Прости меня, единственная

Глава 1

Лина.

Я была влюблена в него, сколько себя помню. Но я младше, и он никогда меня не замечал. А потом уехал из города. Он служит в отряде особого назначения. Сильный. Высокий. Мужественный. Настоящий русский богатырь.

Никита.

Он больше не мальчик из прошлого.

Он мужчина.

Темноволосый. Мускулистый. Суровый. Но я совсем не боюсь его. Он защитил меня в ту ночь…

Я никогда не думала, что мои мечты о нем когда-нибудь станут реальностью. До той ночи в баре…

Никита защитил меня от приставаний какого-то пьяного.

Ему даже разбили нос из-за меня. Ну или мне так показалось. Но он просто вытер кровь и улыбнулся мне самой греховной улыбкой. И тем не менее я как медсестра не могла не поухаживать за ним.

В итоге к середине ночи мы оказались в одной постели. Это была самая жаркая дикая ночь в моей жизни. А наутро он уехал. Я знала, что так будет. Он боец СОБРа и в родной городок в самом центре Алтая приезжает редко.

Честно говоря, я не ожидала, что он снова приедет спустя всего четыре месяца.

Теперь мне приходится прятаться от него в проходе между полками супермаркета.

Нет. Не потому, что мы плохо расстались или я не хочу его видеть.

А потому что после той ночи он оставил мне кое-что самое ценное.

Я залетела!

Да! Как вам такое?

Это просто классика!

Мои подруги из больницы месяцами не могут забеременеть от любящих мужей, а я умудрилась залететь после всего одной ночи с мужчиной, который никогда не был моим. И не будет.

Я никому не говорила. Особенно Маше. Хотя она моя близкая подруга. Но что, если она расскажет Матвею — другу Никиты? А он Никите?

Он не должен узнать. У меня есть много причин так считать. И именно поэтому я, пригнувшись, вцепилась в тележку с продуктами и крадусь по ряду с овощами.

Веселого мало. Еще и токсикоз замучил.

Мой гинеколог заверила меня, что утренняя тошнота во втором триместре — это нормально, хотя приятного в этом мало.

Да неужели?

Это еще слабо сказано.

Угораздило же меня.

А я ведь никогда раньше не занималась сексом на одну ночь!

Ну правда!

Я не такая!

Что уж теперь.

Та ночь была незабываемой. Безумной. Но для меня оказалась еще и роковой.

Он не только мужественный и красивый. В нем есть какое-то спокойствие и уверенность, которые притягивают. Будто он знает кто он и чего хочет и ему плевать на мнение других.

Он сдержанный. И контролирует свою силу. Не выходит из себя. Даже когда какой-то пьяный на танцполе пристал ко мне, Никита разобрался с ним с достоинством и спокойствием.

А какой он в сексе! Он довел меня до оргазма три раза. Пальцами, языком и конечно внушительного размера членом.

Я протискиваюсь к молочному отделу. И мне в нос ударяет запах сырой рыбы из витрины в дальнем углу.

Упс. Теперь меня точно вырвет.

Надеюсь, Никита уже ушел и не увидит этого позора.

Бросив тележку, я заворачиваю за угол в поисках туалета и врезаюсь в стену из твердых мышц.

— Лина? — большие руки обхватывают меня за талию.

С замиранием сердца поднимаю на него глаза.

Его ноздри раздуваются, будто он вдыхает мой запах. Его голубые глаза меняют цвет. Они становятся зелеными.

Наверное, у меня галлюцинации из-за токсикоза.

Я хочу обойти его, но он не позволяет.

— Лина, детка, тебе плохо? Ты бледная. Даже зеленая…

Да неужели?

Шерлок Холмс нервно курит в сторонке.

А я? Я больше не могу сдерживаться.

Меня рвет прямо на его ботинки.

Фееричненькая встреча получилась!

— О боже, — хриплю я.

— Есения! Принеси бутылку воды! — говорит он красивой девушке.

День становится все лучше с каждой секундой. Мало того что меня стошнило на отца моего будущего ребенка, которого я пыталась избегать. Так он еще и со своей девушкой!

Конечно, когда я увидела две полоски на тесте, я размышляла, сказать ему или нет? Я хотела. Но мы оба знали, что это была лишь одна ночь. Он уехал. А я настолько измучилась с бывшим, что уже мало доверяю мужчинам.

Он заслуживает знать! — шепчет мне мой внутренний голос.

Нет! У меня и так много проблем в жизни из-за мужчин. Мой бывший все еще преследует меня.

Все слишком запутанно.

Есть еще одна причина не говорить. И я никогда не буду привязывать к себе мужчину ребенком. Никита не замечал меня до той ночи (ну, конечно, он и нечасто бывал в городе, но все же).

И после той ночи он уехал и ни разу не пытался со мной связаться.

И как оказывается, не зря я не сказала. Вот он, полюбуйтесь. Вернулся в город и уже мутит с другой девушкой!

— Попей, — ласково говорит Никита, забирая бутылку из рук своей подружки. — Может, отвезти тебя в больницу или…

— Я просто пойду домой.

— Я отвезу тебя. Даже не думай, что я так оставлю тебя, Лина.

Он любит командовать.

А у меня похоже гормональный всплеск. Только что меня тошнило. А теперь мне хочется секса. С ним!

А еще мне хочется убежать от своего позора.

Еще и его девушка крутится рядом. И почему она должна быть такой свежей, красивой… на дворе зима, все люди закутаны, а она цветет и пахнет.

— Я пойду, — бубню.

— А как же твои продукты? — он смотрит на брошенную тележку. — Есения! Забери, пожалуйста.

— Конечно, — отвечает она ангельским голоском. А Никита дает ей свою карту. Потом берет меня под локоть и ведет на улицу.

— Я сама доеду, — не смею смотреть ему в глаза. — Вот моя машина.

Она маленькая. Старая и дешевая. Но зато она моя.

— Ты не сядешь за руль в таком состоянии. Я отвезу тебя. Давай свои ключи.

Я не успеваю возразить, он берет мою сумку, находит ключи, открывает дверь и нежно усаживает меня на пассажирское.

Я протягиваю ему салфетки из бардачка.

Глава 2

Никита.

Она моя пара! Как я мог этого не почувствовать в ту ночь в баре?

Сегодня, едва я увидел ее и принюхался, мой волк сразу же ее узнал.

Из моей груди вырывается низкое рычание, когда я ухожу все дальше от ее дома.

В ту ночь мне сломали нос, и я не могу чувствовать запахи. Но все же! Почему я не догадался!

Да. Я сразу почувствовал невероятное притяжение. Она была самой красивой девушкой в баре. Я захотел ее. Но это было больше, чем похоть. Мне понравилась ее улыбка. И то, как нежно она проверяла мой сломанный нос. Ее женственность, ее доброта.

И тот факт, что я не мог насытиться ею всю ночь? Как я не понял, что она моя истинная! Кому рассказать, парни же засмеют меня.

Я и не думал, что парой может стать обычная девушка. Не оборотень. Но мой друг Матвей тоже влюбился в обычную девушку. Она его истинная. Он пошел против правил, заявив об этом и сделав ее своей.

