Пятый миф: Колесо времени

Глава 1

Глава 1.

Майкл мчался по длинному коридору. Лампы пульсировали красным, а в уши врезался вой сирены, оповещая о вторжении на охраняемый объект. Вот только сам Майкл и был этим вторжением. Точнее, он наконец запустил в действие план, вынашиваемый месяцами. Не его план, а может и его, он уже давно запутался.

Год назад он устроился в компанию младшим научным сотрудником. Дни тянулись рутинно: большую часть времени он проводил в лаборатории, изучая древние останки, разбирая их по косточкам, пытаясь понять, что к чему. Работа казалась скучной, но чем глубже он погружался, тем больше несоответствий выплывало наружу. Материал, который ему подсовывали, явно не был земным. Точнее, он был найден на земле, но родился он явно где-то очень далеко.

Иногда Майклу казалось, что он работает не в лаборатории, а в морге будущего. Всё вокруг было слишком чистым, слишком правильным. Мир, в котором уже решили, кто будет жить, а кто станет сырьём. И самое страшное, что никто не считал это злом. Просто оптимизацией.

Он понял тогда простую вещь: если это признают нормой, человек больше никогда не вернётся назад. Вот только, делали ли это для человека или для кого-то другого.

Органика, идеально сохранившаяся в северных льдах. Он подошел к огромному стеклу, за которым в морозильной камере лежал массивный кусок льда. Внутри — месиво из фрагментов тел: части человеческие, а рядом — нечто чужеродное, немыслимое.

На ближайшей встрече с единомышленниками, с братьями по тайному ордену, он сразу доложил куратору.

— Я не смог понять, что это, но точно не с нашей планеты, — прошептал Майкл.

Хельд, его куратор, потягивал пиво в тесной забегаловке.

— Опиши подробнее, — попросил он.

— Не знаю... Я попробую сфотографировать или вынести образец.

— Нет, — отрезал Хельд. — Это подорвет миссию. Нам не нужны такие риски.

— Но ведь это тоже важно, — возразил Майкл шепотом.

— Послушай, — успокоил куратор. — Твоя задача там, самая важная из всех. Если она провалится, мы проиграем. И проиграем слишком быстро. Мы не для этого столько лет были в тени и столько лет боремся уже в открытую.

Майкл кивнул. Война с ИИ, разгоревшаяся сразу после Третьей мировой и тянувшаяся уже второй век, подходила к финалу. Тысячи, а может, десятки тысяч таких, как он, — противников опасного разума — уже отдали жизни, чтобы выжили остальные. Миллиарды людей. Те, кто считал их преступниками. Порой это казалось не нужной жертвой, но "Вороны" не принимали к себе других. Только тех, кто верит в идею и в то... что будущее с ИИ превратится в ад.

Часы в лаборатории пробили шесть утра. Начиналась пересменка, его смена заканчивалась, но сегодня он должен был задержаться. Все согласно плану.

Майкл мчался по коридору. Синтетическая взрывчатка, которую он готовил почти год, жгла изнутри. Никаких механизмов, никаких пробирок — только химическая реакция и его собственная плоть. Коктейль внутри него был его билетом в один конец. Точкой начала и точкой конца. И от этой мысли будоражило сильнее, чем от смеси реагентов, которые смешивались, бурлила и трансформировалась внутри него. Из желудка она перемещалась дальше, смешиваясь с тем, что он уже ввел в кровь. Ударяло в голову. Пекло в венах. Холодило снаружи.

Из-за поворота выскочили двое охранников, вскинув оружие.

— Стоять! — рявкнул один.

Майкл ушел в кувырок, выпрыгнул пружиной вверх и локтем вырубил первого. Раздался выстрел. Пуля вонзилась в грудь. Но ничего не задела. Удар, перекат, рывок за ногу. Захват, переворот — и удар шариковой ручкой в шею второму. Мертв.

Майкл поднялся и рванул дальше. Еще один сектор. Массивная дверь. Карта-чип к сканеру. Дверь с шипением отъехала в сторону, и на него уставились десятки глаз. Такие же сотрудники как и он, только другие. Настоящие.

