С любовью, твоя злодейка

Пролог

-Флория-

– Люблю… – шептали мне его губы, страстные и горячие, как южный ветер в час перед грозой. – Люблю навсегда, только одну тебя, любимая моя… Ты – сердце моё, ты – воздух мой, ты – капля росы, спасающая от жажды в испепеляющем зное пустыни… Люблю тебя, Флория… моя Лори… моя душа…

Каждое слово в этот момент было не просто откровением, оно становилось прикосновением к душе. Оно обжигало кожу там, где его дыхание смешивалось с моим, проникало в самую суть меня, сжимая сердце до боли – сладкой, невыносимой, но такой желанной. Он шептал свои жаркие признания и горячо, до пронизывающего сладкими судорогами наслаждения, выцеловывал каждый сантиметр моего тела.

Его ладони, шершавые от меча, но невероятно нежные со мной, выписывали на моей коже карту владений, где он был и королём, и пленником одновременно. Я задыхалась, не от недостатка воздуха – его было вдоволь, жаркого, напоённого запахом его кожи, дыма камина и чего-то ещё, только нашего, – а от этой бури чувств.

И плавилась в его крепких объятиях, которые могли сокрушить что угодно, но для меня оставались самой надёжной крепостью. Он любил меня. Как никогда и никого до этого – я чувствовала это каждой клеточкой своего существа, знала наверняка, с той же неоспоримой ясностью, с какой ощущала биение собственного сердца.

И сама любила его больше жизни. Больше солнца, больше неба, больше собственной души. За нашу с ним любовь, за этот островок тепла и безумия в холодном, расчётливом мире, готова была отдать всё. Даже жизнь. Об этом тоже знала. Как и о том, что никогда, ни при каких обстоятельствах не позволила бы причинить ему зло – тому, чьи губы сейчас выжигали на моей шее клятвы, а голос, низкий и немного хриплый от страсти, называл меня частичкой своей души. И это была чистейшая правда. Он не лгал. Никогда не лгал мне.

И всё же я сделала это. И причинила ему зло. Хотя желала этого меньше всего на свете.

– Люблю… – шептали мне его губы, находя на моих щеках солёные дорожки и сцеловывая слезинки одну за другой, будто пытаясь выпить мою печаль, он стремился растворить её в своей нежности.

Но я не могла удержать эти предательские слёзы. Они текли сами, тихие и горькие, потому что где-то на дне сознания, под бушующим морем страсти и блаженства, холодным, неумолимым камнем лежало знание. Знание о том, что будущего у нас нет. Что этот миг – последний островок рая перед долгим, беспросветным падением.

– Люблю… – шептали мне его губы, и каждое признание клеймило мою израненную душу, оставляя в ней огненные, неизгладимые дыры. Эти слова были и благословением, и проклятием одновременно. Они делали то, что должно было случиться, в тысячу раз невыносимее.

Мы любили друг друга. В эту ночь, в этой огромной кровати с тяжёлыми бархатными занавесями, под сенью которых царил только наш сокровенный мир, мы сплелись не только телами. Казалось, наши души вышли из привычных границ и смешались в единый, трепещущий вихрь света и боли. Наши сердца стучали в унисон – бешено, лихорадочно, отчаянно. Весь остальной мир расплылся и потерял свои очертания и значение. Не было империй, долга, тайн, страхов. Были только он – мой герцог, – и я. И не существовало ничего важнее, чем эта всепоглощающая, безумная любовь, заполнившая собой всё до краёв.

И я тоже шептала. Прижимаясь губами к его плечу, чувствуя под своими прикосновениями напряжённые мышцы и шрам от старого ранения, я вторила его словам, вкладывая в них всю правду, на какую была способна:

– Люблю тебя, мой герцог… люблю тебя, властелин моей души… мой возлюбленный… и моя погибель.

Он рвано выдохнул, услышав это, и его поцелуй стал ещё глубже, ещё отчаяннее, будто он пытался запечатать эти слова внутри меня, не дать им вырваться наружу и обрести силу. Он снова и снова твердил о любви, и я принимала её, эту ослепительную, сжигающую дотла нежность, и отдавала свою в ответ – такую же полную, такую же обречённую. В эти часы не было ничего важнее. Всё остальное было лишь никому не нужной, жалкой суетой.