До этого я не слышал о таком.

Я так злюсь на себя, что не учуял ее четыре месяца назад. Оставил ее. Уехал. А я должен был бы заботиться о ней. Быть рядом. Оберегать. Ублажать. Делать все, чтобы моя пара была счастлива.

Теперь я ее точно не оставлю.

Но как мне рассказать ей об этом?

Волчица узнает свою пару по запаху, так же как и ты ее. Но Лина — человек. У нее другие представления об отношениях. Как мне объяснить ей, что она — моя судьба?

Она держалась настороженно. Не доверяет. Не хотела, чтобы я приходил.

Но я ее не отпущу.

Даже если это будет сложно.

Она не знает, что она моя пара. И думает, что я просто поимел ее один раз и ушел. Что я не рассматриваю серьезные отношения с ней.

Мне придется ее переубедить.

Мой волк очень хочет вернуться и ухаживать за ней, пока ей плохо!

Это напоминает мне, насколько она уязвима. Она человек. И может заболеть. В отличие от оборотня.

Тем более я должен быть рядом.

Стоп!

Она уязвима. Она может не только заболеть. Ее очень легко ранить.

А я силовик из Совета оборотней. Я выполняю опасную работу и у меня много врагов. Как я могу быть с кем-то таким уязвимым. Если Лина будет со мной, это будет угрожать ее жизни.

Уже несколько лет я работаю силовиком. Охочусь на оборотней, которые нарушили правила, вышли из-под контроля. Например, напали на человека, угрожают раскрыть нашу тайну, действуя жестоко и безрассудно. Совет приговаривает их и приказывает мне исполнить над ними суд. Потому что, ну давайте честно, вы не можете посадить за решетку оборотня. Он порвет там всех. Сбежит. И раскроет тем самым наш секрет.

Поэтому для самых злобных, жестоких особей есть наш собственный суд волков.

Я что-то вроде и полицейского, и тюремщика, и палача.

Если кто-то захочет отомстить мне, то Лина окажется под ударом.

Всего секунда потребуется, чтобы свернуть ей шею. А у людей нет такой способности к регенерации, как у оборотней.

Я только что нашел свою пару и не могу быть с ней.

Для Лины безопаснее, если я буду держаться от нее подальше.

Никто не знает, что я силовик. Это держится в строгой тайне как раз из-за того, что кто-то захочет отомстить из родственников тех, кого Совет приказал уничтожить. Про мою работу знает только сам Совет и мой альфа. Илья Волков. Старший брат из братьев Волковых.

И больше никто.

Все же быть со мной для Лины опасно.

Меня разрывает от этого осознания.

Чтобы защитить ее, я должен уйти от нее.

Мне так плохо, что я готов завыть.

Я приезжаю на ферму. Есения уже там. Она оборотень. И действительно одна из моих дальних родственниц. Между нами никогда ничего не было и не может быть.

Она передает мне пакет продуктов для Лины.

Илья сразу же замечает мое плохое настроение.

— Рана болит, — вру, не глядя на моего альфу.

И это не совсем ложь. На моей последнем задании все пошло не по плану.

Я охотился на оборотня, который убил несколько человек. Он совсем съехал с катушек. Жестокий. Неуправляемый. Но он ждал меня и всадил в меня пулю с серебром.

От серебряной пули рана затягивается гораздо медленнее и чертовски болит.

Поэтому я и вернулся в родной городок — залечить рану.

— Он нашел свою пару, — вмешивается Есения, расставляя блюда на накрытый стол. — И она человек.

Ну спасибо!

— Да? Кто она? — Илья подходит ближе.

— Я пойду, пробегусь, — выбегаю из дома. Я не готов обсуждать это.

Мне нужно выпустить пар, иначе я ворвусь в дом Лины и возьму ее.

И что я скажу? Эй. Привет. Я оборотень и сейчас я укушу тебя, потому что ты моя пара и я должен сделать тебя своей. Кстати, я уже не работаю в отряде быстрого реагирования, как многие думают. Я убиваю плохих оборотней.

Офигенный выйдет разговор!

———

Лина.

Утром я в спешке собираюсь на смену. За ночь намело снегу…

Черт. А это что такое? Не снег будет моей проблемой на дороге. Шина со стороны водителя проколота. И это не из-за гвоздя на дороге. Прокол в таком месте, что это явно кто-то специально сделал. Мой бывший муж. Марат. Это на него похоже.

Он психопат.

Он пытается вернуть меня. Создавая мне проблемы, он надеется, что я сдамся?

Что прибегу к нему и попрошу о помощи или что?

Я не люблю его и не хочу с ним жить. Не понимаю, почему он хочет меня вернуть? Он считает, что я его собственность.

Он посчитал, что имеет права ударить меня.

Я моментально собрала вещи и ушла. Не собиралась это терпеть.

Он хочет меня вернуть. Отказывается давать развод и придумывает разные юридические тонкости, чтобы нас не могли развести в одностороннем порядке. К тому же я уверена, что у него есть связи в суде. Так что мне в этой ситуации никак не выйти победителем.

А теперь еще и проколотая шина. Это что-то новенькое.

Не думаю, что это какие-то хулиганы. И случайность. Это Марат. Он хочет выбить меня из колеи, чтобы я не была такой независимой. Даже элементарно не могла независимо от него передвигаться по городу.

Глава 3

Сдерживаю слезы, кутаясь в зимнее пальто. И не сразу обращаю внимание на звук подъезжающей машины. Тяжелые шаги по снегу.

Никита!

Мой сексуальный герой пришел проведать меня, как и обещал.

Он осматривает меня своим темным проницательным взглядом, от которого по моему телу ползет жар.

Он опускает взгляд на мою машину.

— Кто это сделал? — из его горла врывается рычание. Я серьезно. Это прям очень похоже на рычание.

От этого он кажется еще более мужественным.

Ох. А когда ему врезали по носу в баре, он даже не поморщился. И не показал гнева. Просто ответил моему обидчику — быстро. Эффективно. Уверенно.

Вот и сейчас он смотрит на мое пробитое колесо так, будто хочет решить этот вопрос быстро, уверенно. И разобраться заодно с тем, кто это сделал. Без агрессии. Но по заслугам.

Очень заманчиво рассказать ему о Марате. Но если мой бывший муж узнает, что у меня появился мужчина, пусть и просто знакомый, с которым у меня был одноразовый, но запоминающийся на всю жизнь секс, то Марат просто озвереет. И я боюсь, что начнет преследовать меня еще более активно. И снова ударит.

— Наверное, хулиганы.

Никита смотрит так, будто не верит мне.

— Зайди в дом. На улице холодно. Подожди внутри, пока я поменяю колесо.

Снова эта властность в голосе. Но у Никиты это выходит сексуально. И он не манипулирует мной, как Марат. Никита хочет помочь. Это разные вещи.

Он идеальный.

Но как он себя поведет, когда узнает, что я скрыла от него беременность?

Я зашла в дом и пошла погрызть печеньки, чтобы меня снова не накрыло волной утреннего токсикоза.

Вскоре он постучал в дверь.

— Все готово. Я использовал твою запаску. Тебе нужно заехать в сервис и купить на всякий случай еще одну.

