Род

Часть первая: "Курица или яйцо?" Глава 1: Начало

Всё начинается с тишины.

Она полна энергии и информации.

Она потенциальна и безупречна.

Она – начало всего и она же – конец…

Не время для пустоты,

когда наступает время творить!

Авторское

В начале было Слово. Звуковые колебания породили вибрации непроявленного и столь высоки в звучании своём, что убоялась сама тьма. И во тьме вспыхнул свет, озарив Небытье. То мгновенно стало Былью, подчиняясь воле Творящего.

Свет разогнал тьму и расширил границы проявленного. Полетели во все стороны Слова и Мысли Творца, усложняя цепочки взаимосвязей, опережая свет и ему потворствуя. И подчиняясь Воле Слова, стала видоизменяться сама тёмная материя, как создавая прочные связи, так и участвуя в расширении на всех уровнях Бытия. Ибо Слову, в отличие от света, нет преград ни в одном из миров и как опустился в Нижний мир Творец, так и поднимется в Высший.

Когда Единое в проявленном стало необъятно, Творящий понял, что Слова его никто не слышит в Срединном мире и породил он Алваров для тех, кто донесёт Слово. «Первых, кто услышит».

И каждого поставил Творец над своим сектором в расширяющихся мирах. Тех, кто встал ближе к Центру Мироздания, ждало благоденствие и спокойствие. Так как Свет и Слово уже достаточно потрудились подле Творца. Тех же, кто занял фронтир, встав на границе творимого, ждал лишь хаос на границе Потенциального. И в местах, где Слово обогнало свет, но тёмная энергия ещё не подчинилась Воле Творящего, возможно всё. И там было тяжелее всего нести службу.

Там, на границе, где царил хаос, не желая подчиняться Воле, жили вне чётких образов, но со своей волей, самые тёмные мысли Творца. И пограничным Алварам суждено было дать им бой и подчинить Его Воли. Ибо только в шестнадцати Чертогах суждено сойтись материи и энергии в пространстве так, чтобы в бесконечных комбинациях неживого и неживого народилась живое и появилась сама жизнь.

Потому второе имя Алваров – «проводники жизни».

Лишь обозначили границы влияния Сектора, и древо Восхождения пустило корни во всех мирах, соединив переходы для душ, как разнёсся по Небу могучий, древний, полный силы и мощи Глас… Это был Голос Миры Творящего. Колебания эти разрушали и творили. Зажигали новые солнца и взрывали старые, себя изжившие в бесконечных попытках вновь и вновь комбинировать элементы, чтобы из неживого и неживого породить живое.

– Скорпиэль…

Алвар оглянулся, рассматривая как себе подобных, так и сонмы сопричастных к творению, охранению, сражению с тёмной волей Вне-Слова и всех, кто наблюдает, передаёт, хранит, дополняет, влияет. Как по своей воле, так и воли той не имея. И в массе своей это всё и называлось – сонмы. Тому, чему нет числа, если считать в каждом из многоплановых миров.

– Да, Творец, – ответил Скорпиэль, получив имя.

– Ты воитель мой?

– Твой, Отец.

– Но почему же ты откликнулся на имя раньше, чем я сказал, что это ты?

– Мне показалось, что это моё Имя, Создатель.

– Это было просто Имя. Но ты присвоил его себе и получил его Силу.

– Всё так, Отец. Это показалось мне верным.

– Ты проявил самостоятельность и не отрекся от своих поступков. Нарекаю тебя Скорпиэлем, дарую тебе звание Арлега – над легами самостоятельными стоящим. Ты будешь править одним из шестнадцати Чертогов. Миром, созданным Мной, но пока пустым и неразвитым. Я зажгу там жизнь, и ты должен будешь её поддерживать. Отныне ты – очи Мои в этом Секторе. Ты – Взгляд Творца.

– Благодарю тебя, Творец. Я не подведу Тебя, – ответил Скорпиэль и застыл, ощущая много нового в себе.

Только что не было ничего и вот уже – он есть. Целый, структурированный, преданный, но в то же время настолько же свободный, насколько подчинённый.

Отныне он был наречён и имел силу созидания. Отныне, он выполнял Поручение Творца. И когда его поставили над сектором Рыси, он видел, что не все Мысли согласны с Творцом.

Многие задают вопросы, спорят, сомневаются и проявляют непокорность и прочий нрав. Они – промежуточный итог между мыслями создания и мыслями разрушения. Но с ними тоже придётся иметь дело, так как в пробуждённых сонмах разные потенциалы. И все они необходимы для того, чтобы зажёгся огонь жизни.

