Развод (не) предусмотрен. Его вторая жена

Глава 1

Я подняла взгляд на Джамала.

– Не смей, – прошептала я. – Не смей делать это с нами. Не смей делать это с ними. – Я кивнула на дочек. – Прогони её. Сейчас же. Пока не поздно.

«Скромная» вдова опустила глаза долу, скрывая улыбку победительницы, которую я всё же успела заметить.

— Лада, Гымзал — моя вторая жена и теперь она будет жить в моём доме, — безапелляционным тоном промолвил муж.

ХЭ гарантирован!

Главы публикуются каждый день/через день

Книга участвует в литмобе «Развод с иностранцем» 18+ https://litnet.com/shrt/r78g

Не забывайте подписаться на автора и добавить книгу в библиотеку, чтобы не потерять!

_____________________________________

Помидоры на разделочной доске пахли солнцем и тем особенным, южным зноем, который, кажется, впитался в каждую мою клеточку за девятнадцать лет, что я жила в Абхазии.

Я резала их крупными дольками, чувствуя, как сок щекочет пальцы, и улыбалась сама себе.

Муж возвращается сегодня из командировки, а это для меня всегда радость.

– Мам, смотри, у меня криво получается, – Вера, моя двенадцатилетняя красавица, смешно сморщила носик, пытаясь нашинковать зелень.

У неё моя тонкая натура – переживать из-за мелочей.

– Ничего, доча, – я чмокнула её в макушку, пахнущую детским шампунем. – В борще даже кривая зелень – самая вкусная, главное – с душой.

– А я хочу красиво нарезанную! – восьмилетняя Надежда, наша Надя, егоза и хохотушка, выхватила у сестры нож. – Я умею!

– А ну обе марш отсюда, горе-поварихи! – прикрикнула я наигранно строго. – Идите лучше стол накрывайте. Скатерть новую достаньте, ту, с золотыми нитками, что я в прошлом году в Сухуми купила.

Девчонки с визгом умчались в гостиную, и тут же оттуда донёсся звон посуды – Надя, кажется, уже что-то уронила, но я даже не обернулась.

В моём доме всегда было шумно, и этот шум был музыкой моей жизни, сейчас немного потише, старший Аслан, мой сын, покинул нас и сейчас учился в московском институте.

Рядом хмыкнула Заира, моя помощница и, по совместительству, троюродная сестра Джамала.

Женщина лет пятидесяти, молчаливая, с вечно поджатыми губами, она работала у нас уже лет пять.

Я к ней привыкла, как привыкают к старому, немного скрипучему, но нужному шкафу.

– Сильно ты их балуешь, Лада, – сказала она, ловко орудуя своей поварёшкой в казане. – Девки должны знать место. Отца встречать – дело серьёзное, а не баловство.

– Заира, они ещё дети, – я рассмеялась, вытирая руки о фартук. – Какое там серьёзное дело? Пусть радуются. Отец приехал – праздник.

– Праздник, – эхом отозвалась она.

В её голосе мне почудилась какая-то странная нотка словно она знала что-то, чего не знала я, но я отмахнулась, Заира всегда была ворчливой.

В гостиной уже вовсю хозяйничала свекровь, тётя Роза, как она позволила мне себя называть, высокая, статная женщина, с седыми волосами, убранными в тугой пучок, она даже в свои семьдесят пять сохранила царственную осанку.

Она расставляла по вазам огромные букеты роз – белых, бордовых, чайных.

Мы их недавно принесли из нашего сада.

– Сын едет, – приговаривала она, поправляя каждый лепесток. – Устал, бедный. Дела у него там, дела... Наш Джамал большой человек.

Я улыбнулась ей через арку, соединяющую кухню с гостиной.

Мы никогда не были особенно близки со свекровью.

Она всегда считала меня чужачкой, русской, которая увела её сына.

Но за эти годы лёд подтаял.

Особенно когда родился Аслан, наш первенец, а потом и девчонки.

Я приняла их веру, обычаи, родила мужу наследника, казалось, она наконец-то смирилась.

– Тётя Роза, вы как художник, – крикнула я. – Такую красоту вокруг развели!

– Для сына ничего не жалко, – не оборачиваясь, ответила она.

Я снова нырнула в кухню.

На плите уже доходил плов – рассыпчатый, с барбарисом и нутом, который Джамал так любил.

В духовке томилась форель, фаршированная грецкими орехами.

Я всегда старалась.

Каждый его приезд был для меня маленькой жизнью.

Мы ведь и правда редко виделись в последнее время.

Его юридическая фирма разрослась, он мотался по всей России, а я оставалась здесь, в Абхазии, управлять домом, хозяйством, детьми, но я не жаловалась, я знала, что он строит будущее для нас, для наших детей.

Глава 2

А потом из машины вышла женщина примерно моего возраста, может, чуть моложе.

