– Генерал Айронхарт, у вас дочь! Посмотрите, какая красавица! И здоровенькая какая! – словно откуда-то издалека раздался голос повитухи. – Хотите подержать малышку на руках, леди Рейлин?
Хочу...
– Немедленно унесите эту бесполезную крикливую девку отсюда, – ледяным тоном отчеканил какой-то мужчина. – Рейлин, ты опозорила меня, родив дочь. Хотя что ещё ждать от дочери предателей империи? Я развожусь с тобой. Вставай, ты уезжаешь сегодня же.
Что?.. Что за чушь?.. Кто это говорит?! Это не может быть голос мужа – слишком уж он пропитан ненавистью. Винсент любит меня!
– Но милорд, леди ещё не в состоянии ходить! Она только что родила, – испуганным шёпотом возразила повитуха.
– Как ты смеешь мне возражать, грязная деревенщина? – прорычал мужчина голосом моего мужа, генерал Винсента Айронхарта. – Ты забыла, с кем разговариваешь?!
– Нет, милорд, просто леди…
Звук пощёчины резко оборвал лепет повитухи.
Почему этот мерзавец командует в нашем доме, бьёт наших слуг и разговаривает от имени моего мужа?! Нужно позвать стражу…
– Я назначаю тебе двадцать плетей за неповиновение, Майра! Но если ты быстро эту гадину на ноги поставишь, то уменьшу до пяти, ты поняла меня? – рявкнул мужчина. – Через полчаса эта змеюка должна освободить покои. Моя будущая супруга желает немедленно занять полагающиеся ей комнаты.
– Да, милорд, повинуюсь…
– Долго ещё, милый? – внезапно раздался капризный женский голосок.
– Скоро, моя драгоценная. Давай пока прогуляемся по поместью, покажу тебе твои новые владения, – ответил муж и кому-то скомандовал злым голосом: – Быстро поставьте её на ноги и вышвырните отсюда. У вас полчаса.
До меня никак не доходил смысл услышанного.
Что это за женщина, которую муж назвал «драгоценной»? Это же он меня так называет? Муж разводится со мной? Наверное, это горячка. Что ещё это может быть?
Всё это я слышала словно вату, и, наверное, поэтому мне казалось, что это говорил муж. Надо быстрее прийти в себя.
Думаю, я отключилась сразу после рождения нашей доченьки, а это просто кошмар, и на самом деле я просто отдыхаю в своих покоях после родов.
«Надо проснуться, Рейя!», – я дала себе мысленную команду. Надо проснуться, чтобы взять на руки мою маленькую звёздочку. Чтобы покормить её! Чтобы увидеть улыбку мужа...
Я назову её Эстель… если муж согласится. Так принято, что имена девочкам часто дают выбирать матери. А Винсент согласится, я уверена! Он так ждал нашу малышку, так обрадовался, когда я забеременела…
Я и сама обрадовалась, потому что уже несколько лет как потеряла надежду даже на замужество, не то что на счастливый брак и беременность.
Мой отец был двоюродным братом императора и тем, кто, как поговаривают, предал его, хоть официально об этом не было объявлено.
Два года назад папу и маму убили ночью, в постели, в нашем поместье. Как говорили при дворе, сделали это их же подельники, задумавшие свергнуть императора, чтобы мои родители не выдали их заговора.
Другие придворные считали, что этот приказ тайно вынес сам император, чтобы не опозориться перед страной из-за того, что в его семье появились предатели.
Официального расследования не было, и истина до сих пор не была известна, но за мной сразу закрепилось негласное клеймо «дочери мятежников».
Однако смерть моих родителей не остановила назревшее недовольство правлением моего дяди, и через пару месяцев восстание грянуло. Почти полгода понадобилось, чтобы его подавить.
После убийства родителей императорская семья не отказалась от меня официально, но отправила в монастырь для благородных девиц. Я думала, что там моя жизнь, и закончится лет через пятьдесят, как это часто бывает с неугодными женщинами, но случилось иное.
Молодой генерал Винсент Айронхарт приехал за мной в монастырь и с одобрения императора взял меня в жёны.
Мой муж героически принял на себя командование Корпусом Драконов прямо во время боя, когда мятежники жестоко ранили в бою его старшего брата Драгмара, главнокомандующего Корпусом.
Приехав за мной, Винсент заявил, что ему плевать на слухи, ведь я всё ещё принадлежу императорской семье, чиста и невинна и несправедливо обижена судьбой. «Дети не отвечают за грехи родителей», – так он мне сказал.
Я влюбилась в этого смелого и красивого мужчину с первого взгляда. Он отвечал мне взаимностью и называл меня «Моя драгоценная». Так что то, что я слышала только что, не может быть правдой.
Это сон, бред, кошмар. Винсент любит меня.
Внезапно кто-то грубо и резко выдернул меня из моих размышлений пощёчиной. Удар обжёг щеку, и я тут же распахнула глаза. Надо мной нависла кузина Лилиана. Что она здесь делает?
– Рейя, чего разлеглась? – зло усмехнулась сестра. – Пошла вон из моих покоев, сестрица. Скоро я стану женой Винсента и рожу ему сына, а не бесполезную девку, как ты. Ну и кто теперь из нас неудачница?
Щека горела огнём, как и всё тело, а я продолжала ошалело смотреть на нависшую надо мной троюродную сестру и совершенно перестала понимать, что происходит.
При чём здесь Лилиана? Что за чушь она говорит? Она же была помолвлена с братом Винсента, тем самым раненым генералом Айронхартом-старшим?!
Когда Лилиана опустила руку, которой меня, видимо, только что ударила, я против воли перевела взгляд ниже. Живота почти не было видно, вот что странно.
