Развод. Босс меняет все

Глава 1

У меня было чудесное настроение. Такое светлое, что мир вокруг казался выкрученным на максимальную яркость.

Макс возвращался поздно вечером. Недельная командировка в Екатеринбург подходила к концу. Я ловила себя на том, что проверяю часы каждые десять минут. Ждала. Предвкушала.

Почти всё было готово.

Квартира сияла той особой, «праздничной» чистотой. В духовке томилось мясо с розмарином в кисло-сладком соусе — его любимое. По кухне плыл густой, домашний аромат, уютно смешиваясь с запахом восковых свечей. В холодильнике ждали своего часа заготовки для салатов, запотевшая бутылка шардоне медленно покрывалась инеем.

Сама атмосфера в доме дышала счастьем. Плотным, осязаемым.

Сегодня — пятнадцать лет со дня нашей свадьбы. Пятнадцать. Целая жизнь, которую мы построили по кирпичику.

Я задержалась у окна, глядя на своё отражение в темном стекле. Каштановые волосы мягко рассыпались по плечам, зеленые глаза горели так, будто мне снова двадцать. Высокая, стройная, в простом шелковом платье — сейчас я была бесконечно далека от образа Варвары Александровны, жесткого заместителя директора по производству «ФармЦветВита». Никаких строгих пучков, никаких графиков и совещаний.

Просто женщина. Просто счастливая жена.

Сыну уже тринадцать. Почти взрослый, с неожиданно ломким голосом и своим мнением по любому вопросу. Но всё равно — мой мальчик. Он с радостью уехал к бабушке на выходные, не подозревая, что мама решила устроить маленький медовый месяц.

Я открыла шкаф и коснулась пальцами спрятанного пакета. Дорогое кружево — нежное, дерзкое, совсем не в моем стиле. Я до сих пор помнила, как вспыхнули щеки в примерочной. Тридцать пять лет, ежедневно управляю сотнями людей и сложнейшими процессами, а краснею из-за нескольких лоскутков ткани…

Но сегодня можно. Макс будет в восторге.

Максим Валерьевич Зорин. Мой муж. Мой ровесник. Высокий, светло-русый, с глазами цвета северного льда, которые умели плавиться и становиться невозможного теплыми, когда он смотрел на меня. Директор по производству в «ЗоринАгроГрупп». Уверенный, собранный, мужчина-скала.

Мой мужчина.

Я прошлась по гостиной, поправляя хрустальные бокалы на белоснежной скатерти. Нашла ту самую мелодию, под которую мы танцевали наш первый танец. Тогда казалось, что мир сузился до одного человека. До него.

Пятнадцать лет назад... Ипотека, бессонные ночи у кроватки, мои рывки по карьерной лестнице, его тяжелый кризис, когда он молчал неделями, а я просто садилась рядом и шептала: «Мы справимся». Мы всегда были «мы». Команда. Монолит.

Внезапно тишину разрезал звонок телефона.

Я вздрогнула, но тут же расплылась в улыбке. Наверняка уже в аэропорту.

Я даже не подозревала, что через секунду мир, который я так любовно выстраивала годами, превратится в груду обломков.

На экране высветилось: «Макс».

Я приняла вызов, собираясь сказать что-нибудь интимное, дразнящее, но вместо знакомого баритона услышала визгливый женский голос.

— Макс, мне надоела роль второй жены! — гневно выплюнула женщина.

Я замерла. Сердце пропустило удар.

Ошиблись номером? Чей-то злой розыгрыш? Хакеры? Мозг судорожно цеплялся за логику, отрицая очевидное.

— Дина, ты для меня всегда первая, — спокойно и чуть устало ответил мой муж.

Мой. Муж.

В груди образовался ледяной вакуум.

— Как же! — снова взвизгнула эта Дина. — Штамп в паспорте стоит не у меня! Почему она — твоя супруга, а я — никто? Я родила тебе двоих детей, Максим! Третий на подходе! Мы уже десять лет вместе. Десять лет я жду, когда ты возьмешь на себя ответственность за нас. За свою настоящую семью!

Мир качнулся. Пол под ногами стал жидким.

Двое детей... Третий на подходе...

Я не могла вдохнуть. Легкие словно склеились.

«Это бред. Фейк, сгенерированный нейросетью. Кто-то хочет подставить Зориных», — мой профессиональный разум, привыкший к интригам, выстраивал линии обороны. Я ждала, что сейчас Макс рассмеется и пошлет сумасшедшую к черту.

Но я услышала другое.

— Динара, послушай... — голос Максима стал тише. С этой особой, бархатной хрипотцой он умел убеждать меня в чем угодно. Всегда. — Я всё решу. Мне нужно время.

— Еще десять лет?! — прошипела она. — Пока она не состарится? Пока твой дорогой старший сын не вырастет? Ты обещал, что уйдешь!

Я машинально опустилась на диван. Мышцы превратились в кисель.

— Я не могу разрушить всё в один день, — раздраженно отозвался он. — У меня бизнес, репутация. Отец обещал повышение. Ты же понимаешь?

— А я? А наши дети? — её голос задрожал от слез. — Ты приезжаешь к нам, называешь их своими, а потом возвращаешься к ней. Ты думаешь, я буду вечно ждать?

Возникла пауза. Я слышала его дыхание. Ритмичное, спокойное. В то время как мое собственное оборвалось.

— Я люблю тебя, — тихо произнес Максим.

В этот момент я перестала существовать.

Где-то на кухне весело щелкнул таймер духовки. Мясо готово. Праздник можно начинать.

Я смотрела на накрытый стол, и всё перед глазами расплывалось в мутное пятно. Свечи. Дорогое вино. Идеально выглаженная белая скатерть. Всё, что ещё пять минут назад было священным символом нашей любви, вдруг стало издевательской насмешкой. Декорацией в дешевом фарсе, где мне отвели роль слепой дуры.

— Просто дай мне ещё немного времени, — продолжал он в трубку. — После юбилея матери я всё улажу.

Слёзы обожгли щеки. Я прижала ладонь к губам, кусая кожу до крови, чтобы не закричать.

Десять лет.

Двое детей.

Третий на подходе.

Я судорожно перебирала в памяти его бесконечные «совещания», внезапные вылеты, его отстраненный взгляд по вечерам.

Я оправдывала всё.

Макс много работает. Он устал. У него стресс.

Я — сильная. Я — Варвара Зорина. Я выдержу.

Но сейчас меня просто ломало пополам.

— Либо ты со мной, либо я всё ей расскажу, — выдохнула Динара.

Глава 2

Я проснулась от ощущения, будто меня выжали досуха и бросили под пресс. Голова гудела, веки налились свинцовой тяжестью. Кое-как поднялась и пошла в ванную. В зеркале увидела свою страшную, чужую копию. Опухшее лицо, серая кожа, губы, покусанные до крови.

Железная Варя. Жена-ширма. Тень.

В таком виде на работу идти нельзя. И дело даже не во внешности. Я не выдержу ни одного вопроса, ни одного сочувствующего взгляда, если вдруг кто-то что-то заподозрит.

Я взяла телефон дрожащими руками и написала начальнику, молясь, чтобы он не начал задавать вопросы:

«Петр Васильевич, доброе утро. Прошу предоставить мне один день за свой счет по семейным обстоятельствам. Состояние здоровья не позволяет быть в офисе. Заявление напишу позже».

Через пару минут пришел лаконичный ответ:

«Хорошо, Варвара Александровна. Отдыхайте. Надеюсь, ничего серьезного».

Отдыхайте. Я горько усмехнулась и отбросила телефон на кровать. Если бы он знал, что именно серьезного случилось этой ночью.

Сил не было даже на то, чтобы одеться. Я снова рухнула на постель, надеясь провалиться в темноту без мыслей. Сон навалился мгновенно — тяжелый, вязкий, как расплавленный воск.

Я видела мужчину. Высокий, широкоплечий, в расстёгнутой на груди тёмной рубашке. Лица я не видела — оно тонуло в тени, но взгляд... Я чувствовала этот взгляд кожей. Тяжёлый, властный.

Он обнял меня. Его ладонь на моей открытой спине ощущалась как раскалённое клеймо. Жар просачивался сквозь ткань шёлкового платья, заставляя внутренности дрожать от непонятной, вибрирующей тревоги. Я чувствовала запах — дорогой табак, сандал и что-то мускусное, опасное.

— Люблю тебя, — прошептал он, и от этого голоса, низкого, с хрипотцой, по позвоночнику пополз ледяной холод, смешанный с диким, неправильным желанием. — Как долго я тебя ждал...

Он коснулся моих губ. Медленно, по-хозяйски, пробуя на вкус. В этом не было привычной мягкости, только пугающая, первобытная уверенность самца, берущего своё. Я тянулась к нему, как к единственному источнику жизни в ледяной пустыне, цеплялась за его плечи, но в груди колотилось предупреждение: беги.

— Я здесь, — чеканил он каждое слово прямо в мои мысли, заполняя собой всё пространство. — Больше ты не одна. Я не отпущу.

Я вцепилась в ткань его рубашки. Она казалась жёсткой, реальной под пальцами. Сердце под моей ладонью билось ровно и мощно, как огромный метроном, отсчитывающий последние секунды моей прошлой жизни. Я хотела поднять голову, увидеть наконец его глаза, но резкий, дребезжащий звук взломал тишину сна, вдребезги разбивая морок.

Тепло исчезло мгновенно, оставив лишь холод и липкий пот. Серые стены, потолок. Гнетущая тишина квартиры.

Звонил домофон. Настойчиво. Агрессивно. Тот, кто стоял внизу, не просто просил впустить, он требовал.

Я выругалась, чувствуя, как во рту пересохло от страха и злости. Кто это может быть? Макс? Нет, у него свои ключи.

Я заставила себя встать и сорвала трубку.

— Нет меня! Уходите! — крикнула я в пустоту.

— Варвара Александровна, это Егор, — раздался спокойный, низкий бас. — Я от Артура Макаровича Витанова. Генеральный срочно вызывает вас в офис.

В меня будто плеснули ледяной водой. Сон слетел мгновенно.

Витанов? Магнат, человек-глыба. Мы пересекались на совещаниях, общались сухо и только по делу. Зачем я понадобилась генеральному в субботу утром, когда я только что выпросила у своего начальника выходной?

— Что-то произошло? — я попыталась включить «директора», но голос подвёл.

— Не по телефону. Машина внизу. Артур Макарович приказал доставить вас в офис к одиннадцати. Срочно.

— Доставить? — я нервно сжала пластик трубки. — Звучит как принудительный привод, Егор.

— Звучит как поручение, не терпящее отлагательств. Поторопитесь. Мне бы не хотелось заставлять шефа ждать.

***

Дальше утро пронеслось в бешеном темпе.

Я машинально заварила чай, но руки так ходили ходуном, что кипяток плеснул на пальцы. Я даже не вскрикнула — просто тупо смотрела на краснеющую кожу, понимая, что эта физическая боль — ничто по сравнению с той, что рвала меня изнутри.

Я надела привычный строгий костюм. Темно-синий, почти черный. Белая блузка застегнута на все пуговицы. Волосы в идеальный, тугой пучок.

Броня. Мне нужна была броня, чтобы не рассыпаться перед человеком, который одним взглядом мог разрушить карьеру. Я густо замазала синяки под глазами консилером, стараясь придать лицу живой вид, но глаза... Глаза выдавали всё. В них была пустыня.

— Что обо мне подумает Витанов? — вздохнула я с горечью, глядя на свое отражение.

У подъезда меня ждал массивный черный джип с тонированными стеклами. Егор — высокий, в безупречном черном костюме, с коротким ежиком волос — внимательно наблюдал за дверью подъезда.

— Вы быстро, — кивнул он одобрительно, когда я вышла.

— Я могла бы доехать на своей машине, Егор. Я не привыкла к услугам сопровождения.

— Мне приказано доставить вас лично, Варвара Александровна, — он открыл заднюю дверь, буквально не оставляя мне выбора. Спорить было бесполезно. — Безопасность и регламент Артура Макаровича. Прошу.

Я устроилась на кожаном сиденье джипа. Здесь пахло дорогим парфюмом и новой кожей. Тишина была абсолютной, отсекая звуки города.

— И всё же, — не сдавалась я, когда мы тронулись, — Артур Макарович не объяснил, к чему такая спешка?

— Все вопросы к генеральному, — коротко бросил Егор, глядя на дорогу. — Мое дело — довезти вас в целости и вовремя.

Я смотрела в окно. За стеклом мелькал город: стеклянные фасады бизнес-центров, утренние пробки, спешащие люди. Всё как обычно. Жизнь продолжалась, не замечая моей катастрофы.

Витанов — стратег. Я знала это. Он никогда не делает хаотичных, необдуманных движений. Если он присылает за мной водителя именно сейчас, значит, я ему действительно нужна.

Я вспомнила Артура Макаровича на последних переговорах.