми огоньками на главной панели.

- Беркут, задача выполнена, каналы связи восстановлены.

- Отлично! Теперь возвращайся назад как можно скорее!

- Принято.

Андрей уже собрал все инструменты, когда его внимание привлек один из трансформаторов, рядком стоявших недалеко от блока связи. Точнее, привлекла его детская игрушка – плюшевый мишка, заботливо посаженный на самый край металлической коробки. Он уже встречал таких по пути сюда, но здесь, в техническом отсеке, медведь смотрелся чужеродно. Поддавшись порыву, Андрей взял медведя в руку и слегка сдавил, не особо рассчитывая, что медведь издаст какие-то звуки – батарейка давно должна была сесть. «Пытаясь подняться к свету, ты опустишься лишь глубже во тьму» – каркающим голосом произнесла игрушка и разразилась жутким хохотом. Ужас захлестнул Андрея, и, отбросив игрушку, он ринулся в узкий лаз, прочь из технического зала. Лишь оказавшись под основным куполом, он заставил себя остановиться и перевести дыхание. Хриплый, каркающий голос все еще звенел у него в ушах, но в голове у него начали появляться сомнения, была ли игрушка реальной. «Может ли радиация влиять на мою голову? Нет, должно быть это темнота и тишина действуют на психику. Не было никакого медведя, здесь только я и больше никого» – думал Андрей. Наконец, он вспомнил, что времени у него не очень много и, сориентировавшись по царапинам, оставленным на полу предыдущими инженерами, двинулся обратно к шлюзу.

Согласно инструкциям, он должен был сесть в субмарину, доставившую его сюда, и ждать, пока она доставит его в медотсек второго купола. Там ему сделают переливание крови и будут надеяться, что доза, полученная за время пребывания в куполе, окажется не смертельной. Учитывая, что починка заняла значительно меньше времени, чем предполагалось, у Андрея были неплохие шансы на выживание. После этого его наверняка объявили бы героем купола и дали бы пожизненные льготы. Вот только следовать инструкциям он не собирался. Не для того он вызвался добровольцем в эту экспедицию, чтобы возвращаться обратно в пучину океана. Его настоящей целью был подъем на поверхность. В последний раз посмотрев на субмарину, доставившую его в купол, он поднес к губам рацию и произнес: «Кондор, я внутри, можете запускать автопилот» – а после перевернул рацию и вытащил батарейку, чтобы никто не мешался. Большинство узлов в шлюзе были свободны, но было здесь и несколько подлодок, оставшихся здесь со времен погружения. К одной из них Андрей и направился.

Глава 2: «Мрачные грёзы»

Последние полгода Андрея мучили кошмары. Большая часть из них начиналась одинаково: с воспоминаний. О солнечном свете, о пении птиц, о людях, с которыми он общался и хотел общаться. О мире, в котором он родился и вырос. А затем, в одно мгновение, все это сгорало дотла. Но самым жутким было даже не это, а то, что он неизменно оставался немым наблюдателем, обозревающим опустошенную землю.

Андрей слышал много историй про то, как это произошло. Во времена его юности космические полеты к другим планетам были не более чем баловством, редкими экспедициями, половина которых не возвращалась, а вторая половина привозила разве что скромные образцы грунта. Но затем, с развитием информационных технологий, ситуация резко поменялась. Послать человека на другие планеты все ещё было практически невозможно: уровень радиационного фона в космосе зашкаливал. Однако это оказалось и не нужным, так как техника стала достаточно умной для автоматизированной добычи ресурсов на других планетах солнечной системы и транспортировке добытых веществ обратно на землю. Все по-разному вспоминали период, наступивший за первыми колоннами космических кораблей с ресурсами, достигнувших земли. Наверное, правильнее всего было бы назвать его золотой век. Строительные и энергетические ресурсы, редкие металлы - всего этого вскоре стало в избытке. А после того, как человечество додумалось выбрасывать неперерабатываемые отходы в сторону солнца, и экологические проблемы несколько отошли на второй план. Человечество вступило в новую эру и пробовало все более и более амбициозные проекты, которые могли бы заранее решить надвигавшуюся проблему перенаселения. Среди которых были и многоэтажные города, и терраформация пустынь, и даже создание подводных куполов, открывавшее освоение человеком подводных глубин.

