Расколотый фарфор

Белое платье и горькая правда

Аромат белых лилий, щедро расставленных по всей квартире, был настолько сильным, что казалось, будто Аня попала в цветочный магазин. Он щекотал нос и, обычно приятный, сегодня вызывал легкую головную боль. Чтобы перебить цветочную сладость, в воздухе витал едва уловимый запах ванили от праздничного торта, заботливо принесенного мамой.
Аня стояла перед огромным зеркалом в пол, всматриваясь в свое отражение. Белоснежное платье, заказанное в дорогом ателье за несколько месяцев, идеально сидело по фигуре, подчеркивая ее стройность и изящные изгибы. Корсет, расшитый жемчугом и бисером, деликатно обнимал талию, а пышная юбка, состоящая из нескольких слоев тончайшего тюля, слегка покачивалась при каждом движении.
Фата, словно легкое облако, обрамляла ее лицо, делая похожей на сказочную принцессу, сошедшую со страниц старинной книги. Аня улыбнулась своему отражению, стараясь скрыть волнение, которое нарастало в ней с каждой минутой.
Завтра ее свадьба. Завтра она станет женой Сергея, мужчины, которого любила больше жизни. Она закрыла глаза, представляя их свадебную церемонию. Белая арка, украшенная цветами, теплые слова священника, счастливые лица родных и друзей, и, конечно, Сергей, стоящий рядом с ней, держащий ее за руку и смотрящий на нее с любовью и восхищением.
Еще немного, и все ее мечты сбудутся. Дом, наполненный смехом детей, уютные вечера у камина, совместные путешествия, счастливая старость рядом с любимым человеком. Эта картина была настолько реальной, что Аня почувствовала легкое головокружение.
В дверь тихо постучали.
— Можно войти, солнышко? — послышался голос ее лучшей подруги, Лены.
Аня вздрогнула, отрываясь от своих мечтаний.
— Конечно, — ответила она, поворачиваясь к подруге.
Лена, увидев Аню в свадебном платье, ахнула от восхищения, прикрыв рот ладонью.
— Боже мой, Анька! Ты просто неотразима! Сергей будет сражен наповал! — воскликнула она, подходя к Ане и заключая ее в крепкие объятия.
— Надеюсь, — засмеялась Аня, чувствуя, как волнение немного отступает. — Я так волнуюсь! Мне кажется, что все может пойти не так.
Лена отстранилась и, взяв ее за руки, посмотрела в глаза.
— Глупости! Все будет идеально. Вы созданы друг для друга. Я никогда не видела, чтобы кто-то любил так, как вы двое. Вы просто обязаны быть счастливы, — заверила Лена, подмигивая ей. — Кстати, Сергей просил передать, что задержится на работе. Говорит, что-то срочное, а без него никак.
Аня немного расстроилась. Она надеялась провести этот вечер с Сергеем, вместе помечтать о будущем, поговорить по душам, успокоить ее разыгравшиеся нервы. Но работа есть работа. Она знала, что Сергей — ответственный и трудолюбивый, и если он задерживается, значит, это действительно необходимо.
— Ничего страшного. Завтра же весь день будем вместе, — сказала она, стараясь не показывать своего разочарования. — Завтра у нас будет целая вечность, чтобы насладиться друг другом.
Лена осталась с Аней еще на некоторое время, рассказывая забавные истории и поддерживая ее. После ухода Лены, Аня почувствовала легкую усталость. Она решила немного отдохнуть, а потом проверить почту и посмотреть какую-нибудь легкую комедию, чтобы поднять себе настроение.
Она вошла в свой аккаунт и увидела письмо от неизвестного отправителя. Заголовок был пустой, что показалось ей странным. Она всегда избегала открывать письма от незнакомых людей, опасаясь вирусов и спама. Но сегодня ей стало любопытно. Слишком много волнений и ожидания переполнило ее, и она захотела отвлечься хоть чем-то.
