Родная чужая мама для дочери магната

Глава 1

– Наконец-то! Хоть в день рождения дочери могла бы явиться вовремя! – шипит сквозь зубы абсолютно незнакомый мне мужчина, хватает меня за локоть и тащит за собой.

Его слова и тон на секунду вгоняют в ступор. Какая ещё дочь? Дёргаю руку, пытаясь вырваться, но не выходит.

– Что? Это какая-то ошибка…

Забежала, называется, в кафе! Чёрт, если я опоздаю с обеда, меня точно уволят! В нашем агентстве и так последнее время неприятности. Шеф уже не раз намекал, что два переводчика с китайского – это явный перебор.

Мужчина тем временем вталкивает меня в какой-то коридор в стороне от основного зала и отпускает мой локоть. Я не успеваю открыть рот, чтобы снова возмутиться.

– Молчи! – от явной угрозы в его голосе меня передёргивает. – Мне от тебя много не надо. Твоя задача – сидеть тихо, улыбаться и со всем соглашаться, поняла?! Сегодня всё должно быть идеально! Не дай бог ты испортишь праздник! Я всё о тебе знаю, Кара, помни это. И уничтожу, если понадобится. Даже не сомневайся!

Мне становится жарко, а потом прошибает ознобом.

Как?.. Почему?..

Ведь… моё имя и в самом деле Кара! То есть та женщина, с которой меня путают, не только выглядит, как я, но и тёзка?

Он же не может меня знать? Или… может?! А если да – то что ему известно?

Какая-то параллельная реальность, честное слово…

– Ты меня поняла, Кар-ра? – от рычащих ноток в голосе мужчины я сжимаюсь. – Продержись хоть два часа без своих обычных выходок! И дальше можешь валить обратно, куда ты там собиралась в этот раз.

Чуть выдыхаю. Если это всего на два часа… Он же сказал – сидеть тихо и улыбаться. Я смогу. Заодно можно попытаться понять, с какой-такой Карой меня перепутали.

– Мне нужно написать, – выдавливаю еле слышно. – Написать сообщение…

Думаю, конечно, о работе. Если предупрежу, уволить не должны. Совру, что задержалась у клиентов, от которых как раз шла.

Мужчина усмехается, и мне становится не по себе от явного презрения в его голосе:

– Пиши. Живее!

Трясущимися пальцами вытаскиваю из кармана смартфон, набираю сообщение секретарю, что меня немного задерживают для дополнительной работы. Еле успеваю отправить, как мобильный выхватывают у меня из рук.

– Отдам, когда всё закончится, – холодно прищуривается незнакомец. – Протянешь как-нибудь без него, и так вечно в телефон пялишься! Пошли!

То, что сейчас происходит – это ненормально! Неправильно!

Но мне не хватает времени даже сориентироваться. Потому что мужчина открывает дверь и практически впихивает меня внутрь, входя следом.

– Мамочка! – звонкий счастливый детский голос. – Ты приехала!

Ко мне подлетает девочка лет шести, подпрыгивает, обнимая, и я растерянно обнимаю ребёнка в ответ. Ничего не понимаю…

– Я же говорил, Алиса, что мама приедет, – раздаётся за моей спиной.

С дочерью он говорит совсем по-другому. Мягко, с любовью, это слышно сразу. Я немного выдыхаю. Во-первых, человек, который любит свою дочь, не может быть полным неадекватом. Во-вторых, я теперь знаю, что её зовут Алиса.

– Папа уже передал мне твой подарок! – девочка отрывается от меня. – Спасибо!

– Не за что, – отвечаю тихо. – С… днём рождения, Алиса.

– Пойдём, мамочка! Сядешь со мной рядом? – тянет за руку.

Бросаю косой взгляд на мужчину, её отца, чьего имени так и не знаю. Невозмутим, спокоен, с лёгкой улыбкой смотрит на дочь. Переводит глаза на меня, и я вижу в них отчётливое предупреждение… и угрозу.

– Конечно, – киваю, отвечая на вопрос Алисы.

Сажусь возле ребёнка. За столом довольно шумно, много детей, несколько взрослых – наверное, родители, присматривающие, чтобы ничего не случилось.

Я чётко следую указаниям «молчать и улыбаться», решив, что так смогу выйти из всей этой ситуации с минимальными потерями. К счастью, со мной никто особенно и не разговаривает, кроме Алисы. Её отец то и дело прожигает меня подозрительным взглядом, другие родители поглядывают равнодушно.

Рада одна только девочка. И я невольно то и дело начинаю улыбаться, глядя на неё. Бывают такие дети – умеют располагать к себе без всякого труда. Вот и Алиса, как звёздочка, сияет, веселится, хохочет заливисто, когда участвует вместе с подругами в движухе, которую устроили детям пришедшие аниматоры.

Обращаю внимание, что даже когда малышка в зале, регулярно ищет меня глазами. Каждый раз радостно улыбается, машет ладошкой, я машу ей в ответ.

А самой чем дальше – тем тяжелее становится на сердце.

Что за мать у этой девочки? С таким же, как у меня, именем, с такой же внешностью… но почему вместо неё здесь я?

В какой-то момент встаю и отхожу чуть в сторону – аниматоры сдвигают столы, затеяв какой-то конкурс.

– Мама, ты же не уходишь?! – ко мне тут же подлетает Алиса.

– Нет, – качаю головой, улыбаюсь ей. – Не переживай, я буду здесь. Иди, поиграй!

Глава 2

– Понятия не имею, – шепчу в ответ, закатывая глаза. – Но во-он тот мужчина, который, как я понимаю, ваш зять и мой муж, уверен, что я – ваша дочь! Мама! – добавляю язвительно.

– Кара?! – растерянно произносит она.

Да что они тут все, свихнулись?!

– Это моё имя, – киваю уверенно. – Меня зовут Кара… божья, судя по всему, – бурчу еле слышно себе под нос.

Вылезло же на язык! Не зря говорят, что в детстве о себе слышишь, так и остаётся, засев в голове.

– Я… ничего не понимаю, – женщина смотрит на меня так, словно пытается что-то разглядеть во мне. – Ты ведь не Кара, – теперь в её голосе значительно меньше уверенности.

– Я Кара, но другая, – пожимаю плечами.

– Ты… что-то сделала с собой? Ходила к врачу? Какое-то лечение?.. – с надеждой спрашивает мать моего двойника.

– Да нет же! – начинаю злиться.

Отведённые два часа подходят к концу, и меня всё больше трясёт от мысли, что мне наверняка звонили из моего агентства, а я не отвечала. Чёрт, если я потеряю работу…

– Кара, – возле нас вырастает фигура отца Алисы, – Виолетта Викторовна, вы опоздали на празднование, – прохладно обращается к тёще.

– Денис, что происходит? – поворачивается к нему женщина.

Вот как его зовут! Чуть выдыхаю. Хотя бы обратиться к нему теперь могу, не звать же его «эй, папа Алисы».

– У вашей внучки день рождения, и ваша дочь соизволила на него явиться, – отбривает её мужчина, хватает меня за руку.

Блин, я вся в синяках буду после сегодняшнего!

– Но это же не…

– Виолетта Викторовна, идите, поздравьте внучку! – чеканит Денис. – Мне нужно сказать Каре пару слов.