Но успех был недолгим. Первое время никто не обращал внимания на постепенно возрастающий радиационный фон. Это списывали на остаточную активность материалов, в избытке поступавших из космоса. Лишь через несколько лет учёные забили тревогу. Объяснить Андрею толком, что же произошло, никто так и не смог. Возможно потому, что никто не знал причин. А возможно потому, что те, кто их поняли, не дожили до сегодняшнего дня. Но в целом все примерно сводилось к тому, что вокруг Земли раньше существовало некоторое поле, которое задерживало большую часть частиц, бомбардировавших космическое пространство. А когда колонны космических аппаратов стали пронизывать это поле туда и обратно, оно каким-то образом оказалось нарушено. Сначала изменения были едва заметными, но чем больше радиации проникало внутрь, тем быстрее разрушалась защитная оболочка.

Когда стало понятно, что произошедшие изменения уже необратимы, человечество бросило все усилия на разработку средств спасения. Сначала люди решили накрыть города защитными куполами, но эту идею быстро отбросили. В условиях внешнего фона такие купола быстро бы деградировали, а возможности чинить их у сидевших внутри не было бы. Поэтому следующие несколько лет человечество посвятило строительству многослойных подземных бункеров, способных вместить в себя большую часть населения земли. Проблемы вскрылись тогда, когда казалось, что решение уже готово. Частицы, бомбардировавшие атмосферу, постепенно поднимали температуру на поверхности. Изменения климата стали проявляться не только в ураганах и цунами, обрушивавшихся на побережья, но в подвижках земной коры. Бункеры оказались недостаточно устойчивыми к таким нагрузкам и многие из них были смяты или, наоборот, разорваны на части и открыты атмосфере. А времени оставалось все меньше...

Тогда люди и вспомнили про попытки освоить пучины океана. Вода, как известно, является одним из лучших средств защиты от радиации. А мировой океан слишком огромен, чтобы происходившее на поверхности могло вывести его из равновесия. Впрочем, времени на полномасштабную эвакуацию уже не оставалось. К моменту, когда последний, восьмой купол был достроен, на поверхности царил ад. Те, кому не хватило места в куполах, пытались спастись в подземных бункерах, но их дальнейшая судьба была неизвестной.

Все это Андрей знал только по рассказам, потому что сам он этого не застал. Он был обычным парнем, родившимся в конце двадцатого века, учился, хотел получить высшее образование, найти работу, которая была бы ему интересна и просто... жить и наслаждаться жизнью. Но вместо этого, однажды он просто закрыл глаза, стоя под солнечными лучами на улице в двух сотнях метров над уровнем моря, а открыл их сидя под тусклой лампочкой обычного освещения шестого купола, в километре под морской поверхностью. Первое время он пытался понять, что же произошло и где он оказался. А когда узнал, что в мгновение ока переместился на 45 лет вперёд, попытался найти хоть кого-то из своих родственников и знакомых. Но то ли им не повезло, то ли 45 лет оказались слишком большим сроком для жизни в куполах... Постепенно, Андрей перестал искать и сконцентрировался на работе. Потребности в учёных в новом мире не было. Большинство населявших купола занимались работой на фермах, снабжая себя и других едой. Однако, технические навыки все-таки оказались востребованы, и, хотя инженером Андрей не был, его познания в области электричества все равно дали ему фору по сравнению с молодым населением куполов в работе ремонтника.

А каждый свой ночной цикл (ведь ночи под водой не было) он видел все, чего лишился. Видел - и снова терял, не имея возможности хоть что-нибудь с этим сделать. Но к счастью - любой сон рано или поздно заканчивается. И когда кошмар отступил, Андрей проснулся.

Глава 3: «Братство»

Все тело ныло, а голова раскалывалась. Что в общем было неплохо, учитывая все обстоятельства, могло быть намного хуже. Андрей приоткрыл глаза, но в первое время не смог ничего разглядеть. Комната, в которой он оказался, была погружена в полумрак. Он лежал на чем-то вроде больничной койки, а все его тело было зафиксировано гибкими ремнями, так что шевелить можно было разве что пальцами да немного головой. Сфокусировавшись, Андрей смог разглядеть темные трубки, которые поднимались от его левой руки к стоявшей рядом капельнице. «Похоже мне сделали переливание крови. Неужели я снова в 6 куполе? Но кому могло потребоваться приковывать меня к постели?» - вопросы роились в голове, но оставались без ответов. В конце концов, Андрей решил расслабиться и отдыхать, ведь если бы ему хотели навредить, никто не стал бы заботиться о его здоровье.

