Пышка для бандита: Измена по-крупному

Глава 1 - Добро пожаловать домой

Такси остановилось у кованых ворот, и Алина вышла, даже не попрощавшись с водителем. Холодный ветер трепал полы пальто, заставляя ёжиться, но она почти не чувствовала холода – внутри всё было выморожено куда сильнее, чем снаружи. Четвёртая попытка ЭКО. Четвёртое фиаско.

Она стояла перед особняком, который пять лет назад казался ей воплощением сказки, а теперь напоминал золочёную клетку. Трёхэтажный дом из светлого камня, с колоннами и широкими террасами, утопал в зелени английского газона. Вдоль дорожек цвели ранние тюльпаны – Артур любил, чтобы всё вокруг было идеально, статусно, дорого. Даже цветы здесь росли по расписанию, словно солдаты на параде.

Алина перевела взгляд на свои руки, сжимающие ручку чемодана. Пальцы опухли от гормонов, на запястьях проступили синие вены – следы бесконечных уколов, капельниц, заборов крови. Три года она колола себе живот, пила таблетки горстями, лежала на операционных столах с раздвинутыми ногами, позволяя чужим рукам копаться в самом сокровенном. Три года она надеялась, молилась, плакала по ночам и снова надеялась.

Врачи в клинике говорили с ней тем особенным, сочувственно-отстранённым тоном, каким сообщают неизлечимо больным правду. «Мы очень старались, Алина Сергеевна, но организм не принял эмбрион. Возможно, стоит рассмотреть донорскую программу или суррогатное материнство… И конечно, нужно сбросить вес. Гормональная терапия даёт такие побочные эффекты, но вы же понимаете, лишние килограммы снижают шансы…»

Она кивала, машинально сжимая в кармане смятый носовой платок. Лишние килограммы. Тридцать килограммов, набежавших за три года бесконечных гормональных бурь. Когда-то, на свадьбе, она весила пятьдесят два и влезала в платье сорок второго размера. Артур тогда смотрел на неё с таким обожанием, что у подружек невесты челюсти отвисали. «Идеальная пара», – писали в глянцевых журналах, помещая их фото на обложки. Дочь дипломата и молодой нефтяной магнат. Красивые, богатые, счастливые.

Теперь она стояла перед домом, где жило её прошлое, и боялась переступить порог. Потому что знала: внутри её никто не ждёт.

Водитель уехал, даже не дождавшись чаевых – то ли замерз, то ли почувствовал, что от этой женщины лучше держаться подальше. Алина вздохнула, поправила сползающий с плеча плащ и вошла во двор.

Тишина. Только птицы щебечут в ветвях магнолий и где-то далеко лает собака. Но звуки, нарушающие тишину, были странными. Из приоткрытого окна спальни на втором этаже доносились приглушённые звуки: женский смех, мужской голос, звон бокалов. А потом – томный стон, приглушённый, но узнаваемый.

Алина остановилась, будто наткнулась на невидимую стену. Сердце забилось где-то в горле, перекрывая дыхание. Она уговаривала себя: «Это просто телевизор, это гости, это…» Но ноги уже несли её вверх по лестнице, мимо холла с мраморным полом, мимо гостиной, где на рояле стояла их свадебная фотография в серебряной рамке. Артур на фото улыбался, прижимая её к себе, и она, стройная, счастливая, смеялась в объектив.

Вторая лестница. Коридор. Дверь в спальню неплотно прикрыта, и оттуда льётся тёплый свет и запах вишнёвого табака из кальяна. Алина толкнула дверь и застыла на пороге.

Картина, открывшаяся ей, была настолько пошлой, настолько банальной, что в первую секунду она даже не поверила своим глазам. Артур лежал на их огромной кровати, раскинув руки на подушках, и улыбался той самой ленивой, сытой улыбкой, которая когда-то сводила её с ума. Рядом с ним, извиваясь, как кошка, сидела девица. Тощее тело, длинные ноги, кружевное бельё персикового цвета, идеальный макияж – даже после бурной ночи её тонкий слой тонального крема лежал безупречно. Волосы пепельного блонда рассыпались по плечам, на длинных нарощенных ресницах – ни следа туши.

На тумбочке дымился кальян, в воздухе витал сладковатый запах вишнёвого табака и дорогого парфюма. Алина узнала его – это были её духи, подарок Артура на прошлый день рождения. Девица, видимо, не поленилась воспользоваться хозяйским парфюмом.

Артур лениво повернул голову и встретился с ней взглядом. На его лице не промелькнуло ни тени смущения или вины. Никакого испуга, никакой попытки оправдаться. Только лёгкая, почти скучающая усмешка.

