Развод с драконом. Врешь, не уйдешь!

Глава 1

Нэльгир

– Когда ты уже получишь от своей старухи развод?

Голос любовницы, вошедшей в кабинет, звучал недовольно, однако Нэльгир не удержался, окинул ее жадным взглядом.

Мерена всегда выглядела невероятно эффектно. Красные обтягивающие платья с глубокими декольте идеально подчеркивали тонкую талию и пышный бюст. Так и хотелось каждый раз содрать эту ткань, взять Мерену и…

Совсем не то, что его законная жена!

Нэльгир невольно поморщился при воспоминании о ней.

Невзрачная, неухоженная, как будто нарочно пытающаяся всеми силами вызвать отторжение.

Он бы вообще не женился на ней десять лет назад, если бы не ее приданое и не сказки о невероятном магическом даре, который якобы передается по наследству в ее семье.

И что?

Никакого дара у нее не оказалось. Пустышка. Даже наследника не смогла родить.

На краю зрения мелькнуло красное платье, и взгляд Нэльгира опять утонул в вырезе любовницы.

С Мереной у них все будет иначе.

– Любимый! – капризным тоном позвала девушка и положила сложенные ладони на пока еще плоский живот, который, несомненно, скоро округлится.

Любовница забеременела за каких-то несколько месяцев, в то время как жене на это не хватило десяти лет!

– Ты хочешь, чтобы твой наследник родился вне брака?

– Нет, милая, – ответил он.

– Тогда почему тянешь? Давно пора было выгнать эту бездельницу из дома!

– Я решу эту проблему…

– Надеюсь, прямо сейчас!

Нэльгир вздохнул.

Она права – пора. Владыка драконов гневается, что у Нэльгира, хозяина важных приграничных земель, до сих пор нет наследника, который обеспечит защиту границы в будущем. Но гораздо сильнее он разозлится, если этот наследник окажется бастардом.

А владыку злить себе дороже, даже когда ты сам дракон.

– Хорошо. Выйди из комнаты, пожалуйста.

– Но я хочу убедиться, что бумага действительно наконец подписана!

– Это дело между мужем и женой! – рыкнул он.

Мерена обиженно надула пухлые губки, но вышла, так вертя задом, что Нэльгир на несколько мгновений опять потерялся во времени и пространстве. Как же хороша!

Пусть на нее иногда приходилось порыкивать, ему это в глубине души нравилось. У любовницы хотя бы есть характер! Не то что у безвольной жены.

Он позвонил в колокольчик.

Всего через несколько мгновений в дверях появилась жена. Вся серая, усталая, с этим заискивающим взглядом…

Нэльгира аж передернуло.

– Ты чего-то хотел, дорогой муж? – покорным голосом спросила она.

– Подпиши бумагу, – сухо сказал он, доставая договор из ящика стола.

Эллина уже взяла перо и обмакнула его в чернильницу, но наконец удосужилась прочитать заголовок. Глаза расширились.

– Развод? – пораженно прошептала она.

Дракон опять поморщился.

– Не надо изображать удивление. Ты должна была понимать, что рано или поздно это случится. Мне нужен наследник. Я терпел тебя десять лет, но всему есть пределы. Поставь подпись, и мы станем друг от друга свободны.

Она замерла с пером в руках.

– Мне… мне нужно подумать.

– О чем здесь думать? – разозлился Нэльгир. – Я уже обо всем позаботился за тебя! Бумаги составлены давно. Тебе отойдет участок земли в Эргионе, поселишься там.

– Но это же самый край света…

– Не так уж далеко отсюда! Да, там пустынно, зато тебе будет спокойно вдали от городской суеты.

– Но мне все равно нужно подумать…

– Сколько? – перебил он.

– Хотя бы месяц…

– Слишком много. Что тебе мешает подписать прямо сейчас? – все сильнее распалялся дракон.

– Мы же прожили с тобой десять лет, Гир! – в ее голосе появились нотки отчаяния. – Может, ты переменишь мнение…

Нэльгир чуть не расхохотался.

Сколько еще ему ждать и надеяться на чудо? Он и так терпел эту старуху чересчур долго!

– Уже не передумаю. У меня ребенок, Эллина, – отчеканил он. – От другой женщины. Он должен родиться в законном браке. Точка.

Жена побледнела, хотя куда уж ей еще сильнее белеть? И так из дома на свет неделями не выходит, оправдываясь валом домашней работы. Как будто у них нет слуг!

Она плотно сжала губы и положила перо на стол. В глазах появилось новое, странное выражение, которое дракону не понравилось.

– Дай мне подумать… хотя бы час.

И Эллина впервые на его памяти развернулась и направилась к выходу, не дождавшись на это разрешения мужа.

Глава 2.1

– Держи хулиганку! – орала я, припустив за соседской кошкой.

Это было не животное, а настоящая дьяволица, ей-богу! Здоровая, черная, лоснящаяся, с когтями-саблями. Ее даже участковый до смерти боялся.

И вот этой глупой кошатине приспичило забраться ко мне в дом и спереть плюшевую игрушку, которую я сшила для правнучки.

Семейство должно было приехать уже через два дня, в канун Нового года. Всей большой и шумной компанией – мои дети, их внуки, правнуки… Шутка ли, мне уже восемьдесят три. В таком возрасте каждый год может стать последним.

Подарки для всех я сделала собственными руками. Ну а чем еще заниматься в деревне?

Я жила одна, но не скучала. Из города постоянно приезжал погостить кто-нибудь из родственников, да и дом в хорошем состоянии – отопление есть, вода есть. Не Средневековье же на дворе. У нас даже пункт «Озона» в прошлом году разместили!

И надо же было чертовой кошке…

Нет, я бы успела что-нибудь придумать и заменить подарок. Но игрушку я дошить не успела, и в ней остались иголки, которые дуреха мохнатая могла проглотить.

Жалко Божью тварь, хоть она и вреднючая!

– Куда мчишь, Петровна, как девочка? – окликнул сосед, провожая меня удивленным взглядом.

Я только отмахнулась. Дыхалки не хватало. И правда, я ж не молоденькая, да по снегу еще попробуй побегай. Вроде двадцать первый век, а дороги расчищать никак не научатся!

Сердце начало опасно покалывать. Чуть не грохнувшись в очередной сугроб, я наконец остановилась.

Кошка тоже замерла и оглянулась на меня, сверкая желтыми глазами. В зубах она все еще держала несчастного медведя.

– Да брось ты его, балда! – крикнула я. – Покалечишься.

Будто в самом деле меня поняла, кошка выплюнула игрушку. Я могла бы поклясться, что шерстяная дьяволица улыбается.

Только рассмотреть наверняка у меня не получилось. В глазах начало темнеть, а сердце пронзило характерной болью.

«Ох», – подумала я и рухнула в снег.

Падение отчего-то получилось жестким. Сразу заныли ушибленные локоть и пятая точка, а голова как о камень ударилась. Точно будет шишка. Вот ее-то мне и не хватало!

Слава богу, хоть сердце болеть перестало. Кажется, приступ миновал.

Поморщившись от ломоты в теле, я открыла глаза…

И грохнулась второй раз.

Мирная российская деревенька с укутанными снегом домиками и развешанными повсюду новогодними гирляндами исчезла. Меня окружали книжные стеллажи и каменные стены. На полу горели свечи, а половицы были испачканы мелом.

Глава 2.2

Оккультизмом я не увлекалась, но это сильно смахивало на круг призыва демонов, как в фильмах. Только на носу вообще-то Новый год, а не Хэллоуин, так что какая-то несвоевременная шуточка…

Но больше всего меня изумило окно. Узкое, стрельчатое, с толстым мутноватым стеклом – не цельным, а собранным из ромбиков. Разве сейчас такие делают?

Да и на потолке, если задуматься, нет электрической лампочки…

Сзади раздался хлопок. Я резко повернулась и увидела в дверях молоденькую девочку в наряде, каких тоже не носили, наверное, лет двести, а то и все пятьсот.

– Госпожа Эллина! – ахнула она. – Вы ударились?

А сама ни шагу ко мне не сделала, чтобы поднять старушку. Что за молодежь пошла? Еще и имя мое перепутала. Какая еще Эллина? Ангелина я! Петровна.

– Ты кто? – спросила я.

Полоумная ахнула второй раз и захлопнула дверь.

Ладно, фиг с ней, сама поднимусь. Хоть и восемьдесят три, а еще не совсем развалюха.

Но когда я наконец опустила взгляд и посмотрела на себя, то опять невольно помянула черта.

Где мои валенки? И дубленка? Что за серое платье? Причем схожего фасона с тем, что было на девчонке, назвавшей меня чужим именем!

Наконец догадавшись, в чем дело, я вздохнула.

Ясно. Я померла и оказалась на том свете.

Вот только вопросик, на каком именно. Рай-то, как говорят, совсем иначе выглядит, а ад я вряд ли заслужила.

Двоих детей хорошо воспитала, внуков тоже, с работы никогда домой ничего не подворовывала, даже в лихие девяностые. Ну, материлась иногда. Не считать же серьезным грехом, что я Ваську в третьем классе линейкой по башке стукнула? Так по делу же! Он девчонок за косички дергал!

Дверь опять распахнулась, но на пороге кроме недавней девчонки появился еще и какой-то мужик лет тридцати в той же одежде, будто из фильма про мушкетеров. Лохмы по плечо, накачанный весь такой. И вроде ничего, но что-то мне не понравилось в его глазах…

Будто ящерица он скользкая.

– Здрасьте, – пошла я на опережение. – А я вообще на каком свете, не подскажете?

– Эллина, что с тобой? – прошипел мужик, тоже почему-то не спеша мне на помощь.

С этикетом у них тут явно проблемы. Это не радовало.

– Ты кто, милочек? – поинтересовалась я.

– Дражайшая супруга, если ты решила разыграть этот спектакль, чтобы не подписывать документ о разводе, то у тебя ничего не получится, – процедил он.

Супруга?..

Да я своего муженька больше сорока лет назад похоронила и вздохнула после этого, прости Господи, с облегчением. Кобелина и налево хаживал, и деньги пропивал, и как только нам с детьми жизнь ни портил.

Я бы развелась, но судьба меня раньше от этого спасла – муж сам с дружками допился до белочки и утонул в проруби при свидетелях.

В глазах вдруг поплыл туман.

Я уже обрадовалась, что все это было простой галлюцинацией и сейчас меня вернет обратно к семье, но перед внутренним взором понеслись, сменяя друг друга, картины. Летящие в небе драконы, свадьба, большой красивый особняк… И везде один и тот же мужчина – тот, который стоял передо мной.

Мало того, он умел превращаться в дракона. Не зря мне показалось, что он ящерица…

Кем бы ни была предыдущая хозяйка моего тела, она действительно вышла за него замуж. И судя по последнему, крайне неприятному воспоминанию с участием какой-то дамочки в красном обтягивающем платье, он был ничем не лучше моего Колюшки, разве что не пил. Только мой-то хотя бы баб домой не таскал, а этот при живой жене любовницу в особняке поселил.

Значит, я все-таки в аду…

Визуалы героев

Нэльгир

Ангелина Петровна до попадания в другой мир

Ангелина Петровна после попадания в тело Эллины

Ну и кошка)) Куда без нее))

Глава 3.1

– Что ты здесь делала? – продолжал рычать на меня «муж».

Я еще раз пристально его оглядела. Новые воспоминания в голове не всплыли, но мнение об этом кренделе уже сложилось отрицательное. Что это он на меня голос повышает? Я ему жена, а не прислуга какая-нибудь!

Тьфу… В смысле не я, а эта Эллина, которой меня все называют. Похоже, злая судьбинушка наказала меня за какие-то грехи и назначила роль в безумном потустороннем спектакле. Выбора нет, кроме как изображать супругу этой ящерицы.

Только я хоть и планировала отправиться в рай, но терпеть некоторые вещи готова не была.

Я повторно проиграла в памяти последнее воспоминание, самое свежее. Кажется, события из него случились буквально с минуту назад, и именно они заставили Эллину пойти сюда и сделать… Ну, то, что она тут сделала.