Виолетта Викторовна смотрит на нас растерянно-недоверчиво. Понимаю её. Когда реальность вокруг тебя меняется, кажется, что сходишь с ума именно ты. Мне это известно лучше, чем кому-либо.

Мама Кары, помедлив, всё-таки уходит, а Денис тянет меня за собой, и спустя минуту мы уже снова стоим в коридоре.

– Тебе удалось меня удивить, – он неприятно усмехается. – Продержалась все два часа и без нареканий.

– Отдай…те мне телефон, – прошу дрожащим голосом.

– О, мы уже на вы? Не стоит, – он достаёт мобильный из кармана, протягивает небрежно. – Можешь идти.

– Но… а Алиса? – я растерянно смотрю на него.

Он просил, чтобы всё было идеально, считает меня матерью своей дочери, но не хочет, чтобы я сказала девочке до свидания?

Да что же там за мать и жена такая?! Вот уж действительно, Кара божья…

– Что Алиса? – мне дарят недоверчивый взгляд.

– Ну, попрощаться…

– Попрощаться? Попрощаться?! Да лучше бы тебя вообще!.. – взрывается бешенством мужчина, но тут же обрывает сам себя и продолжает ледяным тоном: – Не делай вид, что беспокоишься. Я сам скажу Алисе, что ты ушла. Она, знаешь ли, и не к такому привыкла!

– Мамочка?! – запыхавшийся детский голос снизу.

– Ч-чёрт… – доносится от Дениса еле слышно.

– Мамочка, ты почему ушла? – Алиса смотрит испуганно.

Покосившись на её отца, приседаю рядом с ребёнком.

Я не её мать. И мне до невозможности жаль эту малышку. Судя по всему, их Кара – та ещё дрянь. Другого слова подобрать я не могу.

– Алиса, солнышко, – начинаю мягко и ласково.

Ловлю на себе ошеломлённый взгляд Дениса. Видимо, такое поведение его жене и маме Алисы не свойственно.

– Так вышло, что мне сейчас надо уехать, – продолжаю, глядя в моментально потускневшее личико девочки.

Чёрт, ну почему я-то себя теперь чувствую такой же сволочью?! Я же ни в чём не виновата! Ну попадись мне только эта вторая Кара!..

– А когда ты вернёшься? – малышка шмыгает носом.

– Милая, я пока не знаю. Но я обязательно напишу твоему папе. Он тебе скажет.

Да, нечестно перекладывать всю ответственность на мужчину. Но в конце концов, я вижу этих людей в первый и последний раз своей жизни.

– Ты обещаешь, что напишешь? – робко спрашивает Алиса.

– Обещаю, – отвечаю со вздохом.

Мне кажется, что я прямо слышу скрип зубов Дениса.

– Давай я тебя обниму, – тянусь к ребёнку, прижимаю девочку покрепче, зажмуриваюсь, на секунду позволяя себе поверить, что и для меня когда-нибудь возможно такое будущее.

Муж и дочка. Только такие, кто будет меня любить, а не ненавидеть.

– С днём рождения! – шепчу Алисе ещё раз, когда она меня отпускает. – А теперь беги! Там, кажется, ещё один конкурс начинается!

Девочка без особого энтузиазма кивает.

– Иди, Алис, я сейчас тоже приду, – Денис берёт дочь за руку, чуть подталкивает к двери, из которой как раз выглядывает аниматор – именинницу потеряли.

Глава 3

В первый момент вздрагиваю, испугавшись, что повторяется вчерашняя история – и это ещё один знакомый той Кары. Но в следующую минуту сама удивлённо восклицаю:

– Витька?!

– Ну офигеть, – хмыкает парень. – А я в первую минуту прям глазам не поверил!

– Да и я тоже, – тяну не слишком радостно.

– Как дела? – спрашивает без особого интереса.

– Да так, – прохожу, включаю чайник, сильнее кутаясь в халат, который накинула на домашний костюм из штанов и футболки, отопление у нас ещё не включили, и в квартире прохладно. – Институт закончила. Работаю.

Тут же вспоминаю, что работы у меня теперь нет.

– А ты? – кидаю взгляд на Виктора.

– Я без института, – парень хмыкает. – Это ты у нас зубрилка была. Из колледжа в армию ушёл, три года оттрубил, так вышло. А теперь вот, дембельнулся. Так это что, тебе комнату дали, не квартиру? – он складывает руки на груди.

– Сам знаешь, как у нас с квартирами, – пожимаю плечами. – Хоть что-то получила – и то слава богу. А ты? Почему снимаешь? Я же помню, тебе фонд выделял жильё.

Мы с Виктором оба детдомовские. Выросли вместе. Друзьями не были, но и не враждовали. Он вообще был на особом положении, у него были опекуны. Забирали его на выходные. Не всем так везло. Мне, например, нет.

– Не твоё дело, – он мрачнеет, отворачивается, и я не задаю вопросов.

Не принято у таких, как мы, вопросы лишние задавать.

Но подозрение есть. Слышала я, как наживаются на детях, которым должны по совершеннолетию выдавать жильё. А если он был в армии… Видимо, его отсутствием успели воспользоваться.

Разговор не клеится, и я, налив себе чаю, утаскиваю чашку к себе в комнату. Забираюсь с ногами на старенький диванчик, делаю первый глоток, слегка обжигая губы. Прислушиваюсь и спустя время слышу хлопок входной двери. Ушёл сосед. Ну и хорошо. Всё-таки подгадила мне хозяйка второй комнаты. С мужчиной жить вместе… Кто его знает, может, он пьёт или ещё что. На наше давнее знакомство я не особенно рассчитываю.

Вздохнув, подключаю старый, ещё со времён университетской учёбы, ноутбук и лезу на сайт вакансий. Раскидываю резюме.

С одной стороны, переводчики с китайского нужны всегда. С другой… опыта у меня не слишком много, да и не со всякой работой я справлюсь. Прошлое иногда даёт о себе знать. А подводить людей не люблю.

Рассеянно обновляю страницу и вижу новую вакансию. Видимо, выложили только что. Запрос не очень-то мне подходит, но они указали, что специалист нужен срочно!

Торопливо отправляю своё резюме с сопроводительным письмом. Сразу делаю упор на то, что смогу выйти на работу в любое время.

Буквально через пять минут раздаётся звонок с незнакомого номера.

– Каролина Орфанова? – строгий женский голос в трубке.

– Да, это я, слушаю, – выпрямляюсь на диване.

– Отдел кадров компании «Элис констракшн», – она называет ту фирму, куда я только что отправила резюме. – Нас устраивает первичная информация, которую вы прислали. Так получилось, что нам срочно нужен переводчик со стороны. Вы можете подъехать на собеседование сегодня?

– Да, конечно, – подскакиваю с места.

Неужели мне повезло?!

По указанному адресу добираюсь через час. Ничего себе! Сверкающее стеклом и металлом современное здание, охрана, турникеты, профессионально-приветливые девушки на ресепшен. Мне быстро оформляют временный пропуск, объясняют, куда пройти, и спустя пару минут я уже стучу в дверь кабинета на – подумать только! – аж пятнадцатом этаже.

– Каролина? – поднимает от бумаг голову женщина, и я узнаю по голосу ту, с которой разговаривала по телефону. – Вы вовремя. Это хорошо. Меня зовут Елена. Присаживайтесь!