– О, явилась. – Он даже не попытался приподняться, только лениво повёл плечом. – Закрой дверь, не мешай.

Девица хихикнула, стрельнув глазами в сторону Алины. В этом взгляде читалось всё: презрение, любопытство, торжество. Ей, должно быть, лет двадцать, не больше. Такая же, как те, что были до неё. Длинноногая, тощая, пустоглазая. Очередная модель, очередная стриптизёрша, очередная «победительница конкурса красоты районного масштаба».

– Это твоя домработница? – мурлыкнула девица, разглядывая Алину с головы до ног. – Миленькое пальто… А что это она так поздно пришла? Уборку делать?

Артур, не глядя на Алину, погладил девицу по оголённому плечу. Его пальцы скользнули по кружеву, задержались на ключице.

– Не обращай внимания, дорогая. Это так… уборщица. Скоро уйдёт.

Уборщица.

Алина смотрела на него – на этого человека, которого любила пять лет, с которым делила постель, мечты, боль от потерь, – и не узнавала. Красивое лицо, точеные скулы, чувственные губы, тёмные волосы. В тридцать лет Артур выглядел на двадцать пять, следил за собой, занимался с тренером, тратил бешеные деньги на стилистов. Идеальный мужчина. Идеальный муж. Для кого угодно, только не для неё.

Алина хотела что-то сказать. Открыла рот, но из горла вырвался только хриплый всхлип. Слёзы душили, жгли глаза, но почему-то не проливались. Она стояла и смотрела, как Артур целует девицу в шею, как та томно закатывает глаза, как его рука сползает ниже, к её груди.

Всё как в тумане. Алина развернулась и выбежала в коридор. Плащ зацепился за ручку двери, она рванула, послышался треск рвущейся ткани, но ей было всё равно. Вниз по лестнице, мимо свадебной фотографии, мимо мраморного холла, на улицу, в сад, к старому дубу.

Глава 2.1 - Утро, которое не хочется встречать

Алина открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок, пытаясь понять, где она и почему так болит голова. В комнате было серо – раннее утро, солнце ещё не пробилось сквозь тяжёлые шторы. Тело ломило, как после долгой болезни, во рту пересохло, а в висках пульсировала тупая боль.

Потом память вернулась. Вчерашний вечер. Клиника. Четвёртое ЭКО, четвёртый провал. Артур с девицей на их кровати. Тот безразличный голос: «Закрой дверь, не мешай». А потом – Рамиль в коридоре, его тёмные глаза, короткое «Вы в порядке?».

Алина села на кровати и обхватила голову руками. Вчера она уснула в одежде, даже не умывшись. Плащ валялся на полу, испачканный после того, как её вырвало в кустах. На тумбочке мигал телефон – пропущенные звонки от мамы и сообщение от Артура.

Она потянулась за телефоном и перечитала вчерашнее:

«Завтра ужин с партнёрами. Будь готова к восьми. И надень что-нибудь поприличнее, а не этот балахон, в котором ты ходишь последнее время. И приведи себя в порядок. Стыдно показываться с тобой в таком виде».

Стыдно. Ему стыдно показываться с ней. Жене, которая три года убивала своё здоровье, пытаясь родить ему ребёнка. Которая терпела его измены, пьянство, унижения. Которую он сам называл «коровой» при посторонних.

Алина отбросила телефон и закрыла глаза. Ей хотелось зарыться лицом в подушку и не вылезать из постели никогда. Но нельзя. Если она не явится на ужин, Артур устроит скандал. А потом позвонит её отцу и нажалуется, что дочь не выполняет супружеский долг. И отец, который зависит от Артура, будет расстроен, будет просить её «потерпеть ради семьи».

Ради семьи. Ради какой семьи? У неё нет семьи. Есть только клетка с золотыми прутьями.

Алина встала и побрела в ванную. В зеркале отразилась женщина, которую она с трудом узнавала. Опухшее лицо, красные глаза, круги под глазами, на подбородке прыщ – гормоны давали о себе знать. Волосы висели сосульками, на висках пробивалась седина – в двадцать семь лет.

Она отвернулась от зеркала. Смотреть на себя было невыносимо.

Душ немного привёл в чувство. Горячая вода смывала вчерашнюю грязь, но не могла смыть ощущение собственной никчёмности. Алина стояла под струями и думала о том, что сегодня вечером ей снова придётся надевать маску. Улыбаться, изображать счастливую жену, ловить сочувственные или насмешливые взгляды.

А ещё там будет Рамиль.