— Ага. Спасибо.

Только у меня нет лишних денег на это. Вся зарплата уходит на погашение кредитов Марата.

— Как ты себя чувствуешь? Тебе лучше? — в его тоне появляется мягкость, которая так контрастирует с его мощной мужской аурой.

— Спасибо. Мне лучше.

Он улыбается мне. И у него на щетинистой щеке появляется ямочка. А я-то думала, что он не может быть еще сексуальнее.

— Та как прошло ваше семейное торжество. С той девушкой…

— Ты ревнуешь? — ухмыляется он. — Она моя родственница. Правда.

— Я не ревную, — бубню, чувствуя, как краснеют мои щеки. — Я не имею права ревновать. У нас был секс всего один раз… четыре месяца назад. Конечно, это логично, что у тебя с тех пор была девушка… даже девушки.

— Нет. У меня никого не было с той ночи, — его взгляд проникновенный, голос низкий, пробирает до глубины души.

Никита приближается ко мне и наклоняется к моему лицу. Вдыхает глубоко мой запах и мне кажется, что он снова рычит.

— Никого не было, — шепчет он, не сводя с меня глаз.

— У меня тоже…

Я не успеваю договорить, как он целует меня.

Боже, как он целуется. Он без предупреждения обвивает мою шею своей широкой теплой ладонью и обрушивается на мои губы. Искры летят. Будто медленно тлеющие угли внезапно разгорелись, и пламя взвилось яркими искрами до небес. После секундного оцепенения я открываю рот и впускаю его наглый язык. И черт, никогда… никогда раньше мой клитор не пульсировал только лишь от поцелуя.

Я полностью погружаюсь в него, в ощущения его сильных рук на мне. Кожу головы приятно покалывает, когда Никита наматывает мои волосы на кулак, удерживая мою голову.

Зверь!

Просто зверь.

Это даже лучше, чем я помню. Лучше, чем в первый раз. Или это гормоны беременности делают меня такой чувствительной.

Между нами все еще есть эта химия. Мне не показалось той ночью.

Но мне нужно остановить это. У меня слишком много сложностей в жизни. И мне ни к чему еще одна в виде моего разбитого сердца. Он уедет. Снова уедет. А я останусь.

И да. Я не хочу говорить ему о ребенке. Потому что за четыре месяца он ни разу не связался со мной. Мог бы узнать телефон у Маши. Ведь он дружит с мужем Маши.

Если я скажу о ребенке, и он захочет быть со мной — то это будет только из-за беременности. А я хочу, чтобы мужчина был со мной ради меня. Из-за меня.

Мои родители ненавидели друг друга. Всю жизнь. Их свадьба была по залету. Мама забеременела мной. И они поженились. Папа посчитал, что так правильно. Так надо.

А в итоге я страдала из-за того, что они всегда ссорились. Скандалили.

Так что я не скажу о беременности. Нет.

Я не хочу быть для него обязанностью. Обязательством.

Каким бы замечательным сейчас Никита ни был.

Тем более я не хочу вступать в отношения, пока мой развод не будет оформлен. Господи, по бумагам я все еще замужем.

И как мне теперь сказать это все Никите?

Я упираюсь рукой в его грудь. И наконец он прерывает поцелуй.

— Подожди. Никит… я не могу. Не могу.

— Почему нет?

— Я… — черт. Что придумать? Про малыша не могу сказать. — Я замужем.

— Что? — ревет он. И на этот раз так громко, что наверное соседи слышат в других домах.

— Я не живу с мужем больше года. Я не изменяю. Не подумай ничего такого. Но официально мы все еще не разведены. Я хочу этого. Но он — нет.

Он долго не отвечает. Его лицо мрачное.

— Ясно, — тихо говорит.

И уходит.

Глава 4

Никита

Она замужем?

Моя пара замужем за другим?

Я отъезжаю от ее дома, потом останавливаюсь и ударяю кулаком по приборной панели. Рана на моем боку взрывается болью. Ожог от серебряной пули. И это очень хорошее напоминание, почему я должен держаться подальше от Ангелины.

Моя работа слишком опасна. При такой работе нельзя иметь слабые места, нельзя иметь семью.

Но не могу противостоять притяжению. Меня тянет к ней. Невидимой нитью.

Я так зол, что готов убивать. Желательно ее мужа.

И я очень надеюсь, что все-таки скоро их развод будет оформлен.

Я хочу ее. Она должна быть моей. Я не отступлю.

Мне нужно узнать больше о лине.

Я звоню оборотню, который собирает данные и может взломать любую систему. Она хакер. Крутая девчонка-оборотень. И я притворяюсь, что мне нужна информация о медсестре Лине в связи с моей работой. Она перезванивает уже через полчаса.

— У нее есть муж. Но больше года назад она написала заявление в полицию. Он ударил ее… с тех пор она пытается с ним развестись. Но разные имущественные споры постоянно всплывают и тормозят процесс.

Из этого всего я слышу только то, что он ее ударил. Теперь я еще больше хочу его убить.

Так. Стоп. Шину проколол он?

Этот урод использует различные юридические уловки, чтобы не дать ей развод.

Фактически она не жила с ним, когда мы встретились в баре четыре месяца назад. И она не обманывала меня. Она была свободной. И жила одна. Я лично проводил ее домой и остался. Это была лучшая ночь в моей жизни. Я по привычке осмотрел все пространство. Подметил все детали. И я не увидел никаких признаков мужчины в доме. Лина живет одна.

Конечно, она не обязана была рассказывать мне о своей жизни. Мы весело тусовались в баре, а потом нам было не до разговоров.

И она не остановила меня. А сейчас… когда я ее поцеловал, она рассказала. И что это значит? Что она хочет чего-то более серьезного, чем секс на одну ночь.

Она рассказала мне всю правду. Потому что надеется на нечто большее…

Я улыбаюсь. Она хочет меня.

И я еле сдерживаюсь, чтобы не побежать к ней обратно. Не заключить в объятия и сказать, что теперь она в безопасности. И я всегда буду рядом. Буду оберегать ее и защищать.

Ты силовик. Ты палач. Твоя работа опасна — напоминает мне внутренний голос. Да. Матвей встретил свою пару и она оказалась обычной женщиной. Человеком. Не оборотнем.

Но у него другая ситуация.

Я никому не могу рассказать, чем я занимаюсь. Потому что это опасно. И я обязан держать это в секрете даже от оборотней. Кроме Совета только мой альфа знает.

Я не могу быть со своей парой по причинам, которых у других оборотней нет.

Мне нужно поговорить с Ильей — моим альфой.

Посоветоваться с ним.

———

Лина.

— Вот карточка, — протягиваю кассиру. Я все-таки поехала в сервис. И заказала запаску. Мало ли что.

— Она не проходит, — говорит парень за кассой.

— Не может быть.

У меня там немного денег, но я точно помню, что не по нулям.

— Я попробовал несколько раз.

Я прошу минуточку и выхожу на улицу. Ищу номер моего банка и звоню им.

— С вашего счета были сняты деньги согласно судебному приказу.

— Как это?

— Какая-то задолженность, — равнодушный голос оператора. — Судебные приставы могут сделать это, не уведомляя вас.