Эллина собиралась войти в кабинет к мужу и уже подняла руку, чтобы постучать, но услышала голоса и слово «развод». Вроде бы ее еще и старухой обозвали?

Ох, не встречались эти ребята с настоящими старухами.

– Да вот решила пол разметить под покраску, а то облез что-то, – ответила я.

– Со свечами на полу?!

– Так зрение подводит… Я ведь уже старая, – усмехнулась я. – Голова закружилась, вот и упала.

Зубы муженька заскрипели.

– Хватит играть со мной, Эллина. Я почувствовал исходящий отсюда магический всплеск.

– Какая еще магия, дорогой? – совершенно искренне изумилась я. – Ты, наверное, выпил с утра, и теперь мерещатся всякие глупости.

– Господин Нэльгир, всем же известно, что госпожа не владеет магией, – пробормотала девчонка, неожиданно вставая на мою сторону.

Дракон зло зыркнул на нее, но, к счастью, никак это не прокомментировал.

– Вставай и иди подписывать документы, – прошипел он мне.

– Дай хоть пять минут в себя прийти, – спокойно ответила я. – Видишь, жена твоя упала и ушиблась. Мог бы помочь, поднять, а вместо этого стоишь на меня пасть разеваешь. Хорош супруг…

– Да как ты смеешь!..

– Как законная жена смею, – отрезала я. – Скоро спущусь, жди.

Челюсти муженька вновь заскрежетали, даже кулаки сжались. Однако Нэльгир – кажется, так его звали, – проглотил это и действительно пошел вниз.

Я медленно, боясь рухнуть обратно, встала и одернула платье.

Просто поразительно – колени не болели совершенно и поясницу не прихватило. Да со мной такого лет сорок не случалось!

До девочки наконец дошло, что неплохо бы помочь. Она кинулась ко мне, но я уже твердо стояла на ногах и отмахнулась от нее.

– Послушай… э-э…

Я надеялась, что видения в голове, подсказавшие, что тот мужчина – супруг Эллины, напомнят и имя девушки. Однако воспоминания то ли не сохранились полностью, то ли просто подчинялись не мне, а чьей-то высшей воле. После секундного раздумья я решила, что передо мной, наверное, служанка, раз называла нас с драконом господами.

– Девочка, – выкрутилась я. – Отведи меня в мои покои. У меня все еще голова кружится.

Старомодное слово «покои» само сорвалось с моих губ. Я вдруг поняла, что и не слишком-то удивилась существованию драконов, хотя это противоречило науке и просто здравому смыслу.

Но раз я умерла и нахожусь на том свете, то почему бы и нет? Здесь что угодно может существовать, хоть розовые единороги, какающие пионами. И похоже, какая-то часть меня, прежде бывшая Эллиной, женой дракона, уже подстроилась под новые реалии.

Впрочем, я и сама всегда была не промах.

Девушка, услужливо подхватив меня под локоть, довела до просторной комнаты. Оглядев ее, я покачала головой.

Односпальная узкая кровать, заваленный бумагами стол с парой стульев, платяной шкаф – вот и все «покои». Странно, воспоминания же ясно свидетельствовали о том, что муж Эллины богат. И где это богатство?

– Спасибо, ты свободна, – сказала я девушке, отпуская ее, а сама подошла к зеркалу в углу комнаты.

Оттуда на меня смотрела молодая женщина всего лишь лет тридцати. Ничего себе нашли старуху! Да, ради справедливости, Эллина оказалась чересчур бледная, худая и подзапущенная. Вот что это за кулек на голове вместо прически? И грех с такой фигурой носить мешковатое серое платье!

Ай-яй-яй. Юные почему-то считают, что их молодость и красота будут длиться вечно, поэтому можно за собой не ухаживать. Я на собственном опыте выяснила, что старость бьет по темечку обухом топора, пока ты бегаешь весь в работе и заботах о семье, веря, что у тебя еще лет десять впереди. Ага…

Решительным жестом я распустила волосы, и они каштановой волной легли на плечи. Вот уже совсем другое дело. Даже лицо немного изменилось, стало мягче. Я поискала поблизости косметические принадлежности, но ничего, кроме расчески, не нашла и осуждающе поцокала языком.

Ладно, нездоровый цвет лица и худобу исправим прогулками и правильным питанием. А сейчас можно начать с малого и сменить этот мешок, называемый платьем, на что-то поприличнее.

Все-таки когда-то давно Эллина себя ценила, потому что в гардеробе нашлось элегантное изумрудное платье с декольте. Переодевшись, я наконец-то почувствовала себя женщиной, а не замарашкой, довольно кивнула своему отражению и уже собралась выйти в коридор, но остановилась, задумчиво разглядывая кипу бумаг на столе.

Глава 3.2

Я аккуратно сложила документы и припрятала в шкафу поглубже. Пусть пока там побудут. Только после этого наконец покинула комнату, чтобы направиться к «дражайшему супругу»…

И, вздрогнув, замерла, остановленная скрипучим голосом:

– Ты куда собралась в таком виде, как дешевая балаганная актриска? Жена дракона не имеет права так одеваться!

Я медленно развернулась. Передо мной стояла пожилая женщина, может, немногим помладше меня… Ну, в смысле меня – Ангелины Петровны, а не меня – Эллины. Худая, морщинистая, она выглядела так, словно всю жизнь мучилась запорами.

Память опять молчала, но по сходству лиц легко угадывалось, что передо мной мать Нэльгира. И в глазах та же скользкость.

Одета она была соответствующе – бархатное платье с воротником под горло, ожерелье из крупных драгоценных камней на груди, на каждом пальце по золотому кольцу. При этом у Эллины в ларчиках не отыскалось даже самого завалящего серебряного кулончика.

– Н-да, затюкали бедную девочку, – пробормотала я, раздумывая об Эллине.

Теперь было понятно, почему она так себя запустила.

– Что-что ты там шепчешь? – требовательно спросила свекровь.

– Что иду к мужу, – громко произнесла я. – Похоже, он, в отличие от вас, ничего не имеет против дешевых балаганных актрисок.

– Как ты смеешь оскорблять моего сына! – вспылила она.

Даже интонации те же самые. Ясно, в кого сыночек пошел.

– Это он оскорбил меня, заделав ребенка на стороне, – заметила я.

Свекровь даже не бровью не повела. Ну понятно, она все знала, и давно.

– А что ему еще было делать, если ты со своей главной задачей не справилась? – холодно поинтересовалась старуха. – Сказала бы спасибо, что он ждал целых десять лет!

Прочитав бумаги на столе Эллины, я уже знала, почему на самом деле он столько ждал. Ответ был прост: тратил приданое жены. Закончилось бы оно раньше, и развод наверняка тоже случился бы раньше.

Я не стала оповещать об этом свекровь. Она изо всех сил напрашивалась на сюрприз, вот пусть его и получит.

Я просто развернулась и зашагала дальше по коридору, проигнорировав неприятную старуху.

– Как хорошо, что мне это последний день терпеть, – опять пробормотала я себе под нос.

– А ну вернись! – прошипела она вслед. – Я с тобой еще не закончила разговаривать!

– А я закончила, – спокойно ответила я, не оборачиваясь. – У вас прислуга есть, вот ей и приказывайте. А я вам не служанка.

Свекровь позади аж захлебнулась от возмущения. Видимо, невестка таким тоном с ней общалась впервые в жизни. А зря, давно пора было.

– Хамка! – донеслось в спину.

Прекрасно. Пусть лучше считают хамкой, чем садятся на шею.

Я лишь понадеялась, что сама такой вредной свекрухой для своих детей не была никогда. Правда, теперь уже в любом случае ничего не исправить… Но по крайней мере я могу исправить жизнь Эллины.

В кабинет Нэльгира я вошла без стука. И явно опять нарушила какую-то местную традицию, потому что с колен супруга, охнув, соскочила девица в вульгарном красном платье с таким вырезом, что содержимое того и гляди вывалится.

И опять н-да. Это меня балаганной актриской только что обозвали, а между тем мой наряд по сравнению с тряпочками мужниной любовницы больше походил на монашескую рясу.

– Ты не постучала! – процедил дракон.

Спасибо и на том, что у него штаны оказались на месте, а не спущены.

Я невозмутимо пересекла кабинет и села в кресло перед его рабочим столом.

– Прости, забыла, что я у себя дома.

– Скоро он перестанет быть твоим! – гордо объявила вертихвостка.

Я смерила ее взглядом. Нет, кажется, она не ящерица, но в глазах все равно ничего хорошего не светится.

– Что, ты теперь никакие документы без ведома своей новой госпожи не подписываешь? – осведомилась я у Нэльгира, демонстративно игнорируя его любовницу.

Та аж покраснела от злости. Я хмыкнула.

Ей больше идет, когда лицо по цвету не отличается от платья.

– Она мне не госпожа, а будущая жена, – сухо поправил муж, тем не менее обратившись к ней: – Мерена, выйди.

– Мерена, дочь свиньи и мерина, – не удержавшись, пробормотала я.

С таким имечком не удивительно, что характер будет не очень.

– Как ты меня назвала?! – вспыхнула девица.

Глава 3.3

Лицо Нэльгира вдруг исказилось, как будто он изо всех сил подавлял рвущийся наружу смешок. Спустя секунду он наконец с собой справился и повысил голос:

– Мерена, я жду.

Любовница полыхнула на него глазами и все же покинула кабинет, виляя бедрами так, что чудом не завалилась набок. Дверь звучно хлопнула, закрываясь.

Ага, конечно. Я бы свой лучший набор макраме поставила на то, что девица раскорячилась с той стороны и подслушивает в замочную скважину.

– Эллина, – произнес Нэльгир с новой, странной интонацией, окидывая меня взглядом, – по какому поводу принарядилась?

– Так не каждый день развожусь, – бодро ответила я. – Где документы? В первую очередь меня интересует, что я получу после развода.

Дракон нахмурился, открыл ящик стола и положил передо мной бумаги. Я быстро, но внимательно их изучила.

Мне доставался небольшой участок земли с домом в провинции, которая называлась Эргион. Пока что это слово мне не говорило ни о чем, зато в письмах на столе Эллины оно появлялось. Это было единственное владение Нэльгира, которое не пожирало деньги, впрочем, не принося и дохода. Просто потому что, кроме старой развалюхи, там ничего не было. Пустырь с двумя слугами, которые не получали платы, поскольку сами жили в доме и вели хозяйство.

Я призадумалась. Нэльгир, наверное, считал, что бросил мне объедок, который не жалко. Однако я только что видела счета из других его владений и понимала, что мне еще повезло. За домом в Эргионе хотя бы не числится огромных долгов.

Ну а жить в тяжелых условиях мне не привыкать. В былые времена и печку дровами топила, и воду из колодца ведрами таскала. Ничего, не померла.

– Мне нужны выплаты, – сказала я, прочтя документы.

– Ты не получишь больше ни медяка, – отрезал Нэльгир. – Я и так сделал тебе щедрый подарок, хотя имею право вернуть тебя родителям хоть в одном исподнем. Ты пустышка во всех смыслах, я ничего тебе не должен.

Ага, просто взял приданое и растратил его, вдобавок загубил жизнь честной девушке. А так, конечно, ничего не должен.

– Хорошо, – сказала я.

У супруга расширились глаза. Кажется, он не ожидал такого быстрого согласия.

– И… всё? – недоверчиво уточнил он.

– На самом деле нет, – хмыкнула я. – Пропиши в бумаге отдельно, что я могу забрать с собой все свои наряды и драгоценности, если таковые вообще есть.

– Но это само собой подразумевается! Не лишу же я тебя даже платьев…

– Ты, может, и нет. А за твою новую жену поручишься? – холодно поинтересовалась я.

– Мерена не такая, как ты думаешь! – сразу огрызнулся он.