Она неуверенно кликнула на письмо, и на экране появились фотографии. Аня с недоумением посмотрела на первую. На ней была ее начальница, Виктория Сергеевна, в обтягивающем красном платье, стоящая в объятиях мужчины. Фотография была сделана в полумраке, но Аня смогла рассмотреть лицо мужчины. Он был ей незнаком.
Следующую фотографию она узнала не сразу. Сначала ей показалось, что это кто-то другой, но присмотревшись, она с ужасом осознала, что мужчина в объятиях Виктории Сергеевны — Сергей. Ее Сергей. Ее будущий муж.

Земля ушла у нее из-под ног. Комната поплыла перед глазами. Она не могла поверить своим глазам. Это какая-то злая шутка, кошмарный сон. Но фотографии были слишком реалистичными, слишком четкими, слишком… правдивыми. На них Сергей и Виктория Сергеевна целовались, обнимались, смеялись, не скрывая своих чувств. Они были счастливы вместе.
Аня почувствовала, как ее сердце разрывается на части. Предательство. Ложь. Боль. Разочарование. Все смешалось в один ужасный, тошнотворный коктейль. Она задыхалась от боли, словно кто-то сдавил ей грудь стальным обручем.
Она достала телефон дрожащими руками и набрала номер Сергея. Гудки казались вечностью, отсчитывая секунды ее надвигающейся катастрофы. Наконец, он ответил.
— Привет, любимая, — услышала она его голос, такой родной и одновременно такой чужой.
— Сергей, это правда? — спросила Аня, стараясь говорить спокойно, хотя ее трясло от ярости и отчаяния. Ей хотелось верить, что это ложь, что это ошибка, что Сергей сейчас скажет, что это розыгрыш.
— Что правда? О чем ты? — растерянно ответил он, в его голосе слышалось удивление.
Аня отправила ему фотографии. Не говоря ни слова, просто переслала этот ужасный компромат. Сергей замолчал. Тишина в трубке давила на нее, словно тяжелая плита.
— Объясни, — потребовала она, стараясь сдержать слезы.
В ответ — лишь молчание.
— Я жду, Сергей! — крикнула Аня в трубку, чувствуя, как ее голос дрожит от гнева и боли.
— Аня, прости. Я… Я не знаю, как это вышло, — пробормотал он, наконец. В его голосе слышалось раскаяние, но для Ани это уже ничего не значило. — Это… Это ошибка. Пьяный угар. Не знаю, что на меня нашло.
— Ошибка? Ты серьезно? — Аня не могла поверить своим ушам. Его оправдания звучали нелепо и глупо. — Ты собирался жениться на мне, зная, что спишь с другой?!
— Я люблю тебя, Аня. Виктория… Это просто… просто увлечение, минутная слабость, — попытался оправдаться Сергей. — Ты – моя жизнь, мое все!
— Заткнись! — закричала Аня, захлебываясь слезами. — Ты лжец! Ты предатель! Я больше не хочу тебя видеть! Завтрашней свадьбы не будет! Забудь меня! Исчезни из моей жизни!
Она бросила трубку, чувствуя, как слезы душат её, как разъедают ее изнутри. Все ее мечты, все ее надежды, все ее планы на будущее разбились вдребезги, словно хрустальная ваза, упавшая на пол.
Она сорвала с себя свадебное платье, словно оно стало ее тюрьмой, символом обмана и предательства. Сняла фату, бросив ее на пол, как будто избавлялась от проклятия. Потом, не раздумывая, выбежала из квартиры, не зная, куда идет, и что будет дальше.

Случайная встреча

Ночные улицы, обычно оживленные и шумные, сейчас казались пустынными и угрюмыми. Фонари, словно усталые стражи, бросали тусклый, желтоватый свет на мокрый асфальт, образуя зловещие тени, которые танцевали и извивались, как злые духи. Капли дождя, переставшие быть просто осенним дождиком, превратились в ледяные иголки, болезненно покалывающие открытые участки кожи. Аня поежилась, но не от холода, а от внутреннего озноба, который пронизывал ее с головы до пят. Она шла, не разбирая дороги, словно лунатик, бредущий в собственном кошмаре, не зная, куда идет и зачем.