Что для одних жизнь – благо. То для других – выживание, конкуренция, сражение с себе подобными, естественный и искусственный отбор ради общего блага. И всё имеет право на существование, пока не подтверждено обратное. То – сомнения Творца. И даже Он – сомневается. Так же говорить об остальных в Замысле?

И поставили Алвара Скорпиэля над Чертогом Рыси. И в помощь ему были поставлены Габриэль и Михаэль. А словно в противовес им встали – Люцифер и Сатаниил. И стерёг Лестницу восхождения Атвентиил, и наблюдал за этим всем Рафаэль. Гелы и леги, Арлеги и Архигелы. И у каждого – имя и суть.

Сонмы имён вылетали из уст Творца в мгновения, когда не существовало ещё и времени, и вот уже – все плывут в реке времени и вспыхивает жизнь в Чертоге. Тянутся ступени восхождения к миру. И кажется, что нет ничего более постоянного, чем сотворённое.

Каждый наречённый обретал силы существ с самостоятельной волей или с волей Его. Существ подчиняющих или существ подчинённых, существ хранителей, смотрителей или существ проводников, защитников. Ни одна из мыслей Творца не была мёртва. Каждая мысль отозвалась на зов Его.

Одним Он радовался, другим печалился. Но безразличие Его не касалось ни одной из них. Ибо нельзя отречься от собственных мыслей.

Часть первая: "Курица или яйцо?" Глава 2: Небесный квартет

Сектор Рыси.

Около 200 тысяч лет назад.

Космос наслаждался тишиной. Абсолютно тихое пространство заброшенного мира поражало запустением: ни единого сигнала от когда-то густо заселённого Чертога. Ещё круг времени назад переполненный эфир омертвел. Волны утихли, за исключением естественного фона.

Четверо ведали, что было иначе. И Чертог был полон жизни. Но неизвестная Катастрофа отрезала сектор от Лестницы Восхождения. Двенадцать мёртвых планет с почти искусственными островками жизни казались жалкими останками былого величия системы.

Спросить не с кого. Управитель спит. Система адекватного ответа не работает. Сектор переступил за Кон и в нём случилось ранее неведомое – здесь перестали воплощаться души.

Но Вселенная не терпела мёртвой пустоты. Потенциальный мировой организм, почуяв запустение, упрямо слал мириады сигналов к центру мира, дабы обратили сильные мира сего на омертвевшие клетки и не оставил общий организм Рода их без внимания.

Живое не может молчать. Пустота должна быть заполнена!

Как Древо Жизни даёт влагу листве, питая соками корней, так и каждый из шестнадцати чертогов-секторов – есть корни Древа. Быть ему живым и питать своими соками Центр Мира, иначе омертвеет сама Вселенная.

Такова воля Творца всего сущего.

Коллективный божественный эгрегор Рода ведал обо всём происходящем. И Старшие боги желали призвать умолкнувшие пустоты потенциальных миров к ответу. Движимый его волей, корабль с четырьмя божественными посланниками на борту величественно вошёл в Чертог Рыси. Огромное яйцо белоснежно-стального цвета неторопливо проявилось из подпространства в опасной близости рядом с планетой Немезидой.

Нарушенная связь с сектором давала о себе знать неведеньем. Даже боги не обладали точными координатами перехода в закрывшийся мир спустя долгое время разрыва. Бортовой компьютер, потеряв связь с местными системами опознавания, вывел лишь наиболее приемлемые координаты перехода. И мир сложился в струну подпространства. Две точки обозначили отрезок, соединились между собой информационным потоком и проявили себя ярким переходом, разгоняя микрочастицы и споря с солнечным ветром за пространство.

Скорости, в том числе сверхсветовые, теряли смысл в мире подпространства, где теряло смысл само понятие «расстояния-времени». Там всё сущее находилось в одном месте в реке времени. Стазис в самой точке, которую принято считать Проатомом. Весь вопрос лишь в том, в какой момент времени выйти из реки на берег, чтобы вновь почуять ветра перемен.

Давно молчали не только планетарные порталы перехода, но и космоврата сектора, ранее управляемые в том числе и с Немезиды. Появление корабля на секунду обозначилось яркой вспышкой. Затем тьма вновь поглотила всё вокруг. Скачок оказался удачным. Он не нанёс урона заброшенным лабораториям на поверхности ледяного карлика.

С болью в сердце посмотрел на обломки на орбите Сварог. Сфера Дайсона, ранее подогревающая целую мини-планету до оптимальных человеку температур, перестала существовать. Искусственное сооружение более не служило и маячком для кораблей, желавших попасть в сектор. Когда-то оживлённая этим богом планета, вновь опустела.

