Я неподвижно стою у двери нашей спальни и смотрю, как муж складывает вещи в чемодан. Он от меня уходит.
В моей руке тест для определения беременности — у нас будет ребенок. Мы шли к этому семь лет.
Семь лет я сдавала анализы, проходила УЗИ, пила таблетки, считала дни, молилась и плакала в подушку, когда от тщетности попыток сдавали нервы.
И вот случилось…
Мне тридцать пять, ему сорок три. Я психолог, он хирург. Взрослые, умные люди.
Тогда, черт побери, что с нами происходит?..
Я знаю, что происходит, но не понимаю, как мы до этого дошли. Даже разбирая события по секундам, я все равно не понимаю.
Сергей закрывает крышку чемодана и щелкает замком. От этого звука дергается сердце.
Прикрываю глаза и сжимаю пальцами переносицу. Я еще могла бы представить себя на месте Сергея — в какой-то похожей ситуации. Но как сейчас — никогда.
Он такой родной… Кажется, мы прожили вместе всю жизнь. Мы столько лет мечтали об этом ребенке, а он уходит в тот день, когда я узнала о беременности.
— Ты же вернешься?.. — спрашиваю, когда он проходит мимо.
Сергей останавливается, я замираю в ожидании ответа.
— Посмотрим, — на выдохе говорит он и на прощание целует меня в лоб.
Сергей уходит, а я остаюсь в нашей спальне, залитой январским утренним светом. В квартире, где все еще витает аромат приготовленных на завтрак сырников.
Я обессиленно опускаюсь на стул.
_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _
Добро пожалось в нашу новую историю! Спасибо за вашу поддержку и любовь к нашим героям. Это будет яркое и чувственное приключение! Залетайте!

Я узнала о беременности час назад, в нашей ванной, в которой мы с Сергеем только что чистили зубы, улыбаясь друг другу в зеркале. Обычное субботнее утро.
Я сделала тест, как делаю это уже семь лет, — каждый раз, когда задержка дольше недели. Ждала результата, ни на что не надеясь, — привычная рутина. И вдруг “плюс”.
Внутри все окаменело. Шок был настолько сильным, что в голове промелькнуло: “Может, я ошиблась?” Может, беременность — это “минус”?
Но, конечно, я знала, что означает “плюс”. Я семь лет мечтала его увидеть.
Господи!..
Ну почему сейчас?! Почему не месяцем раньше или месяцем позже? Именно сейчас, в единственный промежуток времени, когда я не могу быть уверена на все сто процентов…
Я думала, что уже понесла наказание. Но нет, этого оказалось мало! И что теперь делать?..
Я села на диван, положила перед собой телефон и зажала ледяные ладони между колен. Я удалила имя Валика из списка контактов в телефоне, но его номер прочно отпечатался в памяти, как шрам.
Сорок минут я сидела вот так, уткнувшись взглядом в экран, не решаясь нажать на кнопку вызова. То брала телефон в руки, то снова откладывала на стол. Мне нужно было решиться и сделать этот чертов звонок до того, как Сергей вернется из магазина.
Я решительно встала. Покусывая губу, прошлась по комнате. Глянула в окно — Сергея не было видно — и нажала “вызов”. Я слушала длинные гудки, нервно полируя ногтями подоконник. В животе от волнения стягивался болезненный узел.
— Привет, — раздался голос Валика.
На долю секунды он вернул меня в ту ночь, в тот коттедж, в ту тишину — и по рукам полетели мурашки. Я прикрыла глаза от осознания того, как Валик все еще на меня действует.
— Валентин… — спокойным, как на сессии, голосом начала я, пытаясь взять себя в руки. Кровь так громко стучала в висках, что я едва слышала свой голос. — Что на самом деле произошло между нами в коттедже?
Он, конечно, не мог просто ответить!
— Почему ты спрашиваешь? — настороженно произнес Валик.
— Это очень важно. Пожалуйста, скажи, — умоляла его я. — Между нами что-то было? У нас был секс?..
А потом, уловив какое-то движение, я подняла голову и увидела в стекле отражение Сергея. Он стоял в дверном проеме, в куртке, с пакетом из супермаркета.
Я сбросила вызов и медленно обернулась.
Мы молча смотрели друг на друга. Телефон все вибрировал и вибрировал в ладони.
— Я просто хотела убедиться… — пыталась оправдаться я, совершенно по-дурацки притворяясь, что все нормально.
И снова повисла пауза, от которой немели кончики пальцев.
— Ты понимаешь, как это выглядит? — спросил Сергей спокойным, почти ледяным, голосом.
— Понимаю…
— Как можно не знать, был ли в тебе другой мужчина, Лю?
— Я же все тебе рассказала… — ответила я, едва сдерживая дрожь в голосе. — Между нами ничего не было.
— Я просил у тебя только одного — не врать. А ты снова за свое! “Ничего не было”. Но при этом звонишь ему уточнить! — повысил он голос, но тотчас же взял себя в руки.
— В состоянии аффекта! — в отчаянии выкрикнула я. — Я только что узнала, что беременна.
Я нервным движением отключила телефон, по которому до сих пор пытался дозвониться Валик.
— Да, — словно раздумывая, сказал Сергей. — Забеременела именно сейчас, хотя мы пытались семь лет.
— Это… нечестно, — тихо выдохнула я.
Сергей только молча кивнул: да, нечестно. Постоял еще пару секунд и направился в спальню. Я бросилась за ним.
Он достал из шкафа чемодан — тот самый, который мы брали на свадебное путешествие в Индию, — и раскрыл его на кровати.
— Я же на других мужчин даже не смотрела, — в панике говорила я, путаясь у него под ногами, пока он собирал вещи. — Ты же меня знаешь!
Сергей на меня и не взглянул.
— Я думал, что знаю. Но теперь… — Он швырнул в чемодан стопку футболок и потянулся к верхней полке шкафа за свитером, который я подарила ему на прошлый Новый год. — Теперь я не так уверен.
— Пожалуйста, не уходи! — Я обняла его сзади, прижалась щекой к спине. — Когда ребенок родится, мы сделаем тест на отцовство, и ты мне поверишь.
Сергей осторожно расцепил мои пальцы.
— Вот тогда и поговорим.
…Я семь лет замужем за лучшим мужчиной на свете. Я всегда была верной, осторожной даже в мыслях — не потому, что святая, а потому, что мне нужен был только он.
Теперь Сергей ушел, а я осталась сидеть в нашей спальне на стуле, с тестом на беременность, зажатым в руке, совершенно опустошенная, будто выпотрошенная. Странно, что в этой пустоте живет крошечный ребенок.
Все наладится, я знаю. Сергею нужно пространство. Еще неизвестно, как бы я повела себя на его месте.
Мы с Сергеем разумные люди, осознанные до мозга костей. Мы обязательно с этим справимся. У нас все будет хорошо.