В ушах звенело, в голове пульсировала боль. Она пыталась унять поток мыслей, заполонивших ее сознание, но тщетно. Воспоминания нахлынывали одно за другим: улыбка Сергея, его нежные прикосновения, его слова любви. Все это сейчас казалось фальшивым, лживым, лицемерным. Как он мог так поступать? Как он мог строить планы на будущее, зная, что все это — ложь?
Она свернула на набережную, привлеченная мерным шумом волн, разбивающихся о парапет. Река, обычно спокойная и умиротворяющая, в ее памяти полная романтических прогулок с Сергеем, сегодня казалась бурной и неспокойной, словно отражала ее внутреннее состояние, взбудораженное предательством и горем. Аня подошла к краю набережной и уставилась в темную, бездонную воду. Ей казалось, что она тонет в этой боли, что ее затягивает в бездну отчаяния, из которой нет выхода. Ей хотелось просто закрыть глаза и сдаться, позволить реке поглотить ее, избавить от страданий.
Внезапно она почувствовала приступ головокружения. Мир вокруг закачался, и она поняла, что теряет равновесие. Ноги подкосились, и она едва удержалась от падения, схватившись за холодный гранит парапета. Пальцы судорожно вцепились в скользкий камень, удерживая ее от падения в воду.
— Вы в порядке? — услышала она рядом с собой незнакомый голос, прозвучавший словно издалека.
Аня вздрогнула, словно ее застали за чем-то постыдным, запретным. Она медленно повернулась и увидела рядом с собой мужчину, стоящего в тени фонаря. Высокий, темноволосый, с широкими плечами и твердым, уверенным взглядом. В полумраке сложно было рассмотреть его лицо, но Аня заметила пронзительные серые глаза, в которых читалось искреннее беспокойство и сочувствие. Казалось, он видит ее насквозь, видит ее боль и отчаяние.
Он был одет в темное пальто, которое, казалось, защищало не только от непогоды, но и от всего мира. Воротник был поднят, скрывая часть его лица, но даже так было видно, что это человек сильный и волевой. От него исходил легкий аромат мужского парфюма, смешанный с запахом свежего дождя, — терпкий, древесный, успокаивающий.
— Оставьте меня в покое, — пробормотала она, отворачиваясь и опуская голову. Ей не хотелось ни с кем разговаривать, никого видеть. Ей просто хотелось исчезнуть, раствориться в темноте.
— Я не могу, — ответил он, его голос был низким и спокойным, но в нем чувствовалась твердость и решимость. — Мне показалось, что вам нужна помощь. Вы выглядите так, словно собираетесь прыгнуть в реку.
Аня вздрогнула, словно ее ударили. Неужели ее намерения были настолько очевидны? Неужели ее отчаяние читалось в глазах? Она почувствовала стыд и унижение.
— Это не ваше дело, — огрызнулась она, стараясь скрыть свое смущение. — И вообще, вы ошибаетесь.
— Может быть, — согласился мужчина, не отступая. — Но я все равно не могу просто так уйти. Я не могу оставить вас здесь одну, в таком состоянии.
— Мне никто не может помочь, — сказала Аня, и слезы снова хлынули из ее глаз, словно по команде. Она не могла их остановить. Они текли, словно поток воды, прорвавший плотину, смывая все на своем пути.
Мужчина молча достал из кармана платок, белоснежный и идеально выглаженный, и протянул ей. Видимо, всегда носит с собой.
— Возьмите, — предложил он, не настаивая, но и не отступая. — Вам холодно. И мокро. Не стоит усугублять ситуацию.
Аня, не глядя, взяла платок и вытерла слезы. Ткань была мягкой и теплой, словно прикосновение к добру, к заботе, к чему-то, что она давно забыла.

— Спасибо, — прошептала она, чувствуя, как ей становится немного легче. Слезы, казалось, смыли часть ее боли, оставив после себя лишь пустоту.