С другой стороны, на сестре было непривычно пышное и уже давно вышедшее из моды платье, у которого юбка начиналась сразу из-под груди. Для такой модницы, как Лилиана, это был очень странный выбор платья.
Может ли она быть беременна от Винсента? В этом мире возможно всё.
Насколько мне известно, генерал Драгмар Айронхарт много месяцев после войны провёл в императорском госпитале и лишь недавно его, как безнадёжно неизлечимого, отправили домой, в его поместье. Муж сокрушался, что его брат потерял контроль над своей второй ипостасью, а целители так и не смогли помочь ему обрести целостность заново.
– Ну, чего уставилась? – зло ухмыльнувшись, процедила кузина. – Вставай с моей кровати, Рейя. И не надо изображать из себя жертву, повитуха тебя уже залечила. Пошла вон, ну?! Хочу, чтобы быстрее сожгли твоё бельё и матрас и постелили новое для меня. Буду сегодня здесь спать! Хотя может быть, с Винсентом лечь, как думаешь, сестрица?
Я продолжала моргать, всё ещё не понимая, что происходит. Это всё ещё какой-то кошмар? В голове всё гудело, ниже пояса всё горело огнём, кости ломило, а всю кожу покалывало – да, это похоже на то, что меня только что лечили магией.
И это нормально в моём состоянии, учитывая, что я только что родила. Но то, что я слышу, –ненормально. Неужто это не горячечный бред, а правда?
– Ч-ч-ч-что происходит, Лили? Что ты говоришь такое? – с трудом выдавила я из себя.
– Вы посмотрите на эту дуру наивную! – рассмеялась сестра. – Ты что, думала, что Винсент на тебе женился от большой любви? Идиотка. Ты ему была нужна ровно до того момента, как он понял, что ты родишь ему девку, а не сына. А значит, он, не имея наследника, не получит подтверждения своего статуса лорда Айронхарта, пока его брат не помрёт уже наконец.
– Но ты должна была стать женой Драгмара? – рассеянно пролепетала я. – Что происходит?!
– А зачем мне муж-калека, тем более ещё и вдовец? – зло фыркнула Лилиана. – Он мне даже предложения не сделал за этот год!
– Он лежал в госпитале же? – возразила я.
– А мне что делать ждать его, что ли? Да и потом, он теперь слепой и буйный, – процедила сестра. – Его сам император боится, потому что он больше магией не владеет нормально. Разозлится и убьёт меня ещё. Что я дура, за такого замуж выходить? Нет уж. Да и какой смысл? Он больше не будет ни лордом, ни генералом. Всё рано или поздно достанется Винсенту. А он любит меня. И когда я ему рожу сына через три месяца, он получит всё, что ему полагается, и даже смерти брата дожидаться не нужно будет.
– Моя драгоценная, поменьше слов. Ты зачем этой дуре всё рассказываешь? Ты же у меня умница! – промурлыкал Винсент за спиной Лилианы и вышел из тени.
Через три месяца… Значит, она уже на шестом месяце. И если это и вправду ребёнок Винсента, то получается, они с ней… когда я была на третьем месяце?
Осознание предательства и обмана скользкой змеёй заворочалось в груди. Да, всё сходится. Всё, видимо, так и есть.
Словно пытаясь отрешиться от горьких чувств, я стала рассуждать. Мне нужно сохранить ясность ума ради моей звёздочки. Мне сейчас нужно не сойти с ума от горя.
Винсент предал меня? Бывает. Если уж все твердят, что мой отец предал собственного брата-императора, то почему муж не может предать жену? Может.
Я дочь предателей и не заслуживаю счастья. В этом и есть вся истина. Но это не касается моей дочери. Я не дам этому коснутся её!
Глядя на надменно-самодовольные лица мужа и сестры, я продолжила мысленно рассуждать. Пол ребёнка можно определить на третьем месяце, но Винсент отказался это делать. Сказал, что ему неважно, кто родиться, главное, что это будет ребёнок от его «драгоценной» жены.
Они с Лилианой правы: я дура. Полная. Идиотка. Ведь я поверила тогда мужу. Очень уж хотелось мне быть счастливой матерью и женой.
А ведь я знала о том, что получить полноправный титул герцога и главнокомандующего корпусом дракона Винсент не мог, пока был жив его брат, или пока у Винсента не появится собственный наследник.
Ведь у его старшего брата, Драгмара, наследника не было, потому что незадолго до смерти моих родителей, его беременную жену убили мятежники. Это уже позже по приказу императора генералу Драгмару была просватана Лилиана, моя троюродная сестрица.
Которая, очевидно, решила ухватить отвернувшуюся от неё удачу за хвост и соблазнить нового командующего Корпуса Дракона. Ну а Винсент, не будь дурак, узнав, что я беременна девочкой, тоже решил завладеть титулом и владениями брата во что бы то ни стало.
Ну и твари. Мерзкие, подлые, злобные твари. А я – идиотка, которая решила, что люди могут быть добрыми, бескорыстными и искренними. Действительно, дура.
Ну и пусть провалятся в преисподнюю! У меня теперь есть моя звёздочка Эстель. Мы вернёмся с ней в монастырь. Мать-настоятельница была добра ко мне, и я уверена, поможет мне в этой ситуации.
– Я уйду. Уйду, – твёрдо прошептала я. – Только отдайте мне мою дочь, и я сразу уйду.
– Вот ещё, размечталась, – раздался надменный голос Винсента. – Это и моя дочь. И она останется при мне, пока нас официально не разведут, как гарант твоего послушания, Рейлин. Выполнишь мои указания все до единого и будешь паинькой, и после я отдам тебе дочь. Ясно?