Пространство любви

Глава 1

Татьяна Андреевна Зорина дунула вверх, чтобы остудить вспотевший лоб и прилипшую к нему влажную челку. Наконец, проклятая панель, контролирующая дверной замок, поддалась ей и откинулась, обнажив свое нутро, состоящее из проводков, микросхем и блоков. Еще до этого она избавилась от очередного маячка, вживленного ей под кожу. Найти его оказалось задачей нелегкой, но ее упорство было вознаграждено. А еще раньше, достав из швов своего незаменимого комбинезона с кучей накладных, вшитых и потайных карманов и кармашков, шпильку для волос, девушка освободила свои запястья от наручников, предварительно отключив электронный замок, запомнив комбинацию символов, что вводил охранник. Поковырявшись немного с механизмом, блокирующим защелку в замке, она заставила дверь почти бесшумно отъехать в сторону. «Ох, папа! Спасибо тебе за науку», – благодарно шепнула она в пространство, вызывая в памяти родное и добродушное лицо отца.

Перед тем, как выйти в коридор, Таня глубоко вздохнула. Двигалась она максимально тихо, с осторожностью оглядывая закоулки, в которых могли дежурить охранники. Преодолев несколько коридоров и лестниц, узких и широких, темных и ярко освещенных, повернув множество раз то вправо, то влево, девушка увидела широкую входную дверь. За ней располагался ангар, где рядами стоял всевозможный наземный и летающий транспорт. «Мне бы только до глайдера добраться!», – больно билась в голове назойливая мысль.

Из какого-то коридора раздались голоса, и Татьяна была вынуждена укрыться за углом, прижавшись спиной к стене. Когда звуки разговора стихли, девушка осторожно выглянула из своего укрытия и шагнула вперед. А после стиснула от досады зубы – чтобы добраться до двери, ей нужно было пройти вдоль общего столового помещения. Но это полбеды. Самое отвратительное заключалось в том, что вместо глухой стены там почти до самого выхода протянулась прозрачная витрина от потолка до пола. А способностей невидимки земляне, к сожалению, в процессе своего развития еще не приобрели.

Таня прикинула все свои шансы и пришла к унылому умозаключению, что в одном из десяти случаев ей удастся пройти незамеченной, но выхода у нее не было. Выпрямившись, она приобрела самый невозмутимый в мире вид и уверенно зашагала по коридору. Держась дальней стены, она втайне лелеяла надежду, что яркое освещение в столовой затруднит ее опознание.

С самым наглым выражением на лице, она преодолела половину пути, когда над головой замигали красные сигнальные лампочки, и противно запищала сирена. Девушка кисло сморщилась – кто-то обнаружил ее исчезновение. Всего на секунду она повернула голову в сторону столовой, где заметила, как находящиеся там инопланетяне из расы хоширимцев преспокойно поглощали пищу. А после аж присела, когда по зеленоватому лицу Тала, толи ее похитителя, толи работодателя, – теперь уже и не разберешь – пробежала тень узнавания. Он ткнул в нее сразу двумя из четырех трехпалыми руками и заорал не своим голосом:

– Держи! Хватай ее!

Его вопля было достаточно, чтобы народ внутри всполошился.

Татьяна, рванув вперед, уже стояла у двери. Но та оказалась на кодовом замке. Гадство какое-то! Девушка лихорадочно задергала ручку, стала беспорядочно вводить различные символы, но замок был равнодушен и с мерзким писком оповещал об отказе открываться. Таня в ярости пнула проклятую дверь и готова была завыть от досады.

Не дожидаясь, пока у двери столпится половина базы, девушка резко повернула влево. Она бежала, слыша за своей спиной шум погони. Чтобы создать больше препятствий и завалить дорогу, Таня опрокидывала за собой все стеллажи, стулья и прочий хлам. Снова повернув влево, она выбежала к лестнице. Недолго думая, она, перепрыгивая через две ступеньки, помчалась вверх. Легкие ее рвались от нехватки воздуха, а сердце колотилось так быстро, что, казалось, эхо ударов отдавалось в висках.

– Таня, стой! – орал Тал, ковыляя где-то позади и подбадривая своих наемников. – Держи! Не упусти!