Это точно проделки Марата. Все его тупые кредиты. Ненавижу его.

Я чувствую себя такой униженной. Мне приходится оставить запаску в сервисе. Я еду в больницу. И на парковке вижу блестящий черный мерседес Марата. Он стоит около и нагло улыбается.

И это последняя капля.

Я накидываюсь на него с криками.

— Ты придурок. Я тебя ненавижу. Как ты мог так поступить со мной? Ты украл мои деньги!

— Как я мог украсть деньги у собственной жены. Они не твои. Они наши.

— Оставь меня уже в покое. Я никогда не вернусь к тебе.

Я кричу и кричу. И мне все равно, что многие люди оборачиваются на нас.

— Дорогая…

— Не называй меня так. Я тебя убью. Слышишь? Просто оставь меня в покое!

Мне хочется плакать. Я так зла.

Я должна успокоиться. Мне нужно думать о моем малыше.

— Маме нельзя нервничать, — поглаживаю живот, когда вхожу в больницу.

Глава 5

Никита.

Весь день я думаю над ситуацией моей пары. И скучаю по ней. Порываюсь поехать к ней.

Я должен найти хорошего адвоката для Лины. Благодаря моим связям я знаю очень хорошего среди оборотней. Она тоже женщина. И она как хороший юрист может впиться в глотку оппоненту — конечно, не в прямом смысле, а в юридическом. Хотя как оборотень и в прямом тоже.

— Я заплачу любые деньги. Приезжай и займись ее делом, — снова вижу на телефоне.

— Я могу прилететь. Но она вообще в курсе, что ты меня нанимаешь? — спрашивает Елена. Как всегда деловая и прямолинейная.

— Она — моя пара. Ее бывший муж достает ее. Угрожает.

— Я понимаю. Правда, — вздыхает она. — ладно. Хорошо. Я возьмусь за ее дело, хотя как правило, сначала я должна убедиться, что клиент сам меня нанимает.

— Спасибо.

Я места себе не нахожу. Мне нужно поехать к Лине. Убедиться, что с ней все хорошо. К вечеру не выдерживаю и сажусь в машину. Знаю, что она просила меня уйти, знаю, что моя работа может аукнуться мне и соответственно Лине, но не могу быть вдали от нее.

Когда подъезжаю к ее домику, вижу силуэт в темноте. Кто-то трется у ее дома, заглядывает в окна. Шпионит за ней.

Подбегаю к нему.

— Какого черта ты тут делаешь? — кричу.

Он оборачивается и смотрит так, будто имел право здесь стоять.

Шторы в окне распахиваются и Лина кричит.

Только не убивай его сразу! — уговариваю себя. Так как я на волосок оттого, чтобы превратиться и вцепиться ему в глотку.

— Марат! Что ты тут делаешь? — открыв окно, кричит Лина.

Марат. Значит, ее муж.

Хватаю его за куртку и с силой швыряю в стену дома. Он вскрикивает.

— Она моя жена. Я имею права тут быть, — скулит он.

— Нет. Не имеешь, — Лина выбегает из домика. — Как ты меня опять выследил? Мне снова придется переехать! Ты такой придурок! — с отчаянием кричит она.

Она переводит взгляд на меня, и на ее лице отражается облегчение. Ей спокойнее, когда я рядом. Это очевидно. И я рад этому!

— Ты знаешь его? — со злостью спрашивает ее Марат. Будто имеет на нее права.

— Это не твое дело. Убирайся.

Я оттаскиваю его за шкирку от дома.

— Слушай сюда, урод. Еще раз увижу тебя рядом с Линой, голову пробью.

— Она моя жена.

Я встряхиваю его.

— Ты думаешь, что имеешь права ее бить? Я не буду повторять. Еще раз тронешь ее, насолишь ей хоть как-то, и я уже не буду таким снисходительным.

Отшвыриваю его подальше. И спешу вернуться к Лине.

Вхожу в дом. Мы смотрим друг на друга долгую минуту.

Она в порядке. Просто немного напугана. Мой пристальный взгляд обшаривает ее лицо.

— Собирай вещи, Лина, — приказным тоном.

— Что?

— Ты не останешься здесь. Твой бывший настоящий психопат. Он не успокоится и будет преследовать тебя. Я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось.

— Я никуда не пойду.

— Пойдешь. Собирай вещи, детка, — стараюсь смягчить тон. — Тебе нельзя оставаться там, где Марат найдет тебя.

Мне нужно донести до нее, что она моя и к черту весь остальной мир. Но сначала мы уедем отсюда.

— Ты не имеешь права командовать мною. У нас был секс всего один раз и все.

— И все? — подхожу вплотную и опускаю руку на ее бедро. Она начинает дышать более поверхностно. Облизывает губы. Она не может скрыть свою реакцию на меня.

— Ты такой властный…

— Ты хочешь посмотреть, какой я властный? — ухмыляюсь и поднимаю ее. Закидываю себе на плечо и несу в комнату.

— Собирай вещи. Мы уезжаем. Или я останусь здесь. Но ты больше не будешь спать одна. Только со мной.

— Куда ты меня отвезешь?

Хм. Хороший вопрос. У моих родителей большой дом. Своего жилья у меня нет. Я ведь все время в разъездах и дома бываю редко. Но у них есть квартира, которую они сдают для туристов. Я знаю, что сейчас она пуста. Мы могли бы пока пожить там.

— Есть одно уютное место и твой бывший никогда тебя там не найдет.

———

Лина.

Поверить не могу. Сумасшедший вечер. Марат нашел меня. Подкрался. А потом появился Никита и защитил меня.

Теперь я сижу в его машине, и он везет меня в неизвестном направлении в ночь.

— Погоди! А как ты вообще оказался около моего дома так поздно? Я уже собиралась спать. Ты пришел просто так или…

— У меня было… плохое предчувствие. Я знал, что должен приехать к тебе.

Вау. Он думал обо мне и пришел проверить.

Но я не чувствую, что он навязчив. И с ним мне спокойно. Я знаю, что с Никитой я в безопасности. А с Маратом я всегда была неуверенной. Чувствовала себя неловко и в стрессе. Будто боялась сказать или сделать что-то не то. Даже в первые годы брака.

Никита останавливается около трехэтажного дома.

Я поворачиваюсь и кладу руку на его ладонь, уверенно держащую руль.

— Спасибо за помощь. Но это не значит, что я должна с тобой спать, — добавляю, когда до меня доходит: если я разденусь, то он увидит, что мой живот округлился. На четвертом месяце это уже не скрыть. В одежде и зимнем пальто он этого не видел. Но полностью обнаженная…

— Я всегда буду помогать тебе. Неважно, будет между нами секс или нет. Ты всегда можешь на меня рассчитывать.

Он такой милый. И мое затопленное гормонами тело хочет его.

И зачем я сказала, что между нами ничего не будет?

На самом деле после всего лишь одного раза я все время думаю о нем и вспоминаю нашу ночь.

Глава 6

Мы заходим в квартиру. Никита включает свет и я оглядываю очень уютное помещение.

Он галантно снимает с меня зимнее пальто.