Но даже эта беспредельная и пылкая любовь, которой, казалось, ничто невозможно было противопоставить, – даже эта любовь не смогла удержать меня в ту роковую ночь. Как не смогла и остановить у черты, за которой счастье для нас двоих уже было невозможным…

И всё это я сотворила собственными руками. Именно по моей вине вдребезги разбито теперь два сердца, из-за меня обрушилась любовь, сильнее которой не было во всём мире.

И это я сама дождалась того момента, когда мой возлюбленный крепко уснёт после ночи любви. Дождалась того момента, когда его дыхание стало глубоким и ровным, а железная хватка рук вокруг меня ослабла, перейдя в бессознательное, охраняющее обладание даже во сне. Дождалась, но продолжала лежать неподвижно, слушая стук его сердца у своего уха и вдыхая знакомый, родной запах, и ждала. Ждала, пока он не погрузится в сон окончательно.

Ещё один взгляд. Последний... как память на всю оставшуюся, пустую жизнь.

И наконец, тихо выскользнула из постели, что хранила ещё тепло нашей любви, бросила прощальный взгляд на безмятежное во сне лицо моего любимого мужчины, быстро оделась в заранее приготовленную одежду и, глотая солёные слёзы и заглушая собственным кулаком рвущиеся из груди рыдания.

И рванулась прочь, стремительно покидая герцогские покои неслышимой тенью. Словно призрак растаяла без следа, оставляя за собой только холод постели и тишину, в которой уже начинали звенеть отголоски грядущей боли…

***

Этот странный сон я видела каждую ночь. И каждый раз, очнувшись после тяжёлого сновидения, от его тяжёлых, чувственных объятий и леденящего душу финала, вновь и вновь просыпалась в слезах. И снова обнаруживала себя на жёсткой постели в маленькой комнатке постоялого двора «Уютный очаг», с щеками, мокрыми от реальных слёз, и с сердцем, разорванным на части чужой, но такой живой трагедией.

Глава 1

Эдвард. Игнорировать интуицию чревато…

-Поместье герцога Эдварда Варрлента-

Я не хотел сегодня покидать свой дом. И при мысли о том, что придётся уехать из поместья на некоторое время, пусть и совсем ненадолго, мне становилось неспокойно на душе.

Угнетало ещё и то, что малыш Арзан вот уже несколько дней ведёт себя очень беспокойно. И хотя лекари в один голос успокаивают, что так бывает, когда у маленьких детей режутся зубки, я всё равно не хотел оставлять сына одного. Нет, конечно же, он будет не один, и рядом с ним всегда находится кто-то из слуг, и это не считая постоянной няни моего Арзана. Но всё равно, мне было бы намного спокойнее, будь я всё время дома, чтобы в любой момент можно было убедиться в том, что с моим ребёнком всё хорошо.

Поэтому, перед самым отъездом я ещё раз заглянул в детскую, чтобы узнать, как дела у сына.

– Мари, ну как Арзан? Как он спал этой ночью? – спросил негромко у няни, чтобы не разбудить малыша.

– Спал хорошо, милорд, – порадовала ответом няня. Разговаривая так же тихо, как я, женщина добавила: – Сегодня маленький господин почти не просыпался. Только один раз проснулся, пить попросил. Как велел лекарь, я напоила господина Арзана тёплым отваром. Хвала Светлым Богам, зубки уже не так беспокоят нашего мальчика.

Я видел, что няня не обманывает меня. Малыш Арзан и в самом деле выглядел намного лучше, и его безмятежный сон как нельзя лучше подтверждал это. Едва коснувшись ладонью головы сына, я почти успокоился, хотя сердце по-прежнему было не на месте, и уезжать из дома мне совсем не хотелось.

Но император Гилберт Второй – не та персона, которой можно так запросто отказать. И хотя некоторое время назад я покинул свой важный государственный пост, но от визитов во дворец меня это не избавило. Вот и теперь, Его Императорское Величество желал срочно видеть своего бывшего главу Тайной канцелярии. Отойдя от дел официально, я, тем не менее, оставался одним из главных Советников императора. Поэтому, как бы мне ни хотелось отложить, или вовсе отменить визит во дворец, я понимал, что не все наши желания бывают осуществимы.

– Сегодня, некоторое время я буду отсутствовать в поместье, Мари. Возможно, что меня не будет до вечера, – счёл нужным предупредить няню. – Ты ведь помнишь, что бы не случилось, обо всём немедленно сообщай моему помощнику. Бэзил знает, как меня найти в случае крайней необходимости. Поняла, Мари?