Цель четырех гостей Чертога была проста как всё сущее – восстановить порядок, вернув когда-то зажжённому искрой жизни миру было величие. Ибо мысль Живого – приоритетна. Вновь должны прикрепить чертог Рыси к анклаву сосуществования боги – вернуть «ладони Рода». Так постановил коллективный совет богов – Единое Дыхание Творца.

Единое и Неделимое в высших сферах сущее, но в низших мирах проявленное индивидуально.

Огромный корабль-матка нёс для возрождения всё необходимое. Ведали четверо сверхсуществ на его борту, как зажигать звёзды и использовать Чёрные Дыры, Тёмную и Белую материю, а также белую, тёмную и серую энергии, коей полна сущность проявленного и непроявленного мира.

Имена их гремели во всех остальных пятнадцати Чертогах. Ибо славны дела их. Боги животворящие и дарующие свет в вечной тьме не творимого вечны, пока един коллективный дух.

Это были достигшие уровня бессмертия существа, рекомые Световитом, Марой, Сварогом и Макошью. И путь их не подлежал забвению в роде, ибо все четверо были специалистами в своих областях.

Мара – лингвист, дар письма создающий. Филолог, контакты налаживающий. Она учила, что мысли иерархичны и порядок им надобен. Это начало осознания и центр становления жизни. Но знавала богиня и конец всего сущего, обращаясь с энергией перехода, как с любой другой энергией боги.

Световита знали, как инженера отменного. Это он с тоской смотрел на порушенные врата и сферы, погасшие маячки и более не используемые в секторе источники энергии. Давно и даже очень давно он принимал участие в их строительстве. Теперь же предстояло всё создавать сначала. Он видел, что можно сделать лучше. И сердце его полнилось надеждой на возрождение. Конструктор по своей сути, он жил созиданием и тешил себя новыми творениями при всякой возможности.

Третьим богом по счёту, но не по значению, был Сварог. Космобиолог, за преображение планет ответственный. Он всматривался в показатели жизнеспособности всех двенадцати планет и их лун. И болью в душе отзывались цифры, озвученные Числобогом.

Сверхкомпьютер, к богу приравненный, был неумолим – много урона познал Чертог Рыси и большинство планет более не были пригодны для жизни. Без терраморфинга не обойтись.

Время преобразовывать. Время менять. Время меняться.

Сам Числобог богом не считался. Он лишь компьютер, разумом богам подобный, разумом богов созданный, им же в мире проявленном необходимый, но бесполезный в высших сферах высоких энергий. Его дело анализ, навигация, хранение данных, получение доступа к любым типам энергий для межпланетных перелётов и общий разбор полёта среди комических вибраций небесных тел. Он буквально щупает пространство и способен вспарывать его кожу, протыкая в точках переходах для дальнего прыжка или сжимать пространство вокруг себя для достижения сверхсветовых скоростей.

Часть первая: "Курица или яйцо?" Глава 3: Перед прибытием

Все посмотрели в посветлевшее обзорное стекло корабля, на котором отобразились основные данные, зафиксированные локаторами и многочисленными датчиками.

Жизнь во всём секторе теплилась лишь на Мидгарде – «срединном мире», что ранее был лишь центром средоточия цивилизации сектора. Но отныне странен был лик обитаемой планеты: чудовищные землетрясения сотрясали её, гигантские волны не утихали и ураганы бесновались по поверхности от больших перепадов температур. Словно что-то потревожило обитель и лику планету это не нравилось. От того оно морщилось и сотрясало всё вокруг.

Мир, в котором едва теплилась жизнь, терзали сильные ветры и бури. Землю заливали беспрерывные дожди. Во многих местах был повышенный радиационный фон, как после преднамеренного расщепления атома. Ужаснулись боги запустению мира. Сканер показал, что ни одного человека более не жило более на Земле. Никого не осталось от предыдущего засева.

Однако, планета была обитаема. Но к добру ли?

Странные рогатые и крылатые существа, далекие от замысла божьего, бегали, ползали и парили по планете. Лик их был ужасен, деяния омерзительны, а источаемый гнев ко всему сущему ощущался на расстоянии как жар от раскаленной печи.

– Демоны! – вскрикнула Макошь. – Творение Денницы! Его посев. Где этот Наместник? Хочу в глаза ему посмотреть.

– Не торопись. Отправляем первый отчёт, – добавил Световит и коснулся плеча брата.

Вместе со Сварогом мгновенно они коснулись душами солнца, отправляя сообщение.