Стандартные вопросы, на которые я отвечаю, её явно устраивают.

– Вас ещё проверит наш специалист по китайскому, – добавляет она.

– Простите, но… зачем вам понадобилась я, если у вас уже есть специалист? – уточняю неуверенно.

– Так вышло, что у нас буквально одним днём уволился синхронист, – поясняет мне Елена, – а он требуется срочно и именно сейчас, пока что только на одни переговоры.

Сердце у меня падает.

– Ясно, – отвожу глаза.

– Но если вы хорошо себя зарекомендуете, мы можем обратиться к вам ещё.

Таким обещаниям я не верю. Тем более, что как раз синхронный перевод – последнее, чем я хочу заниматься. Слишком больших душевных сил требует от меня эта работа. Но хотя бы так… мне ведь заплатят за эти переговоры.

– Спасибо, я поняла, – принуждённо улыбаюсь.

Штатный переводчик с китайского, пожилой мужчина, быстро проверяет мой уровень и остаётся им вполне доволен. С группой «китайских товарищей» я встречаюсь в переговорной, небольшом конференц-зале на другом этаже. От компании присутствуют какой-то руководитель с помощником. Речь идёт о поставках, и мне удаётся без проблем перевести всё, я-то боялась, что мне могут встретиться какие-то термины, которых я не знаю.

Глава 4

Не может быть!

Это он! Денис… который отец Алисы! Это совершенно точно он!

Подскакиваю с места. Нельзя, чтобы он меня увидел!

Не понимаю, почему так веду себя. Надо ведь просто объяснить, что произошло непонимание… Что я совсем не та Кара! Документы, в конце концов, показать. Правда, кадровик никаких бумаг с собой не брала.

А я, идиотка такая, паспорт дома оставила, как назло, в рюкзаке, с которым обычно хожу – сюда взяла с собой сумку поприличнее! Елена мне ещё по телефону сказала, что в этот раз никаких документов не нужно, я у них уже есть в системе, поэтому пропуск будет просто ждать на охране.

И главное… я же согласилась с Денисом в прошлый раз! Сыграла роль его жены и матери Алисы! А если она вернулась к ним, и он понял, что на дне рождения была самозванка?!

Господи, как я запуталась в этом вранье…

Кроме того, он мне угрожал. А я умею отличить пустые угрозы от настоящих. Жизнь научила. Этот мужчина действительно способен на многое. И он явно один из топовых руководителей компании, то есть возможностей навредить мне у него предостаточно. Причём именно мне , Каролине Орфановой. Просто потому, что я оказалась не в том месте в неподходящее время. Поводов доверять людям, занимающим такие высокие должности, у меня нет.

Пока мысли мечутся в голове, на одних инстинктах «беги и прячься» вылетаю в коридор. Счастье, что перед кабинетом Дениса не сидела секретарь, а Елена зашла к нему и прикрыла за собой дверь.

Чёрт, в какую сторону поворачивать к лифту?! Бегу направо, но быстро понимаю, что не туда. Вот же зараза… И тут вижу ещё один лифт, видимо, в противоположных концах здания сделали разные, для удобства.

Подскакиваю, нажимаю кнопку вызова. Ну, скорее же, скорее…

Двери распахиваются.

– Мамочка?!

Господи, нет…

Алиса вылетает из лифта и прыгает мне на шею.

– Я знала! Знала, что ты скоро вернёшься! Папа говорил, что тебя долго не будет, но ты вернулась!

– Алиса… – растерянно обнимаю девочку. – Что ты здесь… Почему ты одна?!

– Не сердись, – она слезает с моих рук, виновато опускает глаза. – Я… сбежала.

– От кого?!

– От няни, – шмыгает носом малышка. – Она не хотела меня к папе пускать. Говорила, что он занят.

– Господи, она, наверное, с ума сходит, Алиса! – говорю с мягкой укоризной. – Но как ты сюда-то добралась?

– Мы гуляли тут, в сквере, прямо возле папиной работы, – она машет рукой куда-то в сторону. – Там площадка большая. Ну и…

– Ясно, – вздыхаю. – Дождалась, пока няня заболтается с кем-нибудь, и сбежала?

Алиса кивает. Сдерживаю грустную улыбку. Мне это знакомо. Только мои побеги не имели ничего общего с шалостями и желанием кого-то увидеть. Скорее уж наоборот – спрятаться, чтобы не дай бог не нашли. В детском доме это навык, обязательный для выживания.

– Малышка, и всё-таки так поступать нехорошо, – качаю головой. – Няня, наверное, пожилая, ей от испуга может стать плохо…

– Да нет, она молодая, – пожимает плечами Алиса. – Папа её недавно нанял.

Что-то особой теплоты в голосе девочки не слышно.

– Ну всё равно, – вздыхаю. – И она наверняка уже сообщила твоему папе, представляешь, как он переживает?

– А ты? – на меня смотрят какие-то не по-детски внимательные глаза. – Ты бы переживала, если бы я потерялась?

– Я бы очень переживала, – говорю, как могу искренне.

«Если бы ты была моей дочерью, я с ума бы сошла», – договариваю про себя.

– Тогда я больше не буду убегать, – Алиса тянется ко мне, чтобы снова обняться. – Прости, мама.

– Я не сержусь, но тебе нужно вернуться к своему папе, – произношу упавшим голосом, уже понимая, что сейчас произойдёт.

Всё. Мне не вывернуться.

– Мы ведь вместе пойдём? – девочка улыбается с надеждой.

– Д-да, конечно, – выдавливаю из себя.

Меня начинает потряхивать. Как я могла снова так вляпаться?!

– А ты надолго вернулась? – слышу вопрос и отвечаю на автомате:

– Я пока не знаю, малышка.

– То есть ты останешься?!

Да ё-моё!!! Когда ты будешь следить за своим языком, Кара?!

– Я… не знаю…

– Мамочка, оставайся! – с жаром начинает убеждать меня Алиса. – Я честно-честно буду слушаться! Мы сможем вместе ходить гулять… когда у тебя будет время, конечно, – тут же поправляется, и у меня сжимается сердце.

Я совершенно точно представляю себе, что она сейчас чувствует. У неё есть вечно занятой на работе отец, а мать… непонятно где. И Алиса наверняка думает, что если она будет хорошей и послушной, родители будут посвящать ей больше времени.

Я знаю. Сама такой была. Только у меня цель отличалась – считала, что если буду хорошо и правильно себя вести, найдётся моя настоящая семья. Правда, из меня эти надежды быстро выбили.

Глава 5

– Папочка, ты же не сердишься? – Алиса чуть снимает разлившееся в воздухе напряжение, мужчина переводит глаза на дочь, выражение лица смягчается. – Прости, что убежала от няни… Но я ведь маму встретила! – говорит умоляюще. – Мама тоже переживала, она мне сама сказала!

Ещё один обжигающе-презрительный взгляд в мою сторону я выдерживаю уже спокойнее. Просто твержу себе, что это не мне, это той, другой Каре. Я ни в чём не виновата!

– Алиса, идём. Мне нужно поговорить с… твоей мамой. Очень серьёзно поговорить, – Денис протягивает руку дочери.