— Как я сказал, ты не обязана спать со мной, но если бы ты позволила… дала мне шанс… я бы показал тебе, как хорошо это будет, — Никита зарывается лицом в изгиб моей шеи и посасывает кожу. Целует подбородок, встречается с моими губами. Они горячие. Нежные, но в то же время настойчивые.

Я завожусь только от одного поцелуя.

Мои руки сами бесконтрольно вцепляются в тонкий джемпер на его груди.

Я охаю, когда он внезапно подхватывает меня под попу, делает несколько шагов и прижимает к стене.

Инстинктивно обвиваюсь ногами вокруг его талии.

Целует страстно, собственнически. Его пальцы ловят на моей шее бешено колотящийся пульс.

Каждая клеточка моего тела настроена на него, на его руки и губы.

Я понимаю, что секса не избежать. Мы оба слишком сильно этого хотим. Между нами неоспоримая химия.

— Давай договоримся, — задыхаясь, шепчу. — Ты не будешь включать свет, и я полностью твоя.

Я протягиваю руку и ударяю по выключателю. Комната погружается во тьму.

Никита на мгновение замирает. В темноте я почти не могу разглядеть его лицо. Но его глаза блестят, почти как у животного.

— Договорились, — бормочет он. Берет меня на руки и несет в темноте уверенно, так, будто он знает дорогу вслепую или видит ее. Как будто он может видеть в темноте. Но это невозможно.

Он укладывает меня на мягкую кровать. И его руки находят мой свитер.

Все пройдет хорошо. В темноте он ни за что не увидит мой округлившийся животик. На четвертом месяце это совсем маленькая выпуклость.

В глубине души я осознаю, что это не совсем логичные рассуждения, но уже не смогу остановиться. Я слишком сильно его хочу.

С самого лета я только и фантазирую о Никите. И вот мне снова выпадает шанс — почувствовать как хорошо может быть с таким потрясающим сильным и щедрым в постели мужчиной.

Я оказываюсь полностью раздетой, и Никита вздыхает. Как будто видит меня. Но это невозможно. Плотные шторы не пропускают даже толики света от уличного фонаря.

Я слышу шорох одежды. Он тоже раздевается.

Я с нетерпением хочу прикоснуться к нему.

Вспоминая нашу ночь — он был сплошь мускулами. Под моими ладонями были рельефные кубики пресса. Он настоящий русский богатырь из глубинки.

— Если ты не хочешь включать свет, потому что стесняешься своего тела, то я могу заверить тебя, что ты идеальна, — с придыханием шепчет Никита.

Я чувствую, как прогибается кровать, и представляю, как Никита опускается на нее и ползет ко мне.

— Просто мне так удобнее, — отвечаю.

— Ладно. На этот раз без света, — рокочет он у моего лица. И облизывает мочку моего уха.

Его губы опускаются на мой сосок. А вторую грудь массирует его широкая теплая ладонь.

Мое тело потряхивает от возбуждения. Никита обхватывает обе груди и поглаживает их.

— Они стали больше.

— Ты не можешь помнить.

— Я помню! — он обдает горячим дыханием мою чувствительную грудь.

Мне приятно, что он запомнил, как моя грудь ощущалась в его руках. Ведь прошло уже несколько месяцев!

Его обжигающий взгляд ранее, его собственнический поцелуй, его признания, произнесенные хрипловатым басом… Никогда еще я не была так возбуждена. Это все заставляет мою кровь бурлить. Мое тело гудит, клитор пульсирует.

Никита массивен. В нем нет ничего маленького. И как я уже хорошо знаю, его мужское достоинство тоже огромное. Так что я с небольшой долей волнения жду, когда он войдет в меня.

— Презерватив… — шипит он.

— Нам он не нужен, — обхватываю его талию ногами, не желая отпускать его. Потом спохватываюсь. Я едва не проговорилась.

— Я чист, — заверяет он.

— Я тоже.

Он медленно входит в меня.

Его энергетика — часть его мужской харизмы.

Мягкость и заботливость, спрятанная под оболочкой жесткости, кружит голову не меньше, чем его мускулистые руки, обнимающие меня. И чем то, когда он жестко входит в меня, все больше утопая в страсти, теряя связь с реальностью.

Хочу, чтобы он не сдерживался. Не осторожничал.

Никита сжимает рукой мои волосы, завладевая моим ртом. С бешеным рычанием зверя целует, покусывая и оттягивая мою нижнюю губу. Он сильнее дергает пряди, намотанные на его кулак, заставляя открыть ему шею.

Его губы путешествуют по моему подбородку. Его горячее дыхание опаляет жаром. Влажная дорожка поцелуев на моей шее и ключице вызывает мурашки удовольствия по всему моему телу.

Я дергаюсь и чуть ли не подлетаю на матрасе, когда его губы снова оказываются на моем возбужденном соске.

— Пожалуйста, — едва могу произнести, не в силах больше контролировать дыхание, не стесняясь умолять его.

Меня пронзает оргазм. Чувствую себя так, словно мое тело разлетается на тысячи огненных кусочков. А после меня охватывает приятная вялость.

В приятном опьянении я мечтаю о том, чтобы рассказать ему о ребенке. И чтобы он остался. Мы могли бы создать семью. Растить малыша вместе. Быть счастливыми…

Но это слишком идеально, чтобы быть правдой. В жизни никогда не бывает так, как хочется. Я по опыту знаю. И у меня достаточно в жизни неразберихи.

А потом я оказываюсь стоящей на четвереньках.

Никита входит в меня сзади и жестко трахает, приходя к своему финалу с протяжным глубоким ревом.

— Ай! — кричу, когда что-то острое впивается в мое плечо.

Никита сильно дергается и замирает.

— Прости. Кажется, я укусил тебя в порыве страсти.

В его голосе слышна паника.

Я тянусь рукой к укусу.

— Кажется, у меня кровь идет.

— Прости. Я не хотел… — стонет он, лизнув место укуса. И боль сразу же утихает. Мистика какая-то.

Я не ожидала, что у него такие острые зубы.

— Я больше никогда тебя не укушу. Извини. Я потерял голову от тебя, сладкая…

Глава 7

Никита.

Я пометил мою пару!

Мой волк совсем слетел с катушек.

Теперь мой запах навсегда впитался в ее кожу.

Я пометил Лину, как мою.

Теперь никто из оборотней не подойдет к ней. Он точно будет знать, кому она принадлежит.

Моя истинная пара сладко спит, а за окном уже зачинается рассвет.

Мой волк внутри счастлив обнимать ее.

Она моя.

И она забыла упомянуть о том, что беременна от меня.

Она держала это в тайне.

Неужели она надеялась, что будет скрывать ребенка вечно?

Она не знает, что я вижу в темноте. Но даже если бы я не видел, я бы понял. Ее грудь стала больше. Округлее. Ее животик округлился.

Она носит моего ребенка.

Если бы я знал, я бы уволился и приехал к ней еще несколько месяцев назад. Я не знал, что у меня есть пара, а теперь еще и ребенок.

Как долго она планирует скрывать?

Ей придется рассказать мне.

Мы столкнулись случайно в магазине. А так я бы и не знал.

Ее стошнило в магазине! Это из-за токсикоза.

