"Северная корона"

Пролог

Июньский солнечный день только разгорался, было около 11 часов утра, когда рейсовый автобус встал на остановке посреди села, открылись пассажирские двери и из них выпрыгнул единственный пассажир – девушка лет семнадцати, со светлым, чуть овальным лицом, синими большими глазами, которые обрамляли черные большие ресницы, без намека на косметику, и крутые дуги таких же черных бровей над ними. Губы, чуть поддернутые уголками к верху и задорные чуть прищуренные глаза, выражали улыбку, не слишком скрываемую, готовую растянутся во всю ширь радости, которая переполняла ее. Темные волосы, с небольшой челкой спадали на плечи и чуть завивались внутрь, розовое платье с мелким не понятным синим рисунком пятнышками чуть ниже колен чуть развевалось от не большого ветра, а ножкам в черных туфельках уже не терпелось идти, нет, лучше бежать.

Когда автобус захлопнул дверь и рыча мотором, испустив синий дым, умчал в обратном направлении, Марина, а девушку звали именно так, пошла бодрым шагом по обочине дороги, озираясь по сторонам и любуясь окрестностями. Она не была здесь, в своих родных местах с новогодних каникул, университетская жизнь увлекла, затянула и только уже сейчас, почти через полгода вытолкнула студентку первокурсницу домой, на каникулы, к маме и папе и, если повезет, к старшей сестре, которая приезжает каждое лето в родительский дом со своей не большой семьёй. Да еще к друзьям, по которым она тоже соскучилась, но, уже новые университетские знакомства, начали делать свое дело и Марине показалось, что компания друзей, становится потихоньку не много чуждой, однако, она откинула эту мысль и уже подошла к своему дому, который находился на соседней улице от остановки, где и сошла наша героиня.

Распахнув калитку, на нее сначала гавкнул, а потом радостно залаял, завизжал рыжий пес Барсук и бросился к девушке, радостно махая хвостом как пропеллером, Марина подошла к просторной веранде дома, потрепав перед этого пса между ушей, отчего пес еще больше завелся и уже на этот собачий лай и визг вышли откуда-то с заднего двора сначала отец, а затем мать, снимая грязные перчатки, видимо в огороде копались.

- Ну наконец то приехала! – воскликнула мать, довольно таки еще моложавая женщина лет пятидесяти, с не большими морщинками вокруг глаз на круглом еще симпатичном лице, в платочке из-под которого нет- нет, да и вырывались небольшие прядки светлых волос, а отец, выглядевший чуть постарше, длинный худой просто улыбался радостно, снимая рабочие перчатки и раскинув руки, подошел к дочери и обнял ее.

- Я уже с утра у плиты, напекла, наготовила. – продолжала тараторить мать. – Так что проходи, Лариса с мужем в город умотали, в район, скоро приедут вечером посидим…

Сквозь объятья отца, а потом и матери, Марина заметила сына своей сестры Ларисы, Тёму, десятилетнего сорванца, который стоял в двери веранды со своим планшетом, который он никогда не вынимал из рук, ну разве что заменив его на телефон, и его нагловатая физиономия не выдавала ничего, только глаза, однако, выдавали радость встречи с теткой.

Вечером на посиделках всей собравшейся семьи Ларионовых и семьи сестры Ларисы Рощиной весело беседовали, обсуждали, спорили и просто шутили, ели всякие вкусности и шашлыки, которые готовил муж Ларисы, пили кто вино, кто пиво, кто сок, Тема сидел за столом в планшете…

Муж Ларисы Алексей Рощин, подпив, даже спел песню без аккомпанемента, это было весьма весело смотреть, ибо петь он не умел совсем, а медведь, наступивший ему на ухо, постарался на совесть, видимо еще потоптавшись и попрыгав на многострадальном ухе.

Не всё еще было рассказано, показано, спето, начало темнеть, когда к ним присоединился Егор, соседский паренек, который дружил с Мариной с детства, они были одногодки, а теперь они были еще и с одной компании подростков.

Посидев с ними немного, Егор пошушукался с Мариной, и они исчезли под шумок - отец уже начал тоже горланить песни и требовать гармониста.

На улице уже было темно и лишь фонари ярко освещали одноэтажные дома, столбы, заборы, палисадники, деревья, дорогу, и тротуар, по которому шла парочка молодых людей.

