"Гамлет."

Глава 1. Геннадий Юдин.

Чёрти что, прилипла ко мне кличка Гамлет с детства, почему? Уже и не помню, Гамлет и Гамлет, я раньше даже не знал, кто это... Но когда узнал, можно сказать, обрадовался, принц датский, ты смотри, какой я крутой. Ведь не назвали же меня Иудой, а Гамлетом. Ладно, это лирическое отступление, на самом деле мне уже семнадцать, и я одиннадцатый заканчиваю, а там... Там совсем другая жизнь начнётся.

— Слушай, Гамлет, а что ты можешь сказать о Некрасовой? — Друган Вовка Тарасов прищурил глаз, это у него фишка такая.

О Некрасовой? А что я могу о ней сказать? Серая масса, вся красота — коса в руку толщиной.

— А что о ней говорить? Наташка и Наташка, ничего интересного.

Друг закатил глаза, как девка продажная, он любил сценку театральную сыграть, а как иначе? Артистом стать собирается, хотя мы его и отговариваем: «Фамилия у тебя не театральная». Он не смущается ничуть: «Так я псевдоним возьму, например... Тарасевич». Пацаны такой ржач устроили, стены тряслись. «Ты, Вован, в Щуку поступай, а псевдоним «Щукарь» себе возьми, тебя же всё равно только в комедийные роли приглашать будут, понимаешь, у тебя такой типаж или как там в театральной среде говорят? Амплуа», — троллил его Никита Морозов. Только Вована не смутить, он же уже считает себя артистом. В общем, каждый день от этого Тарасова что-нибудь новое услышишь. Вот и сейчас он выдал.

— Не скажи... Такая пампушечка, в самом соку, мягкая, наверное, помнёшь, сок польётся. — Не унимался он.

Мы переглянулись.

— А чё, пацаны, тема! Давайте её прокачаем! Вы же знаете, какие в той семье правила, как только Наташка терпит своего отца? Он же диктатор! — Игнат Рыжий хлопнул в ладоши. — Деспот!

Некрасов действительно человек жёсткий, самодур, одним словом, держал жену и дочку в ежовых рукавицах.

— Вы же знаете всё... И зачем на честь Наташки покушаетесь? — возразил я. — Отец узнает, голову открутит ей.

Они переглянулись.

— Слушайте, а давайте спорнём на неё. Кто согласен трахнуть Некрасову? На спор? Все девчата с их класса давно оприходованы, а она девочка, так не пойдёт! — Валерка Никитин щёлкнул пальцами. — Гамлет... Нет, вряд ли ты её уговоришь.

Все загорелись этой темой, и я как все.

— Я? Ты, Лерик, берега попутал? Не замечаешь, как она смотрит на меня? Да я только пальцами щёлкну, и Натаха сама за мной побежит. — Смешно даже рассуждать на эту тему. — Вот на тебя она и не посмотрит, точно!

Валерка приосанился.

— Не посмотрит, говоришь? А давай поспорим, кто её первый завалит, ты весь такой из себя, принц Датский, или я? Что? Боишься?

Пацаны с любопытством наблюдали за нами.

— Пацаны, пустой базар, вряд ли и ты, — он указал на Лерика, потом на меня, — и ты справитесь, оба проиграете. Вот Метелин Иван, он, наверное, смог бы. — Рыжий снова влез с предложением.

Иван обвёл нас презрительным взглядом.

— Вы что, дети малые? Вас от соски ещё не отучили? Хоть бы подумали, какую игру затеваете, я не участвую в глупостях. — Иван у нас парень серьёзный, а то прокурором стать собирается. — Была бы моя воля, я бы вас сейчас всех пересажал только за одни такие разговоры. Нашли на что спорить. Прекращайте дурака валять, не маленькие!

Во это он нас утёр всех.

— Ни на что, а на кого спорим. Да вы чё, пацаны, прикольная тема! — Рыжий растерялся даже. — Сделаем по-тихому, никто не узнает. Ты, Иван, умнее всех, что ли? Ну и вали отсюда, если не в теме.

Иван махнул рукой и пошёл в класс, заворчал: «Дебилы» и ещё типа: «Общеклассное помешательство началось, и этих придурков не остановить». Ну и ворчи, а мы решили обсудить вопрос, впрочем, вскоре подали звонок, и все пошли на занятия.

На большой перемене мы продолжили и пришли к выводу: спор. Забились с Лериком, кто выиграет, тому стольник, вернее, кто проиграет — тот устраивает вечеринку на этот стольник.

***

Началось у нас соперничество с Лериком. Смотрю, он подошёл к Наташке на перемене, я слышал их разговор.

— Привет, Наташ, скучаешь? — Подкатил к ней Валерка.

Она удивлённо посмотрела на него.

— Нет. Не скучаю, а ты?

Конец ознакомительного фрагмента

Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна - то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.

Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.

В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») — идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»

Самое главное в их разговоре, что Натаха говорит с Лериком, а смотрит на меня, ну разве я могу этим не воспользоваться? С удовольствием. Должен же я спор выиграть! Хотя удовольствие от Наташки сомнительное, я знаю всю её жизнь, отца своего она боится как огня, поэтому вряд ли на интим решится, но как бы там ни было, постараюсь уломать её.

— Гамлет... А что это ты на Некрасову заглядываешься? — Не видел, как подошла Маринка Забелина, одноклассница, самая красивая считается у нас.

Я криво усмехнулся.

— А тебе что, завидно? Давай и на тебя посмотрю.

Маринка подняла брови и насмешливо на меня взглянула.

— Завидно? Боже мой, Гамлет, как ты пал, или решил, что это не Наташка, а Офелия? Ты смотри, и Лерик туда же, ох, пацаны, вкус у вас так себе.

Ну уж ты и красотка, Забелина! Да, она красивая, а мне почему-то никогда не нравилась, отталкивающая какая-то красота у неё.

— А почему ты думаешь, что Наташка хуже тебя и не может Валерке понравиться? Всё при ней, посмотри, дойки какие, третьего размера, должно быть.