– Ага, конечно, не такая, – охотно кивнула я. – Наверняка она простолюдинка, но гордо откажется от титула, который ты ей предложишь, ведь она выходит за тебя замуж не ради этого. И дорогие подарки ей совсем не нужны. А забеременела она как быстро, не подскажешь? После первого же раза небось? Ты с ней до этого долго был знаком? Уверен, что ребенок вообще твой? А если он родится блондинчиком с голубыми глазами, что будешь делать?

Глаза Нэльгира непроизвольно дернулись в сторону. Сам он был темноволосым и темноглазым.

Значит, где-то я попала в точку и дракоша засомневался в том, от него ли будет ребенок. Что ж, это уже не мои проблемы.

– Мои отношения с новой женой и моим будущим сыном тебя не касаются, – выразительно произнес он после паузы. – В любом случае внесение изменений в договор потребует времени.

– Сколько?

– Неделя, может, две. Все зависит от того, как быстро адвокат сможет внести изменения и заново заверить документы…

Муженек не договорил и низко сдвинул брови над переносицей.

Задержка ему не нравилась.

Мне, честно говоря, тоже.

Мерена – ушлая девица из тех, кто не погнушается и отравить соперницу. Я же, вернее Эллина, слышала, как она настаивала на срочном разводе. Значит, в скором времени готовится какая-то афера, и благоразумнее мне в этот момент находиться подальше отсюда и не иметь к Нэльгиру никакого отношения. Пусть дурак сам расхлебывает кашу, которую заварил.

– Ты же наверняка можешь какую-нибудь расписку от руки черкнуть и поставить свою подпись, – предложила я. – Этого должно хватить.

После секундной заминки Нэльгир кивнул.

– Ладно.

И принялся что-то строчить на чистом листке бумаги.

Всего через минуту я получила свою копию всех документов с подписью супруга, теперь уже бывшего. Оставалось их подписать самой. Нэльгир протянул мне перо, я его взяла…

И замялась.

Какая у этой Эллины роспись-то? Сейчас как облапошусь, великая комбинаторша…

– Что, опять начнешь рассказывать, что тебе нужно подумать месяц-другой? – рыкнул муженек.

Вдруг накатила такая злость на него, что я опустила руку и машинально вывела имя, даже не глядя на бумагу. Уже когда посмотрела туда, то с облегчением обнаружила красивую закорючку, которая разительно отличалась от моей собственной подписи.

Глава 4.1

За окошком кареты тянулась ледяная пустошь с редкими деревьями. Вдалеке высились заснеженные горы. Тянулись вверх, к низким облакам, дымные «столбики» из печных труб сельских домов.

Вздохнув, я задернула шторку и поправила угольки в маленькой переносной жаровне. Только благодаря ей в экипаже и сохранялось какое-то тепло.

Разглядывать пейзажи за окном мне было интересно… примерно первые два дня. Тогда они обладали еще хоть каким-то разнообразием. Потом начали друг друга сменять унылые леса с голыми деревьями и белые поля, и смотреть стало особо не на что.

Никто и не скрывал, что Эргион, куда Эллину отправил муженек, это пятая точка мира. Из слуг со мной никто туда не поехал, развлечься беседой было не с кем. Я убивала время, листая книги, которые захватила с собой из дома Нэльгира, погружаясь в воспоминания и понемногу рукодельничая, насколько это вообще позволяла трясущаяся, темная и холодная карета.

Ее тоже придется вернуть бывшему мужу. Я хмыкнула, вспомнив, как Мерена чуть на мыло не изошла, узнав, что мои драгоценности и платья уезжают со мной. Было б еще тех драгоценностей много! Все оказалось заложено-перезаложено. Как итог, у меня остались только единственные сережки в ушах и обручальное кольцо.

Его я, естественно, в тот же день сняла.

Натерпится муженек с новой женушкой… Так ему и надо.

А меня впереди ждала новая жизнь. Неизвестная, непонятная, немного пугающая.

Впрочем, сложностей я давно перестала бояться. С тех пор как поняла, что старая поговорка права – терпение и труд действительно все перетрут. А уж ленью я никогда не страдала.

Экипаж вдруг замедлился. Странно, мы же должны были доехать до усадьбы только вечером? Я высунулась в окно и увидела впереди на дороге что-то вроде поста стражи с парой домиков на обочине.

– Что там такое? – крикнула я кучеру.

– Въезжаем в Эргион, госпожа, – пояснил тот. – Вы разве забыли? Это же драконий край. Здесь свои правила.

Ах да… Что-то такое я припомнила.

Королевство Тамер, в которое меня угораздило попасть, было достаточно крупным и делилось на провинции. Эргион представлял собой маленькую страну внутри страны – горный регион на окраине Тамера с обширной пустынной территорией. Но тот, кто решил бы, что это край нищий или не важный, сильно ошибся бы.

Эргион был родиной драконов. Крылатые ящеры летали далеко, а жили долго. В местных пещерах веками копились золото и драгоценности. Даже сейчас, когда Эргион давно находился в составе Тамерского королевства, он сохранял особое положение. Здесь действовали свои традиции, сложился собственный уклад, нравы отличались от всех остальных в Тамере.

А правил провинцией владыка драконов – дядя тамерского короля, его главный военачальник. Сейчас, правда, он отошел от дел, но недооценивать его не следовало. Нэльгир, сам драконий лорд, боялся этого мужчину как огня и не смел ему перечить.

При воспоминании об этом я с невольным раздражением постучала кончиками пальцев по сиденью.

Именно владыка драконов требовал от Нэльгира, чтобы тот наконец обзавелся наследником, иначе его земли отойдут непонятно кому. Конечно, владыка не виноват в том, что муж Эллины – козел с крыльями, но, как говорится, осадочек остался.

Экипаж скрипнул и остановился.

– Стража Эргиона, – донеслось снаружи. – Пожалуйста, откройте дверь и предъявите бумаги, разрешающие въезд.

Пробормотав пару нелестных определений в адрес людей, которые мешают одиноким женщинам спокойно трястись в карете, я поковырялась и вещах и выудила подорожную грамоту. Затем сама раскрыла дверь и вышла к ожидающим мужчинам в красно-золотых доспехах – цветах провинции.

Главный из них принял у меня бумагу и принялся внимательно ее читать. И чем дальше, чем выше поднимались его брови.

– Леди Эллина Гедимейт? – воскликнул он, вытаращившись на меня и заглянув через мое плечо внутрь кареты. – И вы без сопровождения?

– Вас это так беспокоит? Разве я не имею права путешествовать одна?

– Простите, – тут же подсобрался мужчина. – Конечно, имеете. Дело в том, что по соседству недавно начала бесчинствовать банда разбойников, и женщине, тем более из благородного рода, опасно ездить в одиночку.

Я сложила руки на груди и многозначительным взглядом окинула пустующий тракт.

– Что ж, ничего не поделаешь, полагаю. Поблизости нет никого, с кем я могла бы объединиться в компанию, а охрану вы мне вряд ли выдадите, верно?

Последнее я брякнула просто так, только чтобы соответствовать образу аристократки. Однако мужчина как-то даже побледнел. И почти сразу же его лицо просветлело.

– Подождите немного, пожалуйста, – услужливо произнес он. – Мне нужно доложить командованию.

Теперь уже брови приподняла я.

Какое еще командование? Вокруг поле и два домика со строением, напоминающим сторожевую башню. Как у нас простых уборщиц гордо именуют менеджерами по клинингу, так и у них тут каждый пастух – отважный генерал отары, что ли?

Глава 4.2

Вместе с драконами в этом мире определенно существовала магия, но я пока плоховато разбиралась в ее возможностях, уяснив только то, что телепортацию и маховик времени, увы, не изобрели. Может, у них есть что-то вроде телефонов? Да вроде тоже нет, развитие цивилизации где-то на уровне все тех же мушкетеров. Не на многое та магия и способна…

Ладно, чего голову ломать. Подожду.

Всего через минуту скрывшийся в одном из домиков стражник вернулся обратно. Но в компании.

При виде статного темноволосого мужчины в красном плаще с золотыми эполетами я невольно приосанилась.

Настоящих офицеров всегда видно издалека. Не штабных крыс, а таких, которые хлебнули грязи на поле боя и повидали многое, но не сломались. Есть у этих людей что-то эдакое в осанке, движениях, взгляде, что позволяет их безошибочно выделить среди обывателей.

Особенно выражение в глазах. Потому что этот мужчина как посмотрел на меня, так у меня ноги чуть не подогнулись от того, какой жар там полыхал.

«Ай-ай-ай, Ангелина Петровна», – осуждающе подумала я, жалея, что под рукой нет веера, чтобы обмахнуть лицо. Хотя, наверное, посреди сугробов это бы очень странно выглядело…

На мужчин я уже сколько не заглядывалась? Лет тридцать, сорок?.. Когда благоверный утоп, я еще оставалась молодой, но оказалось не до шашней – детей бы поднять. Да и в любом случае тогда были не те времена, когда кто-то захотел бы брать вдову с «приданым» в виде голодных ртов. Это потом уже люди начали относиться к таким вещам попроще, только и я успела состариться. Романтика стала не нужна.

А сейчас молодое тело, что ли, так реагировало на красивого мужика? Ну да, бедная Эллина от летучего козла своего настоящей ласки-то так и не дождалась.

Тем более что офицер оказался и в моем вкусе. Уже лет за сорок, крепкий, вид волевой, облик благородный. Руки такие, что железный прут согнут без труда. В общем, загляденье, а не мужик!

Он поклонился мне и обратился голосом таким низким и бархатным, что от него по телу табунами поскакали сладостные мурашки.

– Леди Эллина, какой неожиданный и приятный визит.

Я присела в реверансе – благо рефлексы Эллины и сейчас сработали как надо. Но в груди запиликала тревожная сирена.

Офицер назвал меня по имени – это фамильярность по местным понятиям. Может, мы знакомы? А память, зараза, опять и не думает просыпаться!

Поэтому я с вежливой улыбкой молчала в надежде, что он сам что-то прояснит.

– Позвольте поинтересоваться, почему лорд Нэльгир отправил вас так далеко от дома без сопровождения? – продолжил он.

Ага, значит, действительно знакомы, раз ему известно, где Эллина жила и кто ее муж.

– Потому что Нэльгир мне больше не супруг. Мы развелись, – пояснила я.

На лице у него появилось изумленное выражение.

– Мне никто ничего об этом не сообщал… Простите за бестактный вопрос, но что послужило причиной развода?

– То, что мой бывший муж – козел чешуйчатый, – спокойно сказала я.

Стражник почему-то закашлялся, а глаза офицера странно сверкнули.

– Что, в вашей провинции по таким причинам не разводятся? – уточнила я.

– Вообще-то нет, – прочистив горло, ответил офицер. – Но, пожалуй, могу вас понять. Я уведомлял Нэльгира о разбойниках, которые хозяйничают в том числе и в его владениях. То, что он ничего с этим не сделал, да еще отправил вас сюда без охраны, его не красит вне зависимости от того, жена вы ему или нет. На ваше счастье, дежурная проверка привела меня сегодня на этот пост стражи. Скажите, вы ничего не имеете против… экхм… чешуйчатого сопровождения?

– Я что-то имею только против козлов, не важно, в каком они облике.

Он усмехнулся, не замечая того, как старательно его подчиненный отводит взгляд и любуется окрестностями.

А вот я на это внимание обратила и насторожилась.

– Только надеюсь, что вы меня опять поймете, господин офицер. Хоть я и в разводе, но о своей репутации все же забочусь. Поэтому если вы рассчитываете поехать в карете…

– Что вы, – как будто бы искренне веселясь, перебил он. – Это было бы крайне неудобно, да и ставить пятна на репутацию столь благородной дамы я бы ни за что не стал. Я полечу над каретой – повыше, чтобы ваши лошади не испугались.

Поле… что?

Я уставилась на него, но еще больше опозориться дурацкими высказываниями, к счастью, не успела. Офицер изысканно мне поклонился.

– Можете отправляться в путь, леди Эллина. Через пару минут я вас нагоню – для полета мне нужно переодеться.

Он уже выпрямился и опять опалил меня взглядом.

– Рад, что вы вновь осчастливили своим присутствием Эргион.