— Что случилось? Если хотите, можете рассказать, — сказал мужчина, делая шаг ближе, но, словно чувствуя ее состояние, не нарушая ее личного пространства. Он не прикасался к ней, но в то же время давал понять, что готов выслушать, поддержать, помочь. Он был здесь, рядом, как маяк в ночи.
Аня колебалась. Ей не хотелось открываться этому незнакомому человеку, рассказывать ему о своей боли и унижении. Но в то же время ей отчаянно хотелось выговориться, излить душу, найти хоть какое-то облегчение.
— Меня предали, — сказала она, наконец, сорвавшись. Голос дрожал и срывался, выдавая ее эмоциональное состояние. — Человек, которого я любила больше жизни, предал меня.
Она рассказала ему о свадьбе, которая должна была состояться завтра, о белом платье, которое она так тщательно выбирала, о мечтах и надеждах, которые рухнули в одно мгновение. Она рассказала ему о фотографиях, которые увидела в почте, о Сергее и Виктории Сергеевне, о их лживой любви и ее разбитом сердце. Она рассказала все, что накипело у нее в душе, не утаивая ни одной детали, не стесняясь своих слез и эмоций.
Мужчина слушал молча, не перебивая и не задавая вопросов. Он просто стоял рядом, словно принимая на себя часть ее боли, словно разделяя ее страдания. Он был внимательным слушателем, чутким собеседником, человеком, которому можно было довериться. Его молчание было красноречивее любых слов поддержки.
Когда Аня закончила, выговорившись до конца, он вздохнул, и этот вздох показался ей тяжелым и искренним.
— Мне очень жаль, — сказал он. — Такое предательство — это ужасно. Это рана, которая долго не заживает, которая оставляет шрам на всю жизнь.
— Я не знаю, что мне делать, — призналась она, чувствуя себя совершенно потерянной и беспомощной. — У меня все рухнуло. Все мои мечты, все мои планы, все мои надежды… Все исчезло в один момент, словно карточный домик, разрушенный порывом ветра.
— Неправда, — возразил мужчина, качая головой. — У вас есть жизнь. У вас есть будущее, каким бы туманным оно сейчас не казалось. Да, сейчас вам больно, это естественно, это неизбежно. Но это не навсегда, это пройдет. Вы сильная, я вижу это. Вы обязательно справитесь.
— Откуда вы знаете? — спросила Аня, удивленно посмотрев на него. Она не понимала, почему он так уверен в ней, почему он так сочувствует ей, почему он так хорошо ее понимает.
— Я вижу это в ваших глазах, — ответил он, слегка улыбаясь. — И еще… Я сам когда-то пережил предательство, — добавил он, и в его голосе прозвучала грусть, словно старая рана вдруг напомнила о себе. — Я знаю, как это больно, как это тяжело. Но я знаю и то, что можно пережить это. Можно найти в себе силы жить дальше, можно снова научиться любить.
Аня с интересом посмотрела на мужчину. В его словах чувствовалась правда, в его глазах — опыт. Он говорил не как теоретик, а как человек, который сам прошел через боль и смог ее преодолеть. Ей стало любопытно узнать о нем больше.
— Меня зовут Игорь, — представился он, протягивая ей руку. Его жест был простым и открытым. — А вас?
— Аня, — ответила она, пожимая его руку. Его прикосновение было теплым и уверенным, вселяющим надежду.
— Аня, позвольте мне угостить вас кофе, — предложил Игорь, слегка наклоняя голову. — Вам нужно согреться. И, может быть, немного отвлечься, забыть о своем горе хотя бы на время.
Аня колебалась. Ей не хотелось никого обременять, ей хотелось просто уйти и спрятаться от всего мира. Но в то же время ей было одиноко и страшно, она нуждалась в поддержке, в понимании, в простом человеческом тепле.
— Хорошо, — сказала она, наконец, кивая головой. — Спасибо. Мне и правда нужен кофе.
Они вместе пошли по набережной, направляясь к небольшому кафе, которое Игорь заметил неподалеку. Дождь стих, но небо все еще было затянуто тучами. Впереди их ждала ночь, полная вопросов и надежд.