Из двенадцати планет, по замыслу Творца заселённых жизнью, жизнь теплится лишь на одной. От системы двух солнц, что равнозначно должны были планеты обогревать, осталось одна звезда, обогревая едва ли половину сектора. Остальные планеты и станции покрылись льдом и более не доступны для освоения. Второе солнце взорвалось сверхновой звездой, став нейтронной. При размерах, гораздо меньших жёлтого карлика, оно стало гораздо тяжелее его и не даёт света. Увидеть его тяжело, но оно повлияло на наш прыжок.

Мы назвали его «Солнце Мары». Оно затянуло на свою орбиту одиннадцатую и двенадцатые планету – Немезиду и Сейфорию. И последнюю вот-вот утянет в нутро тёмного светила. Та же участь вскоре постигнет и десятую планету – Гертруду. Выходим на связь с Наместником, чтобы разузнать детали. Увиденная картина на планете нас не радует.

– Это так же значит, что система планетарных врат будет нарушена, а космоврата нам придётся восстанавливать на искусственном объекте, чтобы не сносило солнечным ветром при подзарядке, – поразмыслил Световит. Но в отчёт те предположения пока не включил. – Я не вижу иного способа подзаряжать объект при многократном использовании. Энергетические потоки иссушены. Мир закрыт на три «гвоздя». А у нас и гвоздодёра нет и гвозди без головок.

– Хуже всего, что вместо натуральных планет по немотивированно кривой орбите летает странное искусственное создание. Рукотворное детище Наместника, – добавил Сварог, закрывая первый отчёт и направляя в звезду в подпространство. Через систему солнц достигнет центра, что совсем не центр Вселенной, но центр Всего Сущего в секторе.

Каждый из богов знал, что все звёзды имеют между собой прямое сообщение, как вены и капилляры в организме мирового тела. Потому отправить сообщение к центру мира можно через любое светило. Достаточно нащупать «белую точку», да ввести «адресата». Но кто о том знает? Лишь тот, кто ведает истиной. Прочие вводят в заблуждение и лишь подозревают о мировых червоточинах и бесконечных энергиях.

Макошь с Марой переглянулись, одновременно ощущая внимание к кораблю и своим персонам. Их, наконец, обнаружили. Но только тогда, когда проявился корабль. Это означало, что технологии богов для Наместника не достижимы.

Тысячи напастей ходили по истерзанной планете после неизвестной Войны, которая низвела последнюю человеческую расу. Сканер зафиксировал обширный континент, ушедший под воду с многочисленными постройками. Канула в лету и раса дружественных людям последнего посева существ – лемуров.

– Похоже, двигали литосферные плиты, – просчитал катастрофу Сварог. – Заряд заложили в подземных туннелях. Тектонический сдвиг произошёл в результате искусственного толчка. Иной причины, почему разрушения столь многочисленны, я не вижу.

– То были ядерные заряды, – подтвердила Мара. – Заложены в критических точках. Нарочно не придумаешь.

Световит приблизил корабль к искусственному объекту, замаскированному под искусственный спутник, вплотную. У планеты Земля было две луны – одну Числобог назвал «Фатта» и выделил ей период вращения в девять дней. Иначе её называли «Неделя»[1]. Датчики показали, что вторая луна некогда была живой, но теперь жизнь на ней отсутствовала. Имя её в хрониках Числобога было одно – «Месяц». Период обращения вокруг планеты его представлял тридцать шесть дней. Или четыре «недели». Всего же в году было двенадцать месяцев с суммарным запасом дней – четыреста тридцать два, где сам день был короче двадцати четырёх часов в сутки. Високосный год отсутствовал.

[1] В записях Числобога говорится, что изначально на Земле было девять дней: первый день после недели назывался – понедельник (после недели), второй – вторник, третий – среда (первая четверть), четвертый – четверг, пятый – пятница, шестой – суббота (вторая четверть), седьмой – седьмица, восьмой – осьмица, девятый – неделя.

Так просчитал Сварог.

– С небольшими корректировками из этого может получиться толк, – молвил тот, кто буквально варганил новые миры и опыт имел соответствующий. – Возможна стабилизация.

– Луны стоит подвинуть, чтобы успокоить поверхность вод, – продолжил Световит. – После взрывов планета наклонена ниже изначально задуманной оси и вращается быстрее, чем было рассчитано для человеческой расы.

– Причину я уже озвучил, – договорил Сварог. – Сильные воздействия из-за внутренних процессов в недрах планеты. Похоже, это рукотворное влияние демонов или намеренное подземное воздействие.

Часть первая: "Курица или яйцо?" Глава 4: Приземление

Огромное яйцеобразное тело величественно опустилось из-под седых облаков во сполохах огня над раскалённой обшивкой. Корабль-матка умел менять размеры под текущую задачу, как и боги. И был одинаково приспособлен как под межпланетные и межзвёздные перелёты, так и выход на орбиты, учитывая гравитации планет.

