Протокол генезис

1 глава добро пожаловать в ад

Воздух в 2348-м году на вкус напоминал жженую резину вперемешку с песком. Если ты не сдох от рака легких к двадцати годам, значит, у тебя либо были деньги на фильтры «Европейского Корпуса», либо ты был таким же везучим ублюдком, как я.
​Я сплюнул вязкую серую жижу на потрескавшийся бетон. На горизонте медно-рыжее небо Северного Доминиона затягивало черным дымом от сжигания химотходов. Говорят, триста лет назад небо было голубым. Враки. Наверное, те, кто это придумал, просто перебрали со стимуляторами.
​Мир сдох еще в 2023-м, просто он до сих пор кончается, как придавленная сапогом крыса.
​— Эй, Райкер! — раздался хриплый голос из динамика на вышке. — Хватит дрочить на горизонт. Живо в блок «С». Маршал Кроу хочет видеть твою кислую рожу.
​Я не ответил. Только почувствовал, как зазудело в основании черепа — там, где старые нейропорты соединялись с позвоночником. Мой экзо-каркас отозвался глухим лязгом. Это тело уже не принадлежало мне. Оно было собственностью Доминиона, инвентарным номером с правом на стрельбу.
​Шесть стран. Шесть огромных стальных псов, которые вцепились в горло планеты и не отпускают, пока из неё не выльется последняя капля нефти или воды. Мы воюем за каждый метр пыли, называя это «патриотизмом». А на деле — мы просто пушечное мясо для стариков в чистых бункерах.
Я зашел в шлюз блока «С». Запахло дешевым антисептиком и страхом. У входа стояли двое штурмовиков в тяжелой броне, их винтовки были направлены мне в грудь. Не из вежливости — они знали, что если я сорвусь, они даже не успеют нажать на курок.
​— Оружие на стол, — бросил один из них.
— Оно вшито мне в кости, приятель, — хмыкнул я, проходя мимо. — Хочешь достать — попробуй.
​В кабинете было темно и холодно. Посреди комнаты в кресле, похожем на трон из мусора, сидела фигура. Доктор Диана. Даже здесь, в этой помойке, она выглядела так, будто её только что достали из стерильного контейнера. Бледная, прямая, с глазами, в которых замерзла сама смерть.
Садись, Райкер, — сказала она. Её голос был как скальпель, полоснувший по стеклу. — У нас есть работа. И на этот раз твоя винтовка тебе может не понадобиться. Тебе понадобятся мозги, если они у тебя еще не превратились в труху.
​Я сел напротив, чувствуя, как красный механический глаз фокусируется на её шее.
— На Луну собрались, Док? Говорят, там сейчас отличный вид на то, как догорает наш дом.

2 глава

Диана не ответила на мой сарказм. Она просто смотрела на меня своими прозрачными глазами, и в этом взгляде было столько же тепла, сколько в открытом космосе. Она медленно достала из кармана тонкий, изящный инъектор и положила его на стол между нами.

​— Ты много болтаешь для человека, чей срок годности истек еще в прошлом месяце, — тихо произнесла она. — Твои импланты гниют, Райкер. Твой позвоночник скоро превратится в кашу, если я не введу тебе стабилизатор. Так что заткнись и слушай.

​Я дернулся было вперед, но экзо-скелет отозвался резкой вспышкой боли в пояснице. Проклятая биомеханика. Она была права: Доминион не чинил своих солдат, он просто поддерживал их в рабочем состоянии до следующего боя.

​— «Протокол Генезис», — Диана нажала кнопку на планшете, и в воздухе развернулась голограмма. — Слышал о таком?

​Я прищурил здоровый глаз. На голограмме была изображена станция «Селена» на темной стороне Луны. Вокруг неё крутились схемы молекулярных цепочек.

— Очередная сказка для тех, кто верит в спасение Земли? — хрипло спросил я.

​— Это не сказка. Это ампула с первичным биологическим кодом. Назови это «перезагрузкой» для планеты. Если мы её достанем, почва снова начнет рожать. Вода очистится. Шесть стран перестанут грызть друг друга за последний мешок гнилой картошки.

​— И кто же отдаст такую игрушку Доминиону? — я усмехнулся, чувствуя вкус крови на губе. — Другие пять блоков выжгут нас из космоса раньше, чем мы успеем прогреть двигатели.

​Диана подалась вперед. Её лицо оказалось в паре сантиметров от моего. Пахло от неё не гарью, как от всех нас, а каким-то странным, химическим запахом мяты.

— Именно поэтому мы посылаем «Голгофу». Старое корыто, которое не засекут радары Синдиката. И команду... команду из таких, как ты. Отработанный материал, который никому не жалко.

