"Ночь в пещере"

Глава 1

Вечерний лес густел, поглощая последние лучи солнца. Бахтияр шел быстро и беззвучно, как тень, — привычным путем к скрытому ущелью, где его люди, изгои и мятежники, оттачивали стальные клинки и волю. Но сегодня древняя тропа, протоптанная оленями, была перекрыта свежим буреломом. Не случайность, а работа — чья-то осторожная, но заметная для его глаза рука. Предупреждение. Или провокация.

Пришлось выбирать обходной путь, длиннее и выше по скальному гребню. И здесь, среди шелеста листьев и стрекотания цикад, он услышал другой звук. Еле уловимый ритм шагов, в полтакта его собственным. Легкий, пружинящий, с особым изящным перекатом с носка на пятку. Именно так он учил ходить бесшумно свою сестру, Абию. Женщина.

Мысль об Абии, оставшейся в ауле в доме врага, сжала его сердце ледяной тиской. Кто эта незнакомка? Шпион хана? Искалеченная душа, мстящая за что-то? Он вел игру, меняя темп, резко останавливаясь, — тень повторяла все его маневры. Искусно. Но он знал этот стиль лучше собственного дыхания.

Воспользовавшись резким поворотом тропы и нависающей скалой, он исчез. Замер, слившись со стволом вековой сосны. Сердце билось ровно и громко только в его ушах. И вот она появилась — скользящая тень в темном, облегающем одеянии, с лицом, скрытым повязкой. На мгновение она застыла в недоумении, и этого мгновения ему хватило.

Он не напал спереди. Он, как призрак, спрыгнул со скального выступа прямо за ее спиной, до того как она успела обернуться. Одним резким, но не грубым движением сорвал повязку с ее лица.

И… застыл.

Лунный свет, пробившийся сквозь хвою, упал на лицо незнакомки. Это была не просто красота. Это было оружие. Черные как ночь волосы, вырвавшиеся из-под повязки, высокие скулы, по которым скользила тень от ресниц, и глаза — огромные, ясные, как горное озеро, но пылающие сейчас чистой, дикой яростью. На секунду мир сузился до этого взгляда. Он забыл, где он, кто он, забыл об осторожности. В этой секунде он был просто мужчиной, ослепленным видением из самой смелой легенды.

Этой секунды хватило ей.

Она не закричала. Она взорвалась молчаливой бурей. Ее первый удар, рубящий ребром ладони в горло, был смертельно опасен. Он едва успел отбить его предплечьем, почувствовав силу, которой не ожидал от столь хрупкого на вид существа.

«Львица! Дикая, прекрасная львица!» — пронеслось в голове, и странный смешок вырвался у него из груди. Он не атаковал по-настоящему, только парировал, уклонялся, опережал ее движения, читая их как открытую книгу. Блок, захват, мягкий толчок, заставлявший ее отшатнуться.

«Успокойся, джуан (дикая кошка), — говорил он, голос был низким, почти ласковым, но с усмешкой. — Ты бьешься, как моя сестра. Я знаю каждый твой следующий шаг. Ты не справишься».

Но она не слушала. Ее ярость лишь росла от его слов и его снисходительной манеры. Они кружились на узком карнизе, камень крошился под их ногами. И тогда случилось неизбежное — подкошенный ударом корень, неверный шаг, потеря равновесия.

Они рухнули вниз, в темноту, сбивая друг с друга, цепляясь за скалы и кусты, которые лишь замедляли, но не останавливали падение. Приземление было тяжелым, но не смертельным — на склон мягкого осыпающегося ущелья. Воздух вырвался из легких Бахтияра, но прежде чем он отдышался, на него уже обрушилась она. Стиснув зубы, царапаясь, кусаясь, пытаясь достать до его глаз.

И тут в нем что-то переключилось. Это была уже не игра в кошки-мышки. Это был бой за выживание с обезумевшим, великолепным зверем. Он поймал ее запястья, перевернул, прижал к земле, но она вырывалась, изгибалась, билась с силой отчаяния. Тогда он обхватил ее, не как боец, а как мужчина — крепко, почти объятие, прижав ее спину к своей груди, лишив рычага. Он чувствовал, как бешено стучит ее сердце, слышал ее прерывистое, яростное дыхание.

Он наклонился к ее уху, и его шепот был горячим и тихим в кромешной тьме ущелья:

«Я не твой враг. Кто бы ты ни была. Я вижу в тебе не рабыню и не убийцу. Я вижу огонь. Огонь, который нельзя потушить борьбой. Успокойся…»

Он сказал еще что-то, слова, потерянные в шелесте их одежд и битве их дыханий. И затем, сделав невероятный, безумный по меркам воина шаг — отпустил ее.

Он отполз на шаг, подняв руки в знак того, что не тронет. Сидя в пыли ущелья, в полной темноте, он ждал. Ждал ее следующего удара, бегства или… тишины. И в этой тишине, полной напряжения, родилась новая история. История не только про слежку и бой, но про встречу двух огненных душ, упавших в одну бездну.

https://litnet.com/shrt/JJQY

"Юная Абии" 《наследница Ветра и Клинка 》