- Все наши уже знают, что ты приехала. – говорил Егор. – Светка, Наташка твои тебя ждут, не дождутся, они уже к тебе хотели сами идти, да я отговорил, сказал, что ты со своими посидишь и к нам.

- Да ладно, что вы там. Прямо устроили мне встречины какие-то. – рассмеялась Марина. - Как будто десять лет не виделись. Где они там притаились то?

Завернув в проулок, они сразу же услышали неумелые бои гитары, смех и голоса, а затем увидели и всю компанию, человек семь, девчонок и пацанов, которые расселись на ровно расставленных самопроизвольно сделанных лавках из подручных досок и чурок вокруг такого же самодельного стола из пары досок и чурки побольше. Всю эту картину освещал фонарь, висевший на столбе метров пять от них у дороги.

- Вау, а вот и наша Марине! – воскликнул парень, самый крепкий из компании и все воззрились на Марину и Егора.

Девчонки вскочили и подбежали к ней, радостно смеясь и, стали обходить ее вокруг, разглядывая и говоря при этом что-то радостное и веселое.

- Егорка, - сказал все тот же парень, его звали Генка и он был у них заводила. – Открывай вино, будем отмечать.

- Генка бредит этим вином еще с Нового года, как выпил на дискотеке и показал, что такое настоящее бодилово, баба Катя утром крыльцо еле отмыла. – сказал с смехом самый меньший пацан из компании.

- Ну ты, опарыш! – обиделся Генка и сделал вид, что замахнулся на пацана рукой, а сам почесал свой лоб.

Компания залилась смехом, а «опарыш» даже не шелохнулся, прием это был ему известен.

- Я, между прочим, выпил больше всех! – стал оправдываться Генка. – А ты, Савелий, за собой посмотри, как ты с Лоркой целовался, да? Уснул в том году в сарае, ну мы там летом обитаем, а туда с утра порося залезла, а этому видимо во сне Лорка приснилась…

Савелий перебил его:

- Да не было такого, ты сочинил все! Сказочник, иди кирзухи свои помой в канаве с гудроном лучше! Как потом сапожки, чистенькие стали?

Часть 1, Глава 1. Поздний гость

Денис Артемьевич Виноградов был известен в своих кругах по всему миру как археолог и уфолог. Нет, он не работал в институтах и не состоял ни в каких группах, ни в археологических, ни в уфологических, он был одиночка, но его все таки брали иногда в экспедиции, где он был нужен, либо было ему самому очень интересно и он сам напрашивался. Обыкновенно он всегда копал в интернете что-либо и лишь потом уже в реальности, хотя и весьма редко выходил на археологическую или уфологическую тропу, меняя клавиатуру на лопату и рюкзак. Его квартира была напичкана различными находками, большинство из которых не имело ни исторической, ни научной ценности, так, он считал, что если он уже что то и нашел, то все равно это когда ни будь «стрельнет» или если не «стрельнет», то всё рано эти безделушки были дороги его сердцу как воспоминания. Но были в его коллекциях и ценные во всех планах вещи, за которые коллекционеры давали довольно таки крупные суммы, но Денис не покупался на это, не для этого он работал сутками на про лет, не ради денег и славы или амбиций, а, как считал Виноградов, ради науки. Так у него имелись обломки копий, стрел, каких-то шлемов средних веков, фрагменты оружия Первой и Второй мировых войн, черепки каких-то алтайских шаманов, ложки и чашки, над входной дверью квартиры висела восстановленный монгольский шлем времен татаро- монгольского ига, который почему то всегда падал в то время когда приходила его девушка. Так же имелись и околонаучные уфологические вещички, типа кусков каких то, якобы, не земных металлов, трубки какие о не понятные, фото различных НЛО и рисунки пришельцев украшали стены четырехкомнатной квартиры, доставшейся ему от родителей. Уфология у Дениса было что-то вроде хобби, как он считал, не серьезное занятие в свободное время, но, вдруг, что-то найдется сенсационное, что-то доказательно важное и…

Сейчас он сидел за своим компьютером и что-то упорно изучал, читал, переписывался, грызя карандаш, который видимо и был предназначен для этого, а не для прямого назначения. Было около 12 часов ночи, старинные настенные часы только пробили двенадцать раз, как раздался звонок в дверь.