Лаборатория напоминала стерильный ад высоких технологий: ряды мерцающих экранов, гудящие серверы и в центре — гигантский 3D-биопринтер, похожий на паутину из трубок, манипуляторов и прозрачных капсул. В одной из них, под стробоскопами ламп, медленно формировалась фигура, нечто среднее между человеком и кошмаром: кожа натягивалась на синтетический каркас, мышцы нарастали слой за слоем, а глаза, уже вставленные, безжизненно блестели, ожидая активации. Вокруг суетились ученые в белых халатах, их лица отражались в голографических дисплеях, где плясали строки кода и генетические последовательности. Воздух пропитан озоном и стерильным холодом, а принтер тихо шипел, выдавливая очередную порцию биомассы. Картина как завараживала так и пугала. Религиозные фанатки, назвали бы это рождением дьявола, а ученые... кто знает чем они это считали.

— Всем лежать! — рявкнул Майкл, зажимая рану рукой. Взгляд скользнул к часам. Десять минут до конца реакции. Самое главное, не ошибиться в расчетах, а еще, главное чтобы потеря крови не сказалась на скорости реакции.

— Вы соверш... — начал один из ученых, но Майкл вонзил ручку ему в шею. Тот захрипел, рухнул, заливая пол алым. Еще одна жертва. Одна из сотен тысяч, а возможно из милионов. Будет больше, если план провалится.

Ближе. Быстрее. Перемахнув через один из столов, Майкл рванул к панели управления. Большая красная кнопка с надписью «СТОП». Кулак врезался в неё. Механизм замер. Мгновение и снова зажужжал. Ещё удар. Ещё. Ничего.

— Внимание. Вы находитесь на объекте стратегического значения. Майкл Скоулз. Остановитесь. Ваши действия нарушают… — прогремел голос из динамиков.

Майкл не слушал. Схватил стул, швырнул в огромное стекло, за которым пульсировало биологическое нечто. Стекло выдержало, но покрылось паутиной трещин.

— Остановите его, — рявкнул голос.

Учёные переглянулись. Они не были бойцами. Просто учёными.

— За уничтожение объекта каждому будет предложена награда. Тому, кто прикончит нарушителя — особый статус и сто миллионов кредитов, — продолжил ИИ.

Двое самых крепких мужчин шагнули вперёд. Кровь Майкла уже стекала по животу, пропитывая штаны.

Глава 2

Глава 2

Алексей стоял на вершине холма, и ветер трепал края его потрёпанного плаща. Внизу раскинулось плато: идеально ровное, словно вылизанное гигантским катком. Ни песка, ни барханов; лишь плотный, почти зеркальный грунт, в котором отражалось солнце, будто в нём были вкраплены частицы металла. Совсем не тот египет о котором он читал в книгах, и который видел по видео в сети. Совсем другой.

Три пирамиды возвышались в центре, но это были уже не те руины, что он помнил по старым фотографиям. Грани идеальные, без единого шва, из какого-то тёмно-серебристого сплава, по которому бежали тонкие световые нити, вспыхивая и угасая в строгом ритме. Вокруг разместились прямые дорожки, платформы, парящие в метре над землёй вытянутые сигарообразные механизмы, похожие на современные поезда, чёрные, без единого блика. Дальше, у горизонта, двигались огромные добывающие машины, оставляя за собой идеальные борозды. Но добыча тут была явно символичной, совсем не такой как в зверополисе.

А ещё дальше стоял городок. Живой, дышащий. Дома из дерева, глины и гладких плит неизвестного материала, утопающие в зелени. Высокие деревья с изумрудной кроной, подвесные сады, лёгкие мосты из переплетённых ветвей и металла, приподнятые рельсы, по которым бесшумно скользили открытые вагончики. Два полупрозрачных купола испускали клубы белого пара. Всё двигалось, всё жило.

— Удивительно, да? — Горелов подошёл сзади. — Вот мы и добрались.

— Даже не верится, — выдохнул Алексей.