– Я не хочу снова к няне! – теперь голос девочки наполняется слезами.

– Алиса… – начинает мужчина, но тут у него звонит мобильный. – Да. Слушаю. А от меня вы что хотите?! Отменяйте переговоры! Не знаю я, что вы будете делать! Извиняйтесь, придумывайте что-нибудь! И найдите в конце концов нормального переводчика!

Отключается, нахмуривается, задумчиво постукивая носком ботинка по полу. Вот теперь во мне просыпается совесть. А ещё… чувство безнадёжности. Это ведь я переводчик. Я подвела… Боюсь даже думать, какие у этого могут быть последствия. Сейчас информация распространяется быстро, а репутацию потерять можно очень легко.

– Идём, Алиса, – Денис наконец отмирает, смотрит на дочь.

– А… мама? – девочка продолжает крепко цепляться за мою руку.

– Она тоже, – мне посылают мрачный взгляд.

Доходим до уже знакомого мне холла. Секретаря по-прежнему нет, как и Елены, которая меня сюда приводила совсем недавно, и я незаметно выдыхаю. Зато к нам подлетает другая девушка, молодая, я бы даже сказала, молоденькая. Она что, серьёзно на каблуках и в юбке?! Няня?

– Алисонька, зайка, что же ты убежала! Я с ног сбилась… – тянет к девочке руки.

Сдерживаюсь, чтобы не поморщиться. На мой взгляд, в голосе отчётливо слышится фальш.

– Ты на меня внимания не обращала! – Алиса, насупившись, уворачивается от её прикосновений, прячется за мою спину. – Болтала там с другими мамами и нянями! А я хотела к папе! И вообще, у меня мама приехала! Теперь она со мной будет!

Лицо девицы на секунду искажается. Я ловлю на себе ревнивый злой взгляд. Да ладно? Фу, как банально, отец ребёнка и няня?

Что ошиблась, понимаю почти сразу. Потому что Денис равнодушно бросает ей:

– Уволена!

И проходит вперёд, к кабинету.

– Денис Аркадьевич! – ахает девушка. – За что?!

– За некомпетентность и пренебрежение своими обязанностями, – мужчина оборачивается, и я вздрагиваю, хоть сейчас его злость направлена не на меня.

А вот няня испуганно пятится назад.

– Скажите спасибо, что не предъявляю вам обвинений! Вы недосмотрели за моей дочерью! – в его голосе проскальзывают рычащие нотки. – Я сообщу в агентство о причине увольнения. Даже не надейтесь, что вам позволят дальше работать. Вон с глаз моих!

Девица, всхлипнув, выносится из холла.

– Алиса, – обращается к девочке отец, – я прошу тебя посидеть здесь и никуда – никуда, ты слышишь меня? – не уходить. Мы с твоей… мамой поговорим наедине.

– Хорошо, – Алиса послушно кивает, смотрит на меня. – Мамочка, я тебе обещала, что не буду убегать!

– Я помню, малышка, – заставляю себя улыбнуться.

– Кара! – Денис уже держит открытой дверь своего кабинета.

Собрав всю свою волю в кулак, прохожу внутрь. Створка захлопывается за мной с таким громким звуком, что я вздрагиваю. Невольно прижимаюсь к стене спиной.

– Какого хрена ты опять явилась?! – мужчина нависает надо мной, давит взглядом, давит своей энергетикой. – У нас была договорённость, Кар-ра! А ты, чёрт тебя подери, снова лезешь в жизнь Алисы! Она только начала приходить в себя!

– Я… – пытаюсь что-то сказать, не знаю что.

– Что «ты», Кар-ра?! Всегда и во всём только ты! Эгоистичная дрянь!

Нет, всё, я больше так не могу.

Надо сказать. Я должна сказать!

– Денис… – выдавливаю с трудом. Чёрт, как же его отчество, няня ведь только что называла! Не могу вспомнить, и продолжаю на выдохе: – Я… не та Кара.

– Такие как ты не меняются! – выплёвывает он.

– Нет, господи, нет, вы неправильно поняли! Я…

Дверь распахивается без стука. Сначала я не понимаю, что за женщина встаёт на пороге, а потом… узнаю!

Это мать той Кары! Как там её… С именами у меня не очень хорошо, и я с трудом выкапываю из памяти – Виолетта.

– Денис, прости, что так врываюсь, но я должна сказать. Это важно, – она тяжело дышит, словно бежала последние несколько минут, переводит взгляд на меня и... застывает.

Я в первый раз вижу, чтобы человек вот так бледнел! У неё даже губы словно теряют цвет.

А потом женщина хватается за сердце и оседает на пол.

Глава 6

Все события дальше сливаются в одну сплошную полосу.

В кабинет залетает Алиса, испуганно вскрикивает, увидев Виолетту. Я хватаю девочку, прижимаю её к себе, пока Денис, ругаясь себе под нос, поднимает женщину с пола и укладывает на диван, стоящий тут же у стены.

– Что с бабушкой? – шепчет девочка, глядя на меня распахнутыми глазами, в которых плещется страх.

– Малышка, ей стало нехорошо, – пытаюсь говорить спокойно. – Такое бывает иногда…

– Она поправится? – Алиса прижимается ко мне крепче.

– Твой папа сейчас вызовет врача, – стараюсь не глядеть на мужчину, который, набирая по телефону скорую, смотрит на меня, прищурившись. – Ей помогут.

– Как тебе помогали, да?

Меня прошибает ознобом от этих слов. Что за?..

– Когда тебе было плохо, папа тоже вызывал скорую, – продолжает Алиса. – И тебе помогли.

– Да. Как мне, – киваю, решив не уточнять детали.

Боюсь даже предположить, что там случалось с её матерью.

Слышу, как Денис объясняет диспетчеру скорой, что женщина без сознания, в возрасте, что у неё хроническая болезнь сердца.

Интересно, это он точно знает или просто старается немного сгустить краски, чтобы машину прислали поскорее?

Параллельно отходит к одному из офисных шкафов, роется там, вытаскивает аптечку. Одной рукой ему неудобно, и мужчина прижимает телефон ухом к плечу, видимо, диспетчер попросил подождать.

– Алиса, солнышко, иди вот сюда, на стул, посиди, – отстраняюсь от ребёнка, поглаживаю её по плечу, чтобы не волновать ещё сильнее. – Мне нужно помочь твоей бабушке.

Девочка кивает, а я, подойдя к столу, отодвигаю руки Дениса от коробки с лекарствами. Не обращая внимания на настороженное выражение на его лице, быстро перебираю пузырьки, нахожу нашатырный спирт.

Откупориваю и, поморщившись от неприятного запаха, подхожу к Виолетте. Осторожно повожу у неё под носом бутылочкой.

Сначала ничего не происходит, но потом женщина приходит в себя. Явно с трудом приоткрывает глаза. Взгляд мечется, находит меня.

– Ка-ра… – выдыхает еле слышно, со стоном.

Мы с Денисом на секунду встречаемся взглядами, он, как и я, понимает, что ребёнка лучше увести. Мало ли что…

– Алиса, надо встретить врачей скорой! – мужчина берёт девочку за руку. – Пойдём к лифту, а то они могут запутаться в коридорах!

Дверь в кабинет они оставляют открытой.

