"Семейный" развод

Глава 1

Муж сидел за рулем и нервно постукивал по панели. Мы ехали на день рождение моей мамы. Она жила в коттедже за городом, в элитном поселке. И всё бы прекрасно, но добираться туда было настоящим испытанием, особенно в выходные. Не смотря, что выехали мы рано, всё равно встали в пробку. Обычное субботнее утро и народ повалил на дачи.

—Проклятье! — Клим со всей силы долбанул по рулю. — На хрена мы поперлись с утра?! Надо было подождать обеда, пробки бы рассосались.

Я тяжело вздохнула. Было не приятно ощущать его негатив, с учетом что вчера вечером он сам ворковал с моей мамой и предложил приехать с утра.

— Прекрати пожалуйста, — терпеливо попросила я, и оглядываясь на заднее сиденье, где спала наша дочь, добавила, — Лира спит, не надо ее будить.

Муж недовольно засопел, но ничего не сказал.

— Ты сам сказал вчера моей матери, что мы приедем с утра. Так что давай ты не будешь сливать негатив на меня и дочь! — спокойно, но холодно сказала я.

— Вот только не надо меня пилить! — снова вспылил он. — Значит тебе надо было взять трубку и сказать, что мы не сможем! Почему я думаю об удобстве нашей семьи, а ты нет?!

Я повернула к нему голову, смотря на него как на .... В общем, логика мужа убивала меня своей “продуманностью”.

— Мамочка, вы ругаетесь? — ее голос, как колокольчики, прозвучал с заднего сиденья.

Я ласково посмотрела на дочь и уже собиралась ее успокоить, как муж меня перебил.

— Нет, Лира, — резко ответил он, — Просто мама, как обычно, о нас не подумала!

“Рот закрой!” — чуть не сорвалось с моего языка, но я осеклась. Не хотелось ругаться при дочери.

Муж недовольно засопел, но на этот раз сдержался от дополнительного “комментария”. Он поправил зеркало заднего вида, поймав взгляд Лиры, и натянуто улыбнулся.

— Ладно, малышка, не дуйся. Папа просто не выспался.

Я почувствовала, как напряжение в салоне немного спало, но осадок остался. Клим перехватил руль поудобнее, и его голос зазвучал чуть мягче, словно он оправдывался. — Просто эти пробки... кажется, полжизни в них проводим. Твоя мама ведь не обидится, если мы опоздаем на полчаса?

— Нет, она поймет, ведь сама часто жалуется на пробки в их сторону, — ответила я, поправляя выбившуюся прядь волос. — Марго тоже обещала приехать пораньше, помочь с сервировкой. Она звонила утром, спрашивала, скоро ли мы будем.

При упоминании имени моей сестры Клим замер. Его пальцы, до этого нервно барабанившие по приборной панели, остановились. Он кашлянул, и я заметила, как его плечи расслабились.

— А, Марго приедет? Она вроде говорила, что не сможет — спросил он.

— Да, сказала, что планы поменялись, — пожала плечами я, протягивая и предлагая дочери бутылку с водой.

— Ну, тогда понятно, почему мы так спешим. Сестренка твоя не любит утруждать себя бытовыми делами. Ладно, прорвемся. Вон там, кажется, ряд поехал быстрее.

Он включил поворотник и виртуозно вклинился в соседнюю полосу. Резкая смена его настроения в последнее время стала тревожить. Конечно мы и раньше могли спорить, ругаться, но в последние месяцы это стало чуть ли не регулярно. Отсутствие интима тоже не придавало дзена в отношениях. Мы с мужем оба достаточно пылкие и темпераментные, до рождения нашей дочери, наша интимная жизнь была регулярной и постоянной. Но в последнее время...

«Что с нами происходит?» — этот вопрос стал моим постоянным спутником.

Я смотрела на профиль мужа — всё тот же волевой подбородок, те же мягкие карие глаза глаза, в которые я влюбилась десять лет назад. Но сейчас между нами словно выросла невидимая стена. Мы видим друг друга, слышим, даже спим в одной постели, но тепла больше нет.

Раньше Клим был моей опорой. Мы могли болтать часами, смеяться над глупыми шутками и планировать будущее. А теперь... теперь каждый разговор превращался в минное поле. Любая моя просьба воспринималась как «пилежка», любое замечание как личное оскорбление. Мы стали чаще ссориться из-за бытовых мелочей, не вовремя вынесенный мусор, не тот сорт хлеба, слишком ранний выезд к родителям.