Перед глазами мелькнули воспоминания о грязных землянках и кострах из пластикового мусора. Небо и земля. Перед ними была настоящая цивилизация, пускай и совсем чужая.

— Какой план? — спросил Воронов. — Сразу ищем альнов?

— Думаю, они сами нас найдут, — Алексей кивнул на шарообразный дрон, зависший в сотне метров и медленно приближавшийся.

Воронов хмыкнул, вспоминая, что именно такие изучали их поселение на горе, именно они пугали их и казались чем-то удивительным и опасным. Но теперь, они вызывали совсем другие чувства.

Группа начала спуск. Трава под ногами была настоящая — густая, сочная, с запахом свежести, которого никто из них не чувствовал уже давно. Склон переходил в широкий зелёный луг, где из земли торчали странные высокие столбики. Когда подошли ближе, столбики зашипели и выпустили облака влажного пара, который оседал мелкой росой на листьях и почве. Автоматические опрыскиватели. Растения вокруг буквально сияли здоровьем.

— Удивительно… — шептал Ричард, ощупывая стебли. — Это же… друзья, мы сейчас…

Свист разрезал воздух. Над ними завис каплевидный аппарат, хорошо знакомый со времен первых встреч с альнами после зверополиса. Медленно опустился. Створки разошлись, выпуская двух высоких фигур в серо-зелёных комбинезонах. Альны.

— Вы кто? — спросил тот, что стоял впереди. Голос чистый, без акцента.

— Путешественники во времени, — брякнул Франко и тут же осёкся, поняв, что его поняли.

— Во времени? — альн прищурился. — Откуда вы знаете наш язык?

— Мы встречались с вашими… сородичами, — быстро вставил Ричард. — На севере. У рудника. Там, где…

— Понятно. — Альн кивнул второму. — Я отведу их. Лети на объект, предупреди.

Второй молча вернулся в аппарат. Машина бесшумно поднялась и унеслась к пирамидам.

— Зачем вы пришли? — спросил оставшийся.

— Нам нужно поговорить, — сказал Ричард. — Есть что рассказать. И… попросить.

— Хорошо. Меня зовут Сейлиссир, я старший Слейс этого участка. Провожу вас к Эши. Браслеты, — он посмотрел на запястья гостей, — лучше снять или отключить. На время.

Игорь шагнул вперёд.

— Погоди. Мы не в том положении, чтобы торговаться, но… дай нам хотя бы иллюзию, что сможем постоять за себя, если что.

Сейлиссир задержал взгляд на Горелове, на том, кем он стал. Сперва помолчал, потом коротко кивнул.

— Ладно. Не критично. Идём.

Он развернулся и пошёл по зелёному лугу к городку. Группа двинулась следом. Трава мягко пружинила под ногами, тёплый влажный пар опрыскивателей приятно холодил кожу, а над головой бесшумно пролетали маленькие светящиеся шарики, то ли насекомые, то ли крошечные дроны.

Алексей вдохнул полной грудью. Впервые за долгие годы воздух пах жизнью. Земля прошлого, а именно ей она была, встретила их тяжелыми испытаниями, но теперь, словно научившийся ходить ребенок, они шли уверенно.

Улицы были широкими, чистыми, вымощенными тёплыми каменными плитами, которые будто впитывали солнечный свет и отдавали его обратно ногам. Дома поднимались по сторонам плавными волнами: ни одного прямого угла, только мягкие изгибы стен, высокие арки, балконы, увитые цветущими лианами. Всё казалось единым организмом, выросшим из земли, а не построенным.

Сейлиссир шёл впереди, не оглядываясь, но говорил так, словно знал, что гости не отстанут.

Антон невольно замедлил шаг, пропуская пальцы сквозь высокую траву. Она была тёплой от солнца и шелковистой, как в детских воспоминаниях о лете, которых у него почти не осталось. В горле встал ком, но не от пыли, а от чего-то другого. Он вспомнил, как в их времени даже сорняки росли чахлыми, серыми, пропитанными химикатами и радиацией. Здесь же всё дышало так сильно, что хотелось плакать.

