Ради высокого рейтинга

Глава 1. Москва, 7 июля 2013 года.

От автора:

Автор этого романа считает своим долгом сразу же предупредить своих читателей о том, что всё это произведение – от первой и до последней страницы – лишь плод его неуёмного воображения, и любые параллели между героями романа и реальными ныне живущими людьми, по меньшей мере, не совсем уместны и являются лишь случайными совпадениями, не соответствующими действительности.

Глава 1. Москва, 7 июля 2013 года.

Изабелла некоторое время любовалась спящим Владом, не решаясь разбудить его. Во сне он всегда выглядел таким молодым и таким беззащитным, что её сердце просто переполняла нежность к нему. Сейчас он ничем не напоминал того грубоватого неприступного презирающего любые компромиссы мужчину, каким он был в жизни, и Изабелла больше всего любила его именно таким. И, наверное, как раз потому он казался ей таким близким и дорогим именно в часы сна, что она слишком хорошо знала: проснувшись, он снова отдалится от неё, снова станет чужим и непонятным, и ей останется лишь мучиться осознанием того, что она ровным счётом ничего не значит в его жизни, и гадать, не приснились ли ей самой его беззащитность и уязвимость. Потому что по жизни Влад никогда не признавал за собой права на такие сентиментальные чувства и эмоции.

Но стрелки на часах уже приближались к четырём, а вечеринка была назначена на шесть. И, как не жаль ей было нарушать его крепкий сон, она прекрасно понимала, что на сборы у него и так остаётся уже слишком мало времени. А ведь им надо было ещё добраться до модного ночного клуба «Авангард», в котором и затевалось это мероприятие, попасть на которое Изабелла мечтала больше всего на свете.

Поэтому, помедлив ещё мгновение, Изабелла всё же склонилась над спящим Владом, осторожно коснувшись губами его щеки, и нежно прошептала в самое ухо:

- Владик!.. Просыпайся, любимый!.. Нам уже пора идти!..

Влад что-то невнятно пробормотал во сне и, натянув на голову одеяло, отвернулся к стенке. Предыдущую ночь он провёл в ресторане в компании нескольких своих старых друзей, и поэтому, вернувшись, наконец, под утро домой, сразу же уснул мертвецким сном и пробуждаться пока, явно, не собирался.

Но Изабелла не отступала. Она осторожно стащила одеяло с его головы и ласково, но довольно настойчиво потрясла его.

- Влад, ты слышишь меня?.. Немедленно вставай, соня несчастная!.. Я не желаю из-за тебя опаздывать! – весело проговорила она ему на ухо. – Ты же знаешь, сколько времени я мечтала об этом приглашении!..

Влад, совершенно равнодушный к её мольбам, снова молча натянул на себя одеяло.

Этот его упрямый жест, весьма свойственный его довольно эгоистичной натуре, почему-то развеселил девушку, и она, насильно повернув к себе голову Влада, легонько похлопала его по щеке. Изабелла не желала при этом ничего дурного и уж, тем более, упаси Боже, никак не хотела оскорбить или обидеть Влада, которого любила до безумия, этими почти невесомыми и, естественно, совершенно безболезненными прикосновениями. И поэтому его последующая реакция потрясла её до глубины души. Он резко сел на кровати и, перехватив тонкую изящную ручку Изабеллы, сжал её так сильно, что девушка невольно вскрикнула от боли, и на глазах у неё выступили слёзы.

- Никогда больше не смей так делать, - слышишь, ты, идиотка? – рявкнул Влад. Он очень редко терял контроль над собой, - по крайней мере, Изабелла ещё никогда не становилась свидетельницей его вспышек ярости. Но сейчас его голос дрожал от злобы, а глаза метали молнии.

- Господи, прости меня, ради Бога!.. – испуганно пробормотала девушка, со страхом глядя на него. – Я же просто пошутила! Я не хотела тебя обидеть!..

Влад отшвырнул её руку в сторону, опять натянул одеяло на голову и отвернулся к стенке, отчаянно пытаясь снова смежить веки. Но сон к нему больше не шёл. Казалось, эта неожиданная вспышка ярости разогнала его окончательно. Но Влад просто не хотел признаваться Изабелле в том, что ей на самом деле удалось разбудить его, и поэтому некоторое время он просто лежал и размышлял про себя о своей не сложившейся жизни.