Сложно сказать, сколько он пролежал в темноте. Иногда Андрей проваливался в дрему, но кошмары ему больше не снились. Наконец, вдалеке послышались шаги, а затем в комнате загорелся яркий свет. Большая часть помещений куполов освещалась едва-едва в целях экономии электроэнергии, поэтому Андрею потребовалось больше минуты, чтобы приспособиться. Над ним нависали две темные человеческие фигуры.

- Как тебя зовут и что ты делал в первом куполе?

- Раз уж мы на ты, предпочел бы сначала услышать ответы на эти же вопросы от тебя.

- Ты не в том положении чтобы задавать вопросы.

Фигура наклонилась и превратилась в гладко выбритого молодого человека с хищными чертами лица, лет 25, не старше. В этом времени Андрей всегда ощущал некоторую неловкость в общении со сверстниками, предпочитая им собеседников постарше. Вероятно, дело было в том, что все обитатели куполов младше 30 лет всю свою жизнь провели здесь, в глубине, и никогда не видели мира на поверхности. Это создавало невидимый барьер, который практически никогда не удавалось преодолеть.

- Тогда может просветишь меня, в каком я положении?

Юноша замахнулся, но вторая фигура положила руку ему на плечо и издала чуть слышный звук. Андрей с удивлением наблюдал, как исчезает гримаса ярости и на ее место приходит абсолютное спокойствие. Разглядеть лицо второго человека он пока не мог из-за длинного капюшона, накинутого на голову. Наконец, юноша сделал глубокий вдох и снова заговорил:

- Прости, с моей стороны было невежливо так начинать разговор. Меня зовут Артур, а в первом куполе тебя нашли мои братья. Я готов ответить на твои вопросы при условии, что ты будешь отвечать на мои, ответ за ответ.

- Это меня устраивает – после минутного размышления решил Андрей – что это за место?

- Мы находимся в седьмом куполе.

- Что? Но это невозможно, он не был достроен!

- Это был вопрос или утверждение? В любом случае, сейчас моя очередь. Что ты делал в первом куполе?

- Восстанавливал модуль связи с поверхностью по заданию совета инженеров шестого купола. Ты упомянул своих братьев, кто они?

- Все обитатели седьмого купола братья и сестры. Мы – братство бездны.

Мысли Андрея стали путаться, возможно сказывалось переливание крови, возможно – слишком яркий свет. Седьмой купол должен был стать центральным среди куполов, однако при его проектировании были допущены ошибки и в итоге от строительства пришлось отказаться в пользу финального, восьмого купола. Но, видимо, основы все-таки были заложены, и теперь в них обосновались какие-то фанатики. Впрочем, на самом деле его мало волновало кто они. Если у них есть средство для передвижения между куполами, то с его помощью наверняка можно попасть и на поверхность, главное не раздражать их и не упустить возможность для того, чтобы сбежать.

- Когда ты починил модуль связи, почему не покинул купол на субмарине? Зачем пошел к подлодкам?

Желание соврать и избежать дальнейших расспросов было велико. Но, во-первых, Андрей не очень хорошо врал, во-вторых, они наверняка нашли его выключенную рацию, а объяснить этого он бы не смог, в-третьих, было неизвестно, сколько времени они за ним следили, а быть пойманным на лжи в данной ситуации было бы не лучшим исходом.

- Хотел подняться на поверхность.

- Но зачем?

Хочется сказать, что сейчас не его очередь. Спросить что-то важное. Но голова немного кружится и вместо звучат совершенно другие слова:

- Ты когда-нибудь видел восход солнца, Артур? Знаешь, в детстве отец часто хотел показать мне восход солнца. Когда диск только-только поднимается над горизонтом, он ярко-алый, и только потом желтеет…

- Да он не в себе!

Те двое еще были рядом, но Андрей уже их не слышал. Вместо этого он снова видел восход солнца, как диск медленно поднимается над горизонтом, разгорается, а затем – сжигает все вокруг. Голоса отступили, и он снова погрузился во тьму.

Глава 4: «Старейшина»

Ремни исчезли, как и чрезмерно яркий свет. Если не считать затекших рук, Андрей чувствовал себя прекрасно, отдых явно пошел ему на пользу. В углу что-то пошевелилось. Этим “чем-то” оказался сухой, высокий мужчина в черном костюме. Он выглядел достаточно молодо, а среди волос, собранных в длинный темных хвост, не было ни одного седого. И все же от него веяло старостью, а в его глазах словно застыло отражение пламени.