Его сопровождали оглушающие раскаты грома, словно мир не желал распахивать врата путникам и отказывал в гостеприимстве. В корпус били ослепляющие молнии, явно не желая, чтобы то касалось земли.

Но яйцеобразный корабль поглощал разряды погодя, не замечая урону корпусу. Световые разряды не чинили урона обшивке. Лишь выше становился заряд внутренних батарей. Божественные технологии собирали энергию из любых материй. И если сама природа готова была поделиться энергией, то кто они такие, чтобы отказывать в этом акте милосердия?

У природы нет плохой погоды. Всякая погода богам по душе.

Защитное поле могло поглощать любое физическое воздействие, перерабатывая его в энергию, используемую Числобогом для нужд корабля. Ровно так же он мог питаться от солнц, использовать энергию подпространственных и гиперпереходов, поглощать энергию кротовых дыр и нейтронных звёзд. Умел он и ловить солнечный ветер или проявление любых волн, проявленных в космосе.

Божественные технологии были на невообразимо высоком уровне и лишь четверо сверхсуществ в секторе Рыси сейчас точно знали, как они работают.

Корабль-матка в несколько раз уменьшил свои габариты, обладая технологией сжатия не только пространства, но и предметов. Технология сжатого объёма пространства позволяла богам менять параметры любого физического тела, чтобы одинаково легко позволяло как проходить в игольное ушко, так и закрывать собой целые планеты от метеоритных угроз, если то угодно миссии.

Корабль завис над бушующими водами, включив антигравитационные двигатели, что в отличие от малых маневровых и больших движителей, работали на досветовых скоростях и работали непосредственно с гравитационным взаимодействием планеты.

Воды вспенились от потоков воздуха, волны разбежались в страхе перед могуществом богов. Из центра «первородного яйца» в воду ударил яркий луч света, разгоняя рыб и гадов морских.

Но больше всех он перепугал морских демонов. Попрятались гады в морских пещерах в страхе неведанном, залегли на дно. И с ужасом смотрели на светлеющую поверхность, что не менялась слишком долго, чтобы начать считать, что этот мир принадлежит им.

Но прятаться оказалось бесполезно. Сейсмический луч коснулся морского дна и подалась навстречу сама земля!

Вспучилась земная твердь, разгоняя воды. Отпрянул океан, показывая небу кромки срединного хребта. Чёрная земля просела, изгоняя из себя воду.

Обрадовался Сварог, управляя силовым лучом, обронил другам своим:

– Вот будет земля наша. Я нарекаю её Даарией – «дар ариям», потомкам нашим, к совершенству стремящимся. Да не оскудеют их силы и воля на этом пути.

– «Сварганили» землю, теперь оживим её, – добавил задорно Световит. – Но не лучше ли назвать Асией? Жить на ней асам.

– Однажды им придётся уйти, – заметила Мара. – И континент станет вновь пуст и заброшен. Не такого наследия хочется для потомков.

– Позже его прозовут Арктида, – добавила Макошь. – Земля богатая на дары, но бесплодная.

Огромные пласты земли показались из воды следом за хребтом. Выше всех поднялась гора в самом центре континента. От неё потекли могучие воды, постепенно формируясь в четыре основных потока и складываясь в реки.

Ударил Световит уже алым лучом по земле, русла рек выжигая, чтобы стекали под контролем и намеренья для. И заявил:

– Четыре реки континент делить будут. «Северная», «Восточная», «Западная» и «Южная» по направлению разгон берущих. А центральная гора континента пусть Мерой зовется – горой мира. Здесь поставим мы твердь, которая корабль примет и возведём храм света. И жить этим землям в мире и покое, войн не зная, – повелел светловолосый бог и сбросил на центр горы самораспаковывающийся модуль с корабля.

– Мы приземлимся на гору и обоснуем город для новой людской расы, – продолжил Сварог.

– Расы? – уточнила Мара.

– То будут люди не посева, то будут люди как потомки наши. Божье племя, – добавила Макошь. – Учитывая условия, лишь им под силу демонов одолеть со словом нашим и доступными технологиями.

Сварог просчитал последствия, уточнил:

– Но прежде возведём храм-обрег. Он будет хранить континент от демонов и затопления. Пока наши потомки в силу войдут, им время нужно для разумения. Здесь вокруг корабля мы установим первую обсерваторию и расположим лаборатории. И начнём творение. А силовые контуры не дадут Даарии опустить под воду.

– Сейчас гора точно совпадает с северным магнитным полюсом, – взглянув на данные Числобога, добавила Макошь. – При определённых условиях она может стать и северным полюсом планеты.