Только после этого бравый вояка на пятках развернулся и зашагал к домику. Я задумчиво посмотрела ему вслед, потом наконец вспомнила о том, что стражник, проверявший у меня документы, так и остался стоять рядом.

Глава 5.1

Естественно, мне захотелось объясниться с драконом сразу же.

Ага, разбежалась.

Через пару минут из-за домика взмыл крупный белый дракон, поднявший вокруг себя вихрь снежинок. И пусть общение всего с двумя представителями крылато-чешуйчатой расы научило меня относиться к ним настороженно, я не удержалась от восторженного вздоха.

Ну что за грациозные, великолепные существа! Какой размах крыльев, какая изящная длинная шея!

Да, вот как-то так юная, наивная Эллина и влюбилась десять лет назад в одного из них, мрачно напомнила я себе. Что ж у нас, женщин, за судьбинушка такая горькая – влюбляться, думая, что перед нами король небес, в то время как на деле это король козлов…

Стражник рядом опять красноречиво прокашлялся.

– Простите, госпожа. Герцог сказал, что вам нужно ехать. Он мужчина суровый, не любит задержек и неподчинения.

Ну-ну. Пара минут задержки ему не понравятся, а часов восемь до моей усадьбы – это в самый раз. Для бешеной собаки семь верст не крюк, ага.

Я ничего не стала говорить простому солдату и просто вернулась в экипаж, приказав кучеру трогаться.

Снежное поле сменилось лесом, потом холмами. Время от времени я выглядывала в окно, проверяя, как там дракон. Он неизменно оказывался над каретой, то чуть впереди, то сбоку.

Садится ли он вообще для отдыха? Может, драконы – родственники альбатросов?

На самом деле меня волновали вопросы и поважнее. Я покусывала губу, наблюдая за белой фигурой на фоне синего неба.

Зачем герцогу сопровождать малознакомую женщину, пусть хоть сто раз леди, в долгой поездке домой? Ведь моя усадьба находится совсем не рядом с его дворцом, а в небольшом городке Гвенатель, провинциальном во всех смыслах этого слова. Да если бы этот Гвенатель не был лютой глухоманью, муженек бы меня сюда и не отпустил!

Может, Данстар считает, что Нэльгир мне с барского плеча отвалил золотые горы, на которые теперь можно наложить загребущую драконью лапу? Что ж, его ждет разочарование.

Статус после развода у меня тоже смешной – была графиней, стала примерно никем, ведь никакими баронствами или графствами я не владею. Спасибо, что хоть леди не перестала быть.

К родной семье не сунуться. В первую очередь потому что после замужества я стала принадлежать роду мужа, и фарш уже не провернешь назад – развод в отношении моей семейной принадлежности ничего не изменил. Во вторую очередь потому что я больше не Эллина, и на всякий случай мне лучше не попадаться на глаза тем, кто ее хорошо знает. Пока о факте существования попаданцев ничего не слышно, значит, высовываться и объявлять о себе не стоит, а то еще сожгут на костре, объявив каким-нибудь демоном.

Или просто в психушку упекут.

Между прочим, этот дракон фамильярно себя вел, еще и намекнул, дескать, вы тут уже бывали. Может, они с Эллиной не так уж чужды друг другу?

У кого бы выспросить все подробности…

К кучеру не обратишься – он потом все передаст бывшему муженьку. А тот еще какие-нибудь козни выдумает. Ну непроста же он отправил меня одну в долгую дорогу, зная, что в его владениях шарятся бандюки?

И вот зачем ему от меня избавляться? Я же и так на край света уехала, откуда ну никак не смогу помешать его счастливой жизни с новой женушкой. Решил – пусть втихаря меня замочат, чтобы уж наверняка потом претензий не предъявила и не попыталась ничего отсудить?

Было б там что отсуживать!

Примерно в таких размышлениях я провела следующие восемь часов поездки. Как назло, еще и руки оказалось нечем занять, так что я машинально складывала и раскладывала оригами из бумаги, которую в экипаж напоследок сунули стражники. Она свидетельствовала о том, что леди Эллина Гедимейт благополучно въехала в Эргион, не нарушив никаких законов.

Драконы и бюрократия. Вот где настоящая фантастика.

Наконец за окном стали чаще появляться жилые дома. Стали сгущаться сумерки, а кучер обещал, что мы доберемся до усадьбы еще до наступления темноты.

Когда экипаж окончательно остановился, я не стала ни о чем спрашивать возчика и вылезла из кузова сама, уверенная, что сейчас наконец увижу новый дом.

А увидела…

Голого мужика.

И что это был за мужик!

Глава 5.2

Взгляд приковало к торсу, на котором рельефно обрисовывался каждый мускул. Как «Давид» Микеланджело, только в разы лучше и гармоничнее.

Затем глаза невольно поползли ниже, ведь ни штанов, ни хотя бы трусов на мужчине не было. И… хм-м… в принципе я понимала, почему мужик, кем бы он ни был, совершенно не стеснялся бегать даже зимой голышом.

Такие «Фаберже» даже мороз не испортит.

– Леди Эллина, – ехидно произнес знакомый голос. – Кажется, вы забыли главное правило Эргиона.

Я вздрогнула и наконец посмотрела мужчине в глаза.

Охохонюшки-хо-хо… А морда-то герцогская!

– Какое? – уточнила я. – А то от таких зрелищ даже собственное имя забудешь.

Он рассмеялся, низко и бархатно.

– В Эргионе смотрят в глаза. В любых обстоятельствах.

Здесь живут люди сказочной выдержки, если им это действительно удается.

Я уже хотела что-нибудь съехидничать насчет того, что ежа голой попой не напугаешь, а замужнюю женщину – тем более, но перед внутренним взором опять поплыли картины-воспоминания.

Так они с Нэльгиром и познакомились. Он доставлял какое-то срочное известие ее отцу. Девушку выгнали со двора, но любопытство победило, и она подсмотрела, как дракон садится возле их родового замка и превращается в ошеломительно красивого обнаженного мужчину.

Эллину воспитывали в строгости. Ясное дело, что увиденное ее глубоко поразило, а мужчина запал в душу.

Ну а Нэльгиру запало в душу ее приданое.

Впрочем, главное в воспоминаниях было не это. Драконы превращаются в человека и обратно, не сохраняя при этом наряд. Иначе говоря, какая бы магия ни помогала их телам трансформироваться, она ничего не могла сделать с одеждой.

– Ваша светлость, а вы ничего себе не отморозите? – поинтересовалась я.

– Отморожу, – честно сказал он. – Но просто улететь обратно было бы бестактно.

Конечно, а бегать голышом по улице и демонстрировать свои главные драгоценности женщине, которая об этом не просила, не бестактно. Я с понимающим видом кивнула.

– Даже несмотря на развод с Нэльгиром, вы остаетесь частью драконьего общества, – заметил герцог. – Если вам что-то понадобится, особенно если вас начнут донимать разбойники, буду рад вас видеть в своем дворце.

– Спасибо, ваша светлость, – вежливо ответила я. – Надеюсь, для визита к вам мне не потребуется такой же драконий «наряд»?

Данстар рассмеялся.

– Нет, это драконья привилегия. Надеюсь на скорую встречу с вами, и пусть Триединый вас хранит.

На этих словах его воздух вокруг него исказился, как будто я смотрела через какую-то призму. Мужскую фигуру заволокло туманом, но уже через миг тот развеялся, и в небо взмыл белый дракон.

Я проводила исчезающий в сумерках крылатый силуэт задумчивым взглядом.

Мне показалось с непривычки или герцог Эргионский в самом деле со мной заигрывал? Что ж, я в новом теле дама хоть куда, да и он вполне себе ничего… Очень даже ничего, если начистоту.

Может, мне действительно стоит в ближайшее время посетить дворец?..

Только второй раз влипать в историю с мужем-козлом, а учитывая историю Эллины, и третий, я не собиралась.

Так что подожди, дракоша, сперва я обживусь на новом месте, а потом уже поглядим, что ты собой представляешь…

Глава 6.1

Когда белый дракон скрылся за облаками в темнеющем небе, я наконец огляделась.

– Н-да-а-а, – вырвалось у меня уже, наверное, сотый раз за день.

Приехали.

По-видимому, это и была окраина Гвенателя. Улица оставалась пустынна. Пара облезлых куриц и петух гордо вышагивали по обочине, словно местный правитель и его надутые от осознания собственной важности жена с дочерью. К морозу они относились, похоже, как к досадной помехе.

По левую сторону дороги когда-то тоже стояла усадьба, но вместо главного дома высились обугленные деревяшки. Судя по общему запустению и сугробам посреди двора, пожар произошел как минимум несколько лет назад, и хозяева не стали ничего восстанавливать, просто уехали.

По правую сторону картина лишь немногим отличалась к лучшему.

Вся «усадьба» занимала пространство не сильно больше обычного дачного участка. Двухэтажный дом выглядел целым, пусть и достаточно условно. Слой снега на крыше кое-где проседал, будто в кровле были дыры. Хозяйственные постройки почти кричали о своей запущенности, зато кто-то расчистил сугробы во дворе, а дровница полнилась свежими дровами. На первом этаже в одном из окошек теплился огонек.

– Мы уже на месте? – спросила я у кучера, сама не зная, на что надеюсь.

Если он скажет «да», то все зависело от того, налево мне или направо. Если же ответит «нет», то ведь нет гарантии, что дальше не окажется еще хуже.

В общем, как известно, даже если тебя сожрал медведь, у тебя все равно есть два выхода. Правда, оба так себе.

– Вот усадьба Гедимейтов, госпожа, – махнул кучер направо. – Ваши вещи в дом заносить?

Как будто у меня оставались иные варианты.

– Заноси, – сказала я и, пока он с кряхтением стаскивал с кареты единственный сундук, первой направилась в дом.

Калитка была открыта. Впрочем, весь забор находился в таком состоянии, что запирать бессмысленно.

Я прошла по расчищенной дорожке к двери и постучала. Через несколько мгновений раздался глухой женский голос:

– Кого Триединый привел?

– Я леди Эллина Гедимейт, хозяйка усадьбы, – громко ответила я. – Откройте, пожалуйста.

Дверь растворилась. Но вместо радушного приема меня встретили…

Смотрящие в лицо вилы.

– Ой! – держащая их женщина охнула и выпустила вилы из рук. Те с грохотом рухнули на пол. – Леди Эллина, это правда вы!

– А вы кого ждали? – поинтересовалась я.

– Ну… – она густо покраснела. – Вы же тут всего разочек были, когда замуж за хозяина выходили. Конечно, пару раз вы на наши с мужем письма ответили за эти годы, но никто не предупреждал, что вы приедете… Мне вас с лордом Нэльгиром-то и расположить тут негде…

– Я одна, – перебила я женщину, уже начавшую в панике оглядываться на довольно-таки захламленную прихожую. – Если не считать кучера, но он утром уедет обратно.

– Э-э… – окончательно растерялась бедняжка, вытаращившись на меня.

Я внимательно к ней присмотрелась. На вид ей исполнилось лет тридцать пять – сорок, однако на деле она, наверное, была все же помладше. Я не понаслышке знала, как быстро старит тяжелый физический труд в деревне.

Светлые волосы, худое открытое лицо, что важнее – честный взгляд. Может, девица и не семи пядей во лбу, но подвести меня не должна.

– Милая, – мягко обратилась я к ней, перейдя на «ты», – тебя как зовут?

– Сийе, – промычала она.

– Сийе, очень приятно. Можешь называть меня госпожой Линой.

Это был разумный компромисс между Эллиной и Ангелиной. Привыкать к новому мне не слишком-то хотелось – непонятно, сколько продлится это пребывание в аду с драконами. А то, может, уже завтра высшие силы, кто бы там с моей душой ни игрался, решат, что их великий замысел я выполнила и можно вертать меня взад.

Женщина оцепенело кивнула.

– Так сложилось, – продолжила я, – что мы с лордом Нэльгиром развелись. Теперь усадьба принадлежит мне, и жить, кроме как здесь, мне больше негде.