— Значит, с севера, — произнёс он, когда они миновали небольшой канал, в котором трое смуглых мужчин неторопливо тянули сети. — Странно. Не помню там развитых народов. Хотя… — он скользнул взглядом по Игорю, задержался на долю секунды, потом перевёл на Рамиса и Антона и коротко кивнул сам себе. — Да, местные. С этой планеты.

— Местные, — подтвердил Ричард, не отрывая глаз от подвесного мостика над головой: по нему как раз проходила женщина с корзиной ярко-алых плодов; ткань её одежды была почти прозрачной и колыхалась, будто живая. — Но из другого времени.

— Из будущего? да? — Сейлиссир остановился у обелиска на небольшой площади. Камень обелиска мерцал слабым голубоватым светом, и в нём, если приглядеться, текли тонкие линии-письмена, похожие на живые.

Глава 3

Глава 3

Их поселили в двухэтажном доме из тёплого песочного камня, с широкими арками вместо дверей и окнами, которые сами затемнялись, когда солнце било слишком ярко. Комнат было много, больше, чем нужно шестерым. Мебель простая: низкие ложа, столы из цельного дерева, светильники, которые зажигались от прикосновения. Никаких острых углов, никаких лишних вещей. Всё дышало спокойствием.

Эмре прошёл в одну из комнат и просто сел на низкое ложе, закрыв глаза. Стены были тёплыми, словно живыми, и от них шёл едва уловимый запах смолы и трав. В их времени даже стены бункеров были холодными, металлическими, пропитанными страхом. Здесь же хотелось просто лечь и не вставать никогда.

Антона, Игоря и Рамиса сразу увели «снимать заражение алакидом». Остальным велели ждать.

Ричард не мог усидеть на месте. Он ходил из комнаты в комнату, трогал стены, выглядывал в каждое окно.

— Это просто невероятно, — повторял он в пятый раз. — Мы в настоящем инопланетном городе, о котором даже мифы забыли… А ведь в будущем... это будет... это будут называть...

Алексей вышел на балкон второго этажа. Отсюда три пирамиды были как на ладони: чёрные, гладкие, с бегущими по граням световыми нитями. В закатном свете они казались живыми.

— Странно всё это, — сказал он тихо.

Катя подошла и встала рядом, облокотившись о перила.

— Что именно?

— Всё это, — Алексей обвёл рукой горизонт. — Через несколько тысяч лет здесь будет только песок и ветер. Что же должно случиться? Я конечно не ученый... но разве... эти люди, что останутся здесь... они разве не должны сохранить технологии. Разве не должно сохраниться все это: здания, улицы и прочее.

Атом вышел следом, его металлические ступни едва слышно цокали по каменному полу.

— Северная Африка стала пустыней из-за естественных климатических циклов, — начал он ровным голосом, будто читал лекцию. — Наклон оси Земли изменился на доли градуса, муссоны ушли на юг. Зелёная Сахара существовала примерно до 3500 года до н. э. Потом, за три-четыре тысячи лет, всё выгорело. Постепенно. Необратимо.

Франко фыркнул, не отрываясь от вида внизу.

— А я думаю, что это всё альны. Добыча, эксперименты, энергостанции размером с город… Они тут не гости, они хозяева. И когда решат улететь, просто выжгут следы. Да, точно! Так они и сделают. А то что мы вмешались в историю, наверное и стало причиной.

— Может, и так, — согласился Ричард, подходя к ним. — Сейлиссир сам сказал: «Пора уходить». Думаю, в ближайшие столетия они и снимутся. А чтобы не оставить следов, сделают всё чисто. То, что не успеют убрать, песок засыплет сам.

Алексей усмехнулся горько.

— А ты всё ещё веришь в официальную историю? После всего, что мы видели?

— Верю в то, что кто-то её очень тщательно подчистил, — ответил Ричард. — А может... у нас действительно не было шансов все это понять и узнать в будущем.