– Не будем забегать вперёд, – ответил Сварог.

Сброшенный модуль коснулся верхушки горы и забурился в него, как бронебойный снаряд. Но не взорвался внутри горы, а стал расширяться, щупальца прутьев пустив вокруг себя, что выжигали камень. Они вгрызлись в него лазерами, раздвигали глыбы и вскоре робко показались на поверхности. А когда оплели гору изнутри и по периметру зажглись зелёные огни, из центра корабля в гору вновь ударил красный луч, расплавляя верхушку горы в раскатанный блин.

Она мгновенно превратилась в плато. Камень расплавился до идеально ровной поверхности под плазмой и быстро остыл на ветру. Образовавшуюся платформу по краям тут же оплел модуль крепления и вновь загорелись зеленые огни.

Корабль получил свой аэродром, где мог приземлиться, чтобы больше не взлететь.

– Располагаемся, други, – повелел Сварог. – Время нисходить до местных вибраций.

Корабль коснулся поверхности планеты и непроявленные полностью лики божественного квартета исказила гримаса боли.

Тело Высшего Я (первопричинное тело) породило Казуального тело (тело причины), то опустилось до Бодхиального тела (тело поступков), которое в свою очередь проявило ментальное тело (тело мысли), астральное тело (тело чувств и эмоций), вспыхнуло эфирным телом (зримая аура) и только затем боги стали обретать плоть.

Часть первая: "Курица или яйцо?" Глава 5: Враг внутри

Люцифер смотрел на богов в «окуляр» с долей иронии.

Вид с лаборатории Фатты прекрасный, так как обзорный. По приборам прибывшие как на ладони. Датчики фиксируют каждое движение, замеряют энергетические всплески и возмущение магнитного поля. Затем приборы рисуют показатели на мониторах. Данные впечатляют, но воздействие пока скорее локальное.

– Что они могут вчетвером? – бормотал себе под нос светоносный. – Эти жалкие боги на одном корабле будут тысячи лет воевать с демонами за право влияния. За это время выведенное нами рогатое племя лишь окрепнет.

Денница возник рядом, глянул на монитор. Но ничего не добавил. Только глаза закрыл, больше доверяясь ощущениям и данным с мест от соглядатаев. Сколько тысяч глаз на Земле передавало ему информацию, не решился бы сказать никто, даже сама правая рука Наместника.

– Ход с подъёмом материка, конечно, хорош, – продолжил рассуждать Люцифер. – В его пределах нашего права нет. Но едва сунуться гости за пределы нового материка – получат войну. Демоны накинуться на них без меток. Если же подсветим особыми знаками, на атомы разберут. Только дай волю. То твоё право, Наместник.

Он повернулся к Деннице, но тот снова промолчал.

– Сложно убить богов с их технологиями. Но перехитрить – можно, – обронил Люцифер. – А где сами себя в угол загонят, там и смерть им придёт.

– Полагаешь, этих богов можно убить?

– Можно этому не мешать, – улыбнулся Люцифер. – Мы за их действия не в ответе. Так проверяющим и скажем, если сунутся за ответами. Но смею ли я просить тебя активировать боевые машины магов? Нам достались знатные трофеи от прошлого посева. Пусть прольют первую кровь в автономном режиме.

– Нет, – возразил Денница. – Либо они найдут и активируют их сами, либо это будет считаться нападением с нашей стороны.

– А «разум»? – сделал новую попытку советник. – Его советы были мудры. Он загнал под землю самих Лемуров, обрекая их на вымирание. Всего-то и стоило, что уменьшить количество кислорода в атмосфере, убирая большую часть «воздушной подушки».

– Нет, – повторил Наместник. – Никакого проявления техники. Ты же сам сказал, что от смерти случайной боги не застрахованы. Но там, где она себя проявит, ничто не должно выдавать нашего интереса.

– А что до интереса демонов? – снова улыбнулся Люцифер.

– А что до интереса демонов, то мы за них не в ответе. Они сами себя обозначат.

Денница тоже обозначил улыбку и исчез. Люцифер кивнул и вернулся к работе. Перед взором промелькнули картины боя богов с монстрами морей.

Пробуждённые автохтоны решили проявить себя на новой земле, забирая его по праву силы. Но недооценили громады демонического мира противника. Не учли, что физических сил и массы недостаточно для тех, кто снизошёл в миры низшие из высших сфер.

Рост и стать для богов не имеет значения. Сила их внутренняя. Фатальная для тех, кто вздумает с ней схлестнуться. Плюс технологии, которых на планете не было и быть не могло с момента прошлого посева.

