Ромашка под прикрытием

Глава 1

Четвертое июля 2022 года, Санкт-Петербург

Навещая своих подопечных, оружия с собой Мила никогда не брала. Да, у капитана полиции Романовой табельный пистолет имелся, и стрелять она умела прекрасно. Но при общении с трудными подростками и их далеко не всегда адекватными родителями «Макаров», по мнению Милы, только помешал бы.

К тому же дополнительные средства устрашения Людмиле не требовались – рослая мускулистая полицейская с широким суровым лицом и без того могла произвести нужное впечатление на любого правонарушителя. А если этого оказывалось недостаточно, один из хитрых болевых приемов, которых Мила знала множество, помогал усмирить излишне наглых хулиганов. На крайний же случай оставалось последнее средство – мощный удар тяжелым кулаком в челюсть.

Увы, женской привлекательностью судьба детдомовскую сироту обделила, зато силой не обидела, да и ловкости отсыпала в избытке. К счастью, к ним прилагались гибкий ум и уравновешенный характер, позволившие Миле выбиться в люди, окончив не только среднюю школу тогда еще милиции, но и Университет МВД в родном Петербурге. Последний, правда, заочно. А уж дополнительное образование по подростковой психологии Мила добирала на различных курсах, частично за собственный счет, а частично – и за государственный – направлением сотрудников на повышение квалификации начальство никогда не пренебрегало.

Вот только никакие курсы не смогли примирить Милу с тем, что дети из вполне благополучных семей нередко шли по кривой дорожке. Умом она понимала все эти мудреные психологические объяснения, а вот сердцем принять такого не могла: как можно, имея нормальных родителей и материальный достаток, променять их на сомнительные компании и разгульную жизнь.

Именно такую, непонятную ей до конца подопечную инспектор Романова и намеревалась навестить в этот вторник первой. Дарья Боголюбова, пятнадцатилетняя любительница спайсов, не гнушавшаяся ни воровством, ни торговлей своим юным телом ради того, чтобы заработать на дурманящую смесь, уже неделю прогуливала школу. Мать Дарьи, успешный бизнес-тренер, пребывала в очередной командировке, а бабушка, которой вроде как поручили присматривать за девушкой, всю эту неделю не брала трубку.

Разумеется, на то, что девица Боголюбова радостно распахнет перед нею двери, Мила не рассчитывала. Но способ проникнуть в квартиру у капитана Романовой имелся – именно на такой случай у консьержей элитного дома хранились ключи с письменным распоряжением владелицы жилплощади Боголюбовой-старшей выдавать их сотрудникам полиции по первому требованию.

– Здрасьте, Марь Семенна, – с улыбкой поприветствовала Мила благообразную консьержку, поднявшую глаза от толстенной книги, когда капитан Романова подошла к стойке.

– Здравствуйте, Милочка, – улыбнулась в ответ Мария Семеновна. – Вы к Боголюбовым?

– К кому ж еще, – со вздохом развела руками Мила. – Других моих клиентов в вашем доме, к счастью, нет. Дарья-то дома, не знаете?

– Дома, – кивнула Марья Семеновна. – Валерий Николаевич, сдавая смену, поведал мне, что ночью соседи снова жаловались на громкую музыку и ему пришлось подниматься и звонить в дверь. Дарья ему не открыла, конечно, но громкость всё же убавила, пусть и не сразу, а только после того, как он пригрозил полицию вызывать.

– Ну хоть не придется её по подружкам разыскивать, и то хлеб.

– Да разве же это подружки! – возмущенно фыркнула Мария Семеновна. – Были бы у нее настоящие подруги, они бы помогали наставить её на путь истинный, а не наоборот.

– И то верно, – согласилась Мила.

Консьержка протянула ей ключи, и капитан Романова проследовала к лифту, невольно любуясь красивым вестибюлем с обшитыми темным деревом стенами, хрустальными люстрами и роскошными пальмами в огромных кадках.

«Вот почему так? – в очередной раз подумала Мила. – Всё ведь есть у девки, а она…»

Квартира Боголюбовых была на восемнадцатом, последнем этаже. Выйдя из лифта, Мила подошла к двери, прислушалась – тихо. «Спит, наверное, – подумала она, – полночи ведь куролесила».

Мила открыла дверь, вошла в просторный холл и прислушалась снова – тишина в квартире почему-то показалась недоброй. Да и густой резкий запах давал понять, что и на этот раз не обошлось без поганых спайсов. Заперев дверь, Мила двинулась на поиски Дарьи. Начать решила с комнаты девушки, но там оказалось пусто.

– Даша! – громко крикнула Мила, вернувшись в коридор, но ответа не последовало.

Дальше она решила попытать счастья в гостиной, предположив, что Дарья просто уснула там же, где и курила мерзкую смесь. И точно – на огромном кожаном диване, свесив правую ногу до пола, лежала одетая в коротенькие джинсовые шорты и белый топик девушка.

– Даша! – снова громко позвала Мила, подходя ближе.

Лежащая не шевельнулась. Мила наклонилась и встряхнула Дашу за плечи. Безрезультатно – та не просыпалась. Вдруг девушка захрипела, заметалась по дивану, не открывая глаз.

Мила испугалась не на шутку. Чертовы спайсы были непредсказуемы – что в них намешано, далеко не всегда можно было понять. Мила схватила телефон и под непрекращающиеся хрипы вызвала скорую. Упоминать про спайсы она предусмотрительно не стала – сталкивалась уже с тем, что к наркоманам врачи не слишком торопились. Потом Мила отправилась к входной двери и связалась с консьержкой – у навороченного видеодомофона была и такая функция – чтобы предупредить о приезде скорой. Дверь решила оставить открытой, чтобы не бегать туда-сюда, и вернулась в гостиную.