Катя молчала, глядя на пирамиды. В голове крутилась мысль: если альны уйдут и всё это исчезнет под песком, то почему тогда остались пирамиды в их времени. Почему Альны не стерли их. И эти ли пирамиды, стоят в будущем. Или эти — совсем другие? Может оставшиеся здесь люди, попробуют повторить их.. Вопрос висел тяжёлым грузом, но спросить она не решилась, слишком много неизвестного, и так голова кругом.

Франко вдруг вытянул руку.

— О! Атом, глянь-ка, твой брат-близнец.

По улице шёл робот. Та же модель, что и Атом: рост чуть выше человеческого, матовая броня, плавные линии суставов. Только чистый, без единой царапины, и глаза светились мягким бирюзовым, а не красным.

Атом замер.

— Юмор оценён, — сказал он сухо. — Да, конструктив схож. Но начинка у него примитивная. Локальный интеллект, уровень обслуживания. Я же… — он чуть повернул голову, — я несу в себе осколки ИИ двадцать пятого века. Мы разные.

— Ничего себе, — протянула Катя. — У Атома просыпается гордость.

— Это не гордость, — тихо сказал Эмре, выходя из тени. — Это личность. Кстати, Атом… меня вот что интересует. Почему Сейлиссир то и дело поглядывал на тебя?

Атом медленно повернулся к нему. Глаза на миг потемнели.

— Не знаю, — ответил он. — Возможно, сканировал состав. Возможно… искал следы алакида в металле. Или что-то другое. Мне до сих пор не понятны мотивы людей, вместе с которыми я нахожусь, что уж тут говорить о инопланетном существе.

Он замолчал и снова уставился на своего «брата» внизу. Тот остановился у фонтанчика, нагнулся, провёл ладонью по воде, и та засветилась нежным серебром.

Улица внизу была уже в тени, но свет от висящих над каналом светящихся шаров ложился мягко, как лунный. По плитам бесшумно катилась длинная самоходная платформа, перегруженная до невозможности: деревянные ящики, обитые металлом, громоздились в пять рядов, покачивались и скрипели. Казалось, ещё чуть-чуть, и вся конструкция рухнет набок.

Алексей следил за ней, затаив дыхание. В этот момент мимо пробежал мальчишка лет восьми, босой, в короткой тунике. Платформа качнулась сильнее, два верхних ящика сорвались и с грохотом рухнули прямо перед ребёнком. Один из них задел его висок, мальчик упал, кровь мгновенно окрасила светлый камень.

Алексей не раздумывал. Перемахнул через перила балкона, приземлился на согнутые ноги и рванул вниз по улице.

– Белла! Скорее сюда! – крикнул он на бегу.

Через минуту рядом оказалась Изабелла, за ней Катя, потом Франко и Эмре. Даже Атом, тяжело топая, вышел из дома и замер у края тротуара.

Мальчик лежал неподвижно. Кровь текла из рассечённой брови, но череп, на первый взгляд, был цел. Алексей уже прижал чистую ткань к ране, когда Белла опустилась рядом. Её ладони засветились тёплым золотистым светом, рана начала затягиваться прямо на глазах.

Атом же смотрел не на ребёнка, а на второго робота, который управлял платформой. Тот тоже остановился и теперь стоял неподвижно, повернув голову к Атому. Их глаза (красный и бирюзовый) встретились.

Глава 4

Глава 4

Игорь стоял в небольшом куполе, стены которого были не матово-белыми, как у Эши, а тёплого янтарного оттенка, будто внутри светилось само солнце. Воздух пах озоном и чем-то травяным. Посреди зала стояли три низких ложа из гладкого чёрного камня, над каждым висела тонкая дуга, испускавшая слабое голубое сияние.

Антона и Рамиса уже уложили. Альн-врач, высокий даже по меркам своей расы, с серебристыми волосами до пояса, ввёл каждому в шею тонкую иглу. Игоря осмотрели молча, потом врач развёл руками.

– У тебя заражение давно перешло в стабильную фазу. Мутации закреплены. Лечить поздно, да и не нужно. А вот эти двое… – он кивнул на Антона и Рамиса, – мы снимем активный алакид, но генетический сдвиг всё равно произойдёт. Я просто ускорю процесс. Быстро и… не слишком приятно.

