Развод. Собирая осколки души

Глава 1.

— Понимаешь… Он изменил мне с моей сестрой! Разве так можно? Она так мило улыбалась, приходила к нам часто… А потом… Потом… Застала их в нашей спальне! — жаловалась мне подруга со слезами на глазах.

Рита разрыдалась у меня на плече. Кто бы мог подумать, что Николай на такое способен! Они прожили семь лет вместе. Двое детей, машина, своя квартира. Что еще надо для счастья? Оказывается Николаю не хватало еще одной женщины.

— Тише, тише. Успокойся. У тебя тушь потекла, — сказала я, не зная, как утешить.

— Почему твой муж никогда тебе не изменяет? Почему у меня всегда все плохо? — опять начала рыдать подруга.

— Тимуру некогда изменять. Он на двух работах работает, — сказала я.

— Почему? Что я не так делала? Хочешь квартиру, пожалуйста. За ипотеку даже уже рассчитались… Хочешь машину, получи! В кредит взяла, осталось еще два года платить... Хочешь детей, подарила ему двоих… А ему все мало!

Рита перешла на хрип. Видно сорвала голос, когда ругалась с мужем и выгоняла из дома свою сестру-разлучницу.

— За что мне такое, Надя? Что скажут родственники? Что дети подумают!

— Так! Успокойся, — я занервничала.

Истерика у Риты не проходила. У нее опухли глаза, покраснел нос. Она всхлипывала, как маленький ребенок, потерявшийся в супермаркете. Я обняла ее и крепко прижала к себе.

— Ну, тише, тише… Все будет хорошо. Разберемся. Может, это какая-то ошибка? Может, ты что-то не так поняла?

Рита отстранилась и посмотрела на меня воспаленными глазами.

— Какая ошибка? Я ее, эту размалеванную куклу, своими глазами видела! В нашей спальне! На нашей кровати! Он еще и врал мне в глаза, говорил, что у него задержка на работе, что он занят!

Я понимала, что сейчас любое мое слово может быть воспринято в штыки. Лучше помолчать и дать ей снова выговориться. Эмоции должны выйти наружу. Но что-то подсказывало мне, что в этой истории не все так просто. Николай всегда казался мне любящим мужем и отцом. Неужели он мог так поступить с Ритой?

Мы сидели с ней у меня дома. Было девять часов вечера и мне хотелось спать. Муж задерживался на работе.

— А почему твоего нет еще? — вдруг опомнилась Рита. — Ты его проверь, что делает так поздно. Жучка поставь в телефон.

— У него две работы. Сейчас он работает как помощник фотографа на свадьбе. Думаю через часик приедет… Если хочешь переночевать, то он будет не против.

— Да… Я лучше у вас останусь. Дети у родителей, а Николая я больше видеть и слышать не хочу.

— Вот и славно. Давай по чайку и спать? — сказала зевая во весь рот.

— Как ты можешь спать, когда у меня такое горе! Но от чая не откажусь, завари травяной, пожалуйста… Тот, что мы привезли с отдыха на Алтае.

— Да, сейчас.

Я встала и пошла на кухню. Заварила ароматный чай с травами. Запах ромашки, чабреца, смородины, зверобоя, душицы и шиповника разлетелся по всей квартире.

— Этот аромат меня так успокаивает, — вытирая слезы сказала Рита, войдя на кухню и сев на стул.

— А ты своего Тимура все же проверь. А то живешь с изменником и не знаешь… Как я.

— Нет… Этого не может быть. Мы поженились недавно. Какие могут быть любовницы?

— А когда приходит домой от него пахнет духами? Помаду проверяла на рубашке? Трусы проверь, там тоже могут быть следы. И еще один хитрый способ есть определить мужа изменника. Знаешь какой?

Рита недоверчиво посмотрела на меня. Ее потухшие глаза говорили о пережитом опыте.

— Ну говори уже, не томи! — не выдержала я.

— Нужно незаметно подсмотреть, с кем он переписывается в телефоне. Или… Можно установить специальную программу-шпиона. Благо, сейчас этого добра навалом. Будешь видеть все его звонки, сообщения, геолокацию. Как на ладони будет.

Шпионить за любимым… Это казалось таким грязным и унизительным. Но мысль о возможной измене стала жечь и меня.

— Слушай! Ты со своими разговорами меня запутала совсем! Не собираюсь я следить за Тимуром. Он не изменяет мне и точка!

— Ну, ну. Только помни, что я тебя предупреждала. Потом, чтобы не плакала как я.

Рита встала со стула, подошла к окну и уставилась в темноту улиц. А у меня подступил комок к горлу. Теперь мне не будет давать покоя мысль: "А вдруг она права?".

Мне вдруг вспомнились все его задержки на работе, новые духи, которые он якобы купил себе.

— Ладно, — тихо проговорила подруга, не отрываясь от окна. — Допустим, ты его считаешь святым. Но надо свыкнуться с мыслью, что рано или поздно он пойдет у тебя на лево… Может тебе развестись с Тимуром пока у вас детей нет?

— Не говори бред! Для развода нужны причины. Еще раз говорю: Тимур мне не изменяет. Не нужно всех мужиков теперь винить.

— Ты такая наивная, как я когда-то! Помнишь я говорила, что мы с Николаем теперь будем жить до старости? А теперь посмотри, что с нами стало. Завтра же пойду подавать на развод.

— Подожди… Может ты его простишь? Он тебе один раз изменил. Может он больше не будет?

— Смеешься? Как я теперь с ним спать буду? Каждый раз буду представлять, что его стрела была в этой вертихвостке… Фу! Как представлю, так плохо становится.

Я тоже вздрогнула от отвращения, даже несмотря на то, что ситуация касалась не меня. Представила себя на месте подруги и похолодела. Неужели измена действительно оставляет такой отпечаток, что даже физическая близость становится невозможной?

— Как жаль. Николай такой хороший отец. Может ради детей простишь его?

— Ну не могу я! Ты не понимаешь, это не просто измена. Это предательство всего, во что я верила. Всех наших планов, мечт… Он растоптал все.

Слова утешения казались пустыми и банальными. Рита сама должна решить, что для нее важнее: сохранить семью ради детей или освободиться от боли и начать новую жизнь.

— Я знаю, что детям будет тяжело, — продолжила она, всхлипывая. — Но я не смогу притворяться. Не смогу улыбаться ему, зная, что он делал. Я буду только мучиться, и дети это почувствуют. Лучше пусть видят несчастных родителей порознь, чем вместе, но фальшивых. Мы же будем теперь как кошка с собакой. Зачем нашу ругань и ссоры слышать детям?