– Д-да, конечно, – выдавила она, похоже, лишь еще сильнее испугавшись. – Только вы уж простите, госпожа, тут все запущено… Мы ж с мужем первые годы-то вас еще ждали, а потом уже и надеяться перестали, что вы с лордом приедете или хотя бы помощь какую-то пришлете.

– А где твой муж? Могу я с ним поговорить?

– Так помер он два года назад… Лихорадка забрала. Теперь мы тут только с дочкой вдвоем живем.

В этот миг, услышав мать, из-за угла робко выглянула девочка лет восьми – вылитая Сийе, только младше.

– Ясно. Завтра мы во всем разберемся, – заверила я. – А сейчас будь добра, сообрази какой-нибудь ужин для нас с кучером и придумай, где ему переночевать. Мы больше недели ехали через все королевство. Немного устали и проголодались.

Глава 6.2

На самом деле все оказалось не так уж плохо, как выглядело со стороны. На стенах все еще висели портреты бывших хозяев, дорогая мебель с бархатной обивкой громоздилась по углам, видимо, чтобы не мешать уборке.

Ну да, все покрылось пылью, кое-где проелось молью, но не исчезло бесследно, хотя слуги давно могли втихаря продать хозяйское имущество, а потом соврать что-нибудь. Естественно, я никак не могла проверить – а вдруг они действительно сбыли какой-нибудь ценный бабушкин фарфор, о котором забыли все, кроме них, а я к тому же и вообще не знала?

Но даже если так, все же они не наглели. Похоже, я не ошиблась в первом впечатлении и Сийе с ее мужем были честными людьми.

Тем временем кучер уже втащил мой сундук в дом и уточнил:

– Наверх нести, госпожа? В господскую спальню?

Сийе, вернувшаяся из кухни на шум, опять покраснела.

– Госпожа, прошу прощения, вам лучше переночевать сегодня на первом этаже. На втором крыша потекла, камины подзабились. Тут-то у меня сил еще хватает порядок поддерживать, а вот там…

– Ничего страшного, – кивнула я, ни капли не удивленная, поскольку чего-то такого и ожидала. – Веди нас туда, куда считаешь нужным.

Но не успели мы войти в комнату, как оттуда с тихим вскриком выскочила та самая девочка, дочь служанки. Может, малышка там играла, хотя скорее, судя по оторопелому виду, пряталась от нас.

Мне стало стыдно. Ребенок уже в ночной рубашке, наверняка спать ложился, а тут ввалились какие-то чужаки, шумят и нарушают привычный уклад жизни.

Дома у меня всегда в кармане каждой домашней кофты лежало по паре леденцов, припрятанных для внуков и правнуков. Я привычно похлопала себя по бокам и запоздало сообразила, что в этом мире пока еще конфет в индивидуальных обертках не изобрели.

Да тут вообще с конфетами было плохо, если уж на то пошло. Пряник раз в год – уже большая радость.

Зато я нащупала на поясе подвесной кошелечек и вспомнила, что сунула туда сложенную в цветок проездную бумагу от поста стражи.

Ну, на безрыбье и рак – рыба. Вытащив бумажную розу, я наклонилась и протянула ее ребенку.

– Деточка, ты нас не бойся. Мы хорошие. Держи вот цветочек…

Но договорить я не договорила. Первой ахнула девочка, а потом уже вздрогнула я сама, чуть не выронив поделку.

Желтоватая, рыхлая, больше похожая на промокашку бумага, из который получился, прямо скажем, не самый лучший образец оригами, прямо на глазах преображалась. Кривоватый бутон насыщался алым цветом, грубые, толстые лепестки утончались. Всего через пару секунд на моей ладони лежал не сложенный документ, а самый настоящий бутон розы.

Етить-колотить, это что ж такое происходит?!

– Прелесть какая! – девочка, ничуть не испугавшись, аккуратно взяла цветок и с восторгом вдохнула аромат. – Тетенька, вы маг?

Смелая. А вот у меня как землю из-под ног выбили.

– Не тетенька, а госпожа! – прошипела на дочь Сийе и вымученно мне улыбнулась. – Вы уж простите ее…

– Да ничего, – я выпрямилась, все еще пребывая в легком шоке. – Лишь бы ребенок был рад.

– Госпожа, так у вас магия проснулась? – изумленный мужской голос из-за спины прозвучал так неожиданно, что я подскочила. – А что ж вы господину Нэльгиру ничего не сказали?

Ох, тудыть-растудыть! Кучер же все видел. Вернется к хозяину, все ему выдаст…

А впрочем, какая мне разница, узнает о чем-то бывший муж или нет? Ему же наследник был важен, а не мой волшебный дар. Нэльгир небось уже и скоропостижную свадебку сыграл. Ему до меня никакого дела не должно быть.

– Было б о чем говорить, – уклончиво ответила я.

– Ну что вы, госпожа! – с легким укором произнесла Сийе. – Конечно, после того как ваш дед превращался в любого зверя, все ждали от вас чего-то невероятного. Но цветочная магия – это же так…

Она осеклась и наконец подобрала слово:

– Мило! – женщина вдруг вздрогнула всем телом. – Уж простите, но это лучше, чем дар вашей матушки. С мертвыми разговаривать – это жутковато как-то.

Та-ак, у меня еще и некие наследные способности. Я призадумалась, вспомнив, как оказалась в этом теле.

Что-то там Эллина рисовала на полу, такое странное. Мне еще самой почудилось, будто это на оккультные символы из фильмов похоже, ну вроде как круг призыва для демона. А Нэльгир, ворвавшись в комнату, кричал о магии, которой я якобы не обладаю.

А что если Эллина на самом деле давно овладела своим даром, только втайне ото всех? Мать умела общаться с мертвыми, а дочь – призывать их души из других миров. Умение и правда не больно полезное, но Эллина придумала, как им воспользоваться всего раз, зато с выгодой для себя.

Ох, оставалось лишь надеяться, что бедная затюканная всеми женщина действительно очутилась в хорошем месте, а не обменялась со мной. В старом теле жизнь несладкая, особенно если тебе всего тридцать. Эллине жить еще и жить…

Однако ее судьбу мне уже явно никогда не выяснить, так что и не было смысла забивать этим себе голову.

Встряхнувшись, я повернулась к кучеру и объяснила:

Глава 7.1

Утром кучер уехал. А я закатала рукава и принялась вместе с Сийе приводить усадьбу в порядок.

Так и прошло несколько дней.

Поначалу служанка хваталась за сердце и верещала каждый раз, когда я бралась за неподобающие, по ее мнению, занятия. В эту категорию для нее попадал любой физический труд. Леди нельзя было то, нельзя было это… Даже элементарное мытье посуды – «что вы, госпожа, испачкаетесь!».

Когда я взялась за топор, чтобы нарубить дров, она и вовсе чуть не грохнулась в обморок.

Такое поведение и правда для урожденной аристократки выглядело странно. Поэтому первое время я врала, что жизнь в столице оказалась не такой уж радужной, да и вообще семья вся в долгах, приходилось засовывать гордость в одно место и работать руками.

Сийе, воспитанная в иной для меня реальности, не унималась. В какой-то момент мое терпение лопнуло, и я вспылила:

– Да угомонись ты уже со своими «ледями»! По-твоему, я имею право только сидеть вышивать весь день? Ну и куда это нас заведет? Ты и себя с дочкой из нищеты вытащить не можешь, а предлагаешь, чтобы еще и я тебе на шею села? Ну уж нет! Мне больше податься некуда, жить нам здесь теперь вдвоем, так что ради собственного блага, будь добра, потерпи хозяйку, которая пашет наравне с тобой.

И она наконец замолчала.

Ради справедливости следовало отметить, что труд мне и правда давался нелегко. Эллина к нему не привыкла, вдобавок уморила себя перед тем, как сделать всем ручкой. В молодые годы я могла сделать раза в два больше и не устать, а сейчас к вечеру тряпка буквально валилась из рук.

Я вздыхала и терпела. Ведь в родном старом теле мне в последнее время и просто наклониться было тяжко. Всё лучше, чем как раньше. Ну а выносливость еще натренируем.

Вскоре мы привели дом в божеский вид, расставили мебель, кое-что, испортившееся за годы неиспользования, выкинули или пустили на растопку. Но нашлись вещи, с которыми две женщины справиться не могли, как бы ни старались.

В очередной раз пройдясь по второму этажу и понаблюдав за тем, как через дыры в потолке на вымытый пол сыплются снежинки, я спустилась в свою комнату и достала обручальное кольцо.

– Как думаешь, его хватит на то, чтобы починить крышу? – спросила я у Сийе, катая украшение по ладони.

– С лихвой, там же вон камушек какой большой и красивый, – заверила она. – Брильянт, наверное. Но госпожа, это же память о вашем муже!

– О муже, который меня предал и который дождаться не мог, когда я наконец исчезну из его жизни, – напомнила я.

– Ну и что. Вы же его в начале так любили, так любили! Как вы с колечком расстанетесь?

– Легко, – фыркнула я. – Только нужно будет, чтобы ты нашла таких людей, которые честно все сделают, а не возьмут деньги и исчезнут.

– В этом уж не сомневайтесь. У моего мужа были кое-какие верные друзья, они мне и сейчас помогают – то пирог занесут, то дочке игрушку подарят, то дров наколют. Всё сделают, как надо!

Через пару дней к нам пришли трое мужиков, которые осмотрели крышу, поцокали языками, но пообещали ее починить, невзирая на холод. Работа закипела.

И все бы хорошо, но, подсчитав оставшиеся после выплаты монетки, я тяжело вздохнула.

Глава 7.2

Благодаря Сийе я быстро разобралась в местных ценах и понимала, что этих грошей нам надолго не хватит. Служанка с дочерью выживали за счет небольшого хозяйства – курятника, сада и огорода, ну и помощи неравнодушных друзей. У Сийе других родственников не осталось, вернее, остались, но те, к кому обращаться было бессмысленно.

У меня тоже ничего нет. Можно еще продать сережки, но это не выход. Нужно начать зарабатывать.

Вопрос – как?

Устроиться на работу? Леди Гедимейт развелась с графом-драконом и моет полы, кланяясь провинциальной купчихе, – вот это будет новость!

Нет, чрезмерной гордостью я не страдала, сама работала всю жизнь, и все предки мои происходили из крестьян. Но этот мир жил по своим правилам, и леди, хоть сто раз разведенная, так вести себя не могла.

Хозяйство у Сийе маленькое, троих не прокормит. А купить не то что корову, даже козу не на что.

Вдобавок ко всему близится местный Новый год. Да-да, меня перекинуло не только в пространстве, но и во времени – на пару месяцев назад, ведь злополучную игрушку, из-за которой все и случилось, я шила как раз к этому празднику.

Здесь его называли Солири – это переводилось как «день рождения солнца» – и отмечали в день зимнего солнцестояния, но суть не менялась. Разве что елку не наряжали, а так все то же самое – украшали дом и приглашали гостей. Обязательно всю ночь должна была играть музыка, а на столе – стоять сладости. Ну и ясное дело, без подарков никак. А наутро, с первым светом, люди шли в церковь благодарить Триединого за то, что Бог подарил им еще один год жизни, и там праздник продолжался.

Увы, для нас это значило, что вот-вот взлетят цены на еду. Эргион – местность горная, с суровыми зимами. С пропитанием всегда имелись некоторые проблемы, особенно перед такими крупными событиями. Наверное, потому народ и отмечал этот праздник так отчаянно – боялся, что до конца зимы не доживет и потому надо гулять, пока можно…

Я нервно постучала пальцами по столу, спрятала монетки в кошель и позвала Сийе.

– Скажи мне, а чем у вас к Солири принято украшать дома?

Она недоуменно похлопала ресницами.

– Кто победнее – еловыми и сосновыми ветками, свитыми в круг. Кто побогаче, тот цветами украшает. Но где ж их тут взять-то в середине зимы? В герцогский дворец аж с юга с помощью магии живые розы везут. Кто-то из столицы от тамошних волшебников заказывает. Ну а кто хочет выпендриться, а денег немного, тот с лета сушеные цветы заготавливает и их повсюду развешивает. А зачем вам это?