Эта мысль пришла неожиданно и заставила сердце пропустить удар. Почему она подумала о нём? Он просто бизнес-партнёр мужа, холодный, чужой, опасный. Он никогда не смотрел на неё как на женщину. Та фраза – «С такой женой только бизнес хоронить» – до сих пор жгла изнутри.

Но вчера, когда он спросил «Вы в порядке?», в его глазах мелькнуло что-то, чего она раньше не видела. Не презрение. Не насмешка. Что-то другое. Может быть, просто усталость.

Алина выключила воду и закуталась в полотенце. Хватит думать о нём. У неё есть муж, есть обязательства, есть роль, которую нужно играть. Рамиль – не её мир. Он из другого измерения, тёмного и опасного, куда ей вход заказан.

Глава 2.2 - Сборы в ад

К трём часам дня Алина уже перемерила половину гардероба. Платья висели на спинке стула, на кровати, на дверце шкафа – чёрные, синие, бежевые, в цветы, в полоску. Всё не то.

Она остановилась перед большим зеркалом в полный рост, которое Артур когда-то подарил ей со словами: «Чтобы ты всегда видела, какая ты красивая». Теперь она видела в нём только недостатки. Широкие бёдра, которые не влезали в платья. Живот, который выпирал даже под утягивающим бельём.

Гормоны сделали своё дело. Тридцать лишних килограммов за три года. Тридцать килограммов ненависти к себе.

Она выбрала тёмно-синее платье с рукавами-фонариками и расклешённой юбкой – оно скрывало бёдра, делая силуэт более стройным. Глубокий вырез она заколола брошью, чтобы не привлекать внимания к груди, которая тоже стала больше. Волосы уложила в аккуратный пучок, на лицо нанесла тональный крем, тщательно замазав синяки под глазами и прыщ на подбородке. Тушь, помада нежно-розового цвета – как можно более натурально.

В зеркале отразилась приличная женщина, жена бизнесмена, дочь дипломата. Никто не догадается, что внутри у неё ад.

Ровно без десяти восемь Алина спустилась в холл. Артур уже ждал внизу – в идеально сидящем костюме, свежий, пахнущий дорогим парфюмом. При виде жены его лицо исказила гримаса недовольства.

– Это лучшее, что ты смогла выбрать? – спросил он, окидывая её взглядом. – Цвет тебя полнит. И пучок старит. Распусти волосы.

– Артур, я...

– Распусти, я сказал. И помаду смени на красную. Эта делает тебя похожей на училку.

Алина молча вытащила шпильки, позволяя волосам упасть на плечи. Волосы у неё были красивые – густые, тёмные, блестящие. Единственное, что осталось от прежней Алины.

– Красной помады у меня нет, – сказала она ровно.

Артур закатил глаза и сунул руку в карман пиджака. Протянул ей маленькую коробочку.

– Держи. Купил тебе в подарок. Надеюсь, хоть это оценишь.

Алина открыла коробку. Внутри лежала красная помада – золотой эксклюзивный футляр, известный бренд, цена заоблачная. Две недели назад она мечтала бы о таком подарке. Теперь он казался насмешкой.

– Спасибо, – сказала она, механически нанося помаду на губы.

Артур кивнул, удовлетворённый, и вышел к машине. Алина поплелась за ним.

Глава 2.3 - Ужин в аду

Ужин проходил в закрытом клубе на Рублёвке – трёхэтажный особняк в стиле ампир, с колоннами, мраморными львами у входа и швейцаром в ливрее. Внутри всё сияло позолотой и хрусталём, пахло дорогими сигарами и французскими духами.

Алина шла за Артуром через зал, чувствуя на себе десятки взглядов. Женщины в вечерних платьях, мужчины в смокингах, официанты с подносами, унизанные бриллиантами дамы. Все они смотрели на неё – и она знала, что они видят. Жену, которую муж открыто унижает. Ту самую, о которой ходят сплетни: «Слышали? Артур изменяет ей направо и налево, а она терпит». «Да посмотри на неё, куда ж она денется? С такой внешностью только и остаётся, что терпеть».

Артур усадил её за длинный стол, сам сел во главе, рядом с какой-то роскошной брюнеткой – новой партнёршей по бизнесу или очередной любовницей, Алина уже не разбирала. Через пару минут подошли другие гости: пара пожилых банкиров, известный ресторатор с женой-моделью, несколько мужчин в дорогих костюмах.

Алина сидела и молчала, потягивая минералку. Ей не хотелось есть, не хотелось разговаривать, не хотелось быть здесь. Она механически улыбалась, когда кто-то обращался к ней, кивала, отвечала односложно.

И всё это время она искала глазами одного человека.

Рамиля не было. По крайней мере, в зале.