– Да, милорд, можете не беспокоиться, я всё поняла. Поезжайте спокойно, наш маленький господин в надёжных руках, – покорно кивая головой, прошелестела служанка.

– Хорошо. – Напоследок я ещё раз посмотрел на безмятежно спящего сына, поправил одеяльце, из-под которого выглядывала маленькая пяточка, и так же бесшумно покинул детскую.

Спустя недолгое время я уже мчал, пришпоривая коня, по тракту, ведущему в столицу. Специально не стал использовать ни карету, ни даже более лёгкий экипаж, потому что решил, что мой верный вороной Гром лучше всего подойдёт для сегодняшней поездки во дворец. Домой мне необходимо было вернуться, как можно скорее, и я знал, что мой конь как никто другой поможет мне справиться с этой задачей.

А уже к вечеру стало понятно, что лучше бы я прислушался к внутреннему голосу и остался в поместье! Тысячи раз я потом корил самого себя за то, что не прислушался к интуиции и отправился в императорский дворец. Да лучше бы я отказал императору, и даже вызвал бы на себя его гнев своим отказом… но зато не случилось бы той страшной трагедии, что произошла за время моего отсутствия.

Как ни старался я поскорее управиться с делами, но визит во дворец затянулся почти до самого вечера. Повод, по которому император собрал всех своих Советников, был и в самом деле весьма серьёзным. По данным некоторых источников, в соседнем королевстве Вилайрия назревало что-то нехорошее. А как известно, проблемы у соседей – это весомый повод задуматься над тем, а хорошо ли и у нас самих с вопросами безопасности?

Совещание затянулось, и вырваться из дворца я смог только с наступлением первых сумерек.

– Ну давай, Гром, не подведи, друг! – пришпорил я коня, стремясь поскорее оказаться дома.

Дела государства хоть и заставили отвлечься, и на какое-то время я вместе со всеми был погружён в работу с головой, но в душе так и не пропадало противное тянущее чувство, определённо не предвещавшее ничего хорошего.

Весь обратный путь до поместья мы с Громом преодолели в самое кратчайшее время, какое только было возможно.

А дома меня ждали самые ужасные подтверждения того, что голос интуиции никогда нельзя игнорировать.

Ещё на подъездной аллее, ведущей к главному особняку поместья, заметил непривычные оживление и суету среди слуг. Я видел, как множество магических фонарей шныряют по самым разным уголкам двора и парка, отовсюду раздавались встревоженные голоса людей, которые, словно обезумев, носились в хаотичном порядке по всей территории немаленького поместья. В общем, всё выглядело так, будто вся многочисленная прислуга кинулась разом кого-то разыскивать.

Тревожное чувство того, что случилось нечто непоправимое, тут же обдало неприятным ощущением ледяного холода где-то под рёбрами. А слуги метались, как заполошные муравьи и, кажется, даже не замечали того, что хозяин уже вернулся.

Быстро соскочив с коня, я тормознул первого, кто пробегал мимо.

– Стой! Что случилось?

– Ой… милорд. Вы вернулись…там это… – побледнев лицом, проблеял несчастный.

Схватив слугу за грудки́, я тряхнул несильно и требовательно спросил:

– Что там? Отвечай, что произошло, пока меня не было?!

Парень ответить ничего не успел, но этого и не потребовалось. Ко мне вдруг подскочила главная повариха и, бухаясь мне в ноги, заголосила:

– Ми-л-о-о-о-р-д! Простите нас, милорд! Не уберегли мы маленького господина! Про-п-а-а-а-л! Пропал Арзанчик наш маленький!

– Ч-т-о-о-о-??! Что значит «пропал»? Отвечайте, бездари, как вы смогли допустить подобное?! – сейчас я был не просто зол, я был вне себя от ярости, скрутившей всю мою душу в тугой жгут боли, гнева и отчаяния. Я находился в таком бешенстве, что готов был своими собственными руками порвать сейчас любого! – Как же вы посмели не уберечь моего сына??!!

Глава 2

Флория. Моя новая, странная жизнь…

-Постоялый двор «Уютный очаг», неподалёку от Норвеи – главного города империи Щит Норваллы-

И снова я проснулась в слезах, находясь под впечатлением от сновидения, подкинутого мне чужой памятью…

Отголоски чужих эмоций ещё не улеглись в моей душе, и слишком отчётливо стояли перед глазами картинки из жизни неизвестных мне людей. Хотя со временем я настолько сжилась с этим мучавшим меня видением, что те чувства всепоглощающей любви, которые потом сменялись безысходными тоской и болью, начинали мне казаться уже моими собственными.