Следом за визором приник Денница ухом к «слухачу». Ровно так же, как окуляр позволял ему смотреть за любой точкой на планете, модернизированный сейсмограф позволял фиксировать толчки и распознавать любые колебания волн звука. Проще говоря – слышать всё, что говорят на определенном участке.

Условие лишь одно – пространство должно быть открытое, без преград. И лаборатория располагаться над прослушиваемым участком на орбите в данный период времени. Но с этим пока совпадало.

И тайны богов приоткрыло.

Так слушая демиургов, (что когда-то творили и эти миры), Люцифер выяснил, что поднятый материк они прозвали «Даария». И всерьёз рассчитывали его кому-то подарить. Но кому? Не друг другу же.

Корабль-матка тем временем породнился с Дарией, став храмом-площадкой. Глубоко окопавшись, он распустил нити влияния на окружающий мир. И полетели корабли от материка в разные стороны, разведывая и анализируя то, что по мнению богов, требует коррекции.

Смотрели с ужасом на пробные полёты богов демоны. Они всей своей сущностью ненавидели тех, кто может их изничтожить, расчищая территорию божественного влияния. Но пока не вступили в бой миры творящие, демоны-защитники планеты сами богам желали. Суть их проста – нести смерть всем, кто пришёл забрать брошенное, с потенциалом затухшим и превознести до новых высот.

Ненавидели демоны преображение мира. Рогатое племя предпочитало ему забвение и медленное угасание своего окружения. Любая попытка изменить их натыкалась лишь на волну первозданного гнева и немедленного пожелания убить дерзнувших.

Но боги с демонами диалогов не вели. И о желаниях их не спрашивали. Миры творящие выполняли свою работу, проявляя суть творителей, от которой демоны убегали в страхе.

Однако, Денница тоже не желал изменений. Вздумай боги поднять мир к Лестнице Восхождений, (которую он надёжно заколотил, расчленив память Управителя и по сути пленив Скорпиэля), как замороженные процессы вновь бы получили ранг активных.

Как за зимой приходит весна, обозначая грязь и лужи, так и деяния Денницы на планете тут же проявили бы себя во всей красе. Поэтому вернувшись на её поверхность, Наместник тут же принялся собирать вокруг себя генералов когда-то распущенной армии.

Если долг волхвов, как божьих посланников, править неладности Мира, оживляя омертвлённое и растворяя мёртвые творения, то долг заместителей мёртвого бога, кем предстал Денница перед генералами, гасить потенциал творимых сил.

Если Люцифер ещё не заглянул в грядущее, то сам Сатаниил уже знал, что волхвы у богов вскоре появятся, как и люди-вечники, полубоги и прочие ведающие. Потому что там, где четверо посеют семя Рода, вскоре взрастут кланы-восходы. Ибо мысли – иерархичны. И мысль живого творения – приоритетна над мёртвым или уснувшим. Это так же верно, как быть на землях Даарии соборам. Ибо ни один бог не будет решать всё за всех. Роды примут лишь коллективное решение, лучшее для всех.

Часть первая: "Курица или яйцо?" Глава 6: Первый бой

Используя ДНК Рода и каждого из богов, запустили боги Первой волны инкубаторы. Те взрастили первых людей без смешения крови и не выродится более четырём пра-родам. В них кровь четырёх Старших богов и дела их угодны роду. Асами прозваны роды белой расы, что вскоре заселили всю Даарию.

Континент велик и демонам там не ходить. Народы богами обучены и ведомы. И не преклоняют они колена перед прародителями. Крепка их связь не по слову, но по крови. Потому нерушима, как связь поколений.

Числобог записал, отметил и отправил послание через возведённый ретранслятор что Боги Первой волны породили не только людей, но и богов Второй волны, привязывая себя к Земле не только словом, но и делом.

Первой матерью стала Макошь. Мать-Богородица Даждьбогу жизнь дала. Первому планетному богу, что стал покровителем нового посева.

Его братьями и сёстрами встали в ряд божественной семьи Стрибог и Марена, Семаргал и Марана, Лель и Леля, Ярило и Дива, Дый и Лада.

Дабы росли дети-боги среди прочих детей людских и не знали тревог на Даарии, родители-боги создали нянек-наблюдателей. Имя им Алконост и Сирин. Суть их – наблюдение, оповещение и защита. И куда бы не завела игра детей-богов, птицы вещие всегда следили за их играми. И коль скоро даже бесплотные враги подбирались к детям, оповещали о том песнями и внимание привлекали до тех пор, пока не отгоняли злые помыслы боги от детей своих.

«Храмы» света заполонили Даарию. А первый среди них на горе Мира. Остальные – его копии, дубляжи и трансляторы, силы его умножающие. Их суть в «хранении» обители знаний и учений о целостности мира и Вселенной.