– Что значит «ускорил»? – напряжённо спросил Антон, всё ещё сидя в кресле.

– Значит, то, что случилось бы за месяцы, произойдёт за минуты.

Рамис, которому сделали укол первым, вдруг резко выдохнул, глаза закатились. Тело свело судорогой. Он рухнул с ложа на пол, хрипя и извиваясь. Кожа на лице натянулась, челюсть начала выдвигаться вперёд с хрустом, зубы один за другим выпадали на камень, звеня, как мелкие камешки. Пух на голове и руках стал жёстким, превращаясь в перья. Спина заходила ходуном; раздался мокрый треск – куртка лопнула по шву, и из лопаток вырвались два влажных, розовых отростка. Они стремительно росли, вытягиваясь в длинные крылья, покрываясь сначала пухом, потом настоящими перьями – тёмно-синими с серебристым отливом.

Игорь сглотнул, отгоняя воспоминания о собственных ночах, когда он кричал в ладонь, пока кости ломало и перестраивало.

Не прошло и минуты, как Антон тоже рухнул. Лицо опухло, скулы раздались в стороны, нос и челюсть вытянулись в морду. Волосы выпадали целыми прядями. Он рычал, скулил, царапал пол когтями, которые только что выросли. Потом по коже проступила густая чёрная шерсть. Джек, сидевший в углу, навострил уши и тихо рыкнул в ответ – будто узнал своего.

Игорь отвернулся к стене, чтобы не смотреть. В груди стоял ком из смеси жалости и зависти. Он прошёл через это один, в темноте, без помощи, долго и мучительно. А эти двое совсем быстро, чисто, под присмотром. Мир альнов был жестоким по-своему: всё рационально, без лишних слёз. Но именно эта холодная эффективность и пугала больше всего.

Через три минуты всё кончилось.

Рамис лежал без сознания, раскинув огромные крылья, голова теперь была полностью птичьей: клюв, перья, большие жёлтые глаза с чёрной поволокой. Антон, тяжело дыша, сел на краю ложа, провёл лапой по морде и сказал низким, хриплым голосом:

– Б… буду привыкать.

Глаза закатились, и он тоже отключился.

– Нормально всё, – спокойно сказал альн-врач, глядя на напряжённое лицо Игоря. – Главное все быстро. Через пару минут проснутся. Как новенькие будут. Правда уже совсем не те кем были раньше. Но это ладно, ты вон птица, привык уже наверное.

– Что дальше? – спросил Игорь у Сейлиссира, который всё это время стоял у входа, скрестив руки. Слова врача он проигнорировал.

– Вернём вас к остальным, – ответил тот. – Отдохнёте. А завтра… завтра сходим в пирамиды. Вы ведь хотели. Потом будет ждать решение Совета. Эши скоро отправляется туда. Возьмёт ли вас с собой, зависит от того, насколько ему понравится ваша история. Но я думаю, что понравится. Сильный аргумент в общении с советом.

Пока Антон и Рамис приходили в себя, Игорь прислонился к тёплой янтарной стене и посмотрел на Сейлиссира.

– Скажи хоть что-нибудь про ваш быт. Как вы тут живёте вообще?

Альн сначала промолчал, будто решая, стоит ли тратить слова. Потом всё-таки заговорил, медленно, словно вытаскивал каждое предложение издалека.

– Если говорить о быте на этой планете… Есть Шесим и его Сахэлы, потом идут Ва…

– Стой, – поднял ладонь Игорь. – Я в ваших названиях вообще ничего не понимаю. Можно по-простому?

Сейлиссир коротко кивнул.

– Хорошо. Есть один самый главный. Он отвечает за всё, что происходит на этой планете. У него восемь заместителей и каждый за своё направление. Ниже идут шесть региональных руководителей. Мы в одном из регионов. Самый большой по площади, но… – он чуть скривил губы, – самый пустой. Ничего важного тут не происходит. Краевой участок. Дальше только пустая земля. Вы кажется оттуда и пришли. От наших соседей, можно сказать. В каждом регионе по три объекта-Эши. Это как местные «головы». Они собираются вместе с региональными, строят планы, решают, что делать дальше. Всё. Ну а если говорить о том что мы тут даелаем вообще...