Алина поймала себя на том, что разочарована. Глупо, конечно. Чего она ждала? Что он подойдёт, заговорит, спасёт её от этого кошмара? Он никто для неё. Просто партнёр мужа, который однажды бросил жесткую фразу.

– Алина, дорогая, ты совсем не ешь! – пропела жена ресторатора, тощая блондинка с кукольным лицом. – Обязательно попробуй трюфельное ризотто, здесь божественно готовят.

– Спасибо, я позже, – улыбнулась Алина.

– Ой, ты на диете? – Блондинка сделала круглые глаза. – А зачем? Ты и так отлично выглядишь... ну, в смысле, для своего типажа.

Алина сжала салфетку под столом. «Для своего типажа». То есть для толстой. Она хотела ответить что-то резкое, но Артур опередил:

– Моя жена просто следит за фигурой. Правда, пока не очень успешно.

Он засмеялся, и несколько мужчин поддержали его смехом. Алина почувствовала, как горит лицо. Она опустила глаза и уставилась в тарелку.

В этот момент дверь в зал открылась, и вошёл Рамиль.

Он был в чёрном пиджаке поверх простой белой рубашки, без галстука. В этом обществе, где все щеголяли в смокингах и бабочках, он выглядел чужаком – опасным, диким, не вписывающимся в этот глянцевый мирок. Но именно это делало его невероятно притягательным.

Алина смотрела, как он идёт к столу, как пожимает руки мужчинам, как кивает женщинам. Его взгляд скользнул по ней – всего на секунду – и задержался чуть дольше, чем на других. Или ей показалось?

Рамиль сел напротив, через два стула от неё. Теперь она видела его в профиль – жёсткую линию челюсти, тёмные волосы, чуть тронутые сединой на висках, тонкий шрам на шее, уходящий под воротник. Он говорил с соседом о каких-то сделках, но Алина не слышала слов – только низкий голос, от которого по коже бежали мурашки.

– Алина, тебе слово! – вдруг громко сказал Артур. – Расскажи нашим гостям, как ты провела день. Чем порадуешь?

Все взгляды устремились на неё. Алина замерла.

– Я... была в клинике, – выдавила она.

– О, опять клиника! – Артур усмехнулся. – Моя жена у нас специалист по клиникам. Лечится от бесплодия, представляете? Три года, а воз и ныне там.

Повисла неловкая тишина. Кто-то кашлянул, кто-то уставился в тарелку. Алина чувствовала, как земля уходит из-под ног. Он при всех, при посторонних людях, рассказывает о самом сокровенном, о её боли, о её унижении.

– Артур, – тихо сказала она, – зачем ты...

– А что такого? – перебил он. – Это же не секрет. Мы все ждём наследника, а ты не можешь родить. Ну, бывает. Ничего личного.

– Дорогой, может, не надо при гостях? – подала голос жена банкира, пожилая дама с добрым лицом.

– Почему не надо? – Артур развалился на стуле, явно наслаждаясь ситуацией. – Пусть все знают, какая у меня жена. Бесплодная и толстая. Зато из хорошей семьи! Дипломаты, блин.

Алина вскочила, готовая бежать. Слёзы душили, в глазах потемнело. Она сделала шаг от стола, но чья-то рука вдруг легла на её запястье – крепкая, горячая.

– Сядьте, – тихо сказал Рамиль. Он поднялся и теперь стоял рядом, заслоняя её от всех. – Не позволяйте ему выиграть.

Алина подняла на него глаза. В его взгляде не было жалости – только странная, почти злая решимость.

– Пусти, – прошептала она.

– Сядь, – повторил он. – И улыбнись. Ты сильнее, чем думаешь.

Она не знала, почему послушалась. Может быть, потому что его голос звучал как приказ, от которого невозможно отказаться. Алина медленно опустилась на стул.

Рамиль повернулся к Артуру. В зале стало тихо – все почувствовали напряжение.

– Артур, – сказал Рамиль спокойно, но в этом спокойствии чувствовалась сталь, – ты перебрал с виски. Может, продолжим обсуждение сделки без личных подробностей?

Артур скривился, но промолчал. Видимо, даже он понимал, что перешёл границу. Он откинулся на спинку стула и демонстративно уставился в потолок.

Разговор возобновился, но теперь все старательно избегали смотреть на Алину. Она сидела, сжимая в руках салфетку, и чувствовала, как колотится сердце. Рамиль защитил её. Рамиль, который когда-то сказал «с такой женой только бизнес хоронить», вступился за неё.

Она украдкой взглянула на него. Он разговаривал с соседом, но краем глаза следил за ней – она это чувствовала. И от этого чувства внутри разливалось что-то тёплое, забытое.