

— Хочешь, я на колени встану?
— Мне это не нужно. Уходи, Дарим.
— Райя, пожалуйста… Дай мне ещё один шанс. Я не могу без тебя… — Он посмотрел на колыбель, парившую над потолком, и его золотистые глаза наполнились слезами. — Без вас…
— Дарим…
— Я знаю, что то, что я совершил, непростительно, знаю, милая, но…
— Ты бросил меня!
Стена рухнула, и эмоции, душившие меня все эти месяцы, нахлынули потоком.
— Ты… ты просто выкинул меня, как ненужную вещь! Я думала, что мы — семья! Что в этом мире ты единственный, кому я могу доверять!
— Ты можешь…
— Нет! В самый тяжёлый момент моей жизни ты буквально вырвал моё сердце!
— Я защищал тебя…
— От чего, демоны тебя дери?!
— От себя…
Я замолчала, растерянная, и все слова, что жгли язык, остались внутри меня.
— Мой дракон перестал признавать тебя.
У меня упало сердце.
— Я любил тебя так же, но он… Он желал тебе смерти. В ту ночь, когда я… Когда я ударил тебя, он… Это всё он.
— Но ведь он всегда…
Была моим, — хотела сказать я, но не сказала.
— В то время я не знал, что изменилось, а яд её магии продолжал порабощать его.
— О чём ты говоришь? Яд чьей магии?..
— Я не могу сказать. — Он поднял руку, на которой был защитный сигил, какой использовали ведьмы, когда…
О боги, его поработили! Я быстро подбежала к Дариму и подняла его руку, чтобы ближе рассмотреть узор. Раньше я его не видела.
— Ещё утром его не было…
— Это её наказание за то, что я выбрал тебя. Вас…
Он снова бросил взгляд, полный боли, на нашу спящую дочку.
— Райя, любимая… Тогда, больше двух лет назад, я был вынужден оставить тебя, чтобы защитить и во всём разобраться. Я даже не подозревал, что появится она и сделает всё, чтобы нас разлучить.
У меня не было слов. От того, что он наконец открылся мне — хотя бы частично, — разрывалась душа. Правда, как он и говорил не так давно, куда страшнее.
— И ещё кое‑что… Хочу, чтобы ты знала.
Дарим медленно расстёгнул рубашку и открыл мне то, что я видела на протяжении того месяца, пока лечила его. Там были ужасные символы проклятия.
— Я солгал тебе, Райя. Это не проклятие. Это наказание, душа моя.
Он повернулся ко мне спиной и снял рубашку. И те страшные алые символы, что буквально въелись в кожу, я тоже видела и лечила. Но они вернулись. Всегда возвращались.
— За что?
Я не удержалась и подошла ближе, чтобы провести пальцами по грубым шрамам, в которые превратились эти ужасные узоры. Дарим вздрогнул, когда я коснулась его, и по его коже стали расползаться белые чешуйки.
— За предательство. Я предал единственную женщину, которую должен был беречь как своё самое главное сокровище.
Я с трудом сглотнула, и, когда палец остановился на символе, похожем на букву «Р», Дарим повернулся ко мне. На меня смотрел теперь и его дракон.
— Ты была моим всем, любимая. — Он взял меня за руки. — Ты и сейчас — моё всё. Я жизни без тебя не вижу. Я… Ты — мои крылья, Райя. Ты. Не Адель. Это всегда была ты.
На глаза навернулись слёзы. Это откровение выбило почву из‑под моих ног, но и… подарило крылья за спиной. В душе возродилась надежда.
Но она так же быстро погасла, когда чужой сигил на руке моего дракона вспыхнул алым, и глаза Дарима наполнились чернотой.
— Это так мило, — сказал он чужим женским, незнакомым мне голосом, и я тут же отскочила от него, как от огня. — Душещипательно и романтично. Лучше, чем мыльные оперы в «Люмье».
— Кто ты? — От тревоги моя магия сжалась в груди в плотный шар.
Где‑то на краю сознания Аримы защебетали в один голос, почувствовав, что я в беде, но я закрылась от них плотной стеной, чтобы быть готовой к нападению змеи, разрушавшей нашу семью.
— Ты знаешь, кто я. Тебе нужно лишь вспомнить, Райя.
Моя дочка заплакала в колыбели, словно тоже почувствовала то зло, что стало исходить от Дарима, и я резко повернула голову в её сторону. Это было ошибкой.
Огромная рука Дарима поймала меня за волосы, а затем, когда я с криком была вынуждена повернуться, пальцы сжались и на моей шее.
— Ты отняла у меня всё! — прорычала она голосом моего любимого. — И я заберу у тебя всё!
Часть 1. Разбитая