– Да, – кивнул Игорь. – Это было бы очень интересно.

– В целом, как на других паланетах. Добываем разные ресурсы. В первую очередь алакид. Ну и по мелочи. Вообще, кажется я говорил, что нам уже давно пора улетать, но наши все тянут. Местные уже далеко продвинулись, и мы должны уходить. Многие из наших хотят. Домой хочется.

– Давно ты тут? – спросил Игорь прищурившись, ожидая тяжелого ответа. Такого, от которого представление о жизни у бывшего человека сломаются окончательно.

– Я? – удивился Сейлиссир. – Даже не знаю. Тысячи три наверное дней.

–Это получается... – начал подсчет Игорь. – Сотня лет примерно.

–Лет? – удивился Альн. – Не знаю как вы считаете, но наверное да. Тебе виднее.

– А сколько живут альны? – спросил Игорь пытаясь прощупать информацию.

– Если не заниматься лечением и восстановлением клеток, то раза в три больше. – ответил тот.

– Четыре. – влез в разговор врач. – При благоприятных условиях.

– А если... – продолжил Игорь.

– Ну еще раза три добавь. – хмыкнул врач. – Тоже, при идеальных условиях.

– Безумие. – только и выдал тот.

– Вот такая у нас служба. – сказал Сейлиссир. – А потом домой, примерно на тот же срок. За жизнь, планеты три обычно посещаем таких, а потом уже на отдых. А дома... дома всяко лучше.

Сейлиссир замолчал, глядя куда-то мимо Игоря, будто видел сквозь янтарные стены весь этот огромный, пустой регион. В его глазах мелькнула тень, не усталость, а что-то старше: разочарование веками. Игорь вдруг понял: для альнов эта планета, всего лишь временная стоянка, окраина империи, куда отправляют на работы. Вот только, такая служба это награда или наказание, он так и не понял.

Глава 5

Глава 5

Утро пришло тихо, без резкого солнца. Небо затянуло лёгкой дымкой, и свет просачивался мягко, как через матовое стекло. В доме пахло свежей травой и чем-то сладким, что ночью принесло ветром из садов. Группа собралась в общей комнате: кто сидел на низких ложах, кто стоял у окна, разглядывая просыпающийся городок. Антон всё ещё неловко трогал свою новую морду, Рамис пробовал складывать крылья компактнее, а Джек, подросший и теперь почти по грудь человеку, тихо поскуливал в углу, обнюхивая воздух.

Его рост был странным, казалось еще совсем недавно он был щенком, и вот теперь, это крупный зверь. Который выглядел устрашающе. Катя долго разглядывала пытаясь понять чем вызван его рост, но так и не смогла придти к очевидному решению. В голове крутилось только заражение алакидом, но даже это было слишком простым объяснением.

Дверь-арка беззвучно отворилась, и вошёл Сейлиссир. Он был в том же комбинезоне, волосы в виде пуха собраны в короткий хвост. Взгляд скользнул по всем, задержался на трансформированных.

— Доброе утро, — произнёс он ровно. — Готовы? Пирамиды ждут.

Никто не спорил. Собрались молча, вышли следом за ним по тёплым плитам улицы. Город уже жил: местные люди тянули сети в каналах, роботы бесшумно поливали сады, альны изредка проходили мимо — высокие, отстранённые, будто шли по своим делам в другом измерении. Они у местных вызывали смешанные чувства, словно правители, которые вроде и живут рядом, но находятся на совсем другом уровне.

По пути Ричард не удержался. Он шёл рядом с Сейлиссиром и начал рассказывать, тихо, но с тем жаром, который всегда появлялся, когда речь заходила о древностях.

— Знаете, в нашем времени эти пирамиды,одна из величайших загадок. Тысячи теорий: и гробницы фараонов, и обсерватории, и энергостанции... Мы спорили веками, копали, сканировали. Даже думали, что это послание от богов. Или от вас. Но до недавнего времени так и не смогли понять, что-то засекретили, что-то оставалось лишь теорией.