- Похоже, ты чувствуешь себя лучше?

- Намного, спасибо, что поинтересовались. С кем имею честь?

Что-то было не так в словах, которые говорил этот человек, но что именно, Андрей пока не мог сообразить.

- Я давно отказался от своего имени, так что можешь обращаться ко мне так, как тебе захочется. Здесь, в братстве, меня часто называют старейшиной. И прошу, давай перейдем на ты, так нам обоим будет намного комфортнее.

- То есть вы… Ты - глава этого места?

- Глава? Нет, что ты, у братства нет главы, мы все здесь равны. Я скорее идейный основатель.

В этот миг Андрея осенило. Язык. Все обитатели куполов говорили на модифицированном английском языке, с примесями нескольких других европейских языков. Но старейшина заговорил с ним на чистом русском языке.

- Ты Русский, верно? Как ты понял, что я тебя пойму?

- Свояк свояка… На самом деле, уверенности не было, но я решил попробовать и не прогадал. Впрочем, думаю тебя сейчас больше интересуют другие вопросы.

- Да, по поводу братства…

- Не нужно притворяться. Полагаю, больше всего тебя волнует, можешь ли ты взять нашу субмарину и закончить то, что начал. Артур сказал что ты "грезишь восходом солнца".

- Я…

- Да.

- Прошу прощения?

- Да, у тебя есть возможность закончить начатое. Но сначала я хочу показать тебе кое-что. А потом ты решишь, так ли ты на самом деле хочешь увидеть последний в твоей жизни восход солнца, или для тебя есть дела поинтересней. Договорились?

- Идёт.

Можно ли было ему доверять? Уверенности в этом у Андрея не было. Однако он всем своим видом внушал доверие и уважение, да и выбор, откровенно говоря, был невелик. На секунду Андрей засомневался в собственном желании подняться на поверхность. Теперь, когда вслух было произнесено, что этот рассвет станет последним в его жизни, мысль уже не казалась такой привлекательной.

Однако он напомнил себе, почему решился на это. Почему был первым добровольцем за последние двенадцать лет, кто вызвался отправиться в первый купол. Он не был самоубийцей и хотел жить. Только существование в тесном, тусклом куполе от начала смены до отбоя не было жизнью. И проблема была даже не в том, что люди утратили способность радоваться жизни. А в том, что здесь, в километре под уровнем моря, у человечества не было будущего. Никто больше не изобретал и не пытался понять окружающий мир. Все просто существовали и не строили планов на будущее.

Ты идёшь? - этот вопрос вывел Андрея из раздумий. Выяснилось, что затекли не только руки, но и ноги, что едва не привело первую попытку встать к падению. Тем не менее, собравшись с силами, ему удалось встать и он последовал за старейшиной.

Все купола, кроме собственно первого, куполами на самом деле не были. Для большей устойчивости на большой глубине их делали в форме шаров, зависших на некоторой высоте над морским дном, с целью обезопасить стенки сооружения от фонящего грязевого потока, стекавшего с поверхности. А чтобы не терять пространства, внутренности заполняли многочисленными переборками от технический этажей снизу до самых верхних, которые обычно отводили под фермы. А так как строили купола в большой спешке, практически все они изнутри были похожи друг на друга как две капли воды.

Будучи инженером-ремонтником, Андрей постоянно спускался на технические этажи шестого купола. Поэтому ему не составило особого труда сориентироваться в темных коридорах, где они оказались, как только вышли из комнаты.

- Третий этаж, система очистки воздуха. Сколько ещё этажей было построено?

- Ещё около десятка. Но доступ есть только к нижним пяти, все остальные затоплены водой, либо сильно деформированы. Ошибка в проектировании была выявлена уже тогда, когда внешняя обшивка была закончена и началось строительство внутренних частей купола. Оболочку купола вскоре прорвало, при этом верхние этажи смяло, но они стали новой защитой от внешнего давления.

- Но почему тогда никто не заселил эти этажи? Ведь все считают что седьмой купол безвозвратно погиб! Или почему отсюда не эвакуировали технику? Запасные генераторы и системы фильтрации неплохо бы пригодились в других куполах, нам часто приходится чинить приборы буквально на коленке, сподручными материалами.