А я снова смотрю в глаза Виолетте.

– Я не Кара, – качаю головой. – Не та Кара! Я не ваша дочь! Это огромная ошибка! Скажите Денису! Я только что пыталась объяснить ему, но не успела…

Женщина опускает веки, из уголка скатывается слеза. Потом снова глядит на меня. В глазах появляется какая-то отчаянная решимость.

– Молчи!

– Что? – в первую секунду мне кажется, что я ослышалась.

Лицо Виолетты искажается от боли, она закусывает губы, прижимает ладони к сердцу, давит так, словно хочет продавить грудную клетку. До меня из холла доносится шум. Скорая быстро приехала.

– Молчи… – слышу тихое. – Молчи… если хочешь… выжить!

Ошарашенно смотрю на женщину. Она серьёзно?!

– Ты – Кара! – выдыхает Виолетта. – Ты должна молчать! Иначе тебя…

Силы у неё кончаются, и женщина снова теряет сознание. В ту же секунду в кабинет торопливо входят мужчина и молодая женщина в форме скорой. Меня оттесняют в сторону, и я, не зная, что делать, отхожу к рабочему столу.

Денис заходит следом за врачами, находит глазами меня, хмурится и показывает, чтобы я вышла из кабинета.

Проскользнуть мимо него не получается. Когда равняюсь с отцом Алисы, он хватает меня за локоть.

– Я вызвал водителя и охрану, – цедит сквозь зубы. – Ты сейчас берёшь Алису и едешь с ней домой. Не думай, что я поверил сказочкам, которые ты налила в уши дочери! Охранник предупреждён, так что только попробуй выкинуть что-нибудь в твоём стиле, ясно?! Из дома ни ногой и следи за своим поганым языком! Поговорим вечером, когда вернусь.

Я киваю, сдерживая дрожь.

Не знаю, как, не знаю, почему, но, похоже… мне придётся послушаться Виолетту.

К нам подходит один из врачей.

– Инфаркт, – говорит коротко. – Госпитализируем срочно!

– Хорошо, – кивает ему Денис. – Помощь нужна?

– У вас же тут много охраны, если есть пара крепких парней, которые сейчас свободны, вызовите, – просит доктор. – Помогут отнести носилки.

– Минуту, я позвоню, – Денис достаёт телефон, отпускает мою руку.

– Скажите, а когда можно будет… навестить… маму? – спрашиваю у врача, ощущая себя крайне неловко.

Вот уж не думала, что первый раз, когда я произнесу по отношению к кому-то слово «мама», произойдёт в такой ситуации…

– Не могу сказать, – тот пожимает плечами. – Волновать её сейчас нельзя, но если всё будет в порядке, то через пару-тройку дней.

Глава 7

– Здравствуй, Карина, – обращается ко мне. – Давно не виделись. Выглядишь как-то… по-другому!

Карина! Ну конечно, «Кара» – сокращённый вариант и этого имени тоже!

Незаметно выдыхаю. Хотя бы полные имена у нас разные. А то меня уже накрывало ощущением, что я схожу с ума.

– Здравствуй, – киваю осторожно.

Алиса сказала, что его зовут дядя Женя, но я ведь понятия не имею, как к нему обращалась Кара!

– Шеф велел ехать сразу, прямо домой! – к нам подходит крупный мужчина спортивного телосложения.

Становится рядом, ближе к Алисе. Лицо каменное, невозмутимое. Но садясь в машину, чувствую на себе его подозрительный и недобрый взгляд. Охранник, правда, тут же отворачивается.

Стискиваю зубы. Меня уже начинает подташнивать. Сколько можно-то? Что, эта Кара всем кругом успела гадость сделать какую-нибудь?! Сил никаких нет!

Как представлю, что придётся терпеть все эти взгляды ближайшие несколько дней, завыть хочется. И вспомнить все ругательства, которых я знаю ой как много.

Единственный свет среди всего этого мрака – Алиса. И только ради неё я пока терплю. Потому что вижу в её глазах отражение себя. Той девочки, которая так хотела заслужить чью-то любовь. И которой не дали на это ни единого шанса.

У Алисы, конечно, ситуация другая, у неё есть отец. Но… но! Этого недостаточно!

Я видела, какими озлобленными становятся дети, лишённые любви. Отчаянно не хотела стать такой. И у меня получилось, хоть и с трудом.

Поэтому ради Алисы… если нужно будет смолчать – я смолчу. Оскорбления и насмешки – это ерунда, говорю сама себе. Всего лишь слова. Мало ли я их слышала в жизни? Тем более, что сейчас они относятся не ко мне, а к Карине.

Кидаю взгляд на малышку. И как я умудрилась так быстро к ней прикипеть? Видимо, её искренние эмоции зацепили…

Девочка явно ещё не успокоилась после стресса последнего часа и в машине прижимается ко мне сбоку, обнимая. Ластится, как котёнок. И я сама обнимаю её покрепче, глажу по голове, по растрепавшимся волосам.

– Сейчас приедем, и надо будет причесаться, – говорю ей тихонько.

Когда всё вокруг летит к чёрту, нужно сосредотачиваться на простых вещах. Рутина удерживает на плаву, не давая скатиться в истерику.

– А ты сможешь заплести мне косички? – так же тихо спрашивает у меня Алиса. – Ты ведь раньше говорила, что не умеешь…

– Я научилась, – улыбаюсь ей. – Хочешь, и тебя тоже научу? Это совсем не сложно!

– Хочу! – девочка приободряется.

Через зеркало заднего вида встречаюсь взглядом с водителем и тут же отвожу глаза. Плевать, что все вокруг думают обо мне. Хотят видеть Карину – пусть видят.

Правда, когда машина заезжает в гараж и мы выходим, вся конспирация чуть не летит к чёрту. Потому что я с трудом удерживаю челюсть от падения.

Дом, окружённый сплошным забором, огромен и очень красив! Территория вокруг, где мы оказались, пройдя через гараж, ухожена. Тут и место, отведённое под детский отдых, самая настоящая мини-площадка, и довольно высокие клёны по периметру, сейчас роняющие оранжево-красную листву на газон. Похоже, что чуть вдалеке есть и какие-то фруктовые деревья и кусты.

Я стараюсь только не слишком вертеть головой, чтобы не выдавать своего удивления и невольного восхищения. Охранник отпирает нам входную дверь, сам уходит в небольшое строение возле входа, что-то типа сторожки.

А мы с Алисой входим внутрь. Дом красивый не только снаружи. Единственное, кажется каким-то… слишком уж как с картинки. В таких интерьерах хорошо постановочные фото делать, а не жить.

– Мамочка, пойдём! – малышка тянет меня за собой. – Ты голодная? Я жутко есть хочу!

На кухне поуютнее, и никого нет, как и, похоже, во всём доме.

– Алис, а тебе няня готовила? – спрашиваю с целью разузнать побольше.

– Не-а, – девочка качает головой. – Она только разогревала. К нам приходит тётя Люся готовить и убирать. Но не каждый день.

– Ясно, – оглядываюсь по сторонам. – Ну что, тогда моем руки и находим что-нибудь перекусить!

Мы развиваем бурную деятельность и через полчаса довольные и сытые убираем со стола. Потом поднимаемся в детскую, я помогаю Алисе справиться с волосами. Девочка, довольная, что я провожу время только с ней, вытаскивает и показывает все свои игрушки, книжки, домики для кукол.