Сейлиссир шёл ровно, не ускоряя и не замедляя шаг. Только кивал иногда коротко и вежливо. Глаза его смотрели вперёд, на чёрные грани ближайшей пирамиды, уже подсвеченные утренним светом.

— А что стало с ними потом? — спросил он наконец, но тон был таким, будто спрашивал о погоде в далёкой стране.

Ричард продолжил: о песке, что засыпал всё за тысячи лет, о том, как люди нашли только пустые камеры и коридоры, о мифах, что выросли вокруг. Он говорил, а пришелец лишь кивал, словно складывая в голове пазл.

Альн снова кивнул. И уточнил:

— Следов наших не осталось? Никаких артефактов, записей?

— Нет, — покачал головой Ричард. — Ни единого. Только камень и пустота.

Сейлиссир слегка расслабил плечи,почти незаметно.

— Хорошо.

В пирамиду они вошли не через грандиозный вход, а через незаметный подземный туннель. Люк в земле у подножия открылся от ладони альна. Спустились по широкой винтовой рампе. Ричард едва не трепетал: стены гладкие, без швов, воздух прохладный, с лёгким гулом где-то в глубине.

Но внутри как оказалось, небыло ничего. Точнее, почти ничего.

Широкий туннель освещали только тонкие световые линии вдоль стен. Их холодный белый свет, как в современном метро светил ровно и спокойно. Никаких иероглифов, никаких статуй. Дальше была просторная комната с несколькими панелями, мерцающими слабым голубым, и парой высоких стоек с оборудованием, что тихо гудело.

Франко остановился посреди и развёл руками.

— И всё?

— А чего вы ожидали? — спокойно спросил Сейлиссир.

— Тайны, сокровища, что угодно, — разочарованно выдохнул Франко, оглядывая пустые стены. — Хоть мумию какую-нибудь. Или золотой саркофаг.

— Жаль ломать ваши ожидания, — альн даже не улыбнулся. — Но тут ничего нет. Просто локаторы для связи через атмосферу. Переработка алакида в энергию. Ну и как отображение границы участков. Где наши сектора, а где чужие... Не более. Это не какое-то уникальное строение, оно не создано для каких-то великих целей. Просто... граница и пункт связи. Никаких порталов в другие миры, не устройство для телепортации.

Ричард стоял молча. В глазах его мелькнуло что-то горькое, будто вся жизнь, потраченная на разгадки, вдруг оказалась шуткой. Он провёл рукой по гладкой панели, но без прежнего восторга.

Эмре прищурился, глядя на Сейлиссира.

— Получается, вы не оставляли послание для будущих людей?

— Нет, — твёрдо ответил альн. — К тому же, это запрещено. Если на планете появляется разумная жизнь, мы не вмешиваемся пока они не достигнут нужного уровня развития. Насколько мне известное, из десятков планет, такое случается в лучшем случае на одной из планет, и даже тогда, мы не спешим. Слишком разные бывают особенности разных рас.

Эмре медленно перевёл взгляд на Атома, стоявшего чуть в стороне. Робот смотрел на оборудование неподвижно, сенсоры мерцали ровно.

— И значит, вы бы не стали посылать нам сигналы в будущем. С вашей планеты.

— Исключено, — обрезал Сейлиссир, голос стал чуть жёстче. — Если бы мы сочли что вы готовы к сотрудничеству, мы бы прибыли к вам и вступили в контакт. Отправлять послание... это... глупо.

Группа немного походила по комнате — потрогали панели, заглянули в боковые коридоры, где было то же самое: чисто, функционально, без души. Потом вышли тем же туннелем наверх.

Сейлиссир закрыл люк и повернулся к ним.

— Остальные точно такие же, — сказал он просто, добивая последние иллюзии. — Если очень хочется, можем заглянуть и туда, но даже минимальных отличий вы не найдете.

Изабелла, до того молчавшая, спросила тихо:

— Значит, на этом всё? Мы свободны, пока нас не пригласят на Совет?