Она же дружит с Машей. Могла бы как-то связаться со мной. Уже четыре месяца прошло.

Часть меня злится на нее, но я могу понять ее. Могу понять, почему она не стала говорить парню, с которым переспала лишь раз. Она не доверяет мужчинам. Ее бывший — настоящий урод. Он жестокий. И изводил ее морально, физически. Он отбил у нее охоту верить мужчинам.

А Маша? Она вообще знает? Может, Лина и от нее скрыла?

Хотя они подруги.

Допускаю мысль, что Лина никому не говорила, чтобы ее жестокий бывший не узнал.

Маленькая моя девочка. Запуганная. Одинокая. Теперь она никогда не будет одна. И ей никогда не нужно будет никого бояться.

Я позабочусь о ней и нашем щенке. Я буду рядом. Буду оберегать ее.

Лина шевелится, и я любуюсь ею, жду, когда она проснется.

Ее глаза медленно открываются. Взгляд мягкий после сна. Она улыбается мне. Потом будто осознает, где она, и быстро натягивает одеяло повыше, пытаясь отвернуться.

Я переворачиваю ее на спину и медленно убираю одеяло. Нам нужно многое обсудить.

И это даже не считая разговора о том, что: Милая, я оборотень. И я тебя пометил, когда укусил. Теперь ты моя пара навечно.

Сначала нам надо обсудить беременность.

Я провожу рукой по ее груди и животу.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать, любимая? — мягко спрашиваю.

Лина пытается отодвинуться, но я не позволяю. Обнимаю ее за талию.

— Ты думала, я не замечу?

Чувствую, как бьется ее сердце под моей ладонью.

— Ты не спросишь, твой ли он?

— Я знаю, что ребенок мой.

Я не знаю наверняка. Но это уже не имеет значения. Я укусил ее ночью. Теперь мы связаны. Она моя пара на всю жизнь. Я бы защищал ее ребенка ценой своей жизни.

Как только самец-волк заявляет права на свою пару, уже никто и ничто не разлучит их.

Моя работа все еще проблема. Но теперь уже поздно что-то менять. Я укусил Лину. Назад пути нет. Мой волк взял вверх и укусил ее. Он не мог допустить, чтобы она оставалась без защиты и без моего запаха.

— Никита… моя жизнь очень сложна. В ней столько проблем… я хотела рассказать. Но… ты даже и половины не знаешь про Марата. Ты мне очень нравишься. Но мы с тобой… я не могу быть с тобой только из-за ребенка. Знаешь, мои родители поженились, когда мама случайно незапланированно забеременела. Они поженились из-за меня. Но ненавидели друг друга всю жизнь. Я не хочу связывать мужчину только потому, что забеременела. Я ничего не буду от тебя ожидать и требовать.

Я вздыхаю. У людей все по-другому. Люди не выбирают пару по запаху. Лине важно сначала хорошо узнать мужчину. Сходить с ним на кучу свиданий. Так это работает у людей.

— Прости, что не сказала.

— Я прощаю тебя, милая. Все хорошо. И мы с тобой не такие, как твои родители. Между нами все не случайно. Мы созданы друг для друга.

Мы — родственные души. Мой волк учуял ее. Теперь она моя. Но я сомневаюсь, что рассказать сейчас, — хорошая идея. Пока мне придется держать в секрете, что я оборотень. Между нами все еще так хрупко… по мнению Лины.

Она должна больше доверять мне.

Мой волк все решил ночью.

И теперь я могу сыграть для Лины роль обычного парня. Пригласить ее на свидание. Разговоры, цветы, кино…

Так она это видит. И я все сделаю, чтобы моя пара была счастлива. И чтобы доверяла мне.

— Я хочу узнать тебя получше, Лина. Я отвезу тебя в кафе позавтракать. А потом мы можем провести весь день вместе.

— Я бы поела.

— Голодна?

— Да. К счастью больше не тошнит.

— Тебя мучил токсикоз?

— Очень.

— Мне так жаль, что меня не было рядом. Я был в отъезде по работе. Но теперь я вернулся, — поглаживаю ее животик. — Я бы вернулся раньше, если бы знал.

— Я не знала… — с сожалением шепчет.

— Все хорошо. Теперь тебе не надо ни о чем волноваться.

— Я хочу соленых огурцов.

— На завтрак? — приподнимаю удивленно бровь.

— Я беременна, — пожимает плечом.

— Все что захочешь.

— Ой. Я забыла. Мне к двенадцати на УЗИ.

— Мы увидим ребенка? — мои глаза округляются.

— Да. И мы даже сможем узнать пол.

Глава 8

После кафе мы едем к врачу.

— Я так рада, что ты идешь со мной! — лицо Ангелины освещается улыбкой. Радость такая искренняя.

Она правда хотела мне рассказать. Но думала, что из этого не выйдет ничего хорошего.

Она все больше проникает мне под кожу.

Мы проходим в кабинет, и мое напряжение начинает нарастать с немыслимой скоростью. Очень волнуюсь. Сейчас увижу своего ребенка.

— Давайте посмотрим, как там малыш, — врач смотрит на меня, а не на Лину, говоря это.

Как завороженный наблюдаю за желеобразным веществом, которое врач размазывает по животу Лины. Потом водит датчиком. Нажимает на кнопки на аппарате.

Внезапно аппарат издает громкий звук. Он главенствует в тишине комнаты. Ритмичный. Быстрый.

Сердце.

Это бьется сердце нашего ребенка.

Пытаюсь бороться с эмоциями, а Лина протягивает руку и хватается за меня. Сжимает мои пальцы. Смотрит со счастливыми, блестящими от слез глазами. Восторженная. Воздушная. Светлая.

Зачаровывает.

Сжимаю ее пальцы в ответ.

Врач поворачивает экран на нас. Показывает разные части тела малыша.

Маленькое, мерцающее биение сердца наполняет мою грудь радостью и гордостью.

Это моя семья. Мое будущее.

Лине нужен защитник. Нашему ребенку нужен защитник.

Не только от жестокого бывшего. Или от врагов с моей опасной работы палача. В этом мире еще много злых людей. Много тьмы.

Я буду рядом с Линой и малышом. И я, конечно, уйду с работы.

Пусть Совет ищет другого палача. Я отдал им много лет своей жизни.

———

Лина.

Девочка. У нас будет девочка.

Я смотрю на черно-белую картинку УЗИ. Мы сидим в машине уже минут пять. Никита уставился в одну точку впереди и молчит. Он побледнел, когда врач сказала, что у нас будет девочка. И до сих пор он бледен и молчалив.

Я прикусываю губу, чтобы не улыбаться. Никита так переживает, что у нас маленькая принцесса. Что с ним будет, когда она родится? Он не отойдет от нее. Будет защищать ото всех.

А на свидание она пойдет, наверное, к тридцати годам. Не раньше.

— Девочка, — снова бормочет он себе под нос.

— Никит, девочка — это не так уж страшно.

— Девочки такие маленькие, нежные … Сначала надо родить пацана, чтобы он защищал сестренку.

— Сначала? — спрашиваю его. Он хочет несколько детей? — Не все девочки — неженки. Есть и сорванцы наравне с мальчиками.