Я списывала это на кризис, на наши завалы на работе, на мою вечную усталость из-за расписания Лиры и быта.

«Все так живут», — шептал мне внутренний голос, уговаривая потерпеть, сгладить углы, промолчать. Я верила, что это просто затянувшаяся черная полоса.

Но она никак не заканчивалась. А что самое страшное, казалось что она становится только хуже.

Пока я размышляла мы уже выехали на трассу. За окном мелькали знакомые пейзажи, а у меня на душе продолжали скрести кошки.

Клим заметил перемену в моем настроении.

— Эй... Малыш... — тихо сказал он, беря меня за руку. — Прости, ладно? Я не хотел тебя обидеть. Просто все навалилось в последнее время. Но я постараюсь все исправить.

Он поцеловал мою ладонь и улыбнулся.

— Давай сегодня попросим твою мать забрать Лиру на ночь? А сами вернемся домой и проведем время наедине? — неожиданно предложил он.

Я искренне удивилась. В последнее время такие предложения делала я и как правило муж их отклонял, ссылаясь на свою занятость.

— Это прекрасная мысль, милый! — обрадовалась я его инициативе и игриво продолжила, — Можно купить по пути домой бутылочку вина...

— Так и сделаем, малыш. — он быстро мне подмигнул и вернулся взглядом к дороге.

Мое настроение мгновенно подлетело вверх и мир вокруг словно стал ярче. Обиды, копившиеся всё утро, притупились, уступая место надежде. Неужели лед тронулся? Неужели он тоже чувствует, как нам не хватает друг друга?

Спустя двадцать минут мы свернули с шоссе на широкую асфальтированную дорогу, ведущую в элитный поселок. Высокие сосны по обеим сторонам отбрасывали длинные тени, а воздух здесь казался прозрачным и густым от аромата хвои. Коттеджный поселок «Дубрава» всегда выглядел как картинка из журнала. Идеально подстриженные газоны, кованые заборы и дома, каждый из которых претендовал на звание маленького дворца.

Глава 2

Там стояла Маргарита. В коротком сарафане, подчеркивающем её стройные ноги, с бокалом шампанского в руке. Она выглядела расслабленной и видимо не собиралась помогать маме на кухне.

— Ты видимо просто не привык вставать так рано по субботам, — Марго подмигнула ему и снова засмеялась. — Привет, козявочка!

Она обняла мою дочь и расцеловала ее в обе щеки.

— Привет, сестренка, — Марго подошла ко мне и чмокнула в щеку, её взгляд переместился на Клима. — Привет, зятек. Поможешь мне? Там на кухне надо открыть вино, а я вечно ломаю ногти об эти пробки.

— Конечно, помогу, — отозвался Клим, перехватив пакеты по удобнее, они скрылись в прохладной глубине дома.

Я осталась на крыльце рядом с мамой.

— Карина, что ты стоишь? Бери вещи Лиры и иди в дом, — мама бодро хлопнула в ладоши и подхватила Лиру на руки. — Нужно помочь Марго с закусками, а то она одна не справляется.

Мама зашла в дом, увлекая за собой Лиру, а я, вздохнув, подхватила сумки и последовала за ними. Внутри коттеджа царила приятная прохлада и аромат свежих цветов. Мама всегда обожала лилии, их тяжелый сладковатый запах заполнял весь холл.

Когда я вошла на кухню, картина «помощи» Маргариты предстала во всей красе. Сестра грациозно восседала на высоком барном стуле, покачивая ногой в изящной босоножке. В одной руке она держала запотевший бокал с шампанским, а другой лениво пролистывала ленту в телефоне. Клим уже открыл бутылку и теперь о чем-то негромко переговаривался с ней, но, увидев Лиру тут же подхватил ее и сказал:

— Пойдем, малявка, проверим, созрела ли у бабушки малина за домом, — бодро сказал он, направляясь к выходу на задний двор. — Дадим девчонкам посплетничать.

Я проводила их взглядом. Приятно было видеть, как он возится с дочерью, именно это согревало меня, когда между нами ощущался холод.

— Ну что, именинница, фронт работ где? — я засучила рукава и подошла к разделочному столу, где дожидались своей очереди овощи для салата и огромная тарелка с морепродуктами.