Цветы… Я задумалась.

По жизни я руководствовалась лозунгом «Наши руки не для скуки» и обожала рукоделие. Вязание крючком и спицами, макраме, аппликации из ткани, оригами – чего только я не перепробовала. Нашью и навяжу таких цветов, что сам герцог закачается!

А может, даже и не только нашью.

– Сийе, – опять обратилась я, – а что тебе известно о цветочной магии? Это редкое умение?

– Ага, – охотно кивнула она. – Магов – их же вообще немного. Чаще всего они владеют одной из четырех стихий. Ну там еще некроманты есть, иллюзионисты… С таким даром всегда можно попасть на королевскую службу и неплохо устроиться. Но ваш род всегда славился тем, что в нем рождаются дети с редкими талантами. Вот ваш дед…

– Помню-помню, – кивнула я. – Метаморф.

Сказала и сама удивилась – откуда я вообще такое слово знаю? Опять рефлексы Эллины шалят.

– Это умение крайне редкое и очень полезное, поэтому король вашего деда ценил высоко, – продолжила служанка. – Ну а матушка ваша только разновидность некромантии освоила. На службе у владыки драконов есть и некроманты, и стихийники, и иллюзионисты тоже. А вот цветочных магов, дай Триединый памяти, вроде бы ни одного во всем Эргионе.

Я уникальна, это хорошо.

– И что, собственно, эта магия делает? – осторожно уточнила я у Сийе, боясь попасться на том, что отпрыск рода магов в волшебстве ни бельмеса.

Служанка ничего не заметила. Она только и рада была поболтать.

– Проводишь рукой – вот тебе и цветок. Ну, наверное, как-то так, вам виднее, вы же это сделали, – Сийе пожала плечами. – А мне-то откуда знать? Я, окромя вас, других цветочных магов и не видела никогда. Навык-то все-таки не такой, чтобы у нас в Эргионе нарасхват был. Цветочная магия – это же разновидность земляной. Но не каждый земляной маг может наколдовать цветы, а цветочный, наоборот, не может создать ничего, окромя цветов.

Н-да, загвоздочка.

Получается, волшебный дар я получила, только совершенно бесполезный. Так себе история.

Ну ничего, где наша не пропадала. Приложим смекалку и еще придумаем, как это обернуть себе на пользу. Главное – понять, как это вообще действует.

– Принеси-ка мне со двора ведро с землей, немного семян, отложенных на весну, и пару сухих палок, – скомандовала я.

– Да, госпожа! – оживилась она.

Сама же я пошла выворачивать все сундуки и ящики в поисках ненужной бумаги. Первый раз волшебство сработало именно с ней, значит, с нее и нужно начинать.

Пришло время экспериментов.

Глава 8

Все «ингредиенты» я сложила на кухонном столе и устроилась на лавке, собираясь в уединении начать первый опыт – чтобы ни перед кем не позориться неудачами.

Но едва я села, как на кухне чудесным образом образовалась Сийе, вроде бы отправленная мной в курятник, а со двора прибежала попить Аннель, ее дочь, и все никак не могла напиться.

Обе шумели, шуршали и не давали сосредоточиться. Не выдержав, я фыркнула и уперла руки в бока.

– Вы не уйдете, да?

Служанка сразу бухнулась в ноги.

– Вы уж простите, госпожа. Дочку хотя бы не прогоняйте. Где ж нам еще магию увидеть? Раз в год, как раз на Солири, в нашу глухомань приезжает иллюзионист, который спектакли ставит, но так он столько денег со зрителей дерет!

Аннель в этот миг посмотрела на меня такими огромными умоляющими глазами, что я тяжело вздохнула и махнула рукой.

Ну как отказать ребенку?

– Ладно, оставайтесь. Только не мешайте, а то вас самих превращу в цветок. В какой-нибудь чертополох…

Обеих мгновенно сдуло на край кухни и стало не видно и не слышно. Я села обратно за стол и осмотрела «компоненты» для опыта.

Итак, бумага…

Розу я сложила быстро. На столешницу передо мной лег бумажный бутон. И как теперь его превратить в настоящее растение? В прошлый раз я ничего особенного не делала и ни о чем не думала.

– Стань живым цветком, – приказала я поделке и для верности ткнула в нее пальцем.

Ничего.

Хм-м…

Я взяла ее в ладонь и закрыла глаза, представляя, что у меня в руке не комок бумаги, а благоухающий бутон розы.

Из кухонного угла раздался тихий ах, сигнализирующий, что у меня что-то получилось. Я приоткрыла один глаз.

Ага, на ладони и правда покоилась распустившаяся роза. Красная, ароматная, как я себе и представляла.

В этот раз я уже не сильно удивилась. Наверное, потому что была к этому готова.

К тому же оставалась еще одна проблема – бумага слишком дорога. Мир же отсталый, технологии пока не развиты. Просто так в соседнем доме пачку бумаги на поделки не купишь. Повезло еще, что в доме нашлась хотя бы пара ненужных листков для экспериментов.

Интересно, а можно ли провернуть фарш назад, в смысле цветок превратить обратно в бумагу?

Но сколько я ни пыжилась, ни перекладывала бутон из одной руки в другую и на стол, ничего не происходило. Значит, магия работает только в одну сторону.

Следующую бумажку я сложила не в розу, а в тюльпан, его и вообразила. И вновь волшебство подействовало без труда – на ладони очутился свежайший, будто только-только срезанный тюльпан.

У меня оставался еще один, последний лист бумаги. Когда-то я делала еще и другие цветы, но схемы уже не помнила и решила схитрить, заодно поставив новый эксперимент. Сложив все ту же розу, вместо нее я представила лотос.

А что? Красивое растение, вдобавок со смыслом.

Из угла опять ахнули.

– А это что за цветочек? – раздался тоненький детский голосок. – Такой необычный! У нас таких нет.

– Он растет далеко на юге, – пояснила я, разглядывая лотос.

Точь-в-точь как настоящий. Выходит, главное – что я представляю в мыслях, а не как выглядит сам предмет.

Интересно, а если материал будет не бумагой?

Я потянулась за грязной кухонной тряпкой и точно так же положила ее в ладонь, на сей раз не став сворачивать в подобие цветка. Закрыла глаза и подумала о… почему бы не об ирисах?

Когда я подняла веки, то вместо тряпки красовался стебелек с синим ирисом. Волшебство! Во всех смыслах!

Я приободрилась. Странно, конечно, что это работает только с цветами…

Стоп. А с чего я взяла, что это именно цветочная магия? Может, я умею превращать что угодно во что угодно?

Я торопливо схватила еще одну тряпку, но полчаса натужных усилий ни к чему не привели. Ткань оставалась тканью ровно до тех пор, пока я не коснулась ее и не подумала о крокусах.

Ладно… Магия все-таки цветочная, Сийе не ошиблась.

Что ж, переходим к стадии номер два «Взаимодействие с живой материей».

С этим оказалось сложнее. Превратить в цветок сухую палочку я смогла без труда, а вот заставить ее выпустить листья или укорениться в горшке – уже нет. Может, потому что она не имела отношения к цветам?..

Пока оставалось лишь гадать.

С семенами вышло не лучше. Я засунула их в землю, однако, сколько ни пыхтела над горшком, ростков так и не появилось.

За окном уже стемнело. Рабочие закончили на сегодня возню с крышей, и Сийе их проводила. Аннель все еще сидела в уголке, но зевала, глаза ее закрывались. Я и сама устало потерла веки.

Глава 9

Я очнулась от того, что мне на голову лили холодную воду. Фыркнув, я дернулась, и пытка сразу прекратилась.

Меня подхватили сразу четыре руки. В лицо мне испуганно заглядывали Сийе и Аннель.

– Очнулась! – с облегчением выдохнула служанка. – Ну слава Триединому!

– Ч… то с… лучилось? – пробормотала я такими вялыми и непослушными губами, что поразилась сама.

– Вы, должно быть, это самое… перемагичили, – предположила Сийе. – Наверное же, не кушали ничего, пока пять часов тут торчали?

Я покачала головой. При каждом движении казалось, что меня бросает на километр влево, потом на километр вправо.

Н-да, стоило догадаться, что у колдовства есть какие-то последствия. В жизни ничего не дается даром. А я, как обычно, увлеклась и нырнула в новое дело сразу с головой.

– Вот! Вы бы на себя посмотрели – кожа да кости! – укорила служанка. – Конечно, притомились. Магия – она же силы расходует. Вам надо питаться лучше, а то и без колдунства своего в обмороки падать начнете.

Лицо ее просветлело, и она совсем другим тоном добавила:

– Ну ничего, сейчас как начнем овощи растить…

– Нет, – перебила я.

– Нет? – изумленно переспросила Сийе.

– Цветочки красивше, – казалось бы, по-детски наивно, а на самом деле мудро заметила Аннель.

Я не стала кивать, опасаясь, что сейчас опять куда-нибудь «улечу», и просто ответила:

– Скоро же праздник, Сийе. Что ты мне сама сказала о живых цветах и украшениях к Солири? Других магов, создающих цветы, в Эргионе нет, а доставлять их с юга по карману не всем. Представляешь, какая к нам выстроится очередь из богачей? Мы заработаем на этом больше, намно-о-ого больше, чем на овощах.

Минуту на лице служанки держалось такое выражение, как будто она пытается в уме вычислить квадратный корень из шестизначного числа.

– О! – наконец воскликнула она. – Вот что значит аристократка! Леди Лина, я б до такого никогда не додумалась!

Я даже не сомневалась, но вслух сказала:

– Додумалась бы, конечно. А теперь будь добра, помоги мне подняться. Пойду-ка я отдохну.

– Вот уж нет! – внезапно погрозила мне пальцем всегда послушная, покорная Сийе. – Сначала вы покушаете! Если потребуется, я буду вас с ложки кормить и зубы разжимать.

Я уже хотела возмутиться, но сдержалась и улыбнулась.

Я попалась в ту же ловушку, что и Эллина, которая заморила себя, пытаясь поправить дела семьи мужа. Там ее самоотверженность никто не оценил.

Ну а я прожила предыдущую жизнь, положив ее на алтарь сначала ради своих детей, потом ради их детей. Моя родная семья меня любила и заботилась обо мне в ответ, так что я ни о чем не жалела. Но что если судьба решила мне дать второй шанс пожить ради себя, а не ради кого-то?

И теперь, кажется, я в руках хороших, надежных людей.

Только бы моя затея выгорела, а то ведь я могла и ошибиться насчет того, что к нам выстроится целая очередь богачей…

Глава 10

Пришедшие на следующий день рабочие сильно удивились, узнав, что кроме кровли им придется сделать еще и инвентарь, а заодно и вывеску для цветочной лавки.

А я в ответ сильно удивилась, узнав, сколько это будет стоить.

Последние монетки, которые остались после продажи обручального кольца, я отсчитывала им с зубовным скрежетом, но задний ход все же не дала.

Придется рискнуть. Вернуться к грубому физическому труду можно всегда, а если пойти сейчас на попятную, то деньги мы просто проедим. Тогда уже суетиться будет поздно.

В конце концов, благодаря моему дару с голодухи теперь зимой точно не помрем.

Так что под стук молотков мы с Сийе собирали по дому разнообразный хлам и складывали в дальней комнате на первом этаже. А затем я закрылась там – и принялась творить.

Служанка занялась хозяйством, а Аннель постоянно прибегала ко мне проверить мое самочувствие и напомнить, что пришла пора поесть или попить чай. Она постоянно задерживалась в комнате, восторгаясь «прелесть какими цветочками», так что в итоге я пристроила к работе и ее. Девочка сортировала для меня цветы, а я по ходу дела объясняла, как за ними ухаживать, чтобы дольше простояли в воде, и как составлять букеты.

Через несколько дней все было готово.

Глядя, как рабочий прибивает последний гвоздь, чтобы повесить вывеску, я удовлетворенно кивнула и повернулась к обеим своим помощницам – Аннель теперь тоже твердо входила в это число.