Я такой красоты в жизни не видела! И мы чуть не два часа играем, расставляем кукольную мебель, раскладываем посуду, крошечные вилочки и ложечки, рассаживаем миниатюрных куколок.

Честно сказать, я прямо отрываюсь за своё детство, в котором мы и не подозревали о существовании таких игрушек.

Пока Алиса рассматривает получившийся у нас интерьер, я поднимаюсь и потягиваюсь, оглядываясь по сторонам.

– Малышка, а это что? – смотрю на большую таблицу, которая висит над письменным столом в её комнате.

– Расписание, – девочка важно кивает. – Вот, видишь, у меня тут бассейн два раза в неделю. И танцы. А ещё английский и китайский!

Глава 8

Денис

– Денис Аркадьевич, из-за срыва переговоров поставки последних комплектующих под угрозой. Сейчас нам нужно срочно… – руководитель кризисного отдела говорит спокойно, но в голосе слышна напряжённость.

Я кручу в пальцах ручку, размеренно постукивая ей по столу. Знаю, эта привычка многих раздражает. Ничего, потерпят.

Мне бы сосредоточиться. Мы долго шли к этой сделке. На самом деле, всё не так плохо, как пытается представить сейчас один из моих замов. Он просто любитель сгустить краски. Но спец крепкий, собственно, за это я его и держу.

Насколько я понял, у китайцев тоже почти одновременно случился какой-то форс-мажор. То ли кому-то плохо стало, то ли ещё что… Так что переговоры не сорваны, просто отложены.

А значит, я сейчас могу сосредоточиться на том, что меня по-настоящему тревожит.

Кара.

Моя всё ещё жена.

Мать моей дочери.

Снова возникшая в моей жизни как раз в тот момент, когда я уже было решил, что справился.

Взбалмошная, эгоистичная, совершенно не имеющая тормозов.

Женщина, которая свела меня с ума. То, что я к ней чувствовал… Это было нечто большее, чем любовь. Это была одержимость. Пламя.

После которого остался пепел.

Кара окончательно ушла примерно полгода назад. Закрутила какой-то очередной безумный роман – к тому времени я уже был не в состоянии реагировать на её измены – и свалила. Честно сказать, почувствовал облегчение.

Давно нужно было подать на развод. Но из-за общего ребёнка и постоянного отсутствия Карины процесс стал бы нервным и небыстрым. И я боялся даже представлять себе, как на это отреагирует Алиса…

Всю нерастраченную любовь я перенёс на дочку. Из-за неё переживал. Потому что мать всегда останется для неё матерью, как бы она себя ни вела.

Вот только теперь… что-то меня цепляет. Я не могу понять, что именно, и это раздражает.

Что с ней случилось за эти полгода? Она как будто побледнела, похудела… Волосы отросли – Кара в своё время что только с ними не делала, красилась во все цвета радуги, а теперь вернулась к своему естественному оттенку. Выглядят, кстати, натурально, как родные, хотя что я понимаю в этих женских причёсках?

Задумываюсь, воскрешая в памяти нашу последнюю встречу за несколько месяцев до дня рождения Алисы.

– Денис Аркадьевич?

Вскидываю глаза на своих людей, которые явно ждут моего ответа.

– Действуем по первоначальному плану, – отвечаю так, как считал и до этого совещания. – Скоординируйте деятельность отделов и отследите возможные косяки. Переговоры всё равно состоятся, после них китайцы наверняка захотят увидеть масштабы нашего производства. Считайте, что отсрочка – это ещё один шанс подчистить хвосты. Доклады мне завтра на стол.

По сути эта встреча не требовалась. Но подчинённые должны осознавать, что я держу руку на пульсе. Так что… пусть работают.

Слежу, как народ выходит из моего кабинета, и тянусь к стационарному телефону. Последняя секретарша и месяца не продержалась. Откуда они берутся, такие безмозглые? Такое ощущение, что все эти девицы идут в секретари только в надежде, что сразу подцепят себе мужика.

К счастью, внутренние номера я и без секретаря знаю наизусть. А людей дисциплинирует, что владелец компании может в любой момент позвонить сам.

– Начальник охраны, слушаю, – звучит в трубке бодрый голос.

– Сергей Иванович, зайди ко мне, – говорю без предисловий.

– Сейчас буду, Денис Аркадьевич.

С хлопком опускаю ручку на стол и откидываюсь в кресле. Надо выяснить, что произошло с Кариной за последние месяцы. Мой безопасник – бывший фээсбэшник, этому человеку я доверяю. Так что пусть роет носом землю.

Дав указания и получив от Сергея обещание, что в течение недели всё будет сделано, пытаюсь сосредоточиться на работе, но нихрена не выходит.

В конце концов, плюнув, вызваниваю водителя и еду домой.

– Жень, как ты Алису с… Кариной довёз? – спрашиваю у мужчины. – Всё нормально было?

– Вполне, Денис Аркадьевич, – Евгений пожимает плечами. – Сидели на заднем сиденье, обнимались, – усмехается, и я настораживаюсь. – Карина пообещала ей косы заплести…

Хмурюсь растерянно. Косы и Кара?.. Ну-ну…

– Денис Аркадьевич… – неуверенно начинает водитель.

– Спрашивай, – киваю устало.

Он очень давно на меня работает. Был свидетелем того, что иной раз творила Кара. Но в его верности и молчании я не сомневаюсь. У него на это есть свои причины.

– Вы… ничего странного не заметили? Я имею в виду Карину…

– Я пока не могу однозначно ответить, – отвечаю, подумав.

Она только что вернулась. Два часа пробыла на дне рождения дочери неделю назад. И сейчас ещё… сколько мы с ней разговаривали? Пять минут?

Что там она мне пыталась сказать перед появлением Виолетты? Нахмурившись, вспоминаю про тёщу. В больницу я звонил, состояние тяжёлое, посещения пока запрещены. Вот тоже… почему это случилось именно сейчас? Она ведь пришла, потому что хотела сказать что-то.

Глава 9

Денис

Не помню, когда последний раз слышал вот такой, искренний, открытый, чистый смех своей жены…

Невольно делаю несколько шагов вперёд, останавливаясь в дверях. Подсознательно ожидаю увидеть кого-то другого рядом с Алисой, но нет. Знакомый силуэт, длинные волосы слегка отливают краснотой в приглушённом свете лампы.

Кара оборачивается, и улыбка сползает с её лица, когда она замечает меня.

– Папочка! – Алиса соскакивает со стула, бежит ко мне, я подхватываю дочь на руки. – Привет! Как дела?

– Всё хорошо, – отвечаю на автомате, перевожу взгляд на довольное лицо девочки.

Ни малейшего огорчения, ни неловкости, которую я замечал у малышки, когда её мать умудрялась ляпнуть или сделать что-то такое, от чего волосы на голове шевелились. Хоть для меня Алиса по-прежнему ребёнок, но я осознаю, что моя дочь очень взрослая для своих лет. Даже слишком.

– А мы сделали домашку, мама мне помогала! – выдаёт Алиса радостно.

