Проект Земной Разум 2

Глава 1. Тройственная жизнь  

После той незабываемой встречи в номере лондонского отеля нам с Михаилом на некоторое время пришлось расстаться. Я вылетел в Россию на следующий день, он - продолжал учиться еще несколько недель. В редких телефонных разговорах о случившемся не упоминали, обсуждали только текущие нейтральные события и сугубо личные, семейные вопросы. Следующая наша встреча, после его возвращения в Питер, за исключением нескольких минут, потраченных на дежурные вопросы - ответы о перелете и состоянии здоровья, всецело была посвящена тому невероятному событию. Михаил начал с рассказа о том, как его в течение нескольких дней проверяли сотрудники Скотланд-Ярда и британской разведслужбы МИ-6.

Уже на следующий день после его участия в необычной встрече Избранных и знакомства с загадочным Лектором, по университету поползли странные слухи. Студенты полушепотом делились своими впечатлениями и догадками о странных и непонятных происшествиях, случившихся в университете накануне. В большинстве лабораторий в течение нескольких часов, сначала синхронно начали сбоить, а потом и вовсе отключились все сложные электронно-измерительные приборы и компьютеры. Служба внутренней безопасности университета примерно в это же время зафиксировала веерное отключение камер видеонаблюдения в некоторых коридорах, лекционных залах и аудиториях. Через некоторое время изображение на мониторах самостоятельно восстановилось, но реальная продолжительность "слепых" промежутков, в итоге, не соответствовала показаниям их электронных таймеров. Через день на одной из последних страниц "Таймс" появилась короткая заметка о том, что ряд достопочтенных и заслуживающих доверия жителей соседних кварталов в тот вечер наблюдали над университетскими корпусами необычные оптические аномалии в виде восходящих световых потоков и светящихся шаров различного диаметра. Автор заметки высказывал опасения по поводу бесконтрольных научных экспериментов и их потенциальной опасности для здоровья уважаемых британских налогоплательщиков. Самые дотошные и любознательные студенты, связав все эти странности воедино, пришли к выводу о том , что причиной всему было появление в университете американского писателя и псевдоученого Кэрролла Ли, автора серии книг о будущем Земли и собственном опыте общения с "высшими разумными сущностями", изданных под псевдонимом Крайон. Михаил был наслышан об этом авторе, даже прочитал на досуге несколько его книг, в том числе - "Последние времена", "Партнерство с Богом" и "Я касаюсь тебя". По прочтении, несмотря на огромные тиражи изданий и неутихающую шумиху вокруг личности автора, сделал для себя определенные выводы и утратил к ним всякий интерес. Ему стало предельно ясно, что ничего общего с объективным, научным познанием мира и человека, деятельность автора и его писанина не имеют. Нисколько не пожалел, что пропустил его очередное шоу с ченнелингом - сеансом публичного контакта и общения с очередными "высшими разумными сущностями". Больше удивлялся тому, как мог пропустить многочисленные рекламные объявления об этом его выступлении в стенах университета!? Когда уточнил конкретное время пропущенного им шоу, удивился еще больше. Оно до минут совпадало со временем нахождения его на встрече Избранных и общения с таинственным Лектором!

Несколько последующих дней корпуса университета были наводнены представителями англиканской, католической и протестантской церквей, уфологами всех мастей, журналистами и репортерами. Все искали истину своими методами и способами - от душеспасительных откровений с молитвами и Библией, замерами энергетических полей в коридорах и аудиториях всевозможными датчиками и маятниками, до ярких постановочных интервью с микрофонами и телекамерами. Последними, примерно через неделю после тайной лекции, пожаловали сотрудники британских и американских спецслужб. Несмотря на плохое предчувствие, к встрече с ними Михаил подошел вполне подготовленным, как говорится, во всеоружии. Не только потому, что предварительно пообщался со всеми своими земляками - выходцами из России, проходящими обучение в университете. Многие из них по собственной инициативе поделились с ним впечатлениями от уже состоявшегося общения с представителями этих спецслужб. Но основные волнения и переживания от неизбежной встречи с ними были развеяны его отцом. После первых мысленных свиданий с ним в конце лекции и в моем гостиничном номере, Александр стал являться ему не только в ночных снах, но и днем, в минуты сильных волнений и тяжелых переживаний, вызванных необходимостью принятия очередного важного и ответственного решения. Именно он предупредил его о точном времени предстоящей встречи, подсказал оптимальную линию поведения и некоторые ответы на интересующие их вопросы. С его слов стало ясно, что агентам МИ-6 и ФБР известно о Михаиле намного больше, чем он сам мог себе представить. Не только по его учебе и студенческой научной деятельности, но и по его армейскому боевому прошлому. Время, проведенное им на Северном Кавказе, возможное сотрудничество с российскими спецслужбами и разведывательно-диверсионными армейскими структурами, тогда и теперь, интересовали их больше всего.

