Рик

Привезли его морозным, зимним вечером пушистым, белёсым и жизнерадостным комочком из далёких северных широт. И рассказывалось при дарении:

–Это, мол, щенок породистой оленегонной лайки, кои успешно пасут громадные стада оленей. Лопари ими довольны весьма! И такой пёс сгодится, мол, в глуховатой деревушке, окружённой лесами, для охотничьих забав и развлечений.

Большая, шумная компания, собравшаяся тогда на юбилей хозяина дома, уже весьма зрелого местного жителя, восседала в жарко натопленной избе, за сдвинутыми воедино столами, обильно уставленными кушаньями и горячительными напитками. Были все дети с половинками и было порядочное количество внучат. Уже взрослые дети стариков, с удовольствием, тискали и нянчили комочек. В особенном восторге конечно находилась многочисленная малышня. А щенок, совершенно ошалевший, от столь внушительного количества потенциальных хозяев, немного стеснялся и все старался упрятать черную точку своего носа в искрящуюся, белоснежную шерсть на боку. Но малыши, а, впрочем, еще пуще этих, взрослые тёти и дяди непременно хотели потискать и понянчить комочек. Эти занятия прерывались только лишь для произнесения очередного тоста за здоровье юбиляра, но щенку было не легче и в эти минутки. Внучата, не созревшие ещё для тостов, надвигались плотным кольцом, в общем не давали тому скучать. Компания, обильно разогреваемая горячительными напитками, совершенно оживилась, выплескивая из своих недр взрывы хохота и веселья. Кто-то вспомнил вдруг:

– Мы ведь еще никак не назвали щенка!

Шумно, перебивая друг друга, все рьяно начали предлагать имя для комочка. После долгих поисков и переборов кличек, остановились на звучном и слегка рычащем имени – Рик! Теперь уж история умалчивает кто первым это предложил, и кто поддержал. Тут щенок, которого не выпускали буквально, из рук и очутившись в какой-то момент на полу один, сотворил аварию! Небольшая лужица растеклась по полу, что было встречено полным восторгом и рукоплесканием. А кто- то воскликнул:

- Всё! Он наш! Он нас пометил!

Однако этот инцидент повлиял на дальнейшую судьбу, уже теперь Рика, в тот вечер. Взрослые провозгласили, что пора ему отдохнуть, перекусить ему обильно таскали вкусности со стола и тёти и дети, так что надо отправить щенка в другое помещение для его успокоения. Пирушка продолжилась, только дети слегка были недовольны, но только минут на десять.

Минул этот день, и на следующий день щенок активно уже осваивал территорию. Побродил по всем комнатам дома, потом его вынесли на улочку. Тут уж счастье у пса было нескончаемо! И вечером отказывался даже заходить в дом. Пришлось хозяину срочно обустраивать конуру Рику. И даритель тоже сказывал:

Это, мол, северная порода! Совершенно не боится холодов из-за мощного подшерстка! Ему, мол, по душе лучше лютый мороз, чем жара!

Катились дни, недели и затем уж и месяцы. Рик рос буквально на глазах. Лапы вытянулись и всем уж стало закрадываться сомнение в чистоте родословной у пса. Всё еще щенок, на длиннющих лапах, но уже повыше и лаечной породы, Рик стал потихоньку трансформироваться в некий симбиоз овчарки, эрдельтерьера и лайки. Долго жители деревеньки обсуждали эти превращения пса.

А Рик рос добродушным, веселым и необычайно смышленым. Всех всегда встречал, виляя хвостом, не ворчал ни на кого, за что и получал от окружающих изрядную толику ласки. От бабушки-лайки он унаследовал пушистую и густую бело-серую шерсть, от дедушки-эрдельтерьера значительную волосатость на физиономии, а от прабабушек-овчарок – торчащие кверху уши, которые, впрочем, отличались от ушей овчарок, верхний край уха выписывал причудливую волну. И пес, с таким компотом в экстерьере, научился еще и улыбаться, смешно оголяя десны. Это действо производило фурор у окружающих.

Так вот и катилась жизнь этого пёсика. Охранял хозяйский дом, жил в конуре, любил походы на речку, активно резвясь в воде и всем встречным улыбался. Когда мне довелось взглянуть на него впервые передо мной представился Рик уже в почтенном возрасте. Явная мордочка овчарки, с черным носом, обильно заросла шерстью. Мохнатые и завитые брови напоминали о дедушке и придавали Рику слегка суровый вид, но это до той поры пока он не начинал улыбается. Густая плотная шерсть была его мучением, особенно во время линьки, приходилось хозяйке вычёсывать его метлой-голиком. Рик всегда шалел от этой процедуры, мог часами стоять, только чеши его.

Ещё конечно любил он ухлёстывать за различными собачьими невестами, обитающими по соседству. Особенно ему по нраву пришлась миниатюрная болонка, проживающая чуть дальше по деревенской улице. Её привозили на всё лето. Трудно было надеяться на взаимность. Она такая вся – благородных кровей, однако и Рик, несомненно, дворянин! Всегда он был галантен и предупредителен с ней и даже притаскивал неоднократно в зубах зазнобе сахарную косточку. Вот такая простая и незатейливая история жизни пса дворянского, т.е. дворового происхождения. Выдающимся охотничьим псом он не стал, видимо из-за весёлого и беззаботного нрава, ну очень ему гонять всякую живность в лесу нравилось. Шумное поведение «охотника» загодя заставляла обитателей леса убегать иль улетать прочь. Да, незатейливая жизнь! Но в одном ракурсе Рик превзошёл многих псов!

То, что собака, это друг человека давно всем известно. А Рик и был у всего человеческого рода другом и благодарным развлекателем. А еще известно – псы крайне редко равнодушно взирают на различных пернатых. Видимо возбуждается их охотничий инстинкт. У Рика в молодости случился конфуз. В порыве эмоций он прихватил зубками, весьма впечатляющего размера, хозяйскую курицу, затискал её в объятиях, что та, не выдержав его ласк, представилась. Ох! И влетело же тогда Рику! По первое число влетело! И видимо, полученная взбучка, и переживания хозяйки привело пса к весьма почтительному отношению к пернатым. И более того! У него, в какой-то момент, появилась любезная подружка из пернатых.