Но ступая за континент, видели Старшие боги, что немало тёмных лабораторий Люциферовых на других континентах. Наблюдают они и силу тёмную собирают. Но запущены по миру стабилизирующие процессы с заселённого континента. Места малого, но важного в контексте планеты. То замедляет ход планета, то ускоряется, светило то ближе, то дальше

Лаборатории с храмами спорят. И никому победы нет. Одних больше, другие сильнее. Потому полгода асам жить при свете дня, полгода при тьме ночи пребывать. Ибо так было от начала времен – от первородного «яйца».

Не унывали Старшие боги и светом искусственным наполнили континент. Пусть холодные его Ночи, но каждому найдётся место для сна спокойного и обогрева достойного. И хоть вечна светла кожа тех, кто в капкан долгой ночи попал, но не падают духом. Растут, крепнут и других учат.

А как окрепли юные боги и взросли племена людей, так поднялся первым среди них Даждьбог – «бог дарующий» и призвал ступить за Даарию, чтобы свет человеческих знаний и божественных технологий нести в земли те тёмные, богов не ведающие. И сразить лаборатории тёмные.

Задумались боги. Немало ещё континентов, где не ступала нога человека, но над которыми летали корабли богов. Хотят сойти светлоликие и закрепиться форпостами, да силы не равны. Любой десант демоны в море скинут. Хуже того, в клочья порвут любого, кто с неба явится. Не построить при таком раскладе пирамид, не возвести культовых сооружений.

Лишь десять тысяч лет спустя от Заселения, когда места стала не хватать всем родам, чтобы жить как ранее на просторах и не цепляться друг за друга взглядами от виднокрая до виднокрая, решились ступить боги и люди на новый для себя континент.

– Время выплеснуть нашу силушку! – заявил Даждьбог на Соборе. – И себя показать. А я первым к тем демонам явлюсь.

– И я явлюсь! – вторил ему Стрибог.

– И я! – заявлял Семаргал.

Поддерживали как могли его молодые боги Марена и Лель, Марана и Дива, Леля и Ярило и Дый, и Лада.

Многие его поддержали и из людей. Но были и те, кто против. А первые среди них – Старшие боги.

– Из этого ничего не выйдет, – уверяла всех Мара. – Капля воды среди яда – тот же яд.

– Мы ещё недостаточно сильны, – вторил ей Световит. – Не лучшее решение для десанта среди Ночи.

– А кабы и День был, что потом? Немало крови людей прольёшь, сын мой, – выступала и Макошь. – Но что потом? Как закрепишься, когда силы иссякнут у союзников твоих, а силы тёмные безмерны?

– Побереги силы, сын, – наставлял и Сварог. – Ты первый сварожич, и я не хочу терять тебя.

– И не потеряешь! – стоял на своём Даждьбог. – В нас свет, что демонов ослепит. Он есть и среди самой тёмной Ночи.

И столько уверенности было в нём, что склонилась чаща собора на сторону бога дарующего. Ибо новый его дар – надежда. И повёл он воинов своих и соратников к берегу морскому.

Явился на брег каменистый бог молодой. Золотом сияют доспехи, налились силой мечи. Кто на таких бросится? Кто отважится?

Но нет и обратного. Как море-океан преодолеть? Как на другой берег ступить?

– Дай мне только паруса, что я мог бы надуть, – обронил Стрибог, ветра бог, ибо каждый воздушный потом на материке слушался его, как иные костры Семаргала или трава Леля. – А если нет парусов, то дай хоть плот. А я взволную волны и мигом переправлю нас на тот берег.

Собрал Даждьбог и люди его плот для переправы из древ, что росли на материке. Уже тысячи лет они вместе с травой шёлковой произрастают. Цветами радужными Даария цветёт, трудятся здесь и пчёлы, и муравьи и полна живности земля. Эко система её хрупка, но богами поддерживаема. Немногие растения долгую ночь переживают, но те, что выживают – крепче прочих, когда снег сходит.

Среди полуночных древ, под светом двух лун, плот делали боги и люди. И казался он прочным и ладным. Но едва спустили его на воду, не успел Стрибог и лёгких наполнить, как мгновенно растерзали его тысячи зубов и когтей. Впились в плот демоны морские и ночные, глубинники и подводники, скверники и обводники.

Отступил Даждьбог от водной кромки в потрясении и боги молодые с ним. Водные чудища подались вслед, желая их крови. Но на чеку системы защиты божественные. Мгновенно заголосили Алконост и Сирин, применяя акустическое оружие. Тут же скрылись среди волн чудища морские, не в силах слушать песни железных птиц.