Предусмотрительность отца и пользу его подробного инструктажа Михаил оценил в первые же минуты состоявшейся встречи. Ему стали понятны его необычные рекомендации и наставления - на протяжении всего разговора с таинственными собеседниками не снимать оптические очки и непрерывно мысленно прокручивать в голове какую-нибудь веселую песенку. При этом постоянно улыбаться и выглядеть глуповатым, беззаботным простачком. На вопросы отвечать не сразу. Ссылаясь на плохое знание английского языка, задавать им как можно больше собственных встречных и уточняющих вопросов. От предложенного кофе отказаться, сославшись на гипертонию и собственное понимание здорового образа жизни. Больше всего уделить внимания чернявому, молчаливому сотруднику, который будет сидеть прямо напротив его.

Беседа проходила в просторном кабинете университетского чиновника, ответственного за работу с иностранными студентами "по обмену". Представив Михаила трем солидным мужчинам среднего возраста, вальяжно развалившимся в глубоких кожаных креслах с трех сторон невысокого журнального столика, хозяин кабинета указал ему на свободное четвертое. Затем, отдав помощнику указание принести гостям кофе и сигареты, пожелав приятной и плодотворной беседы, артистично поклонившись, удалился.

продолжение главы 1. Тройственная жизнь

Сразу же после окончания "учебки" и прохождения курса молодого бойца, Михаил был направлен в разведбат в зоне боевых действий на территории Чечни. За две недели участвовал в нескольких локальных боестолкновениях, получил легкое ранение, расцененное командирами и сослуживцами боевым крещением и допуском к участию в более серьезных разведывательно-диверсионных акциях. Во время подготовки очередной такой акции, еще на марше, группа нарвалась на засаду противника. По уровню маскировки, шквальному, но одновременно точно пристрелянному и согласованному огню из всех видов оружия, эффективным маневрам и передислокациям отдельных боевиков, с первых же секунд боя стало понятно, что столкнулись не с подростками из соседних аулов, а с хорошо подготовленным, слаженным и обстрелянным подразделением иностранных наемников.

Численный перевес, эффект внезапности и знания местности со стороны боевиков сказались уже через полчаса. Укрывшись за каменными валунами, экономя патроны и ведя огонь максимально прицельными, одиночными выстрелами, Михаил все реже и реже слышал голоса своих боевых товарищей и звуки стрельбы их оружия. Все чаще и чаще - крики и команды на чеченском, грузинском и арабском языках, уже знакомые очереди из американских М-16 и израильских УЗИ. Густая "зеленка" и покатый горный склон затрудняли обзор и передвижение, и вскоре бой перешел в позиционно-снайперскую дуэль. Огонь нашей группы оказался более прицельным и эффективным, количественное соотношение сил сместилось в нашу пользу. Но к противнику подоспело подкрепление, и сразу же с его стороны последовала отчаянная атака. С нашей стороны сначала полетели гранаты, потом - короткие очереди и одиночные автоматно-пистолетные залпы. Заканчивался бой стремительной рукопашной схваткой.

