Ретроградный Меркурий между нами

Глава 1. Типичный козерог

— Звездочка моя, ты там не передумала?

Я мчу по тротуару на самокате, с наушником в ухе, лавируя между прохожими. А моя лучшая подруга Машка продолжает тараторить. Она вообще такой человек — который способен разогнать не только сомнения, но и поезд дальнего следования.

— С учётом того, чем ты зарабатываешь на жизнь, не верить в судьбу — это кощунство.

Я фыркаю. Верю ли я в судьбу? Конечно. Я за это деньги беру. Я астролог. Увы, не по призванию, а по суровой необходимости платить аренду, коммуналку и заполнять холодильник хотя бы один раз в неделю.

Между прочим, если кому-то интересно, я собиралась стать психологом. Училась, старалась, была одной из лучших на курсе. Но пятерки в зачетке не гарантировали мне место под солнцем. Практика не пошла, а астрология внезапно стала приносить хороший доход. Хобби стало работой.

— Маша, не кипишуй. Я уже в пути. Десять минут — и я буду на месте.

— Давай-давай, а то кто-нибудь другой утащит нашу птицу счастья за хвост. Карты дали четкий знак.

— Ты же знаешь, что у меня безграничный кредит доверия к картам твоей прабабушки. Но чтобы найти кого-то приличного на быстрых свиданиях, одних таро будет мало.

Машка обиженно вздыхает, но не сдаётся:

— Аврора, я чувствую всем нутром.

Да, кстати. Меня зовут Аврора. Утренняя заря, если верить латыни.

И вот именно в тот момент, когда я собираюсь озвучить свои мысли о подозрительной, в последнее время, активности Машкиного нутра, мой самокат подпрыгивает на кочке, и я отвлекаюсь на долю секунды. А из-за поворота появляется он. Высокий, широкоплечий мистер-уверенная-походка. Да чего греха таить, просто красавчик как из рекламы пены для бритья.

Боже, о чем я думаю? Мне двадцать семь лет. Ничему жизнь не учит.

А тем временем самокат ведёт в сторону. Я пытаюсь исправить ситуацию, но мой китайский друг не поддается — видимо, решил, что сегодня идеальный день для смертельного танго.

— Черт, черт, черт…

Я пытаюсь выровнять траекторию, но понимаю, что всё — руль не слушается, меня заносит. Экстренно принимаю решение о мягкой капитуляции в ближайшие кусты. Лучше я, чем случайные свидетели моей драмы. Мне ни к чему такие кармические хвосты.

А красавчик, о котором я уже и забыла, реагирует быстрее, чем я успеваю совершить задуманный трюк. Резким движением он меня буквально сдергивает с самоката, и тот отлетает в сторону, получив высококлассный пинок.

А я… Я падаю прямо на мужчину. На его крепкую грудь, если быть точной. Мы на секунду замираем. Я — сверху. Он — снизу. Наши лица в неловкой близости друг от друга.

— Так, — говорит он командным тоном, — голова не кружится?

Я моргаю, пытаюсь собраться.

— Нет… вроде.

Он ладонью на секунду касается моего локтя — проверяет рефлексы, как врач, без всякой интимности.

— Руки-ноги целы?

— Кажется, да.

Он кивает и только после этого слегка отстраняется.

— Тогда слезайте.

Я быстро встаю, поправляя ветровку и пытаюсь улыбнуться:

— Вы всегда так оперативно вмешиваетесь?

— А вы всегда разговариваете по телефону за рулём? — сухо интересуется он.

— Это не руль, а самокат. И говорила я по наушнику.

— От этого вы стали безопаснее для окружающих?

— На этой неделе начался период ретроградного Меркурия. Все сферы под управлением этой планеты выходят из-под контроля. Транспорт одна из них, — улыбаюсь я примирительно, пытаясь разрядить обстановку.

— Так… понятно, — сухо отвечает он.

— Что вам понятно?

— Что нормальные люди в такие ситуации не попадают.

Я моргаю. Не получилось сгладить углы. Запущенный случай. Такое даже внешность не компенсирует.

Решаю сделать ход конем и поразить его вежливостью. Против такого лома нет приема. А спорить с угрюмыми скептиками — дело весьма неблагодарное.

— Спасибо, что не дали мне красиво уйти в астрал.

Он прищуривается.

— А вы, значит, из тех, кто списывает бардак на звёзды?

— Нет. Я его монетизирую.