Когда впереди раздался топот охраны, а сзади к ней потянулись руки, Татьяна не сбавляя скорости, перемахнула через перила и прыгнула на лестничный проем ниже. Тяжело приземлившись, девушка закашлялась, но не успела увернуться. Ее быстро настигли, скрутили руки за спиной и повалили на ступени двое мощных охранников. Края ступеней сильно давили ей на грудь и в живот. Мимолетная боль от впившейся короткой иглы в шею и – каждое последующее движение причиняло адские страдания. Татьяна тихо взвыла и замерла. Бхаль. Об этом треклятом специальном препарате даже думать было больно. Его-то ей и ввели. Этим средством частенько пользовались, чтобы усмирить непокорных пленников. Отходить от этой дряни, как на своем опыте уже знала девушка, гораздо хуже и мучительнее, чем просто боль сразу после его введения.  

Как же она устала, тоскливо пронеслось в ее мыслях. Таня даже не почувствовала еще одного укола, который погрузил ее сознание в сон… 

«Потрудись зачать наследника и передать мне его на воспитание, раз ты наплевал на свой долг!». Слова матери, хотя и не были переданы вербально, жгли сознание Ориана сильнее каленого железа. Подобные сообщения от Блис Беро приходили с завидной регулярностью, каждый раз портя настроение. Тут еще и близящийся день рождения, и он ума не мог приложить, как прожил еще год. Года плавно перетекали в десятки и вот – прошло сто лет с того злосчастного дня, когда Ориан Беро потерял все. Он возненавидел день своего столетия, а потому не имел ни малейшего желания отмечать двухсотлетие.

В тот проклятый день его беременная жена Пеймла умерла, так и не сумев произвести на свет их ребенка. С тех пор Тейра, сестра Ориана, и их мать отвернулись от него, забросав жестокими обвинениями. Мать утверждала, будто это он сам виноват в гибели своей семьи, и с ней соглашалась Тейра. Пеймла была ее самой близкой подругой. Мол, когда они заключали брачный союз, их предупреждали, что все может этим закончится. Ни Ориан, ни Пеймла не придали значения древним суевериям, поправ законы и обряды их мира, они вступили в брак. Не отмеченные высшим предназначением, не ставшие друг для  друга Избранными половинками, они не стали парой в глазах всего их общества. Они лишь хотели счастья и верили в свою любовь. Однако судьбе-злодейке угодно было решить по-своему. Раз они пошли ей наперекор, она отобрала у Ориана все, что стало дорого.  

Глава 2

Голоса продирались к ней сквозь пелену тумана и становились более четкими. Татьяна лежала на боку прямо у стола, за которым сидели двое хоширимцев и негромко переговаривались. Руки девушки все также были связаны за спиной. Пошевелив запястьем, она с радостью обнаружила, что боли нет, а это означало одно – действие препарата закончилось. Через пару часов у нее начнется лихорадка, жуткая головная боль и, вполне возможно, кровотечение из носа. И пока у нее было это время, она внимательно слушала разговор инопланетян, не подавая признаков жизни. 

Услышав, какие на нее выстроил планы Тал, на Таню снова навалилась неимоверная усталость и тоска. Она устала. Ей надоел космос, как надоели все эти полеты, пираты и их узаконенная правительством Земли работа, которая, в сущности, была самым настоящим мародерством, грабежом и еще Бог знает чем. Все знали, пираты – это бывшие преступники. И мало у кого хватило бы отваги утверждать вслух о том, что этим уголовникам правительство пообещало амнистию и деньги за выполнение услуг определенного рода: воровство технологий и секретных сведений, перехват редких видов топлива и прочих нужных землянам средств. Не гнушались даже торговлей своими же соплеменниками. Каким путем будут достигаться поставленные цели и сколько при этом может или должно погибнуть мирных людей или других гуманоидных рас, не уточнялось. Правительство дало пиратам санкцию на все, что поможет им добыть желаемое. Те творили произвол и оставались безнаказанными, называя погибших сопутствующими потерями.  

За три с половиной года, проведенных на космических кораблях и станциях, Татьяна просто выдохлась. Особенно трудным оказался год, за который они с отцом стали пленниками людей собственной расы. За этот год Таня едва не стала жертвой маньяка и впоследствии потеряла папу.  