Бросив взгляд за окно, увидела, что ещё слишком рано для того, чтобы подниматься и приступать к своим привычным уже делам. Но и поспать мне, похоже, тоже было не суждено. Ночной сумрак за окном только-только начал рассеиваться, а значит и рассвет нового дня тоже был уже не за горами.

И снова мои мысли вернулись к не отпускающему меня видению. Я так и не смогла привыкнуть к этому сновидению, которое преследовало меня из ночи в ночь. Будто, то единственное воспоминание о своей прошлой жизни, что сберегла для меня память прошлой хозяйки этого тела, только для того и сохранилось, чтобы мучить во сне такой изощрённой пыткой.

Почему сновидение повторялось с неизбежным постоянством?

И для чего вообще я каждую ночь погружалась в эту эмоциональную пытку?

Хотела бы я знать ответы на эти вопросы? Да, конечно. Я жаждала разгадать загадку этого сновидения, как мечтала понять и то, каким образом я угодила в другой мир и оказалась в чужом теле? Но увы… на эти вопросы мне вряд ли кто-то смог бы дать ответы. Да и обстоятельства моего попадания в этот мир были слишком загадочными, чтобы я могла дать им хоть сколько-нибудь правдоподобное объяснение.

Чтобы отвлечься от невесёлых мыслей, я поднялась с кровати и зажгла небольшой светильник, сделанный их пучка магических кристаллов. В комнате сразу стало не так сумрачно, а мягкий свет от лампы подействовал умиротворяюще.

– Ну что, Герцогиня, будем всё же просыпаться? – уже привычно поинтересовалась я у кошки, свернувшейся калачиком на моей постели.

Это существо странным образом оказалось моим верным спутником с самого первого момента моего попадания в этот мир. И теперь, эта кошка следовала за мной повсюду, куда бы я ни отправилась. Имея такое необычное имя, обозначенное гравировкой на красивом серебряном медальоне, висящем на её шее, эта пушистая красавица с раскосым взглядом необычных глаз отчего-то назначила именно меня своей хозяйкой. Хотя со стороны многим казалось наоборот: будто она всего лишь позволяла, чтобы люди так думали. Очень уж царственными выглядели её повадки, что совсем не вязалось с поведением обычной дворовой охотницы за мышами.

Но, как бы то ни было, но именно Герцогиню нашли рядом со мной те люди, которые обнаружили меня посреди леса – всю израненную и обессиленную. И если бы не Харвид и его жена Клариза, подобравшие меня и приютившие потом у себя, то неизвестно, чем бы всё закончилось.

Но так совпало, что супруги, владеющие постоялым двором «Уютный очаг», возвращались в тот раз с популярной городской ярмарки. И чтобы вернуться домой до темноты, они решили срезать путь и свернули на лесную грунтовку – довольно безопасную в светлое время суток. Там, в зарослях кустарника неподалёку от дороги, они и обнаружили меня.

Что удивительно, но со слов Кларизы выходило, будто именно кошка сначала привлекла их внимание к тому месту. Ехавшие в повозке супруги, услышали вдруг подозрительный звук, похожий на плач ребёнка. Кинувшись проверить заросли, они думали, что спасают брошенное кем-то дитя. Но обнаружили меня, лежащую почти без признаков жизни и ещё… удивительную кошку с необычными глазами разного цвета.

Так я и попала на постоялый двор «Уютный очаг», который стал моим прибежищем в новом мире. А после того, как я окончательно поправилась, Клариза предложила мне остаться и работать у них. Я, конечно же, согласилась. Потому что не видела никаких других возможностей и перспектив, чтобы обустроиться в чуждой для меня реальности.

И откровенно говоря, я даже не знала, стоит ли мне вообще мечтать о том, чтобы вернуться в родной мир. Хотя одно воспоминание, почти затёртое уже временем и очень смутное – но уже именно моё собственное – со всей очевидностью намекало мне, что путь обратно на Землю для меня закрыт. Потому что, последнее, что я помнила из своей земной жизни – это ослепляющий свет фар, несущегося на меня автомобиля. Потом был душераздирающий визг тормозов, глухой удар и… темнота.

И после этого я очнулась уже в доме у Харвида и Кларизы.