Вот, к примеру, взять хотя бы эту девушку, с которой он жил сейчас… Изабелла Тихомирова… Имя, конечно же, было не настоящее, хотя она сама ни за что в этом не призналась бы. Но у Влада была возможность как-то заглянуть в её паспорт и узнать, что на самом деле её зовут Ириной. Впрочем, ему не было до этого никакого дела, - хотя, признаться честно, язык можно было сломать, пытаясь выговорить это мудрёное имя, и про себя он не раз чертыхнулся, размышляя о том, что ей стоило бы придумать для себя что-нибудь попроще.

Ну, да ладно, это её личные проблемы!.. До тех пор, пока они не пересекаются с его интересами.

Итак, Изабелла Тихомирова. Манекенщица, фотомодель, актриса. Двадцатитрёхлетняя звёздочка, которая как раз только-только начала восходить на звёздном небосклоне. Очередной эпизод в его судьбе… Сколько таких Изабелл было уже в его жизни?..

Но эта действительно красива, - тут уж ничего не скажешь!.. Смуглая кожа, роскошные длинные чёрные волосы, ярко-голубые глаза, ослепительная улыбка и потрясающая фигура… И почему это они всё время липнут к нему?.. В конце концов, он далеко не красавец, не миллионер, не олигарх… И эта девочка ничем не отличается от сотен других, - таких же, как и она… В меру умна, в меру талантлива и безмерно скучна… Господи, ну, скажи, почему женщинам не достаточно просто попасть в его постель? Почему все они, рано или поздно, пытаются влезть в его жизнь, в его душу, в его сердце и занять там соответствующее, на их взгляд, место?.. Почему они так глупы, что не замечают, как причиняют боль?..

Глава 2. Москва, 8 июля 2013 года.

Утро в редакции передачи «Пульс» всегда было суматошным. Ежевечерняя программа требовала каждый день какого-то нового подхода, какой-то новой информации, которая могла бы привлечь к экрану телезрителей и поднять ещё больше и без того зашкаливающий рейтинг. Но конкуренция на телевидении – вещь нешуточная, и все прекрасно знали, что, стоит только чуть-чуть расслабиться и потерять контроль над происходящим, и ты попросту перестанешь существовать, даже и не заметив этого. Поэтому просто жизненно необходимо было всегда держать себя в форме и в любых обстоятельствах оставаться на высоте, радуя телезрителей самой новой проверенной информацией и свежими фактами. И ещё более важным было подать всё это в такой форме, чтобы ни у кого даже и мысли не возникло усомниться в достоверности представленного материала или, уж тем более, переключить телевизор на другой канал.

У Ксении был прекрасно подобранный коллектив, которому всегда завидовали ведущие других информационных программ и не раз пытались переманить её сотрудников, предлагая им гораздо более высокий доход. И для этого имелись все основания. Действительно, ни в одной другой студии на канале не было такого порядка и такой слаженности в работе, как здесь. Каждый человек прекрасно знал своё дело и с кажущейся лёгкостью справлялся с ним. Сеня была воистину превосходным руководителем, сумевшим подобрать талантливых людей, организовать их и внушить им потребность работать чётко и безукоризненно, что было просто удивительно, если принять во внимание её достаточно юный возраст. Любое проявление инициативы поощрялось, естественно, не только морально, но и материально. Поэтому стоило ли удивляться тому, что вся съёмочная группа изо всех сил старалась придумать что-нибудь новенькое и необычное, чтобы сделать программу ещё более интересной.

Сеня появилась, как всегда, с небольшим опозданием. Все в редакции знали об этом её недостатке, и все охотно ей его прощали, считая его милым, безобидным и, что самое главное, практически единственным. Несмотря на то, что Сеня была очень сложным человеком и отличалась действительно непростым характером, об этом на телевидении никто не знал. Коллеги видели перед собой необычайно обаятельную и лёгкую в общении девушку, и никто даже и не догадывался о том, насколько тяжело она на самом деле сходится с людьми.