- В тот момент всех больше волновала скорость постройки. И быстрые подсчёты показали, что проще построить восьмой купол, чем пытаться восстановить седьмой. А в ресурсах мы тогда потребности не испытывали. Что же касается заселенности… Ну, как видишь, он не пустует.

За углом оказался зал с большим количеством людей. За последние полгода Андрей совершенно отвык от открытого пространства. Конечно, первый купол по сути своей состоял из одного большого зала, но там было очень темно и он все равно не видел дальше чем на метр вперёд себя. Здесь же ситуация была совсем другой, зал, полученный удалением нескольких стен и одного этажа, был более 20 метров в длину и ширину. Освещение тоже было сравнительно ярким и вскоре Андрей понял, почему. Все, кто находились в зале, тренировались. Кто-то медитировал в позе лотоса ближе к стенам, кто-то отрабатывал удары на манекенах, а в центре было отведено место для поединков один на один.

- Впечатляет, да?

- Не буду врать, простора мне очень не хватало в моей жизни в куполе.

- Хочешь присоединиться?

- Нет, не думаю. Не люблю драться.

- Почему?

- В смысле, почему? Просто не люблю и все.

- Если не хочешь говорить, не надо. Но если у тебя и правда нет ответа на этот вопрос, возможно это повод задуматься.

Глава 5: «Воспоминания»

Столовая была похожа на тренировочный зал, только через все ее пространство тянулись длинные металлические скамьи. Судя по их внешнему виду, сделаны они были из смятых внутренних переборок. Ребенок с медведем давно затерялись из виду, а искать их желания у Андрея не было. Старейшина уже сидел с двумя другими людьми, на некотором расстоянии ото всех остальных. Подносов с едой на столе перед ними стояло четыре, поэтому Андрей сразу подсел к ним.

- Я так полагаю, с Артуром и Миной ты уже знаком?

- С Артуром да. Мина? Приятно познакомиться!

Она не ответила. Темный капюшон все также скрывал ее лицо, лишь глаза поблескивали под ним. Молчание нарушил Артур: "обещаешь не издавать звуков?". Андрей неуверенно кивнул, а затем Мина медленно сняла с себя капюшон. От неожиданности он всё-таки вздрогнул. Все её лицо было покрыто следами сильных ожогов, наискось перечеркнутых двумя белыми шрамами, тянувшимися ото лба до самого подбородка.

- Ты кажется спрашивал, от каких угроз мы защищаем человечество? Слышал что-нибудь про пожар в третьем куполе?

- Только слухи. Там были какие-то забастовки, они закончились пожаром на технических этажах.

- В общих чертах ты прав, но думаю, стоит тебе услышать некоторые детали происходившего от очевидцев.

С этими словами старейшина кивнул Артуру. Но тот не спешил начинать рассказ, видно было, что ему неприятно об этом вспоминать.

"Моя семья тогда работала на технических этажах. Родители, я, сестра" - с этими словами он мотнул головой в сторону Мины. "Мне было четырнадцать лет, ей - двенадцать. Не могу сказать, что было легко, но мы справлялись. Проблемы начались с того, что главный инженер, Мордо, выдвинулся в совет купола. Мы изо всех сил поддерживали его кандидатуру, все-таки это был один из нас и мы были уверены, что он поддержит нас в трудную минуту. Плюс к тому, у него горели глаза, а в своих предвыборных речах он продвигал идеи рационализации расхода ресурсов."

Артур прервался и надолго приник к кружке с водой. Пил он жадно, роняя капли воды себе на грудь, будто боялся что кто-то попытается отобрать ее у него. Когда он наконец оторвался, взгляд его был направлен словно сквозь сидевшего напротив Андрея, а в глазах горел недобрый огонёк.

"Выборы прошли успешно, впервые за долгое время кто-то из нижних этажей попал в совет, ведь обычно эти места были оккупированы работниками жилых секторов и ферм. А спустя пару месяцев, Модро завоевал доверие совета и началась «рационализация».