Из трех боевиков, несшихся на Михаила, стреляя в их головы почти в упор, он успел уложить двоих. Одновременно со стрельбой, поднявшись во весь рост и готовясь к рукопашной схватке с третьим, сам получил пулевые ранения в правое плечо и левое бедро. Крупный и тяжелый бородач с повязанным на лбу черным платком, готовился в прыжке сбить Михаила на землю. Перед тем, как сцепиться руками и упасть, отбросили в сторону автоматы. Бородач оказался сверху, и в следующее мгновение, в его правой руке блеснуло искривленное лезвие арабского ножа. Перехватив его запястье левой рукой, раненой правой достал из ножен и успел несколько раз вогнать по самую рукоятку в его левое плечо свой нож, пока он не вцепился пальцами в его запястье и симметрично не заблокировал движение всей руки. Какое-то время мерялись силой мышц раненных и уцелевших рук, пытаясь преодолеть сопротивление, дожать и полоснуть противника лезвием по горлу. Как дикие звери, оба рычали от злобы и завывали от боли в кровоточащих ранах. Дважды острие арабского ножа неглубоко процарапало вспотевший лоб Михаила, и несколько тонких струек крови начали расписывать красными боевыми полосками его лицо в соответствии с направлением движения и положением головы. Поняв, что одной силой не обойтись, Михаил сделал ставку на ловкость и подвижность. С помощью уцелевшей ноги, изогнувшись дугой и оттолкнувшись от валуна, вывернулся и оказался сверху врага. Тот не растерялся и тоже проделал аналогичный кульбит. Так, кувыркаясь друг через друга, пытаясь блокировать чужой нож и дотянуться до горла врага своим, ударяясь о валуны и стволы деревьев, они скатились на несколько метров ниже по склону. Воспользовавшись тем, что на мгновение оба оказались боками на земле, чувствуя, как немеет и перестает слушаться раненая правая рука, пошел на рискованный прием. Навалившись левым плечом на его правую руку с ножом, просунул свою высвободившуюся левую кисть под его затылком, перехватил его левое запястье и уложил врага на обе лопатки. Выгнутая кверху шея боевика, открылась от основания бороды до грудинного края легкого кевларового бронежилета. Перед самым лицом неожиданной мишенью замаячил острый подвижный кадык. Уже чувствуя приближающуюся потерю сознания, со всей оставшейся силой впился в него зубами, со злостью и остервенением смертельно раненого зверя рванул вверх и в сторону.

Как долго находился без сознания, размышлять не было времени. С трудом высвободил из-под шеи мертвого врага затекшую руку и откинулся на спину. Первые реальные ощущения - неприятный приторный вкус во рту и тепло еще неостывшей крови на подбородке, собственной шее и груди. Сразу встать на ноги не получалось - голова кружилась, мышцы и суставы отказывались слушаться. Мокрый и багровый от крови камуфляж, прилипая к телу, еще больше затруднял движения. Густеющая и высыхающая кровь из порезов на лбу, склеивая ресницы и веки, окрашивала все вокруг в пугающие багровые тона. Мельком взглянув на распластанное тело боевика, зияющую рану на его горле, из которой, словно лава из кратера затухающего вулкана, все еще продолжали стекать вязкие струи крови с пузырьками воздуха, с трудом сдержал накатившую волну тошноты, и едва снова не потерял сознание. Потом пришло ощущение острой, пронизывающей все тело, быстро нарастающей боли. После детального осмотра обнаружил еще несколько ран на руках и ногах, а также - отсутствие аптечки с препаратами первой медицинской помощи. Сдерживая отвращение, обыскал труп врага. Снял с него НАТОвскую аптечку, брючный ремень, его же ножом нарезал с его же одежды несколько лоскутов ткани. После двух инъекций обезболивающих наркотиков, перевязки и обработки основных ран, удивляясь мертвой тишине вокруг, начал обратный путь вверх по склону.

Весь участок основного боестолкновения обследовать не стал, понимая, что на это не хватит ни времени, ни сил. Видел двух смертельно раненых, агонизирующих, но еще живых боевиков. Сам не зная почему, решил не добивать. Недалеко от своего валуна, за которым вступил в рукопашную схватку, обнаружил тяжело раненного командира группы. В окровавленной зверской маске ползущего к нему существа, тот не сразу опознал лицо своего бойца, и даже попытался выстрелить в него из своего "Стечкина". Но израненная, обессиленная рука с пистолетом-пулеметом, просто не смогла выполнить эту команду, и слегка приподнявшись над землей, безвольно опустилась вниз. После оказания первой медицинской помощи, почти километр волоком тащил тяжелое тело в направлении расположения своей части.