И теперь пыталась как-то приспособиться к своей новой, странной жизни…

Окончательно уже проснувшись, поняла, что пытаться уснуть – это абсолютно бесперспективное занятие. Поэтому решила умыться, переодеться и спуститься тихонько на кухню, где всегда можно было найти занятие. Дел на постоялом дворе было достаточно, чтобы занять себя пока не появится Клариза и не вручит мне список поручений.

Герцогиня, естественно, отправилась вместе со мной. Удивительная кошка прекрасно знала, что в кухне для неё всегда найдётся чем поживиться. И что блюдце свежей сметаны и ломтик домашней ветчины для неё в этом доме никогда не пожалеют. Ведь с её появлением, на постоялом дворе не осталось больше ни одной мыши. За что Клариза и готова была вечно баловать нашу царственную Герцогиню всякими вкусностями.

– О, Лори, уже проснулась… вижу, и тебе тоже не спится, детка? – приветливо улыбнулась мне хозяйка гостевого дома. При виде кошки, явившейся со мной, выдала традиционное угощение для неё.

И только потом Клариза достала две кружки и налила в них свежезаваренный травяной чай. Я тем временем привычно настрогала бутербродов с непередаваемо вкусным домашним хлебом и ноздреватым сыром, и мы принялись завтракать.

– Клариза, чем мне лучше сейчас заняться: овощей для обеденных заготовок начистить, или что-нибудь более важное есть? – традиционно поинтересовалась я у хозяйки, сразу же настраиваясь на рабочий лад.

Глава 3

Враг ближе, чем кажется...

-Эдвард-

Арзан пропал… пропал мой единственный ребёнок и любимый сын. По сути, злодеи, отнявшие у меня сына, подписали себе смертный приговор. Потому что, за всё зло, причинённое моему ребёнку, они обязательно ответят и получат своё во сто крат больше. Никто не уйдёт от расплаты, каждого из них я обязательно найду, и всех их ждёт самая страшная кара за то, что они сделали.

Да, меня практически лишили жизни, потому что я жил только ради моего малыша Арзана. Но если неизвестные злодеи, похищая моего сына, рассчитывали выбить почву у меня из-под ног, то здесь они просчитались. И даже ярость, которая клокотала во мне, не стала помехой, а наоборот – заставила собраться и сконцентрироваться на поисках сына.

Моего пристрастного допроса не избежит никто, потому что я собирался лично допросить каждого, кто был в моём замке в тот день.

И сейчас я не злился, нет. Я испытывал такие боль, отчаяние и ярость одновременно, что готов был растерзать любого, кто хоть каким-то боком мог оказаться причастным к исчезновению моего малыша Арзана.

– Чем занимался весь день?

– Куда ходил?

– С кем общался?

– Что необычного заметил?

– Кого подозрительного видел? – все эти вопросы, и многие другие, я задавал каждому и неоднократно.

Специально заставлял людей отвечать на одно и тоже, чтобы не позволить им соврать, либо каким-то образом извернуться от правдивых показаний. Сфера истины помогала в моих поисках правды. Не удивительно, что мощнейший артефакт, позволяющий определять ложь даже нагрелся от нескончаемых прикосновений чужих ладоней к его поверхности.

Пока я лично занимался допросом каждого из слуг, находившихся в моём замке, по всей столице уже разосланы были сотни шпиков и осведомителей. Я был абсолютно уверен в том, что такая тактика обязательно принесёт свои плоды, и в самое ближайшее время кто-нибудь из шныряющих по городу сыскарей, или их стукачей, обязательно раздобудет нужную мне информацию. И тем самым выведет меня на след похитителей моего сына.

Допрашивая слуг, я не отпускал каждого из них, пока не убеждался в том, что всё сказанное ими – правда, и никто из них не был причастен к похищению. Хотя мало найдётся таких людей, рискнувших стать на пути у самого герцога Эдварда Варрлента, но проверить на причастность стоило каждого из слуг. Чтобы уж точно исключить даже малейшую вероятность.

Тем временем, пока я разбирался со слугами, стала поступать и первая информация «с полей». Мои самые доверенные люди проверяли каждое слово, полученное от источника информации, каждый слух или сплетню, добытую внедрёнными информаторами, и даже каждый намёк, что хоть как-то мог бы указывать на то, где искать моего сына.

Да, совсем недавно я был вторым лицом в государстве – я возглавлял Тайную канцелярию императора Гилберта Второго. Но с некоторых пор, я вынужден был отойти от управления канцелярией и передал свой пост не менее надёжному магу, чем я сам.