Денис чертыхнулся и пробормотал, глянув на настенные часы: «Кого там черт принес в такое время, да без предупреждения.»

Взглянув в дверной глазок, он резко отпрянул от него и протер глаза, не веря, видимо тому, что он увидел. Заглянул еще раз. Раздался снова звонок.

- Кто там? – спросил Виноградов, пытаясь вслушаться в дверь.

- У меня очень важное дело для вас. – послышался голос, приглушенный железной дверью.

- Я так поздно никому не открываю, я вас не знаю. Уходите не медленно, а то я вызову полицию! – твердо проговорил Денис. Тот, кого он увидел в дверной глазок, явно не внушало ему доверия.

- Ну и зря. – ответил приглушенный голос. – Я вам принес артефакт огромной важности. Ну, как знаете, до свидания.

Виноградов заколебался, артефакт огромной важности ему был очень интересен. Но тот человек… он… он странно выглядел что ли…

Наконец не выдержав, Денис открыл дверь и крикнул уходящей вниз по лестнице фигуре:

- Подождите… Что там у вас?

Фигура развернулась и пошла обратно к нему и по мере приближения Денис разглядел человека. Это был приземистый старик, лет восьмидесяти, лицо которого было усеяно множеством глубоких морщин. На длинном кончике носа виднелась глубокая ямка, а посреди сморщенного лба зиял шрам. Глаза, синие, живые, с острым взглядом сверлили пытливо парня. Одет старик был в серый длинный плащ до пола, на голове капюшон, из-под которого спадали седые волосы до плеч, а также седая борода до груди завершала портрет позднего гостя.

Историю, которую поведал старик, сидя на кухне у Дениса, повергла его в эйфорию. Прихлебывая чай из кружки, старик, представившийся Матвеевым Данилой Алексеевичем, рассказывал:

- Было это в году восемьдесят пятом, я тогда жил в деревушке на Алтае, охотился, рыбачил, вокруг тайга знатная и горы, так вот, пошел я проверить солонец, лето было, а он был у подножия горы, как сейчас помню, утро, солнышко светит, проверил, по тайге побродил до вечера, держу путь обратно, темнеть начало и до дому не далече уже, как вдруг засверкало все, загрохотало, подумал было, гроза, а на небе ни тучки, я аж присел со страху, спрятался за сосенку и вижу на небе что творится! С начала всё сверкало полыхало не понятно, потом какие-то летательные аппараты показались, один из них свечкой ушел за гору, и послышался как удар, вроде как упал он, за ним шлейф какой-то туманный, даже не дымный, за ним второй пронесся и исчез, на тарелки похожие или на шары, красные приплюснутые снизу и сверху. Ну, посидел я не много, все утихло мне стало любопытно, что там за аппарат шлепнулся, али может и не шлепнулся, но все равно. Надо было проверить, может летчики какие раненые, помощь требуется, но было уже темно и что мне делать я не знал. Тогда я все-таки решил не много пройти в ту сторону, брел до горы пол часа. Потом плюнул и решил возвернутся домой. Прошел еще немного как вдруг почувствовал чей-то взгляд, потом смотрю, а я не домой иду, а обратно, ничего не могу понять, я хотел повернуть обратно, но меня вдруг ноги сами понесли к горе к этой и как будто бы против моей воли кто меня погнал туда. Луна светила довольно-таки ярко. Полумесяц точнее, я с фонариком только шел, но он слабел и слабел, потом совсем утух. Вышел на какие-то кусты во тьме, а там, прямо хорошо я рассмотрел, при свете луны, существо какое-то не большое, глаза блестят, черные такие, большие, голова большая, лысая, а сам серого цвета, ну или мне так показалось при лунном свете. Я оторопел, но ничего не могу с собой поделать, воля подавлена, и вот оно мне и говорит голосом в моей голове:

- Возьми карту местонахождения корабля и ключ, храни их и постарайся передать моим… я скажу, как это сделать.

Договорить он не успел и «дух испустил».

Я подошел ближе и в его тонкой клешне был зажат какая то коробочка, я ее забрал и ушел, потом закопал ее у себя в саду. Вот она.