— Отлично. Значит, хаос у вас по подписке, — ухмыляется.

— Скорее на аутсорсе, — парирую я. — Я лишь транслирую, что там наверху напланировали.

Он смотрит на меня ещё секунду, словно решает, шутка это или диагноз.

— Совет на будущее, — говорит наконец. — Смотрите по сторонам.

— А вы?

— А я привык работать с ненадежными конструкциями и спасать тех, кто не справляется с управлением.

Вот теперь я замираю.

— Намекаете на что-то?

Он делает шаг назад, бросает взгляд на самокат:

— Предупреждаю.

И уходит.

Я смотрю ему вслед и понимаю сразу две вещи. Первая: этот мужчина раздражает меня сильнее, чем зависшие построения натальной карты при плохом вайфае. А вторая: Вселенная только что мне подмигнула. Очень подозрительно.

Решаю больше не рисковать и оставшийся путь преодолеваю на такси.

Кафе уже гудит. Машка ждет меня у входа. По дороге рассказываю ей о своей эпической поездке.

— Божечки-кошечки, — выдыхает она. — Постановочное знакомство, в лучших традициях Голливуда. Карты ведь не просто так истерили? — Пауза. — Так, колись. Симпатичный?

— Да, — признаю. — Но характер все испортил.

— Все настолько плохо?

— Типичный Козерог.

— Уууу… все понятно. Значит, сегодня Вселенная тебе еще кого-нибудь подкинет.

«Самки выходят на охоту», — первая мысль, которая приходит мне в голову, когда захожу в зал.

Две дюжины женщин в полной боевой готовности окружили администратора, словно хищницы у водопоя.

Когда все девушки в сборе, администратор дает нам рекомендации быть активными, приветливыми и побольше улыбаться. В общем, выкрутить свои потоки женской энергии на полную катушку, ведь только от нас самих зависит, как пройдет сегодняшний вечер.

Может, и правда стоит выключить своего внутреннего скептика на час? Вдруг что-то действительно выгорит?

Мы рассаживаемся. Ведущая быстро объясняет правила: пять минут на свидание, затем гонг, и мужчина пересаживается за соседний столик. Мы не знаем имен друг друга — только номера, присвоенные организаторами. В конце отмечаем понравившихся кандидатов, а если симпатия взаимная, то через несколько дней организаторы вышлют нам контакты.

Глава 2. Парад планет

Если это сценарий Вселенной, то у редактора сегодня явно был выходной.

Первый мужчина садится напротив меня еще до того, как успеваю сделать глоток заказанного мной напитка. Хороший костюм, белая рубашка, часы явно недешёвые. Улыбка, как у ведущего супердорогого тренинга по личностному росту или финансовой свободе: широкая, уверенная и немного хищная.

— Здравствуй, — говорит он так проникновенно и тут же кладёт руку на стол. Демонстративно, ладонью вверх.

Ну ты же мой хороший. Первый кандидат — и сразу страйк. Сразу решил зайти с нейролингвистического программирования. В простонародье — легкий гипноз для доверчивых простушек.

— Добрый вечер, — говорю я и сразу принимаю закрытую позу.

— Я ищу женщину, — продолжает он, — которая будет каждый день вдохновлять меня на великие дела.

— А вы её чем вдохновлять планируете?

— Собой, я Альфа, детка.

Отлично. Тут даже натальную карту можно не составлять, диагноз и без того ясен.

— Интересно… А ретроградный Меркурий дезориентирует вашу стаю? Или вы сильнее планет?

Гонг звучит слишком поздно.

Мужчина подмигивает и оставляет после себя лёгкий запах самоуверенности и тяжёлых амбиций.

Нет, ну, возможно, это и сработает на тех, кто еще не сталкивался с реальностью. А в моем случае, увы, жизненный опыт — штука необратимая.

Следующий, пожалуйста.

Второй мужчина садится осторожно, будто извиняется перед стулом за причинённые неудобства. Аккуратно подстриженные волосы, опрятная, но безликая одежда. Что меня по-настоящему настораживает, так это свежий маникюр. Нет, вы не подумайте, что я предвзято отношусь к мужчинам, посещающим маникюрные салоны, но в данном случае это настораживает.

— Добрый вечер, — говорит он. — А… вам здесь не дует?

Я оглядываюсь. Кондиционер работает в режиме «скажи спасибо, что живой».

— Добрый вечер. Нет, всё нормально.

— Просто мама говорит, что сквозняки — это начало всех болезней, — доверительно сообщает он. — Особенно у женщин.