Худощавая, с бледным, даже каким-то прозрачным лицом, обрамлённым тёмными волосами, убранными в аккуратный пучок.

У неё были большие глаза, которые смотрели на меня с выражением, которое я не смогла определить сразу.

То ли испуг, то ли мольба, то ли торжество.

Она стояла у машины, прижимая к груди маленькую сумочку, и не двигалась.

Вся её фигура излучала покорность и беззащитность.

Вокруг вдруг стало очень тихо.

Даже девчонки перестали галдеть и притихли, прижавшись к отцу.

Ветер стих.

Солнце забежало за облако.

Я смотрела на эту женщину, потом переводила взгляд на Джамала, и в голове у меня был только белый шум.

– Джамал... – прошептала я одними губами. – Кто это?

Он недолго молчал, смотрел в сторону, на горы, на горизонт, куда угодно, только не на меня.

Тишину нарушила тётя Роза.

Она спустилась с крыльца и, к моему полнейшему изумлению, направилась прямо к этой женщине.

– Гызмал, доченька, приехала наконец, – сказала свекровь голосом, полным такой нежности, какой я от неё не слышала никогда. – Ну что ты стоишь? Проходи в дом, с дороги устала.

Это имя запало в мою душу, как камень в тёмный колодец.

Я слышала это имя однажды и очень давно, в разговоре, который не предназначался для моих ушей.

Я перевела взгляд на мужа.

Вот только теперь я смотрела на него не как любящая жена, а как следователь, который видит перед собой преступника.

– Джамал, – мой голос прозвучал хрипло, я слышала себя как будто со стороны. – Ответь мне. Сейчас же. Кто эта женщина и что она делает в нашем доме?

Он наконец поднял на меня глаза.

В них была странная, пугающая решимость.

Сердце почуяло неладное.

– Лада... – начал он, шагнув ко мне, протянул руку. – Лада, давай зайдём в дом и спокойно поговорим. Не при детях.

– Не при детях? – во мне стала закипать ярость. – Ты привёз какую-то женщину в наш дом, в дом, где живут твои дети, и говоришь «не при детях»? Кто она, Джамал?

За него ответила тишина и взгляд Гызмал, которая теперь смотрела на меня уже не с мольбой, а с тихим, уверенным превосходством.

Вера, моя старшая дочка, испуганно прижалась к моей ноге и тихо спросила:

– Мам, а это тётя кто? Она будет с нами ужинать?

Я машинально погладила Веру по голове, но взгляда от Джамала не отводила.

Я ждала, молча требовуя ответа.

– Лада, – выдохнул он. – Это Гызмал и она будет жить с нами.

– Жить? – эхом повторила я. – В смысле «жить»? Как гостья? На сколько?

Гызмал сделала шаг вперёд и заговорила впервые.

Голос у неё оказался тихий, вкрадчивый, будто она пыталась всех умаслить.

– Лада, я понимаю, это неожиданно, – сказала она, прижимая руку к груди. – Я не хотела вас беспокоить. Правда. Но Джамал настоял. Он такой добрый, вы же знаете. Моя ситуация тяжёлая, я одна осталась, совсем одна... Он пожалел меня.

Я перевела на неё взгляд.

Пожалел? Он решил её приютить?!

Мой муж, властный, гордый Джамал, привозит в дом женщину, которую пожалел?

И его мать встречает её как родную, называет «доченькой»?

– Какую ситуацию? – спросила я, чувствуя, как внутри меня все сжимается в тугой, болезненный узел. – Кто ты такая?

– Я вдова, – Гызмал опустила глаза, и на её ресницах блеснула идеально выдавленная, вовремя появившаяся слеза. – Мой муж умер недавно. Я осталась совсем одна, никого нет. А Джамал... мы же с ним знакомы давно, ещё с юности. Он не мог пройти мимо моей беды.

С юности?!

Я резко повернулась к Джамалу.

В голове у меня пронёсся вихрь воспоминаний: наша встреча, когда нам было по девятнадцать и восемнадцать, страсть, беременность, его клятвы, наш отъезд в Абхазию.

А до меня? Что было до меня?

– Джамал, – мой голос упал до шёпота, громко сказать не смогла, потому что перехватило горло от волнения. – Подойди ко мне.

Джамал не сдвинулся с места.

– Посмотри на меня, – приказала я.

Он поднял взгляд.

– Скажи мне, Джамал, – произнесла я, чеканя каждое слово. – Ты привёз в наш дом, в дом, где я родила и вырастила троих твоих детей, где я приняла твою веру, твою семью, твою страну, – ты привёз сюда эту женщину просто потому, что пожалел её?

Он молчал.

За него снова заговорила тишина.

И в этой тишине я услышала, как всхлипнула где-то сзади Надя.