​Она резко схватила меня за затылок. Я попытался перехватить её руку, но она была удивительно быстрой. Игла инъектора вошла в мою шею с противным чмоканьем.

​— Сука... — выдохнул я, когда по венам ударил огонь.

​— Это стабилизатор, — ледяным тоном ответила она, не отпуская мою голову. — Теперь у тебя есть две недели жизни. Если не привезёшь ампулу — умрешь в страшных судорогах прямо в кресле пилота. Ты понял меня, наемник?

​Я смотрел на неё, чувствуя, как зрение становится неестественно четким, а боль в спине отступает, сменяясь глухой яростью. Она не просто предлагала работу. Она надела на меня ошейник.

​— Понял, Док, — прохрипел я, оскалившись. — Но если мы сдохнем там, на Луне... обещаю, я заберу тебя с собой в ад.

​Диана наконец отпустила меня и вытерла руки антисептической салфеткой, будто испачкалась о бродячего пса.

— Собирайся. В ангаре тебя ждут остальные. Постарайся не убить их до старта. Особенно пилота. Нам нужно, чтобы кто-то вывел эту лоханку за пределы атмосферы.

3 глава

Ангар №9 вонял озоном, дешевым топливом и застарелым потом. В центре этого бетонного склепа возвышалась «Голгофа» — черная, угловатая громада, похожая не на космический корабль, а на гроб с маневровыми двигателями.

​Диана шла впереди, её шаги эхом отдавались от стен. Я плелся следом, чувствуя, как внутри меня закипает «коктейль», который она вколола. Зрение стало слишком резким, каждый лязг металла бил по ушам.

​— Вот твоя новая семья, Райкер, — бросила она через плечо, даже не обернувшись. — Постарайся не забрызгать их кровью обшивку раньше времени.

​У подножия трапа стояла группа, которую я бы не нанял даже для охраны свалки.

​Первым я заметил Холта. Этот темнокожий гигант занимал столько места, что казалось, будто потолок ангара давит ему на плечи. Его левая рука — массивный гидравлический манипулятор из матового титана — тихо гудела. Он посмотрел на меня, и в его глазах я прочитал только одно: «Если ты встанешь у меня на пути, я раздавлю твою голову как спелый арбуз».

​— Это Райкер, — Диана кивнула в мою сторону. — Наш «специалист по проблемам». Холт, он пойдет в первой группе зачистки с тобой.

​Холт только хмыкнул, его голос прозвучал как обвал в шахте:

— Лишь бы под ногами не путался.

​Рядом с ним, на ящике с инструментами, сидела Триша. Она сплюнула на пол, и я услышал лязг металла — её нижняя челюсть была из чистой стали. Она вытирала мазут с лица огромным гаечным ключом, который выглядел тяжелее её самой.

— Еще один смертник в коллекцию? — проскрежетала она. — Надеюсь, его потроха не забьют мне фильтры, когда нас начнет трясти.

​— Приятно познакомиться, Железяка, — огрызнулся я.

​— Тише, детки! — раздался звонкий, почти неуместный здесь голос.

​Из люка корабля спрыгнул Миллер. Он выглядел так, будто сошел с довоенного плаката: чистая кожа, ослепительная улыбка, кожаная куртка и этот взгляд «я-чертовски-хорош». Он единственный, кто протянул мне руку.

​— Миллер. Лучший пилот из всех, кого ты увидишь перед смертью. Не обращай внимания на Тришу, она сегодня не в духе, потому что у нас левый двигатель дышит на ладан.

​Я проигнорировал его руку.

— Райкер. Будешь так улыбаться на Луне — мутанты решат, что ты приглашаешь их на обед в качестве главного блюда.

​Миллер рассмеялся, ничуть не обидевшись:

— О, мне нравится этот парень! Док, где ты его нашла? В отделе особо токсичных отходов?

​Диана даже не улыбнулась. Она прошла мимо нас, поднялась на трап и развернулась, глядя на нас сверху вниз, как богиня на насекомых.

​— На борту есть еще Санчез, он уже подключает системы связи. Слушайте меня внимательно, отбросы. Мы взлетаем через двадцать минут. Если кто-то из вас решит, что он здесь главный — я лично отключу вашу систему жизнеобеспечения. «Протокол Генезис» важнее ваших жизней. Все на борт.

​Я посмотрел на Миллера, на угрюмого Холта, на оскал Триши. Мы были не командой. Мы были шестью кусками мяса, запертыми в консервной банке, летящей в бездну.

​— Ну что, герои, — Миллер хлопнул меня по плечу. — Пошли занимать места согласно купленным билетам. Говорят, на «Голгофе» отличный вид на смерть из первого ряда.