Первые изменения коснулись личной электроники обитателей купола. Все приборы, находившиеся в личном пользовании обывателей, но не имевшие для них жизненно важной ценности, были собраны и доставлены на технические этажи. Большинство было не в восторге, но инженеры ликовали: многие запчасти помогли отремонтировать давно не работавшие системы, в том числе дополнительную очистку воздуха. Затем …"

Слова Артура доносились до Андрея, но он их уже не воспринимал: на него накатили воспоминания о дне, когда он в мгновение ока переместился на десятилетия вперёд. С детства его мучала клаустрофобия - боязнь замкнутых пространств. И хотя впоследствии он смог ее контролировать настолько, что без проблем заходил в лифт, долгое пребывание в тесных помещениях всегда действовало ему на нервы. А что могло быть теснее, чем узкие, темные коридоры шестого купола?

Несколько часов он бродил тогда по пустынным коридорам, пытаясь найти хоть кого-то, кто смог бы объяснить ему, что происходит. Но навстречу никто не входил, словно никто и не бывал в этих местах со времён их постройки. Наконец, раздался продолжительный треск сирены и вдалеке послышался гул. Андрей рванулся к нему, и, спустя несколько поворотов, натолкнулся на поток людей. Среди них были представители разных национальностей, дети и взрослые, мужчины и женщины. Но всех их объединяла какая-то единая безучастность к происходящему. Даже дети не бежали, а мерно шли в ногу с окружавшими их людьми.

Попытки заговорить ничего не дали: люди поспешно отводили взгляд и устремлялись дальше. И хотя весь этот поток производил жуткое впечатление, Андрей решил, что лучше последовать за этими людьми, чем снова остаться в одиночестве. Поэтому он подождал хвоста процессии и без проблем примкнул к ней.

Далеко идти не пришлось: спустя пару минут справа потянулась вереница лифтов, если это можно было так назвать. Ни крыши, ни стен у этой конструкции не было, только платформа, закреплённая на рельсах и приводившаяся в движение четырьмя тросами. Ограждения на подходе к шахте лифтов тоже никакого не было, и там где они уже ушли наверх, можно было заглянуть вниз и попытаться рассмотреть что-нибудь в темноте. Андрею даже на секунду захотелось бросить туда что-нибудь, но под рукой не оказалось ни одного подходящего предмета: при перемещении его сумка с вещами пропала, на нем была лишь футболка, джинсы, да летние кроссовки.

Вновь проследовав за остальными, Андрей поднялся на несколько этажей вверх. Коридоры здесь были попросторнее, чем внизу, хотя в воздухе висел какой-то затхлый запах. Люди выстраивались в очередь перед металлической дверью с окошком. Практически все заготовили в руках маленькие черные пластины, которые в окошке обменивались на поднос с едой. Порция у всех была одинаковой, но разглядеть содержимое подноса Андрей не мог. Зато запах усилился, и он с отвращением понял, что шел он от еды. Однако больше идти ему было некуда: выходить из очереди было бы странно, да и живот, несмотря на запах, стал недвусмысленно намекать на то, что последний прием пищи был более шести часов назад.

В окошке стояла молодая девушка. Ее движения были отточенными, видно было, что она не первый день стоит на выдаче еды. Когда очередь дошла до Андрея, ему казалось, что сердце колотится у него прямо в горле. Вся ситуация была абсурдной и даже немного смешной, но в тоже время было в этой молчаливой процедуре что-то пугающее. Он подошел к окошку и замер, почти не мигая уставившись на девушку. Несколько секунд она молчаливо ожидала с протянутой вперёд рукой, а затем подняла на него свои карие глаза. "Талон?" - ее голос был достаточно мягким, но после царившей в коридоре тишины показался Андрею раскатом грома. Он неловко развёл руками, показывая, что такого у него нет. Ее брови резко сошлись над переносицей. Она оглянулась через плечо, словно пытаясь что-то там разглядеть, а когда повернулась назад, Андрей с удивлением понял, что ее лицо выражало жалость: "Бригадир забыл выдать талон, да? Но ты же понимаешь, я не могу выдать тебе порцию просто так… Вот что: поднимись на этом лифте на два этажа выше, там пункт выдачи еды для неработающих, порция конечно меньше, но это лучше, чем голодать." Андрей молча кивнул, ему было неловко от того, с какой заботой эта девушка к нему отнеслась. Да еще и похоже приняла его за одного из рабочих. Но стоило ему сделать шаг в сторону, как на его плечо опустилась увесистая рука. "Глория, дай этому парню порцию" - произнес лысый коренастый мужчина лет тридцати пяти: "У меня как раз остался лишний талон." С этими словами он протянул девушке две черные карточки и, не убирая вторую руку с плеча Андрея, повернулся к нему.