В силу определенных семейных обстоятельств они с отцом были вынуждены отправиться работать на космические станции и обслуживать космолеты, предназначенные для длительных полетов. Все было просто – на таких объектах платили лучше, чем на Земле. С папой они трудились как проклятые, хватаясь за любое дело, стараясь заработать как можно больше средств на лечение смертельно больного младшего брата Тани Федора. Хотя медицина и шагнула далеко вперед, были изобретены сверхсовременные и крутые медицинские капсулы, позволяющие быстро диагностировать заболевание и так же быстро запустить процесс регенерации поврежденных тканей человеческого организма, некоторые болезни остались ученым неподвластны.

Все заработанное отправляли матери на Землю. Однако врачи, пообещавшие полное выздоровление мальчику после ужасно дорогущей и сложной операции, оказались нечистыми на руку алчными мерзавцами. Высосав из семьи море денег, сделали обещанную операцию. Но Федька погиб. Черные мысли поселились в голове отца, когда он заподозрил, что никакой операции не было. Судебная тяжба ни к чему не привела. Разве что изрядно попортила нервы матери. В день, когда Таня с отцом получили трагическое сообщение, руки их опустились. Отец и Таня сразу же заторопились расторгнуть свои контракты, но грузопассажирский звездолет, на котором они возвращались на центральную станцию, подвергся нападению пиратов, в чьих физиономиях они с удивлением узнали землян.

Пираты нагло обмахивались разрешительными документами, демонстрируя потрясенным работникам и пассажирам свою полную над ними власть. Мол, все равно никто ничего не узнает, потому как особенно строптивых людей могли просто пустить под нож, а вину свалить на кучку выживших инопланетян, горящих местью после гибели своей планеты. Подлые подставы бандитам удавались особенно талантливо и доставляли удовольствие. Пираты принялись скрупулезно изучать списки обслуживающего персонала и пассажиров, чтобы потом решить от кого есть польза, а исчезновение которых не вызовет лишних вопросов. Знания и опыт Татьяны с отцом были признаны нужными, и потому их забрали с собой.

Капитан пиратского судна совершал один дерзкий захват за другим, пока не отважился напасть на небольшое инопланетное судно. И получил к своему позору достойный отпор, потому как нарвался на сильных четырехруких хоширимцев. А после, когда пираты стали на ремонт, те настигли их, не желая оставить подобную наглость землян безнаказанной. Именно тогда отец Тани погиб, а сама она вместе с несколькими другими землянами попала на корабль инопланетян. Хоширимцы проявили абсолютное равнодушие к пиратам, жестоко казнив их на глазах соплеменников. Но в то же время не остались глухи к рассказу и просьбам мирных людей, волей судьбы попавших в руки пиратов, оставив тех в живых, не отпустив при этом домой. Так люди, и в их числе и Таня, остались работать у инопланетян. Снять языковой барьер помогли введенные людям нанокапсулы, которые внедрились в их мозг и помогли им понимать любые языки в галактиках. Понимать и свободно на них изъясняться.

Но если люди думали, что им несказанно повезло, разочарование быстро настигло их. Хоширимцы привлекли землян к самой грязной, недостойной, тяжелой и почти неоплачиваемой работе.  

К Талу Таня попала после своего первого и неудачного побега. Тогда Тал решил присмотреться к ней и с удивлением обнаружил, что она разбирается в технике. После этого он забрал ее на свой корабль. Таня в страхе думала, уж не станет ли она наложницей зеленого инопланетянина с тонкой длинной косицей и широким приплюснутым носом. Но как потом она обнаружила, не заметив среди них ни одной особи женского пола, хоширимцы вступали в сугубо однополые связи. А ее вопрос, как они размножаются, остался без ответа. Да ей было и наплевать…

Но именно сейчас она хотела домой. На Землю. Там у нее от родителей остался дом на берегу быстрой и говорливой реки, небольшой участок земли с чудесным садом, маленьким виноградником и кедровой аллеей. После трагедии с младшим братом, мама зачахла. Таня это точно знала, потому как Тал разрешил ей воспользоваться системой, через которую она сделала несколько запросов домой. Известия не были хорошими. Окончательным ударом для матери стало сообщение, что ее муж и старшая дочь не вернутся домой никогда, так как по официальной версии на станцию, где они работали, напали. Судьба родных ей людей осталась для нее не известной до самого конца. Мама не протянула и месяца.