– Ну все, можно открывать лавку.

– Уже? – ужаснулась Сийе и оглянулась на засыпанный опилками двор. – Ну крышу нам, конечно, теперь уже не снесет, но как же сюда придут аристократы…

Я рассмеялась двусмысленности, которую сама служанка вряд ли уловила.

– Не бойся. Во-первых, мы это сделаем не прямо сегодня, а во-вторых, богатые клиенты к нам все равно с первого дня толпой не повалят.

– Кто? – растерянно переспросила она.

– Клиенты – это модное столичное словечко, которым можно обозначить сразу посетителей, покупателей и заказчиков, – пояснила я.

– Кле-ен-ты, – тихо повторила по слогам девочка.

– Клиенты, – поправила я. – И сначала мы сделаем себе рекламу.

– Триединый! – охнув, Сийе схватилась за сердце. – Это еще что такое?

– То, без чего никакое предприятие не выживет, особенно такое авантюрное, как наше.

Я взглянула на солнце, пробивающееся сквозь тучи. До заката было еще далеко.

– Аннель, возьми корзинку с цветами и беги на рынок. Встань там в хорошем месте, где тебя будет всем хорошо видно и слышно, и кричи погромче, что из столицы к вам приехала цветочная волшебница леди Лина. Послезавтра она открывает салон цветов в усадьбе Гедимейтов и в честь этого каждому посетителю подарит живую розу. Всем, кто хорошо одет, отдавай по цветку из корзинки, особенно женщинам. Говори, что это акция.

– Ак-ци-я, – шепотом произнесла малышка.

– Да у нас тут таких слов отродясь не слыхали, – ужаснулась Сийе.

– Наши главные клиенты точно поймут, – заверила я. – Богатые люди слетаются на такие слова, как чайки – на хлеб.

– А, ну вам виднее, леди, – успокоилась она.

– Для тебя, между прочим, у меня тоже задача есть. У нас же еще осталась мука? Напеки пирогов, завтра пойдешь к подругам сплетничать обо мне.

– Госпожа!.. – опять схватилась за сердце служанка. – Помилуй Триединый, да я бы никогда!..

– Все в порядке, – мягко прервала я. – Это нужно для рекламы – чтобы посетители текли к нам рекой. Если ты не расскажешь, какие удивительные букеты, достойные самой королевы тамерской, я создаю, то никто вокруг и не узнает, верно?

– Но меня же будут спрашивать про вас, – робко и с оттенком виноватости возразила Сийе. – Всем будет интересно, почему волшебница из столицы выбрала такое захолустье, как Гвенатель. И почему вы без мужа. Что мне говорить?

Да, это был вполне закономерный вопрос.

Я сама одну половину жизни провела в деревне, а другую половину – в небольшом провинциальном городке и знала, что в доинтернетную эпоху в таких местах не было лучше новости, чем хорошая сплетня. В прошлом веке любая сальность разлеталась по всему городку быстрее, чем в нынешнее время кто-то успел бы натыкать ее в мессенджере на своем мобильнике. Вот где были чудеса…

Очнувшись, я одернула себя. Поностальгировать еще будет время – когда дела налажу.

Сплетничать обо мне будут в любом случае. Если не сказать, почему развелась, сами додумают, причем несусветную чушь. А мне требовалось то, что сработает на интерес к моей персоне и, соответственно, к моему предприятию.

– Не обманывай, скажи как есть – развелась, – посоветовала я. – Начнут спрашивать, по какой причине, отмалчивайся, говори, что тебя хозяйка в такие подробности не посвящала. А потом как бы между делом намекни, что я знакома с владыкой драконов, он лично сопроводил меня до усадьбы и приглашал к себе во дворец.

– А это правда? – округлились у нее глаза.

– А ты громкое хлопанье крыльев перед тем, как подъехала карета, слышала в тот день?

Глава 11.1

Настал день Х, час Г. Хотя я искренне надеялась, что это все-таки будет мой звездный час.

Мы приглашающе распахнули калитку с восходом солнца, хотя кто-то маячил у забора еще до рассвета. Аннель с новой корзинкой свежих цветов вновь побежала на рынок заманивать посетителей, а мы с Сийе приняли первых клиентов.

Это оказались две женщины, явно сестры. Простенько, без изысков одетые, они, скорее всего, были женами каких-нибудь слуг из бедных жителей Гвенателя.

В руках незнакомки держали свертки, из которых доносился отчетливый запах пирожков.

– А-а, э-э… – залившись краской, промычала старшая, как только завидела меня на пороге. – Простите великодушно, госпожа, а мы к Сийе пришли. Она давеча заглядывала угостить пирогами, вот и мы к ней решили заскочить…

– Здравствуйте, проходите, – вежливо пригласила я их, как самых дорогих гостей. – Раз уж вы здесь, может, я покажу вам лавку?

– Если госпожа соизволит, – торопливо ответила младшая и присела в неловком подобии реверанса.

Ахали и охали они на каждом шагу, льстя моему самолюбию. Я и правда расстаралась изо всех сил.

Сразу было ясно, что за неделю из обшарпанной халупы с дырявой крышей конфетку не сделаешь, поэтому непосредственно под торговую площадь я отвела всего пару приличных комнат на первом этаже. Ну а в них задрапировала все недостатки, как могла, прикрыв пятна и вытершиеся места композициями из тканей, букетами, сундуками и собственными поделками, смастеренными на скорую руку.

Да, на самом деле это не дотягивало до столичного уровня, на который я претендовала. Но только потому, что у меня было слишком мало времени. Без ложной скромности я бы сказала, что вряд ли средний житель Гвенателя хоть раз в жизни видел такой прекрасный декор.

Во время маленькой экскурсии я рассказала гостьям пару интересных фактов о цветах, а «добила» тем, что вручила им две крупных алых розы.

– Красная роза – это символ любви. Вам, как самым первым посетительницам, я дарю цветы с самыми большими бутонами, что у меня есть. Помните, что их лучше хранить в прохладе, а не в жаре. Так они дольше простоят.

– Ой, – опять раскраснелась старшая. – Так мило… Но мы же всего лишь к Сийе зашли…

– Спасибо, – младшая явно была побойчее и со сверкающими глазами схватила оба цветка. – У вас тут просто великолепно!

– Заходите еще, – радушно ответила я. – Если не купить, то хотя бы полюбоваться красотой среди зимы.

– Это мы обязательно, – пообещала младшая, и старшая тут же утащила ее на кухню к служанке.

А я села ждать других гостей.

Никакой толпы, конечно, не выстроилось, как я и думала. Но следовало признать, что улов оказался весьма неплох – гораздо лучше, чем следовало ожидать от захолустного городка, в котором вряд ли набралось бы и полторы тысячи жителей.

После двух сестер в лавку заглянули еще несколько человек из бедной прослойки – полюбопытствовать, а не купить что-то. Но к обеду появились клиенты и побогаче.

До усадьбы дошла немолодая матрона с двумя дочками лет двадцати и тридцати. Вся троица красовалась в длинных плащах с оторочкой из дорогого песцового меха, напоказ были выставлены украшения из серебра.

Я окинула их оценивающим взглядом. Если это и аристократки, то не самого высокого пошиба. Богатые носили бы перчатки из тонкой кожи, а эти, подходя к дому, украдкой спрятали варежки – пусть и менее красивый, зато гораздо более доступный аксессуар. И еще богатых привезли бы в карете, а троица пришла своими ногами, не погнушавшись сугробов на дорогах.

Женщины долго, придирчиво осматривали цветы, занудливо выясняя все детали – какова цена у этих цветов или вон тех, сколько могут простоять вот эти, а сколько вот те, есть ли у меня розы других оттенков и так далее. Сильнее всех капризничала матрона, кривя нос и постоянно ворча. Причем в основном не по делу, например что дом чересчур бедноват для столичной волшебницы.

На вопросы я отвечала терпеливо и даже с радостью, подозревая, что у женщин не праздный интерес. А бурчание старухи просто пропускала мимо ушей.

Видно же, что старательно сбивает цену, заставляя продавца чувствовать, что он сам недостаточно хорош, а его товар не очень качественный.

Провозившись с ними не менее часа, я наконец услышала то, чего и ждала.

– А какие у вас расценки на поставку живых цветов к Солири? – прямо спросила старшая из дочерей.

– Зависит от того, какие цветы вам нужны и за какой срок до праздника. Некоторые магически выращивать сложнее, чем другие. И конечно, свежесть имеет значение, – заметила я.

– Скажем, вот эти, эти и еще те, – в разговор вступила матрона, обводя рукой чуть ли не весь мой ассортимент. – Необходимо будет привезти в нашу усадьбу за день до Солири.

Ох, еще и привезти… Это значило, что придется нанять повозку и кучера, а сколько они могут запросить, вдобавок в предпраздничный день, я не представляла.

Глава 11.2

Ладно, придется учесть расходы в цене.

– Сколько вы готовы заплатить? – выкрутилась я.

– Десять серебряных монет, – ответила старуха, морщась. – Выбор не такой уж большой, а цветам придется ехать по морозу, по дороге наверняка какие-то испортятся.

Я внимательно следила за их лицами. Даже десять серебряков было достаточно, чтобы прыгать от счастья, но что если можно из этого вытянуть и больше?

– Тридцать.

– Слишком дорого, – отрезала матрона, но с места не шевельнулась и продолжала смотреть на меня.

– Двадцать пять, – предложила я.

– Нет, мы так не договоримся, – пробурчала она и уже развернулась к выходу.

Однако путь ей резко преградила старшая дочь, выразительно играя бровями. Младшая была не так иносказательна.

– Мама, – прошипела она. – Мы так не уделаем Армейтов! Опять хочешь выслушивать, как они выкинули кучу золота на свежие орхидеи прямо из Ифайятского султаната, а мы, дескать, из живого только еловые лапы можем себе позволить?

Я навострила уши. Так-так-так, интриги между провинциальными дворянскими домами!

Мать вздохнула и повернулась обратно ко мне, но сказать ничего не успела. За окном послышался стук копыт и характерный грохот кареты, который я после недельного путешествия узнала бы даже во сне.

– Триединый, лишь бы не Армейты! – побледнев, прошептала младшая из дочерей.

Извинившись, я скорее поспешила ко входу, чтобы встретить новых посетителей.

Матрона с дочерями могла не волноваться.

Это были не какие-то неизвестные мне Армейты, а очень даже знакомый Данстар Бреталлен, герцог Эргионский и владыка драконов. Как и в прошлый раз, в ярко-красном плаще с золотыми эполетами, хоть и не в офицерском мундире, а в гражданской одежде, черной с серебряной вышивкой.

Загорелому темноволосому красавцу-лорду эти цвета шли великолепно. Я застыла на миг, любуясь, тут же себя одернула и соврала сама себе, что увлеклась цветовым сочетанием, а не самим мужчиной.

– Ваша светлость, – я изогнулась в реверансе. – Одежда вам к лицу.

Он тихо фыркнул, улыбаясь.

– Остры на язык, как и прежде.

– Видеть вас – огромная радость для меня, но все же позвольте узнать, чему такая скромная особа, как я, обязана визитом такой важной персоны, как вы?

Герцог окинул мою невзрачную усадьбу жгучим взглядом.

– До меня дошли слухи, что я якобы принял участие в появлении цветочной лавки в Гвенателе. Не подскажете, откуда бы могла взяться такая молва?

– Ваша светлость, вас видели на дороге перед моим домом. Голым, – я пожала плечами. – Никому в Гвенателе я не говорила, что мы с вами знакомы. Но вы в самом деле верите, что мне подвластны слухи, которые начали расползаться в первый же день моего приезда?

– В трактатах об искусстве войны встречается изречение одного древнего мыслителя: «Не можешь подавить буйство толпы – возглавь его», – заметил Данстар. – Это вы и сделали?

Я отвела взгляд в сторону.