Глава 2. БАК - отдыхает

Больше года, после этой встречи, мы с Михаилом не виделись. Все наше общение ограничилось лишь несколькими его короткими звонками. Он ссылался на постоянную занятость, отсутствие свободного времени и частое нахождение вне зоны мобильной связи. Я и сам уже обратил на это внимание - подавляющее количество моих звонков заканчивались однотипным ответом автомата-оператора: "Абонент находится вне зоны досягаемости. " Несмотря на все прошлые инструкции-предупреждения и текущие успокаивающие отговорки племянника, мои переживания по поводу его работы и личной безопасности, только усиливались, временами перерастая в неконтролируемое беспокойство. В один из таких дней, когда все мои мысли с утра водили хоровод вокруг непредсказуемого будущего любимого племянника, он неожиданно вошел в мою холостяцкую квартиру.

За минуту до этого, находясь на кухне, я услышал необычно тихий и короткий сигнал домофона, даже мимоходом подумал о том, что он часто "глючит" после ремонта и замены электронных ключей -"таблеток" от замка двери подъезда. Когда первый шок от появления в коридоре Михаила прошел, обратив внимание на веселое, радостно улыбающееся выражение его лица, после короткого приветственного ритуала, не удержался и прямо задал вопросы о том, почему он не предупредил о своем приезде, и как он попал в подъезд, тамбур и мою квартиру. Продолжая улыбаться, Михаил мягко и изящно ушел от прямого ответа, шутливо заявив, что сам обрадовался тому, что все три двери оказались незапертыми. Секунду подумав, не меняя шутливо-ироничного тона, добавил, что не звонил мне на мобилку именно потому, что был уверен, я и так почувствую его приближение. Эти его слова вызвали у меня поток новых противоречивых эмоций и мысленных вопросов. Перед его появлением в квартире я несколько минут неотрывно смотрел в окно на кухне, все подходы к подъезду дома постоянно находились в поле моего зрения. Ни подъезжавшей машины, ни идущего пешком племянника - не видел! Только радость встречи и огромное желание побыстрее узнать новости о его питерской жизни, перевели наш разговор в другую плоскость.

Когда мы перешли на кухню, и я потянулся к дверце холодильника, намереваясь накрыть стол и за неторопливым обедом поговорить в уютной домашней обстановке, Михаил удивил меня неожиданным предложением: "Я не голоден, в поезде отдохнул и выспался. Мы договаривались с тобой о рыбалке. Давай быстро переоденемся, докупим в магазине все необходимое, и прекрасно проведем время на берегу реки. Погода подходящая, мы в самый раз успеваем на вечерний клев!"

Уже во дворе, он удивил меня повторно, отказавшись ехать на моей машине и предложив до магазина пройтись пешком. Выйдя из него, нанял частного извозчика, который на стареньком "Опеле", поскрипев на ухабах и колдобинах разбитой подвеской, доставил нас к самому берегу реки. По дороге Михаил несколько раз озабочено оборачивался назад, словно опасаясь слежки, или преследования. Лишь оказавшись наедине на живописном берегу, объяснил мне свое необычное поведение обоснованным подозрением, что моя квартира и машина уже оборудованы средствами негласного прослушивания. За ним сейчас круглосуточно наблюдают, охраняют и опекают. С большим трудом ему удалось в Питере сбросить "хвост", незаметно добраться до вокзала и сесть в поезд.

Несколько часов до позднего вечера, лишь на короткое время отвлекаясь на то, чтобы снять с крючков глупых окуней и ершей, ловившихся безо всякого нашего участия, и насадить на них новую наживку, мы провели в состоянии необычной беседы. Больше говорил племянник. Я же все это время слушал, задавал уточняющие вопросы и, как губка, впитывал все услышанное. Было еще нечто новое и необычное! Возможно, всему виной оказались мои утомленные за последние месяцы, истрепанные долгим ожиданием нервы и взбудораженные неожиданным приездом Михаила, чрезмерные эмоции. Но восприятие мое в этот вечер очень сильно изменилось. Я несколько раз ловил себя на том, что совсем не слышу голоса племянника, а вместо него, как в 3-Д кинотеатре смотрю какой-то научно-фантастический фильм. Готовые, красочные и динамичные картины сами проникали в мой мозг, создавая удивительный эффект объемной реальности. Мне совсем не приходилось напрягаться, чтобы вникнуть в смысл незнакомых для меня научных терминов и новых, неизвестных ранее понятий