Глава 2

Остаток дня Мила проспала. Едва покончив с обедом, провалилась в сон до самого ужина, а после ужина практически сразу заснула снова. Зато утром, когда её навестил неор Лауманду, бывший капитан Романова, а ныне неора Атраэнчи чувствовала себя вполне бодрой и готовой практически ко всему.

– Ну что же, – сказал целитель, закончив с осмотром пациентки, – состояние твоего здоровья больше не вызывает опасений, и ты можешь отправляться домой.

– Но я не знаю, где именно находится эта служебная квартира, в которой я теперь буду жить, – растерялась Мила.

– Думаю, твои коллеги, которые появятся с минуты на минуту, не откажутся тебя проводить. Но ты можешь обратиться к воспоминаниям той, кому это тело принадлежало раньше, и узнать то, что знала она.

– Правда?! – поразилась Мила.

– Да, – кивнул неор Лауманду. – В случае переселения души в новое тело сохраняются и её воспоминания, и воспоминания тела. Тебе нужно только сосредоточиться и подумать о том, что ты хочешь узнать.

– Так просто? – не поверила Мила.

– Так просто, – подтвердил целитель.

Но попробовать вспомнить что-нибудь из жизни Камомилы Атраэнчи Мила не успела: в палату вошли Сабиу и Вес.

– Ну как твои дела? – с дружелюбной улыбкой спросил Вес.

– Отлично! – бодро отрапортовала Мила. – Неор Лауманду сказал, что я могу отправляться домой.

– Хорошая новость! – обрадовался Вес. – Но я бы попросил тебя ненадолго задержаться. Узнать, есть ли у тебя магия, лучше прямо сейчас.

– Я принесу артефакт, – предложил неор Лауманду.

– Не надо, – отмахнулся Вес, – я уже принес.

– Магия? – недоуменно нахмурилась Мила.

Как ни странно, но упоминание о магии оказалось для нее неожиданным – то, что в это тело её переместила самая настоящая богиня, почему-то не навело Милу на мысли о наличии в этом мире магии.

– Вы думаете, что у меня есть магия?

– Мы пока не знаем, – пожал плечами Вес. – Случаи перемещения души в другое тело – редкость, тем более – души из иного мира, и четкой статистики по ним нет. Но из тех сведений, которые я успел раздобыть, следует, что иногда сохраняется тот дар, который был у предыдущего владельца тела, иногда – добавляется тот, что был у того, чья душа перемещена, иногда они как бы складываются, не всегда полностью, а иногда – наоборот – частично ослабляют друг друга.

– У меня нет никакой магии! – решительно заявила Мила. – В нашем мире вообще магии нет. Во всяком случае такой, существование которой было бы достоверно подтверждено.

– Да? – скептически прищурился Вес. – Возможно, вы просто не научились ей пользоваться? Потому что магия – это энергия, а она есть везде.

– Возможно, – не стала спорить Мила.

– Хотя, конечно, даже если в вашем мире магия всё-таки есть, это не означает, что магический дар имеется у тебя, – уточнил Вес. – У нас магов мало, поэтому каждый, обладающий хотя бы минимальными способностями, может очень хорошо устроиться в жизни.

– А у Камомилы магия была? – спросила Мила.

– Теперь Камомила – это ты, привыкай, – попросил Вес.

– Но как же мне тогда её называть?

– Называй Ромашкой, – предложил Сабиу. – Такое у нее было прозвище.

– У вас тут что – принято всем прозвища давать? – заинтересовалась Мила.

– Не совсем, – покачал головой Вес. – Но оперативные сотрудники УБВВУ прозвища используют.

– Ромашка была секретным агентом? – округлила глаза Мила.

– У нас нет такого понятия, – улыбнулся Вес. – Но ты отчасти права – под прикрытием она тоже иногда работала.

– И что, мне теперь тоже придется стать оперативным сотрудником? – Восторга такая перспектива у прямодушной Милы совершенно не вызывала.

– Одно задание тебе точно нужно будет выполнить, но дальше ты сможешь заняться чем-нибудь другим, если захочешь, – ответил Вес, чутко уловивший её настроение. – И чтобы понять, какие у тебя могут быть перспективы, как раз и надо проверить тебя на наличие магии.

Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшую пластину из металла, похожего на медь, испещренную загадочными значками непривычного вида – Мила, во всяком случае, ничего подобного никогда не видела, хотя благодаря своим подопечным, увлекавшимся порой очень странными вещами, неплохо разбиралась в эзотерике.

– Просто возьми её в любую руку. – Вес протянул пластину Миле.

Мила так и сделала. Сначала она хотела взять пластину в правую руку, но потом почему-то взяла в левую. Металл был холодным. От артефакта исходила слабая вибрация, которая перешла сначала в руку, в которой Мила его держала, а потом довольно быстро распространилась по всему телу.

– И когда эта штука сработает? – поинтересовалась Мила, когда стало ясно, что ни визуальных, ни звуковых эффектов не последует.

– Сейчас посмотрим, – улыбнулся Вес. – Но сначала отдай артефакт.

Заполучив магический предмет, он внимательно изучил значки, некоторые из которых, как показалось Миле, стали цветными, и удовлетворенно произнес: