Развод. Договор на семью

Глава1

РЕНАТА

Солнечный свет режет глаза, отдаваясь глухой болью в висках. Голова раскалывается, в горле першит.

Я не до конца отболела гриппом, мне бы ещё лежать в постели, набираться сил, но не пойти сегодня было нельзя.

Я привезла цветы.

Сорок дней, как не стало папы.

Стою у мраморной плиты, пытаюсь собраться с мыслями, но вместо скорби приходит только звенящая пустота и накатывающая тошнота.

Да и ветер такой пронизывающий, сырой, пробирает до костей.

Узнав, что Нонна, молодая супруга отца, не собирается на кладбище, я решила поехать сама, как и планировала до болезни. Хорошо, что она согласилась посидеть с Маюшей.

После смерти папы моя мачеха, которая старше меня всего на несколько лет, странно изменилась.

Видимо, она и правда его любила: стала строго одеваться, часто приезжает к нам, с Маюшей играет, а раньше даже внимания на неё не обращала.

Горе меняет людей.

Прихожу к выводу.

У Сергея сегодня важное совещание, поехать со мной или остаться с дочкой он никак не мог. С утра уговаривал меня отложить поездку, но я не смогла.

В груди запершило, начался приступ сухого, разрывающего горло кашля.
Зажимаю платком рот, я почти бегом направляюсь по аллее к выходу, чувствуя, как слабость накатывает волной.

Нет, нужно домой, без церкви сегодня, свечи поставлю в следующий раз, надеюсь, папа меня поймёт.

Добравшись до парковки, я с досадой понимаю: я же отпустила водителя, велела приехать через полтора часа. Собиралась же на службу.

Достаю телефон, уже хочу набрать номер Ильи, но краем глаза замечаю стоящее неподалёку такси.

В голове тут же появляется мысль: Илью ждать минут пятнадцать, не меньше. Так зачем мучиться, когда можно добраться на такси?

Прячу телефон обратно в сумочку, спешу к машине.

— Здравствуйте, вы свободны? — заглядываю в опущенное стекло.

— Свободен, куда едем? — отзывается таксист.

— Солнечная, десять, — называю адрес и занимаю место на заднем сиденье.

Едем в полной тишине, даже музыка не включена, чему я очень рада.
Голова тяжёлая, мысли неприятные, липкие.

В последнее время муж стал вести себя странно, словно избегает меня.

Поговорить — времени нет, с его стороны.
Уходит рано, приходит поздно.

Возможно, я себя накручиваю.

Возможно, это нехватка внимания после смерти папы. До этого Серёжа был директором отдела продаж и возвращался всегда вовремя, проводил с нами время.

Теперь же он возглавляет то, что совсем недавно принадлежало моему отцу. По документам владелицей половины холдинга являюсь я, второй половиной владеет кто-то, кого я никогда не видела.

Он живёт за границей, и пусть живёт. Меня волнует муж.
Может, и правда накручиваю?

Ему действительно теперь приходится работать больше. Наверное, нужно подождать, дать время привыкнуть к новой должности.

За мыслями не замечаю, как быстро такси доставляет меня домой. Машина останавливается у кованых ворот.

Протягиваю деньги, выбираюсь. Ворота тут же открываются, охранник Анатолий делает шаг за пределы двора и резко замирает, натыкаясь на меня взглядом.

— Рената Владимировна? Это вы на такси? — Неожиданно выдаёт он.

— Как видишь, Толя. — Отвечаю охраннику.

— А почему так рано? Илья вроде сказал, за вами через сорок минут выезжать будет… У вас что-то случилось? — не отстаёт мужчина.

— Ничего страшного, просто стало плохо. Рано мне ещё, видимо, выходить из дома. — Делюсь с мужчиной произошедшим.

Охранник отступает, чтобы дать пройти, но я, сделав несколько шагов, останавливаюсь.

Смотрю на машину мужа. Была ли она здесь с утра? Может, Серёжу отвозил Илья, а я просто не заметила?

Да ну, как можно не заметить?

— Сергей Витальевич дома? — поворачиваюсь к Анатолию.

— Да, дома, — отвечает он, странно себя ведя: глаза в сторону, ладони запрятаны в карманы, будто в кулаки сжаты.