– Вот как, – кидаю очередной взгляд на Кару, которая заходит за стол, словно прячется от круга света, собирает со стола разбросанные тетради, складывает в стопку, подхватывает чашки.

В раковину собралась относить? Не в её привычке наводить порядок.

– А почему вы с таким слабым светом сидите? – спрашиваю у Алисы. – Темно ведь! Вредно писать, когда освещение плохое, Алис!

– Я немного писала, – пожимает плечами девочка. – Мама сказала, так уютнее.

Стискиваю зубы. У неё теперь через слово мама. Если Кара вздумала играть чувствами дочери, чтобы потом снова сбежать… Я не знаю, что я с ней сделаю!

– Пап, ужинать будешь? – тем временем спрашивает Алиса. – Мы уже ели. И чай пили с печеньем.

– Да, наверное, – отвечаю немного рассеянно.

Я не могу отделаться от странного ощущения. То и дело ловлю на себе взгляд продолжающей молчать Кары. Знакомая незнакомка какая-то, честное слово! Не помню, чтобы она когда-нибудь так смотрела. Подмечая каждую деталь и одновременно словно отовсюду ожидая подвоха.

Как зверёк, готовый напасть, если ему померещится угроза, приходит мне в голову.

– Тогда мы отнесём всё в комнату, да, мамочка? – Алиса подбегает к Каре, и та, переведя взгляд на девочку, улыбается.

Эта улыбка… как удар в солнечное сплетение. В эту улыбку я влюбился когда-то.

Нет! Нет, чёрт подери! Я не позволю себе! Не позволю ей снова разрушить ту стену, которую старательно возводил между нами последние годы!

Отворачиваюсь. Не смотрю на неё. Сначала получу информацию от безопасника, а потом буду думать, что с ней делать.

– Алис, я поем у себя в кабинете, – говорю дочери.

– А я думала, мы с тобой посидим, – расстроенно опускает плечи малышка. – Все вместе… Как семья!

– Алис, твой папа, наверное, устал, – первые слова, тихо произнесённые Карой, которые я от неё слышу. – У него наверняка много работы. Мы как-нибудь потом посидим все вместе. Пойдём, я помогу тебе прибрать в комнате. Уже поздно.

Растерянно слушаю спокойные и логичные слова. И всё бы нормально… но… Карину раньше это никогда не волновало.

Прохожу вперёд, отодвигаясь от двери и давая им пройти. Честное слово, такое ощущение, что у меня крыша едет. Это точно моя жена?

Карина с Алисой поднимаются в детскую, а я, наплевав на позднее время, звоню Сергею.

– Денис Аркадьевич, пока мало чем могу порадовать, – отвечает на мой вопрос безопасник.

Да я и сам понимаю, всего лишь несколько часов назад дал ему задание. Не мог он так быстро выяснить…

– Хоть что-то, Сергей, – хмурюсь, стучу по столешнице пальцами. – А то у меня такое ощущение, что мне жену подменили. У неё случайно близняшки не было? – хмыкаю, делая вид, что шучу, но мне не до шуток.

– Слушайте, шеф, ну у нас всё-таки не индийское кино, – фыркает мужчина. – Это же там всякие разлучённые в детстве сёстры-братья и всё такое прочее? Хотя, конечно, если нужно, проверю…

– Ладно, это я так, – присаживаюсь за стол.

Действительно, глупо. Я же прекрасно знаю родителей Кары. Отца, правда, уже пару лет нет в живых. А мать… Виолетта теперь в больнице. Кстати, жена мне ни одного вопроса о матери не задала. В общем неудивительно, отношения у них последние годы были более чем прохладные, но всё-таки.

Единственная дочка, избалованная, получающая всё, что хочет... Родители тоже виноваты в том, какой она стала.

– Так, пока только то, что вы и так знаете, – в динамике слышно, как щёлкает мышка, Сергей, похоже, открывает какие-то файлы. – Сейчас, секунду, Денис Аркадьевич. Есть тут у меня одна любопытная база. Ваша жена примерно полгода назад уехала на тропические острова… Данные о пересечении границы…

– Господи, это-то у тебя откуда? – устало сжимаю пальцами переносицу.

– Такие вопросы, шеф, задавать не стоит, – хмыкает мужчина. – Так, короче, вот, дата, когда она покинула страну…

Глава 10

Денис

И получаю в лицо заряд холодной воды!

Чёрт, она, похоже, полный стакан выплеснула! Отшатываюсь от неожиданности, отпускаю её и слышу, как Кара выбегает из кухни.

Матерюсь вполголоса, отфыркиваясь и протирая глаза. А потом на меня внезапно нападает нервный смех. Ну надо же! Да, это больше похоже на Кару. На ту Кару, с которой я когда-то только познакомился. Хмыкаю, вспоминая нашу фееричную первую встречу.

Карина с родителями пришла на какой-то благотворительный вечер. Я заметил её, когда девушка в одиночестве стояла неподалёку от фуршетного стола. Подумал, что она из тех девиц, которых специально приглашают на такие мероприятия «для сопровождения». Ну и подкатил, естественно. Ошибку свою понял почти сразу, она меня тогда несколькими словами так отбрила. А потом ещё и перебила мою ставку на аукционе, устроенном организаторами для сбора средств! Но не учла, что этим только завела до предела. Для меня это было как глоток свежего воздуха – до неё все девицы сами на шею вешались.

Да и теперь… вот уж охладила так охладила. Чёрт, сырой весь с головы до ног! Вздохнув, осторожно переступаю через лужу на полу. И замечаю, что ни графина, ни стакана она не оставила.

То есть, успела захватить с собой. О дочери подумала, для неё ведь за водой приходила. Качаю головой, невольно улыбаясь, и только потом спохватываюсь!

Да какого хрена?!.. Один день рядом с дочкой в роли нормальной матери, одно проявление искренней заботы по отношению к Алисе – и я уже поплыл?!

– Не вздумай! – выдыхаю вслух, сам себе. – Не вздумай, слышишь?!

Яростно тру руками лицо. Я забуду её! Забуду!!! Уже забыл! И не допущу, чтобы она снова пробралась в моё сердце!

Криво усмехаюсь идее, которая пришла мне в голову, и иду к себе.

Нам будет о чём поговорить утром.

Каролина

Успокоить бешено колотящееся сердце мне удаётся не сразу.

Он всё понял?! Понял, что я – не Карина?

А что ещё мог означать этот вопрос – «кто ты такая» ?..

Прислушиваюсь в детской у двери, пока Алиса умывается. Стараюсь уловить шаги.

Если Денис догадался, что я не та Кара, он не оставит меня вместе с дочерью. Придёт и потребует ответа.

Но только минуты бегут одна за другой, а мужчина не появляется. И я понимаю, что, видимо, своим «холодным душем» сбила его с толку.

И всё же это ненадолго. Я не продержусь больше одного-двух дней и то при условии, что буду пересекаться с ним по минимуму. У меня же нет никакой информации!

Отношу Алисе воду, которую всё-таки успела захватить с собой с кухни, сижу с девочкой, пока она устраивается спать. По её просьбе читаю вслух пару глав из какой-то детской книги. А сама напряжённо размышляю.

Виолетта сказала мне, чтобы я молчала о том, что я не та Кара. Она говорила с трудом, преодолевая боль, теряя сознание. Это не могло быть просто непонятным капризом. Но что если… что если она имела в виду не раскрываться окружающим, а Денису при этом рассказать правду?