Вначале Михаил рассказал, что военные после долгих упирательств и споров, частично согласились на его условия и разрешили ему продолжать преподавание и научно-исследовательскую деятельность в своем университете. Предупредив о характере предстоящей работы по их теме, долго инструктировали по строгим требованиям режима секретности и особенностям новых взаимоотношений с его гражданскими коллегами. Предоставили для проживания служебную однокомнатную квартиру, оборудованную современной охранной сигнализацией и какими-то другими, непонятными датчиками. Три раза в неделю, утром, служебная машина отвозила его в основной научный центр на окраине города и возвращала назад уже поздним вечером. Потом, все чаще и чаще, работа стала перемещаться на закрытые объекты , расположенные в укромных, лесистых районах Ленинградской области и даже, за ее пределами. Как и предполагалось, исследования на новом месте работы касались методик использования животных в разведывательно - диверсионной деятельности особых подразделений Министерства Обороны. В отдаленной перспективе, часть наработок, в усеченном, демилитаризованном варианте, планировалось передать в МЧС и МВД.

Михаил сразу предупредил, что насколько возможно, избавит меня от всяких подробностей и технических моментов своих научных разработок, а лишь в кратком, максимально упрощенном варианте ознакомит с главными результатами, уже проявившимися и еще ожидаемыми последствиями их обнародования в научной среде и применения на практике в военной и гражданской жизни. "Мне кажется, что я добрался до понимания Разумной Сущности Кванта и в объективном, научно-исследовательском, и в субъективном, гносеологическом (общепознавательном) смыслах! Мало того, я получил возможность фиксировать его внешнюю форму некоторыми объективными, инструментальными методами и средствами, и даже, в определенных условиях, видеть его собственными глазами. Моя первоначальная гипотеза, разработанная не ее основе научная теория, вся парадигма избранной стратегии и тактики научного поиска, оказались верными. От сложных инстинктов, физиологии и анатомии центральной нервной системы животных, я продвинулся к функциональным и морфологическим изменениям, возникающим в них вследствие взаимодействия с человеком.

продолжение главы 2. БАК - отдыхает

Свою основную линию по разработке новых методик дрессировки и тренировки животных, он выполнял безукоризненно. И хотя тратил на нее всего лишь десятую долю сил и времени, все были довольны результатами. И заказчики из МО и МЧС, и научные руководители, и ассистенты с инструкторами. Никто из них даже не догадывался о том, что Михаил параллельно реализует в этих разработках несколько дополнительных, собственных целей. В частности, добиться если не полного исключения, то хотя бы максимального уменьшения летальности животных, используемых в подготовке и проведении разведывательно-диверсионных акций.

Главной преградой для достижения этой цели оказались вовсе не уровень развития нервной системы и качество дрессировки подготавливаемых животных, а несостоятельность интеллекта и психики, низкий моральный уровень их дрессировщиков и инструкторов. Так что, больше обучать и воспитывать приходилось не четверолапых, а двуногих своих подопечных. Делал это Михаил в такой незаметной, мягкой и ненавязчивой форме, что все они искренне любили и уважали его и как специалиста, и как человека. Иногда, сами того не ведая, помогали и защищали его от подозрений коллег и командиров. В таком же ключе он общался и со своими многочисленными знакомыми из военной и научной среды. Именно такой подход позволил ему блестяще спланировать, организовать и осуществить свой главный эксперимент, который сам для себя обозвал абсурдным словом «микроскопотелескоп».

