Путь императрицы. Начало

Глава 1. Поступление

Тренировка прошла довольно-таки сносно, кости не трещали, кровь не лилась фонтаном. Дыхалка тоже не подвела в этот раз. Вечный наблюдавший строгий взгляд дедушки за моей спиной не давал вдоволь насладиться последней тренировкой перед поступлением. Так и ощущалось его строгое напутствие: «Ты плохо стараешься, как можно не знать основ?». Действительно, как можно не знать основ, когда тебя этому даже не учат. Ты всего достигаешь самостоятельно. Когда пришло время заканчивать, мне навстречу шли солдаты, которые так же, как и я, начинали свой день с тренировок. Правда у них это была база минимум, а не максимум, как у меня.

Как ни крути, а в этом доме меня сильно ненавидят. Правду мама всегда скрывала и уверяла, что всему своё время. Надо только подождать, и всё образуется. Пока я так ждала, прошли года. Дедушка так меня и не признал, хотя обещал, что признаёт, если я достигну больших высот и наберу больше достижений, чем он за всё его время. Пришлось постараться, я не спорю, но меня так и не признали, а потом я плюнула и устроила им маленький, но бунт. Багряное лицо отца и деда до сих пор смешат. Я заявила им, что хочу учиться там же, где учатся мои братья. Кстати, на том совете и они были. Всё из явной семейки Лазуритовых драконов были против, а вот мама и старший брат, который уродился падшим ангелом, встали на мою сторону, тем самым переломив устои этой дрянной семейки.

И вот сегодня, собрав до конца вещи и дождавшись своего наставника, который будет мне, как отец родной, уведёт меня в академию на три года учёбы. Дома буду появляться исключительно на зимних и летних каникулах. Собственно, чаще я и не планирую здесь появляться, ну не лежит у меня к ним душа. Бесят они меня, и очень сильно. Один только Ромео чего стоит. Он родной сын от первого брака отца. Любимчик в семье, а вот я и мой родной старший брат стали бельмом на глазу, хотя к братику меньше агрессии, чем ко мне.

Под свои же размышления я и не заметила, как дошла до своей комнаты, минуя вычурный зал, который ты, если и захочешь, не пропустишь. Работа великих братьев гномов, карликов. Они знают толк в архитектуре на века. А остолопы гномы решили, что им копать руду будет всё-таки интересно, чем строить и создавать, что-то красивое.

Зайдя в комнату, первое, что я увидела это букет моих любимых синих роз. И вот, собственно, на кой-чёрт, спрашивается, мне эти розы зачем сдались, если я уезжаю далеко и надолго? В этот же момент ко мне в комнату заходит вальяжным шагом мой сводный брат.

— Надеюсь, ты передумала поступать в академию? — в этот момент мне захотелось просто спустить его с лестницы, но перед вступительными так поступать не стоит.

— Увы и ах, мой дорогой старший, но далёкий брат, я уже подала документы и отзывать их не намерена.

— Что ж, это будут для тебя мучительные три года учёбы, помяни моё слово.

Пробурчав что-то напоследок, вышел из моей комнаты. Странно, но розы даже не завяли. Удивительно. Обычно после его фразочек всё живое моментально умирало, а тут даже ещё живое. Дверь снова открывает и в комнату заходит уже отец: да, что ж, это за проходной двор сегодня?!

— Что ж, смотрю розы от Ромео, тебе понравились, значит, ты изменила своё решение по поводу академии? — вот здесь всё встало на свои места.

— Цветы ни в чём не виноваты, а вот решение я не изменю, Ваше Величество.

Видеть, как отец становится багряным пятном, греет мне душу. Давно я никого так сильно не бесила. Сначала сводный брат, теперь отец, кто будет следующий? Хоть бы дедушка, увидеть, как вся семейка злиться будет согревать меня до конца третьего года обучения. Ушёл папа пришёл ожидаемо дедушка и по новой начал заводить шарманку про то, как не надо идти туда же, куда пошли старшие братья. Услышав моё категоричное «нет» и, этот субъект побагровел сильнее, чем отец или брат. После этого ко мне никто не заходил на протяжении двух часов.

Я надеялась, что больше сюрпризов не будет, но увы и ах, судьба — женщина, коварная, если захочет воткнуть нож в спину, то обязательно это сделает, можно даже не сомневаться. Ко мне пришла матушка, которую в последнее время я и так редко вижу, а после подачи документов не пересекались от слова совсем, но рада была повидаться хотя бы перед отъездом.

— Солнышко моё ясное, как ты? — у нас сегодня расстрел?

— Да, вроде как нормально всё, у тебя как? — не осталась я в долгу перед этой коварной женщиной.

— Да так, я просто папу видела, он был красный, как созревший на солнце помидор, о чём вы так усердно снова поговорили? — её красивые карие глаза сузились до подозрительно опасных щёлочек — это когда кошка заприметила свою добычу и готова в любой момент напасть.

— Ну подумаешь, немного ему обломала момент со своим согласием на отказ от поступления, я же ведь немногого прошу.

Мама лишь тяжко вздохнула, потёрла виски, она так любила делать, когда отец начинал злиться из-за ерунды на меня, а, потом немного прикусив нижнюю губу, строгим голосом, попросила меня сесть на кровать. Сказать, что я была в шоке это ничего не сказать. Моё немое молчание матушка расценила по-своему.

— Кэтрин, прошу тебя прислушаться сейчас к моим словам. То, что я скажу, очень важно. — Я кивнула, а мама продолжила, — твоя сила, которой ты обладаешь, только крупица, и у тебя есть собственное «я».

— Постой, — грубо перебила я её, — как так я неполноценна и, что за странное внутреннее «я»?