— Когда он приехал? — сама не понимаю, зачем спрашиваю.

Могу у самого Серёжи спросить. Но всё это как-то странно.

— Сразу после вашего отъезда, — говорит он, и сердце моё сжимается от тревожного предчувствия.

Неужели что-то с Маюшей?

— А Нонна ещё здесь или уехала? — может, мачехе пришлось уехать, поэтому Сергей и вернулся?

А как же совещание?

— Нет, Нонна Леонидовна здесь, — отвечает Толя.

— Хорошо, — только и говорю, спеша по дорожке к дому.

На пути встречается Илья.

Водитель замирает с поднесённым ко рту яблоком, смотрит на меня, словно призрака увидел. Не стала ничего спрашивать, прошла мимо.

Я чувствовала спиной взгляды персонала и не понимала, в чём дело, но то, что не всё хорошо, кричит всё нутро.

Слышу сзади приглушённый спор Ильи с Толей:

— Ты предупредил?

— Нет, и не буду.

— Да ты знаешь, что сейчас будет?

— Да плевать, пусть сами разбираются.

— Нас уволят!

— Пусть увольняют, лучше, чем вот так!

Сути не понимаю. Кто кого увольнять собрался?

Поднявшись по ступеням, захожу в дом, сразу прислушиваюсь.

И первое, что касается слуха, — лепет Маюши.

Её голосок доносится из кухни. Снимаю туфли и с улыбкой спешу туда, но улыбка слетает, когда на кухне вместо дочки, Сергея и Нонны я нахожу только рацию от радио няни.

И тишину.

Только голос Маюши из динамика. Мужа и мачехи не слышно. В голову лезут не самые приятные мысли.

Да нет, этого не может быть! Скорее всего, Серёжа в кабинете, а Нонна с Маюшей просто увлечена телефоном!

Чтобы подтвердить или опровергнуть появившиеся мысли, спешу на поиски.

Сначала — в комнату дочки, ведь там главный блок радио няни.

Поднявшись на второй этаж и свернув в коридор, где наши с Сергеем и Маюшина комнаты, замедляю шаг.

Всё нутро кричит, что сейчас будет больно, что не стоит идти.

Но я иду.

Взгляд упёрся в дверь нашей спальни. Нужно пройти мимо, заглянуть к дочке, увидеть там Нонну, и все подозрения испарятся. Навсегда.

1.1

Чувство душевной боли, тревоги и отчаяния выдёргивает из липкой пелены сна, подкидывая неприятные картинки.

Открыв глаза, пытаюсь понять: всё, что произошло со мной, было просто ночным кошмаром или же жестокой реальностью?

Обвожу взглядом пространство вокруг. Полумрак, знакомые шторы задёрнуты, наша с Сергеем спальня, кровать, на которой….

Сглатываю неприятный комок, что подступает к горлу.

— Мне всё приснилось! Это всего лишь сон, не мог Серёжа так поступить! Ну не мог он! – бормочу, прижав ладони к лицу.

Но все мои надежды на хорошее рушатся как карточный дом уже в следующую секунду.

Дверь спальни открывается, на пороге появляется Сергей, по его взгляду, выражению лица и виду в одних боксерах, тех самых, что он натягивал на себя, пока его любовница лежала на нашей постели!

От последней мысли становится очень дурно, дёргаюсь на край кровати, путаюсь ногами в грязной после их измены простыне.

Дёргаюсь, точно в конвульсиях, тошнота накатывает ещё сильнее, потому как меня окутывает запахом духов Нонны!

— Подонок! – не справившись со своими эмоциями, кричу наблюдавшему за мной мужу.

Как он мог положить меня на эту постель и накрыть этим грязным бельём?! Неужели ему настолько плевать на меня, что он даже не думает, как больно мне делает?!

Я потеряла сознание, не справилась с эмоциями, что нахлынули разом, когда Нонна выходила из комнаты мимо меня и радостно улыбалась.

Наконец-то удаётся высвободить одну ногу, но слишком спешу, валюсь на пол с высокой кровати, больно ударяясь плечом, коленом.

В попытке смягчить падение страдает выставленная вперёд рука, запястье словно кипятком обдали.

Вскрикнув от боли, затаиваю дыхание, прижимаю пострадавшую руку к груди, зажмуриваю глаза, слёзы тут как тут, собираются под веками.