Цель и задача этого эксперимента заключались в объективной фиксации структуры Квантонов. К этому моменту Михаилом уже была детально разработана не только вся теоретическая база, но и конкретная экспериментальная методика обнаружения этой энерго-материальной мыслеформы в структуре эритроцита собственной крови. Но разрешительная способность даже самого мощного из всех находящихся в его распоряжении электронных микроскопов, не позволяла довести эксперимент до логического завершения. После долгих раздумий и поисков, совсем неожиданно, одним прекрасным ранним утром, его осенила несуразная мысль о возможности объединения увеличительных и разрешительных способностей электронного микроскопа и радиотелескопа.

Дальше - расчеты, проработка всей цепи прохождения электронного сигнала - картинки от поверхности эритроцита до приемно-фиксирующего устройства, расположенного на борту искусственного спутника, входящего в состав орбитальной группировки ВКС МО. Последние этапы - организационные вопросы и обработка полученных с орбиты данных, заняли больше всех времени и сил. Официальное согласование эксперимента породило бы тысячи вопросов на всех уровнях научного и военного управления, заняло бы несколько лет драгоценного времени. Понимая это, Михаил пошел совсем другим путем.

Несколько месяцев назад, один из инструкторов-дрессировщиков попросил его проконсультировать своего друга, молодого лейтенанта ВКС, несущего службу на соседнем объекте. Этим объектом была РЛС (радиолокационная станция), обслуживающая управление искусственными спутниками в составе орбитальной группировки ВКС. Лейтенант был отличным технарем-специалистом по диагностике и устранению помех в различных радиолокационных и компьютерных системах, но никудышным собаководом и дрессировщиком. Воспитание собственной овчарки он превратил в мучительную и безумную муштру, бездушное насилие над запуганным и затурканным животным. Немудрено, что в какой-то момент собака вышла из-под контроля и повиновения, начала проявлять непредсказуемую агрессию.

Ни сам хозяин, ни военный инструктор, к которому он обратился по старой дружбе, исправить ничего не смогли. Тогда-то последний и обратился к Михаилу за помощью. Племянник лично встретился и уделил достаточно много времени и собаке, и ее хозяину, превратив их обоих в благодарных и надежных друзей не только по отношению друг к другу, но и к себе самому. После того, как ему пришла мысль о микроскопотелескопе, уже Михаил обратился к нему с просьбой о помощи.

По свежесочиненной легенде, он в своей научно-исследовательской деятельности столкнулся с непонятными сбоями и помехами в работе электронного микроскопа. На интересующих его картинках при исследовании крови животных, временами появляются микроскопические точки-вкрапления, которых в молекулярной и атомной структуре исследуемых эритроцитов, быть никак не должно. Объясняя лейтенанту суть возникшей проблемы, Михаил высказал свои догадки и опасения по поводу их возникновения. Или он неправильно готовит образцы препарата для исследования, допуская их загрязнение посторонними микроскопическими примесями, или эти вкрапления возникают из-за каких-то сбоев и неисправностей в работе самого микроскопа. И то, и другое негативно влияет на чистоту проводимых им экспериментов, что неизбежно повлияет на защиту его докторской диссертации. В конце, очень правдоподобно и искренне озвучил свою наивно-фантастическую мечту, вариант выхода из сложившейся ситуации: «Если бы можно было увеличить длину электронной трубки нашего микроскопа в несколько тысяч раз, чтобы принимающий изображение экран находился где-нибудь в ближнем космосе, мне бы удалось увеличить эти точки-вкрапления до приемлемой величины и разобраться в их структуре и происхождении!» Лейтенант клюнул! При очередной встрече на тренировочной площадке собак, он сам продолжил разговор недельной давности. Предложил завести «он-лайн» изображение с его электронного микроскопа в свой служебный компьютер на пункте управления РЛС. При этом дал коды доступа и использования закрытого канала оптико-волоконной связи, указал точное время сеанса в ближайший день дежурства. В это время он как раз будет проводить диагностику и наладку каналов связи с одним из орбитальных спутников. Это время позволяет ему незаметно для сослуживцев и командиров, в рамках официального регламента продлить путь прохождения картинки от микроскопа до передающей антенны. Потом, несколько видоизменив характер излучения, передать часть этой картинки, в режиме расширения, на приемное устройство спутника. Задействовав систему сверхскоростной фото и видеосъемки, можно будет получить не только отдельные картинки, но и целый короткометражный фильм об интересующих его объектах.