— Надо рассказать маме.

— Твоей маме?

— Да. Когда она узнает, что ты беременна, будет готовить тебе свои фирменные голубцы и вареники каждый день.

Его мама? У меня сердце уходит в пятки.

— Думаешь, я понравлюсь твоей маме?

— Лина, милая, когда мы придем к ним в гости, они даже не заметят меня. Они будут смотреть только на тебя. И да. Ты очень им понравишься. Я прямо сейчас позвоню маме.

Он звонит и просто говорит, что заедет. Но ничего не говорит про меня.

— Почему ты не сказал про меня.

— О таких вещах лучше сообщать лично.

— У тебя хорошие отношения с родителями?

— Да. Когда я в городе, я часто с ними вижусь. Мама будет в восторге, когда я вас познакомлю.

———

Никита.

Я паркуюсь у дома родителей.

Выхожу первым. Снег хрустит под моими ногами. Открываю дверь Лине и помогаю ей выйти.

— Осторожно. Тут скользко, — подхватываю ее на руки.

— Еще пара месяцев, и ты не сможешь носить меня. Я буду слишком тяжелой.

— Милая, я без проблем буду всегда носить тебя на руках.

Одной рукой удерживая Лину, открываю дверь. Меня окутывает теплый воздух и запах готовящейся еды. Специи. Томатный соус к голубцам…

Пахнет домом. Но мой дом у меня в руках. Моя пара и наш ребенок. Они для меня дом. И мы создадим с Линой такой же уютный домашний очаг.

Мама выходит из кухни, вытирая руки полотенцем. Ее глаза перебегают с меня на Лину.

— Мам. Это Лина. У нас будет ребенок. Лина, это моя мама. Любовь Петровна.

Моя мама — сильная женщина. Она воспитала меня и моего брата. А также, когда родители Ильи, Богдана и Матвея умерли, часто она заботилась о них. Мы в детстве такое вытворяли. Пятеро мальчишек — это вам не шутки!

И она всегда оставалась спокойной. Но сейчас… сейчас она выглядит очень удивленной. В ее глазах блестят слезы.

Она бросается обнимать Лину.

Я вижу, что она вдыхает ее запах. И понимает, что Лина — человек.

И что я ее пометил как свою.

Один запах может рассказать оборотню так много.

В комнату входит папа. Я представляю его Лине.

Он тоже потрясен, но улыбается. Они прекрасно знают, что нельзя обсуждать с человеком нашу природу. И они догадываются, что Лина пока еще не знает. Так что они деликатно молчат.

Я сам не представляю, как поговорить об этом с Линой. Она сложная девушка. Она до сих пор сомневается, что у нас все получится. И наши отношения будут долгими и хорошими. А если я расскажу ей об истинных парах, половинках…

Она будет в шоке.

И больше всего переживаю, как она отреагирует, что я уже связал нас без ее ведома и согласия, когда укусил ее.

Ведь я теперь никогда не смогу покинуть ее. Это идет вразрез с моей природой.

Глава 9

— Мы были на УЗИ. У нас будет девочка, — делится Лина с мамой.

— О боже. Девочка! Ты слышал, Иван? У нас будет внучка! Это такое счастье! Давайте сядем за стол.

— Твоя мама, должно быть, просто счастлива, — говорит мама Лине.

— Честно говоря, я очень редко общаюсь с родителями. Мы не близки с мамой.

— О. Что ж. Мы очень хотим участвовать в жизни внучки.

Во время обеда мама расспрашивает Лину о ее жизни. И еще раз обещает, что обязательно будет помогать с малышкой.

Вот так и должно быть в настоящей семье. И я очень благодарен маме, что она дает Лине почувствовать себя частью нашей семьи. Дает понять ей, что она не одна.

Мне повезло с родителями. Не у всех они такие любящие. Теперь у Лины будет так же.

Когда Илья в шестнадцать стал альфой после смерти его отца, мой отец ему помогал, направлял. В семье Волковых течет кровь альфы. Так что именно старший брат Матвея Илья возглавил стаю.

Когда Лина уходит в туалет, все замирают, ожидая, пока закроется дверь.

— Ты укусил ее, — говорит отец.

— Она не знает, что ты оборотень, — добавляет мама. — И почему ты только сейчас познакомил нас?

— Когда мы встретились, в тот вечер мне сломали нос. Я не учуял ее. Я не знал, что она моя пара. Потом я уехал. Вы же знаете.

— Тебе нужно все ей рассказать, — папа откидывается на спинку стула.

— Я постараюсь не напугать ее. И не спугнуть.

И я, конечно, умолчал, что она все еще считается женой другого мужчины.

Для оборотней человеческие бумажки ничего не значат. Но все же я не стал упоминать эту неприятную деталь.

Тем более Марат недолго будет оставаться мужем Лины.

Я об этом позабочусь.

———

После обеда с родителями мне звонит Илья. Он мой лучший друг и альфа моей стаи.

— Нам нужно поговорить.

По голосу понимаю, что разговор серьезный.

— Подожди минуту.

Я выхожу из гостиной, чтобы поговорить. Лина чувствует себя уже комфортно с моими родителями, так что это не проблема.

Поднимаюсь в свою комнату.

— Я с Линой.

— С подругой Маши?

— Да. Она моя пара, — смотрю на снежок за окном.

— Ничего себе. Я… я рад за тебя. Но на самом деле сейчас у нас есть неотложное дело. Ты можешь приехать?

— На ферму?

— Да. Конечно, с Линой. Ей не будет скучно. В особняке Яна, моя жена. И я позвоню Маше, жене моего младшего брата. Пусть устроят девичник.

— Хорошо. Мы скоро приедем.

Через час мы уже подъезжаем к дому братьев Волковых.

— А я была здесь летом на свадьбе Маши и Матвея, — говорит Лина.

— Жаль, я тогда не смог приехать. Работа. А если бы я знал, что ты моя… кхм, — чуть не проговорился. — Если бы я знал, что ты беременна…

— Ладно. Чего уж теперь. Это в прошлом.

— Да. Но в будущем у нас все будет хорошо, — настаиваю. Потому что кажется, что она все еще сомневается в нас.

Мы с Ильей уходим в его кабинет, пока девочки смеются и болтают на кухне.

— Что случилось?

— Ты что, укусил ее? Я почувствовал твой запах на ней.

— Да. Так вышло случайно.

— Она не в курсе? Никит, ты что творишь?

— Она моя пара и рано или поздно узнает об этом. Я не жалею, что укусил ее.

— Лучше бы сначала поговорил с ней.

— Она беременна. Так что это неизбежно. Она будет моей.

— Беременна? Как? Ты только приехал!

— Помнишь, четыре месяца назад. Летом. Я приезжал на пару дней.

— Ну ты даешь. И ты просто ушел?

— Я не знал, что она моя истинная.

— Ты не учуял, что она твоя пара?

— Нет. У меня был сломан нос. Свежий удар. Плюс в баре повсюду был запах алкоголя и пота. Сильный запах дешевых духов от разных шлюх…

— Я помню. Матвей рассказывал о той ночи. Ладно. Давай ближе к делам. Как ты себя чувствуешь? Как твоя рана?