— Как же жалко ты выглядишь, поднимайся, Рената, — словно пытаясь добить, бросает такие слова стоящий позади муж.

Жалко?

Возможно!

Я не вижу себя со стороны, но могу представить, как выгляжу в данный момент!

Его слова зарождают в душе что-то незнакомое, бурлящее, то, что хочется выпустить наружу, воспользоваться и не казаться в глазах этого подонка жалкой, униженной, с огромной болью в груди!

— Давай, подбирай нюни, я жду тебя в гостиной, есть разговор, — с нескрываемым раздражением произносит Туров и по удаляющимся шагам понимаю, что он вышел из комнаты.

— Подонок! Какой же ты подонок! С Нонной своей разговаривай! – опираясь здоровой рукой о матрас кровати, поднимаюсь на ноги.

Смотрю на нашу постель.

Появляется дикое желание поджечь здесь всё, чтобы огонь уничтожил все следы этих двоих, оставляя после только пепел!

Носа вновь касается запах духов Нонны, закашливаюсь, спешу в ванную, по пути снимаю платье, от него тоже идёт мерзкий запах!

Неудивительно — вся постель провоняла, словно она опрокинула на неё целый флакон.

Полностью обнажившись, запираюсь в ванной, забираюсь под включённые струи горячей воды, обильно поливаю гелем для душа мочалку, тру кожу до скрипа, дважды промываю волосы, только бы смыть чужой запах со своего тела!

О случившемся стараюсь не думать, но совсем не получается, одни только мысли о предательстве мужа!

Когда у них всё это началось?

После смерти папы? Влюбился в неё? Почему не ушёл?

Уж я бы точно не стала его удерживать! Зачем? Жить с человеком, который тебя не любит, ходит к другой, а после приносит всю грязь в наш дом, в нашу постель, в семью?

Понятным становится только одно!

Его поведение в последнее время!

Глупая!

Как не заметила, почему ничего не заподозрила?

На что он рассчитывает, изменяя мне, ведя себя как последняя скотина!

Он даже не смутился, что их застукали! Не извинился, включил холодного монстра! Разговаривает со мной таким тоном, а какие слова говорит?

Может, это и не мой муж вовсе, а его злой двойник, про которого мне забыли сообщить?

Закручиваю вентили холодной и горячей воды, скручиваю длинные волосы, выжимаю из них воду.

Обернувшись полотенцем, смотрю на своё отражение в большом зеркале, руками опираясь о серого цвета мрамор раковины.

Сейчас, после горячего душа, цвет лица не такой бледный, как был до этого, блеск собственных глаз пугает, словно у сумасшедшей!

— Рената?! – громкое с рычанием раздаётся за дверью, а после удар кулаком, а может и ногой. — Если ты решила наделать глупостей и отправиться к своему отцу, то хочу напомнить о Майе. Я, конечно, люблю свою дочь, но думаю, мать ей никто не заменит, так что не смей дурить и выходи! – ещё удар. — У тебя две минуты, не выйдешь сама, мягкого общения с моей стороны не жди!

Ошарашенная его словами, смотрю на закрытую дверь и отказываюсь верить, что там находится мой муж.

Не может такого быть! Семь лет брака, ни намёка на такое поведение, а тут…

По мне, такое совершают душевно больные люди! Он меня за такую считает?

Схватив ещё одно полотенце, дрожащими руками начинаю подсушивать волосы.

Я не останусь в этом доме, заберу Маюшу и уйду, денег у меня предостаточно, это я являюсь хозяйкой всего папиного наследства, а Сергей…, наверное, он забыл, кто он и кем был до нашего знакомства!

Расчёсываю подсушенные волосы, наспех заплетаю косу, выхожу из ванной.

Сергея нет, что даёт мне время быстро собрать небольшую сумку с вещами.

Забежав в гардеробную, хватаю с полки первые попавшиеся джинсы, следом футболку, в сумку летят похожие вещи, пара комплектов нижнего белья.

Решаю, что этого хватит, быстро одеваюсь и, схватив сумку, спешу к дочке в комнату.
А вот там меня поджидает Сергей, он с Маюшей на руках стоит около окна, разглядывая двор.