Не могла же она не осознавать, что он быстро всё поймёт! Мужчина явно не идиот. Сейчас на моей стороне остаётся разве что эффект неожиданности, да ещё тот факт, что настоящая Кара гуляла где-то последние полгода.

Я осторожно выяснила у Алисы кое-какие детали насчёт матери. За болтовнёй с девочкой удалось разузнать кое-что. Но, конечно, стоит Денису хоть немного углубиться в ситуацию, задать буквально пару вопросов – и я запалюсь.

Эх… Честно сказать, чувствую себя просто отвратительно. Терпеть не могу врать. А когда ещё и понимаешь, что враньё скоро вскроется…

Может, плюнуть на всё и рассказать ему?

Ну не убьёт же он меня в самом деле!

Пока мечусь, пытаясь прийти к какому-то выводу, Алиса засыпает. Выгонять меня так и не явились, так что решаю, что утро вечера мудренее. Естественно, остаюсь в одной комнате с девочкой, здесь есть диванчик, на котором можно прекрасно выспаться.

Утро начинается спозаранку. Алиса подскакивает первая, и я моментально просыпаюсь, реагируя на шорох в комнате. Сажусь на диване, скидываю с себя плед. Чёрт, у меня ведь даже одежды сменной никакой нет!

– Я не хотела тебя будить, мамочка, – девочка виновато опускает голову.

– Да ты что, малышка, не переживай! – улыбаюсь ей. – Я привыкла вставать рано!

– Да? – она морщит лобик. – Ты просто раньше поздно просыпалась…

– У людей иногда меняются привычки, это нормально, – пожимаю плечами, но в желудке чувствую холодок.

Вот, даже ребёнок видит нестыковки!

– Ну что, умываться?

– Ага! – Алиса расплывается в улыбке.

– Чёрт, хоть бы футболку сменить, – ворчу себе под нос, но она слышит.

– Мама, так в шкафу ведь есть!

Не хотелось бы брать одежду Кары, но выхода-то особо нет. Вот только...

Глава 11

К счастью, мне везёт. Видимо, они перестали жить вместе задолго до того, как Карина ушла с концами. Так что мы с Алисой выбираем в гардеробе подходящую футболку и джинсы, я ещё ухитряюсь незаметно достать чистое бельё из ящика.

Другой бы, наверное, поморщился от брезгливости. Фу, носить чужую одежду, пусть даже чистую. Но, во-первых, выбора сейчас нет, а во-вторых, воспитание у меня такое, что… Короче, что сунули – то и носи, да поблагодарить не забудь!

Я быстро принимаю душ, благо у Алисы отдельная ванная, и мы спускаемся на кухню.

– Стой, малышка, – успеваю притормозить девочку, заметив так и оставшуюся на полу лужу.

– Ой, а это откуда?

Хмыкаю про себя. С твоего папы натекло.

– Совсем вылетело из головы, я вчера пролила воду, а протереть забыла, – нахожу бумажные полотенца и промакиваю влагу, к счастью, пол здесь плитка, так что жидкость ничему не повредила. – Ну вот и всё! Что хочешь на завтрак, Алис? А, кстати, когда приходит ваша…

– Тётя Люся? – подсказывает мне девочка, потом задумывается. – Вроде бы завтра должна прийти…

– Ну ладно, неважно, – открываю холодильник. – Давай сообразим что-нибудь.

– Там есть что-то готовое, – Алиса заглядывает внутрь. – Но я не очень хочу, – добавляет тихо.

– А что ты хочешь? – кидаю взгляд на девочку.

– Блинчики? – говорит она ещё тише и как-то боязливо смотрит на меня.

– Можно и блинчики, – улыбаюсь, и девочка тоже расплывается в неуверенной улыбке.

– Правда?

– Конечно, – не выдержав, наклоняюсь и обнимаю малышку.

Хочется прогнать эту настороженность из её глаз. Конечно, один день мало что мог изменить. Видимо, в подсознании у неё по-прежнему сидит та, другая Кара… Которая не утруждала себя заботой о дочери.

Давлю вздох и отпускаю девочку.

– Давай, помогай! – говорю весело, доставая яйца и молоко.

Денис

Будят меня непривычные звуки.

Точнее, сначала я, кое-как нашарив на тумбочке смартфон, выключаю заоравший будильник. И только потом, полежав ещё минуту, с удивлением открываю глаза и прислушиваюсь.

Вроде бы сегодня домработницы по графику быть не должно?

Быстро натянув на себя футболку и штаны, спускаюсь вниз.

– Не торопись, смотри, наливаешь, а потом – хоп, и поворачиваешь так, чтобы тесто растеклось!

– У меня не получается так ровно, как у тебя, – расстроенный голос Алисы.

– Так ты же только начала! Когда я была маленькая и училась готовить, у меня тоже всё как попало получалось. А потом потренировалась и приноровилась!

– А ты с детства готовить умеешь? – дочка спрашивает недоверчиво.

– Да, конечно…

Что? С какого детства? У Кары даже яичница через раз пригорала!

– А… просто раньше ты не готовила…

Не утерпев, сдвигаюсь чуть в сторону, пытаясь увидеть, что там происходит, но так, чтобы меня было незаметно. Успеваю заметить какое-то испуганно-растерянное выражение на лице Кары, которая кидает взгляд на Алису, но жена тут же отворачивается.

– С чем ты хочешь блинчики, малышка? – спрашивает торопливо. – Мы уже много нажарили, садись, поешь, пока тёплые.

– Со сгущёнкой!

– Отлично!

– А ты с чем будешь, мамочка?

– Пожалуй, я присоединюсь к тебе и тоже выберу сгущёнку.

Я, нахмурившись, отступаю обратно. Снова всплывают сомнения.

Какие блины со сгущёнкой?! Кара же всю жизнь сидит на каких-то диетах. Никакого сладкого, никакого теста… Во всяком случае, всё то время, пока мы были женаты и жили вместе, я ни разу не видел, чтобы она ела что-то подобное.

Но… это ведь она. Её лицо, её фигура, её волосы… ну, почти. Чёрт! Я точно свихнусь!

Возвращаюсь в спальню, иду в душ, переодеваюсь, напряжённо размышляя. Я планировал её немного спровоцировать, чтобы она сбросила эту свою маску «хорошей мамы». Тогда можно было бы понять, что ей на самом деле нужно. У Алисы сегодня занятия в первой половине дня, мы с Карой остались бы наедине. Но сейчас… Нет, мне необходимо что-то другое.

Так толком и не решив, как поступить, снова спускаюсь на кухню, но теперь уже вхожу, не задерживаясь.

– Доброе утро, – чмокаю дочь в макушку.

– Доброе утро, папочка! – она улыбается, еле выговаривая с набитым ртом.

Кара только кивает в ответ, а я приглядываюсь к ней, стараясь внимательно вглядеться в лицо. Вчера на кухне было темно, мало света, до этого я… ну, не пытался что-то заметить. А сейчас…

Ничего не понимаю…

– Папа, – Алиса, дожевав блинчик, спрашивает, – а бабушка поправилась?

Кара вздрагивает, услышав эти слова. Словно вообще забыла о матери.