Окружающим всегда казалось, что для неё ничего не стоит заинтересовать человека, увлечь его, вызвать на откровенный разговор, уговорить дать интервью, - а самое главное, заставить самого невзрачного и недалёкого персонажа почувствовать себя умным и значительным. Всё это действительно удавалось Ксении без малейшего труда. Но самой сойтись с кем-нибудь поближе, довериться, открыть свою душу, - на это она была попросту не способна. Но зато она обладала потрясающим и очень редким в наше время умением слушать и понимать собеседника, и поэтому она, как правило, знала всё о людях, окружающих её. Но никто из них, даже те, кто считал себя её близкими друзьями, не мог похвастаться тем, что хоть что-нибудь знает о ней. Для всех без исключения она оставалась загадкой, и её друзья и коллеги давно уже поняли, что не стоит даже и пытаться вызвать её на откровенность.

Друзья Сени, давно знавшие эту её особенность, подозревали, что в прошлом девушки был какой-то весьма болезненный эпизод, после которого она попросту перестала верить людям. Но ни одна живая душа не догадывалась, насколько это действительно было близко к истине. И уж, естественно, никому не приходило в голову, что в юности Ксению предавали и бросали столько раз, что она, искренняя и дружелюбная с виду, на самом деле просто панически боится людей. И с годами этот детский страх ничуть не ослаб.

К счастью, пережитые испытания и страдания нисколько не озлобили Сеню, и поэтому, несмотря на непонятную скрытность, сложный характер и полнейшую неприступность, её любили все без исключения. Ведь она действительно была доброй, внимательной, искренней и очень талантливой. Именно благодаря своему таланту она сумела в двадцать три года уже добиться такой известности. В этом странном мире, где женщина зачастую может достичь чего-то лишь за счёт своей внешности, доступности и отсутствия каких бы то ни было особых моральных устоев, Ксения, добившаяся всего только благодаря своему уму, необычайным способностям, просто маниакальному трудолюбию, упорству и настойчивости, невольно вызывала удивление и восхищение.

Несмотря на то, что официальным руководителем программы считался её директор Юра Шатуров, неофициальным лидером коллектива всегда была Ксения. И именно ей, а не Юрию, сотрудники рассказывали о своих идеях и задумках, не опасаясь, что их отвергнут, высмеют или не примут всерьёз.

Вот и сегодня, едва переступив через порог, Сеня тут же очутилась в плотном кольце сослуживцев, каждый из которых изо всех сил пытался ей что-то рассказать. Совершенно ничего не понимая в этом общем шуме и гаме, Ксения несколько минут прислушивалась, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону, и стараясь хоть что-нибудь разобрать. Но, поняв, наконец, что это попросту невозможно, она громко рассмеялась и покачала головой. На несколько секунд в студии воцарилась полнейшая тишина, а потом все снова разом заговорили, и опять различить хоть что-то в этом хоре голосов стало попросту невозможно.

Ира Сатина, одна из наиболее близких подруг Ксении, ворвалась в этот заколдованный круг, схватила её за руку и решительно утащила в сторону.

- Господи, что это с вами сегодня? – смеясь, воскликнула Сеня. – Вы все словно с ума посходили!

Глава 3. Чапаевск, 6 августа 1969 года.

Она решила твёрдо забыть про всё. Забыть свою былую жизнь, своё безрадостное прошлое, свои горести, переживания, страдания и напрасные надежды. Уехать в другой город и начать там новую жизнь. Начать всё с начала, с чистого листа, в чужом незнакомом городе, где о ней не ходят грязные сплетни, где её ребёнок сможет расти спокойно, не зная горя, среди людей, которые не скажут ему однажды, что его мать – шлюха. Её ребёнок… Только её ребёнок… Она будет любить его… Она будет заботиться о нём… О Господи, ну, почему же ей так больно?.. Можно было поклясться, что у неё начинаются схватки… Но ведь этого не может быть!.. У неё ещё всего только семь месяцев сроку… И всё-таки, - подумала она, - нужно было перед полётом хотя бы показаться врачу… Да, но тогда она может опоздать на самолёт… А она истратила на этот билет все свои последние деньги…

Остановившись на обочине дороги, она отчаянно замахала руками, пытаясь привлечь внимание проезжающих мимо машин, которые видела словно сквозь пелену тумана. Наконец, одна из них затормозила. Водитель приоткрыл дверцу.

- Куда едем? – дружелюбно спросил он.