Н-да, не думала я, не гадала, что оправдываться придется настолько быстро…

Дворец герцога находился примерно в шести часах быстрой езды отсюда, и, в общем-то, неудивительно, что слухи до него дошли всего за два дня. Но я надеялась, что владыке драконов станет лень ехать сюда по такому мелкому поводу, а потом он и вовсе забудет о казусе.

– Ну что вы, не краснейте, – усмехнулся он. – Хотя вам и идет румянец, я осознаю, что сам виноват. Поэтому и приехал – убедиться, что не зря потратил время в тот раз, а помог одной из своих новых подданных основать свое дело.

Ну да, ну да. Скорее Данстар намеревался удостовериться, не позорит ли моя лавка его честное имя.

– Ваша светлость, вы могли бы прислать кого-нибудь из подчиненных, – вежливо напомнила я очевидное.

Он пожал плечами.

– Гораздо интереснее все увидеть самому. И раз уж мне приписывают покровительство вам, пусть это будет хоть немного оправдано, вам так не кажется?

Разве могла я упустить такой шанс? Поэтому, конечно же, освободила проход и приглашающе махнула рукой.

– Милости прошу, ваша светлость.

Владыка драконов широким шагом вошел в дом, внимательно оглядывая каждую деталь. Мне невольно стало стыдно.

Правителя всего Эргиона, еще и близкого королевского родича, следовало бы принять совсем не в потрепанном домишке, где только крыша еле-еле подлатана. Я могла смело фыркнуть в лицо любому жителю Гвенателя, который осмелился бы мне высказать что-нибудь нелестное насчет состояния лавки, но герцог…

А если учесть, что я просила Сийе толсто намекать всем на мою связь с ним, то как-то совсем неловко.

К моему удивлению – и облегчению, Данстар оказался невероятно тактичен. Убогость моего дома наверняка резала ему глаз, однако он и бровью не повел. Лишь пробормотал:

– Позор на голову Нэльгиру… Развод разводом, а селить бывшую жену в таких условиях ему совесть не должна была позволить.

Глава 11.3

Я помялась.

– Дар раскрылся только по пути в Эргион. Наверное, обрадовался разводу… Только здесь я поняла, как управлять новой силой.

Он приподнял бровь.

– И сразу решили открыть цветочную лавку? Не слишком ли поспешное решение?

– Нэльгир не оставил мне ничего, кроме этого дома, платьев и обручального кольца, – я развела руками. – Даже карету заставил вернуть. Что мне нужно было делать – сложить руки и гордо ждать голодной смерти, потому что аристократке не пристало работать? В «наследство» от мужа мне досталась служанка с маленьким ребенком, тоже на пороге нищеты. Еще и их за собой следовало утащить?

– Стихийникам всегда рады в войсках, – возразил Данстар, но в его голосе сразу почувствовалась неуверенность.

– Разумеется, разведенной леди слегка за тридцать самое место в армии, – с укоризной ответила я. – К тому же мне неподвластна вся земляная магия. Я могу создавать только цветы. Не сомневаюсь, любой враг страшно обрадуется, если его осыплют ромашками вместо стрел.

– Вы могли обратиться за помощью…

– Чтобы мои долги только росли? Или чтобы потом всю жизнь слушать, насколько я никчемная и как обязана всем вокруг? Нет уж, ваша светлость. Пока я могу сделать что-то сама, я буду это делать.

Данстар почему-то вздохнул и отвернулся.

– У вас гордость настоящей леди. Жаль, что в наше время редким аристократам присуще это качество.

Обычно я за словом в карман не лезла, а здесь вдруг растерялась. Мне всегда казалось, что желание добиться всего самому – это как раз таки совсем не про аристократию.

С другой стороны, с историей у меня не очень, а образование я получала в Советском Союзе в те времена, когда дворян и прочее мещанство все еще недолюбливали.

Герцог тем временем вошел в следующую комнату. А там среди цветов вжались друг в дружку три совершенно обалдевшие покупательницы.

– О, леди Перинесс, – нисколько не смутившись и не потеряв самообладания, поклонился матроне Данстар. Словно они встретились не в занюханном домишке на окраине Богом забытого городка, а на светском приеме. – Прекрасный день и замечательный выбор цветов, вы не находите?

– Да, ваша светлость, – побледнев, ответила та.

– Вы тоже решили стать заказчицей у леди Эллины? – осведомился владыка драконов.

Старуха прочистила горло.

– Простите… Тоже? – переспросила она.

– Разумеется, я приехал узнать, как с моим заказом живых цветов к Солири, – глазом не моргнув соврал Данстар и повернулся ко мне. – Между прочим, я вас все еще жду во дворце для оценки объема работ. Вы же успеете к празднику?

Я одновременно возмутилась и восхитилась.

Ну какой он дракон? Хитрый лис! Не оставил мне ни шанса увильнуть от поездки. Не могу же я отказать владыке драконов при свидетелях, тем более аристократах!

И злиться на него толком не получалось – он же мне только что самую лучшую рекламу сделал. Женщины обожают сплетни. Или сама Перинесс, или кто-то из ее дочерей обязательно разболтает, что у меня берет заказы самая влиятельная фигура провинции.

– Конечно, вам не о чем беспокоиться, – заверила я.

Данстар сдержанно улыбнулся и направился к выходу. Я бросилась его догонять, опять извинившись перед посетительницами.

Уже на пороге герцог резко остановился, взмахнув плащом. Наверное, ждал заслуженных благодарностей. Я вполне искренне присела в реверансе и произнесла:

– Ваша светлость, спасибо. Я теперь вам обязана…

– Вы мне ничего не должны, – перебил он.

Я помялась.

– Простите, ваша светлость…

– Называйте меня по имени, – опять прервал Данстар. – Звания, многостраничные титулы – пусть это все будет для столицы и ее доморощенных жителей. Эргион – край драконов, мы здесь живем по своим правилам. А мы с вами, в конце концов, не совсем чужие друг другу, раз вы были замужем за одним из моих крылатых офицеров.

С той пожилой леди они что-то не по именам друг к другу обращались, ну да ладно. Может, в роду леди Перинесс никто не мог похвастаться чешуей.

– Лорд Данстар, – я смело посмотрела ему в лицо, – я не первый день живу на свете и давно знаю, что подобные услуги просто так не оказываются. Чтобы между нами не возникло недопонимания, может быть, вы сразу скажете, что вам нужно? Уж простите, но Эл…

Осекшись, я быстро исправилась, но герцог, кажется, ничего не заметил.

– …я выкинула в помойную яму десять лет, считая, что меня любят за то, что я просто есть. А как выяснилось, любили только мое приданое и выжидали, когда же наконец можно будет заработать денег на моем загадочном волшебном даре. Мне не хочется второй раз совершать подобную ошибку.

Карие глаза дракона смеялись.

– Что, совсем-совсем не верится, что я всего лишь ратую за благополучие каждого жителя Эргиона?

– Думаю, здесь слишком много людей, чтобы вы всерьез за каждого так ратовали, чтобы заезжать к нему домой и приглашать во дворец, – уклончиво ответила я.

Глава 12

Весь оставшийся день я пребывала будто в тумане. Приходили другие посетители, кое-кто даже купил по грошовым ценам немного цветов, но мои мысли, уплывая то туда, то сюда, все время возвращались к прощальным словам Данстара.

Все-таки что они значат?

Проводив гостей и закрыв лавку, мы сели ужинать. Хотелось отпраздновать, но леди Перинесс все равно пока еще не заплатила за заказ, а мы слишком устали, чтобы бежать куда-то затемно и покупать вкусности, поэтому ели простую ячменную кашу на воде, запивая таким же простым травяным чаем.

Сийе болтала без умолку, не в силах остановиться: как у нас все хорошо получилось, и даже сразу получили заказ, а она не верила в мой успех, дурилка такая.

Поначалу я не особо вслушивалась, слишком погруженная в собственные размышления. А потом как стукнуло: Сийе же прожила в Эргионе всю жизнь, служа семье Нэльгира, и знала Эллину до того, как та уехала с мужем в столицу! Вдруг служанка в курсе, что связывало Данстара и… теперь, получается, меня?

Я оглянулась на Аннель. Девочка уже доела свою порцию и возилась в углу с тряпичной куклой и новыми игрушками – цветами.

– Сийе, – позвала я, прервав поток слов, – а ты встречала герцога раньше?

– Пару раз видела издалека, – признала она. – Когда он приезжал к господину Нэльгиру по каким-то делам. Владыка вообще такой – некоторые драконы как засядут в своих горных замках, так и сидят, годами не вылезают, а этот ни дня на месте не проводит с тех пор, как вернулся.

– Откуда?

– Из столицы, откуда же еще. Он же был главнокомандующим тамерскими войсками. Потом вышел в отставку и теперь только управляет Эргионом.

– Почему? – навострила я уши. – Наверное, быть еще и генералом почетнее.

Может, скандальчик какой-нибудь был?

– Да я ж откуда знаю, – Сийе пожала плечами. – Возраст, наверное. Устал.

– Да какой там возраст? – удивилась я. – Ему лет сорок всего.

– Каких сорок? – она озадаченно захлопала ресницами. – Он же дракон. Ему уже почти век стукнул. По нему еще моя бабушка вздыхала, дескать, красавец какой.

Сто лет! Я чуть не пронесла ложку с кашей мимо рта. Мне восемьдесят три, а выгляжу на тридцать, но Данстар точно меня переплюнул.

Впрочем, это мое собственное досадное упущение – забыть, что драконы отличаются от людей не только умением превращаться в здоровых чешуйчатых козл… ящериц.

– Все равно, – аккуратно вывернулась я. – Для дракона он не так уж стар.

– Как сказать, – задумалась служанка. – Они же как с людьми начали браки заключать, так и кровь их пожиже стала. По тысяче лет давно никто не живет, да и триста – очень почтенный возраст для дракона. А у Данстара в предках много людей, они же с королями Тамера в родне. Ну, может, лет пятьдесят еще полетает.

Пятьдесят, значит. Мой «размерчик».

А хотя какое мне дело?

– Он женат, наверное? И не раз – при такой-то длительности жизни? – как бы невзначай уточнила я.

– Ай, да герцогиня давно померла, – отмахнулась Сийе. – Невест, по слухам, хватает, только что-то владыка второй раз жениться не спешит. Небось боится, что новые наследнички такими же непутевыми выйдут.

– А что, у него проблема с наследниками?

– Да нет, хотя по молодости-то дурили, конечно. Ну так давно уже все выросли, остепенились, собственными отпрысками обзавелись.

То есть если родить ему ребенка, тот встанет в длинную очередь наследия. Не будет ли у моих детей проблем из-за этого?

Да какого черта, растудыть через дырявую калитку, меня это волнует?!

– А почему вы спрашиваете? – наконец задалась тем же вопросом Сийе. К сожалению, ее к этому явно привела совсем другая мысль. – Вам же все это и так должно быть известно. Разве господин Нэльгир не общался с владыкой в столице, пока тот еще исполнял генеральские обязанности?

– Я на этих встречах не присутствовала, – солгала я. – К тому же меня тогда сильнее беспокоили другие вещи, в частности то, что муженек-то, оказывается, без средств к существованию. Не до владыки драконов было – как бы ноги не протянуть.

– Понимаю, – вздохнула Сийе.

Она замолчала, и я осторожно подтолкнула ее в нужную сторону:

– Видишь ли, внимание герцога мне приятно, но немного удивляет. Не припомню, чтобы раньше он мной интересовался. Ты же работала у Гедимейтов. Может, слышала что-то?

– Что? – переспросила она.

– Ну… что-нибудь эдакое.

Служанка растерянно приподняла брови, затем вдруг покраснела и скосила глаза на дочь, но та нас не слушала, напевая себе под нос песенку и разыгрывая с куклой какую-то понятную только ей одной сценку.

– Эдакое, – повторила Сийе, наморщила лоб и наконец сокрушенно покачала головой. – Нет, ничего такого. Ну, про вас и герцога так точно.

– А про кого? – насторожилась я.

Она отвела взгляд.

– Господин Нэльгир всегда к юбкам был неравнодушен, если вы понимаете, о чем я.