— Ой, Кариночка, как хорошо, что ты пришла, — мама тут же начала выставлять из холодильника соусницы. — Марго совсем зашивается, столько всего нужно успеть...

Марго при этих словах даже не моргнула, лишь сделала аккуратный глоток золотистой жидкости. Я усмехнулась про себя. «Зашивающаяся» сестра выглядела так, будто только что сошла с обложки журнала о роскошной жизни.

— Карин, — мама вдруг понизила голос и подошла ближе, — я хотела тебя попросить. У Марго на нынешнем месте дела идут... ну, ты понимаешь. Скучно ей там, перспектив ноль. Поговори со своим шефом, а? Вы же с Егором Константиновичем в отличных отношениях, он тебя ценит. Может, найдется у них место для такой яркой и амбициозной девушки?

Я замерла с ножом над болгарским перцем.

— Мам, в нашей фирме сейчас штат укомплектован. И Егор Константинович — мой начальник, а не лучшая подружка, чтобы я приводила родственников без конкурса.

— Да ладно тебе, Карина, — лениво подала голос Марго, наконец оторвавшись от телефона. — Просто замолви словечко. У тебя же там репутация «идеального сотрудника». Тебе не откажут.

— Я могу спросить, — осторожно ответила я, глядя на сестру, — но никаких гарантий, Марго. Там серьезный отбор, и придется действительно работать, а не просто пить кофе.

— Ну вот и славно, — мама довольно улыбнулась, явно считая вопрос решенным.

Я принялась шинковать перец, стараясь перевести тему.

— Кстати, а где дядя Артур? Я думала, он встретит нас у ворот. Все-таки твой юбилей, странно, что его не видно.

Артур Андреевич был вторым мужем моей мамы и отцом Маргариты. Он был хорошим мужчиной и относился ко мне всегда тепло. Развод моих родителей был скандальным. Я тяжело его принимала, а когда моя мать снова вышла замуж, я не смогла называть отчима иначе кроме как по имени.

Мама на секунду замялась, поправляя и без того идеальную салфетку на столе. Тень недовольства промелькнула на её лице.

— Артур... — она вздохнула. — Мы решили временно пожить отдельно. Знаешь, после стольких лет иногда нужно просто отдохнуть друг от друга. Проветрить голову, так сказать. Так что сегодня будем только своим, тесным кругом. Без лишних глаз.

— Отдохнуть? — я удивленно подняла брови. — Вы же всегда были такой стабильной парой. Что-то случилось?

— Ничего не случилось, Карина, просто кризис, — бросила Марго, рассматривая свой маникюр. — Маме нужно пространство, отцу – покой. Обычное дело для семей с таким стажем. Лучше расскажи, что там с вином, которое вы привезли? Оно точно подходит к рыбе?

Я промолчала, но слова матери о «временном отдыхе» показались мне странными. В воздухе этого дома витало что-то еще, кроме аромата лилий и дорогого парфюма. Что-то неуловимое, чего я пока не могла разобрать.

Я решила, что сейчас – самый подходящий момент, чтобы озвучить предложение Клима. Глядя на то, как мама хлопочет вокруг стола, я почувствовала прилив нежности и надежды на то, что этот вечер действительно может всё изменить.

— Мам, слушай, — я отложила нож и вытерла руки полотенцем, — у меня к тебе просьба. Мы сегодня с Климом... в общем, он предложил провести вечер вдвоем. Можно Лира останется у тебя на ночь?

Мама на мгновение замерла с соусницей в руках и пристально посмотрела на меня.

— На ночь? — она переспросила так, будто я попросила её о чем-то из ряда вон выходящем. — Карина, сегодня же мой день рождения. Я думала, мы все вместе посидим подольше. Почему такая спешка?

Я подошла к ней ближе и тихо, чтобы Марго, продолжавшая изучать телефон, не слишком прислушивалась, призналась:

— Мам, у нас в последнее время... ну, не всё гладко. Ты же видела, как он в машине нервничал. Холодок какой-то пробежал, ссоримся из-за ерунды. А сегодня Клим сам проявил инициативу. Сказал, что хочет всё исправить, побыть только со мной. Для нас это сейчас очень важно.

Мама медленно поставила соусницу на стол. Её взгляд на долю секунды метнулся к Маргарите, которая в этот момент сделала особенно долгий глоток шампанского, а затем снова вернулся ко мне. Лицо матери разгладилось, сменившись мягкой, почти понимающей улыбкой.