Опа. А картинка-то начинает складываться. Я переоценила пацана. Грешным делом подумала, что маньяк, а у нас тут просто сыночка-корзиночка — подвид, выращенный в тепличных условиях.

— Я Андрей, — говорит он тихо.

— Кого вы здесь надеетесь встретить, Андрей? — уточняю я с тем самым тоном, которым обычно спрашивают у кота: «Ну и зачем ты туда полез?»

— Мне мама сказала, что пора бы уже начать строить отношения.

Я киваю сочувственно.

Он достаёт телефон и кладёт экраном вверх. На заставке он и женщина на вид лет пятидесяти. Главная женщина в его жизни. Тут без вариантов.

Экран загорается почти сразу.

Мама ❤️: «Ты уже сел? Посмотри, как она держит спину».

Я аплодирую стоя. Купидон сейчас нервно курит в сторонке.

— Простите, мама переживает. Мы с ней очень близки, — говорит он с гордостью. — Она мне как лучшая подруга. Я сразу предупреждаю, чтобы потом не было сюрпризов.

Как предусмотрительно. Сюрпризов действительно нет. Есть сразу полный комплект.

— Ценно, — осторожно говорю я. — А… личные границы у вас тоже общие?

Он искренне смеётся.

— Ну зачем же нам границы? Она всегда на моей стороне.

— Мама всегда знает, как лучше.

В глазах моего собеседника проскальзывает одобрение. Кажется, я прошла первый отборочный этап.

— А вы готовите? — спрашивает он с надеждой.

— Иногда.

— Мама говорит, что домашние женщины сейчас на вес золота.

Гонг.

Я смотрю ему вслед и делаю мысленную пометку: в конце вечера проверить, что они с мамой благополучно встретились. Таких нельзя отпускать одних ночью — вдруг простудится.

Третий «самец» появляется слишком близко. Не садится, а буквально вклинивается в моё личное пространство, как будто стол между нами — лишь незначительная формальность. Многослойная одежда, акцент на индивидуальность и эстетику. Очки в массивной оправе, символ интеллектуальности, но «не как у всех». Кожаный браслет на запястье. Улыбка липкая. Взгляд оценивающий. Легкий наклон головы. В глазах не интерес, а инвентаризация.

— Привет, — говорит он негромко. — Ты очень… энергетическая.

Отлично. Пошли эзотерические термины.

— Спасибо, — отвечаю я автоматически и чуть отодвигаюсь вместе со стулом. — Это от кофе.

Он усмехается:

— Нет. Я чувствую людей. Особенно женщин.

Ну конечно чувствуешь. Всем телом.

Он кладёт локти на стол и склоняется вперёд.

— Ты, наверное, знаешь, что у тебя сильная сексуальная чакра?

Я моргаю.

— Интересно, — тяну я, — а вы по какой системе работаете? Ведическая? Тантра? Или «прочитал один пост в интернете»?

Он не смущается. Это плохой знак.

— Я практик. Мне важно глубоко чувствовать партнёршу.

Он делает паузу, явно ожидая реакции. И я даю самую что ни на есть честную:

— А согласие вы тоже чувствуете? Или оно мешает потоку?

Впервые за вечер он слегка теряется. Но быстро приходит в себя:

— Ты дерзкая. Мне нравится. Обычно женщины раскрываются чуть позже.

— Обычно женщины позже встают и уходят, — уточняю я. — Но у нас ускоренный формат.

Он наклоняет голову, рассматривая меня, как товар с дефектом.

— Жаль. Мы могли бы многое проработать.

— Верю, — киваю я. — Особенно в кабинете психотерапевта.

Гонг звучит спасительно.

Мужчина задерживается на секунду дольше, чем положено, и наклоняется ко мне:

— Если передумаешь… я люблю нестандартных.

И уходит.

Я делаю глоток воды, стараясь не выглядеть одновременно шокированной и заинтригованной.

Нет, вы не подумайте, я не ханжа. И не против всяких там разных экспериментов. Наверное. Но чтобы на такое решиться, нужен такой нехилый парад планет. В глубокие воды, так сказать, абы с кем не прыгают.

Четвёртый мужчина садится с уверенностью, будто именно он главный герой вечера. Широкая улыбка, белые зубы, глаза блестят хитро и чуть дерзко. Волосы слегка растрёпаны, одежда стильная, с налётом эксклюзивности. Парфюм как завершающий элемент образа.