- В аэропорт, - прошептала она побелевшими неповинующимися губами.

Водитель помог ей влезть на заднее сиденье и засунул её чемодан в багажник. От него не ускользнуло её тяжёлое состояние.

- С вами всё в порядке? – спросил он, снова усаживаясь за руль.

- Да, - прошептала она.

Мужчина снова внимательно посмотрел на неё в зеркало.

- Вы уверены? – недоверчиво покачал головой он. – По-моему, вам надо в больницу, а не в аэропорт!

- Послушайте, я сама лучше знаю, куда мне надо! – озлобленно огрызнулась она.

Водитель, оскорблённый в своих лучших чувствах, равнодушно пожал плечами. В конце концов, какое ему было дело до этой чокнутой?..

- Вам виднее, - равнодушно обронил он.

Всю дорогу до аэропорта они молчали. Водитель был явно обижен её резкостью и не собирался скрывать этого. Но ей было сейчас глубоко плевать на его чувства. В данный момент у неё намечались слишком серьёзные проблемы, чтобы переживать ещё и из-за этого. В душе она давно уже поняла, что у неё начались преждевременные роды, но всё ещё никак не хотела признать этого и надеялась, что боль сейчас пройдёт сама собой. Но этого не происходило. Напротив, с каждой секундой и без того невыносимая боль всё усиливалась, и ей становилось всё хуже и хуже…

Но она всё же нашла в себе силы расплатиться с водителем в аэропорту и вылезти из машины. Но в тот самый момент, когда она попыталась поднять свой тяжёлый чемодан, ужасная боль пронзила её и без того истерзанное тело, и она с громким криком рухнула на землю.

Её едва успели довезти до больницы. Она родила мальчика прямо в приёмном покое, на глазах у испуганных посетителей и ошарашенных медсестёр. После этого её в бессознательном состоянии отправили в реанимацию. Семимесячный мальчик, - крохотный, весь синий, слабенький, но на редкость жизнеспособный, - был помещён в специальный инкубатор для недоношенных детей. Но уже через несколько часов стало ясно, что его жизни ничего не угрожает, и его перевели в обычную детскую палату родильного отделения.

С его матерью всё было гораздо сложнее. Измученная, истощённая, она провела в коме два дня. В её вещах был найден паспорт на имя Молотовой Марии Альбертовны. Врачи больницы попытались связаться с её отцом, адрес которого так же удалось установить, но он, к величайшему возмущению всего медперсонала, заявил, что у него нет дочери, а с женщиной, которая себя за неё выдаёт, он не желает иметь ничего общего.

Наконец, утром третьего дня, она пришла в себя, приподнялась на кровати, не обращая внимания на многочисленные трубки системы жизнеобеспечения, к которой она двое суток была подключена, и удивлённо осмотрелась вокруг.

- Где я? – глухим безжизненным голосом проговорила Мария, не в силах вспомнить совершенно ничего из своей прошлой жизни.

Этот её вопрос разбудил измученную бессонной ночью медсестру, задремавшую было в не слишком удобном кресле около кровати. Она тут же вскочила и бросилась к больной.

- Лежите, лежите, гражданочка!.. – взволнованно затараторила она. - Вам нельзя пока вставать!..

- Где я? – в полнейшем недоумении повторила свой вопрос Мария.

- Вы в больнице, - охотно пояснила медсестра. – У вас родился чудесный малыш…

Малыш!.. Это слово пронзило её воспоминанием об ужасной боли, которую ей пришлось перенести. Мария громко застонала и без сил рухнула обратно на кровать, и из-под крепко зажмуренных век по щекам потекли слёзы.

Она хотела бы снова заснуть и больше никогда не просыпаться…

Медсестра упорно что-то говорила ей. Потом прибежал врач и с озабоченным видом тоже принялся что-то объяснять. Но Мария не слышала их. Малыш!.. Она так хотела его!.. Так мечтала о нём… Но она никогда теперь не сможет простить его… Никогда не сможет забыть ту боль, которую он причинил ей своим появлением на свет… Никогда уже не сможет полюбить его…

Мария почувствовала, как кто-то настойчиво теребит её за плечо, и усилием воли заставила себя открыть глаза и сосредоточиться на том, что происходит вокруг.