— Уже затягивается. Чертова серебряная пуля, — потираю рану.

— Если ты нашел свою истинную и она беременна, означает ли это, что ты хочешь уволиться с места Силовика.

— Да. Я хотел поговорить с тобой об этом. Нужно сообщить Совету.

— Это может оказаться не так просто. Твоя последняя цель. Усольцев. Взбесившийся оборотень. Оказывается у него есть племянник. И он хочет отомстить за его смерть. Он ищет тебя.

— Разве он не понимает, что его дядя был опасен для всех нас. Он нападал на людей. Убил нескольких человек в образе волка. К тому же, я ведь не сам принимаю решение. Совет приговаривает тех, кто провинился. Я просто исполнитель. Это закон. Наш закон.

— Ему все равно. Он такой же псих как его дядя. Семен Усольцев. Совсем молодой еще. Безбашенный. Дикий. Жестокий. Хуже, чем его дядя. И он ищет тебя.

— Личности силовиков хорошо засекречены. Он не знает кто я. И не найдет меня.

Илья встречается с моим взглядом. Он всегда серьезен и суров. Но сейчас его лицо особенно серьезное.

Дело плохо.

А это значит, Лина под угрозой.

Глава 10

Я замираю. Мое сердце пропускает удар. Беспокойство Ильи посеяло хаос в моем мире. Никто не может найти силовика. Только если кто-то из Совета не проболтается. Или не произойдет утечка информации по другой причине. Кто-то взломает данные.

Моя личность оставалась тайной даже для моей семьи и друзей. Только альфа знает.

Это закон стаи.

Чтобы моих близких не настигли последствия моей работы.

Лине угрожает опасность.

И не только со стороны ее бывшего. Тот, кто преследует меня, гораздо-гораздо хуже и опаснее.

— Я увез ее в квартиру моих родителей. Пока мы поживем там. Я буду охранять ее.

— Племянник может появиться на нашей территории. Так что теперь это дело всей стаи. Нам нужно придумать план. Все должны патрулировать по очереди.

———

Лина.

Мы сидим в гостиной на большом диване. Маша и Яна смотрят на меня выжидательно.

— Что? — хлопаю ресницами.

— Ты и Никита? — шепчет Маша. — Я так и знала, что между вами что-то было в ту ночь.

Она совсем не осуждает меня, хотя знает, что мой развод еще не состоялся.

— Лин! Ты чего? Это хорошая новость. А про своего бывшего не думай. Ты уже полтора года назад ушла от него.

— Что за бывший? Он тебя достает? Я могу навалять ему! — говорит бойкая Яна. Она работала следователем. Сначала мы этого не знали. Оказалось, что она приехала в дом по соседству для расследования. И притворялась другой девушкой. Следачка под прикрытием. Уверена, что она могла бы как следует врезать Марату.

— Заманчивое предложение. Я подумаю! — улыбаюсь ей.

— Он тот еще козел! — вставляет Маша. — Ты голодна, Лина? Хочешь поесть?

— О нет. Спасибо. Мы только пообедали у родителей Никиты.

— У родителей? Вот это да. Вот это скорости у вас! Уже знакомство с родителями! Я удивлена, что он тебя пригласил. Я слышала от Ильи, что он никогда…

— Да. Ну я, — выдыхаю и набираюсь смелости сказать. — Я беременна. От Никиты. Поэтому.

— Ты беременна? — визжит Маша. — Это супер новость.

— Ну даже не знаю. Ты же сама сказала, что Никита никогда никого не знакомил с родителями. То есть он познакомил нас только из-за ребенка.

А я не хочу связывать мужчину ребенком. Это прям мой триггер. Неудачный брак моих родителей стоит перед моими глазами очень печальным примером. Я не хочу такого в своей судьбе.

— Наши детки родятся почти одновременно! — Маша поглаживает свой округлившийся животик. Она узнала, что беременна через несколько недель после их свадьбы с Матвеем.

Она просто светится от радости. И я тоже улыбаюсь. А что мне еще делать?

— Никита не оставит тебя. Все парни в окружении моего мужа, его братья и друзья очень ответственные.

Мне не нравится слово «ответственность». Как будто он будет вынужден быть со мной. Ради своего ребенка. Потому что он ответственный мужчина, а не потому что любит меня.

Я не хочу говорить о себе. В моей голове столько мыслей.

Поэтому я перевожу разговор на Машу.

Мы болтаем, пока в гостиную не входят Илья и Никита.

Мое сердце замирает при виде него. Как только он входит в комнату, время как будто останавливается. Так было всегда. Я чувствую волнение. Кожа горит. Сердце стучит быстрее. Я чувствую себя более живой, когда вижу его.

Вот какое влияние он на меня оказывает.

Мы возвращаемся домой. Ну то есть в квартиру Никиты. Он настоял, чтобы я ночевала с ним там.

А я была очень уставшей, чтобы спорить.

За последние пару дней произошло столько событий! Я просто вырубилась через секунду, как моя голова коснулась подушки. Но утром Никита разбудил меня, лаская языком между моих ног.

Мне нужно было на работу. И времени на долгий секс не было, но он показал мне, как можно совместить душ и утренний секс. Он отказался отпускать меня неудовлетворенной.

Он такой внимательный. Я видела, как сильно он хотел меня вечером. Но он тоже видел, как сильно я устала. И не приставал ко мне. Честно говоря, я спала так крепко, как никогда в своей жизни. Обычно я просыпаюсь пару раз за ночь. Прислушиваюсь к звукам. Особенно после того, как ушла от Марата. Мне все время казалось, что он выследил меня и хочет вскрыть замок на двери.

Но этой ночью я спала глубоким сном без сновидений.

Даже если бы Никита ушел на несколько часов, а потом вернулся, я бы не заметила.

Конечно, такая мысль не закралась бы мне в голову, если бы чуть позже днем, когда я заступила на смену медсестрой, в больницу не пришли полицейские и не забрали меня в отделение на допрос.

Вот тогда-то я и подумала, а был ли Никита всю ночь со мной?

Что, если я не услышала, как он уходил?

Что, если это преступление совершил он?

Все эти мысли хаотично крутились в моей голове, когда полицейский сообщил мне, что прошлой ночью мой муж был убит в моем доме. В том домике, который я снимаю у бабульки.

Марата нашли мертвым.

У него разорвано горло. Бесстрастным тоном произнес полицейский.

Потом он задавал мне много вопросов. Где я была? С кем? Есть ли свидетели? Какие отношения были у меня с покойным мужем.

Мне стало так плохо. Токсикоз снова накатил. И это не считая того, что я находилась в какой-то прострации. В полном шоке. И не совсем соображала, что вообще мне говорят.

Марат убит. Горло разорвано…

В голове не укладывается.

Почему он был в моем доме?

Поджидал меня?

Он проник внутрь?

Все-таки вскрыл замок…

Что мне теперь делать?

Кто его убил?

Никита?

Не могу в это поверить!

Может, Яна?

Воры?

У полицейских на этот счет есть гипотеза.

Самый классический вариант.

Первым подозреваемым всегда является супруг или супруга.

То есть я.

К тому же убийство было совершено в доме, который я арендую.