Теперь самую тайную и внушающую страх службу нашего императора возглавил сам кронпринц Актион Гермонт. А по совместительству, Актион являлся ещё и моим другом, который воспринял мою беду, как свою собственную.

Именно к Актиону я обратился с просьбой, чтобы он позволил мне задействовать все ресурсы Тайной канцелярии в процессе поиска моего Арзана.

День уже близился к вечеру, и я чувствовал себя уставшим, как дракхов молотобоец из старинных легенд, которого приковали к самой огромной скале и велели долбить, пока не пробьёт путь к своей свободе. Только ни о каком отдыхе не могло быть и речи, пока мой сын находился в руках каких-то подлецов.

И когда уже ближе к ночи с улицы донёсся стук копыт, я с надеждой выглянул в окно. В сгущающихся сумерках красиво освещённого парка, простирающегося перед моим замком, я разглядел коня и его всадника. И спустя несколько мгновений, я тепло встречал явившегося в столь поздний час гостя.

– Актион, мой добрый друг, ты решил сам лично доставить мне вести? Проходи, присаживайся. Сейчас распоряжусь, чтобы принесли что-нибудь горячего, – с этими словами я пожал руку старинному другу, приглашая погреться у камина.

– Эдвард, брось… сейчас не до церемоний, – отмахнулся действующий глава Тайной канцелярии. – Лучше скажи мне, где твой секретарь? Я очень надеюсь, что ты успел уже допросить его со сферой истины, и теперь он сидит где-нибудь в подвале под замком.

– Ты про Бэзила сейчас говоришь? – заявление друга и его решительный настрой в отношении моего помощника откровенно удивили меня. – Нет, Актион. Его я пока не допрашивал, но он помогает мне, вызывает для допроса всех слуг по очереди. Только почему…

– Потому что, именно Бэзил содействовал в организации похищения. Но вот кто стоит за ним? Думаю, об этом тебе лучше спросить у него самого…

Глава 4

Хитросплетения судьбы…

-Флория, днём позже-

Ничто не предвещало никаких проблем. Утренние тревоги развеялись уже почти полностью затёртые, словно ластиком, более позитивными эмоциями и ожиданиями новых впечатлений от предстоящей поездки в город.

В соседний городок я отправилась без всяких опасений, прекрасно зная, что ехать придётся по оживлённой и безопасной дороге. И сейчас, в пути, наблюдалось немало различного транспорта, двигающегося в обоих направлениях по широкому дорожному полотну. Моя лошадь бежала в спокойном темпе, не мешая никому. А мягкие рессоры, установленные на повозке, делали её ход комфортным и равномерным. В общем-то, и мысли мои тоже потекли так же плавно…

И пока я находилась в пути в одиночестве (Герцогиню можно было не считать – кошка уже давно стала моей второй тенью, но собеседник из неё был так себе), у меня была возможность ещё раз вернуться к размышлениям о своём возможном будущем – не вечность же мне работать у Харвида и Кларизы на постоялом дворе?

Мне хотелось какой-то определённости и более привлекательных перспектив в будущем, нежели работа на подхвате в гостевом доме.

Но как можно что-то планировать, если я понятия никакого не имела о своих способностях и умениях в прошлом?

По загадочному стечению обстоятельств, я обладала всем необходимым для жизни в новом мире. Если не вдаваться в подробности, то могло показаться, что я очутилась на стыке 19 и 20 веков там, на Земле. Но всё же это был совсем другой мир. Лишь некоторые вещи имели схожую природу явлений. Но только лишь некоторые.

И ещё одно существенное отличие было между двумя мирами – в этом мире существовала магия. Сама я тоже весьма успешно пользовалась различными артефактами и амулетами бытового назначения, что в немалом количестве можно было обнаружить в хозяйстве семейной пары, приютившей меня. Но лично я, определённо, магией не обладала. Не знаю, как обстояло с этим у предыдущей хозяйки тела, но думаю, что уже давно что-нибудь да проявилось бы.

Думаю, те полгода по местным меркам, что я провела в чужой реальности – достаточный срок, чтобы определиться со многими вещами. Поэтому я пришла к очевидному выводу: будь у меня магия, я обязательно узнала бы об этом. Хотя всё это время меня не отпускало ощущение, что я живу здесь довольно странной жизнью.

С одной стороны, оказавшись в чужом теле, я обладала всеми необходимыми навыками и знаниями для того, чтобы не выдать своего попадания из чужого мира. Я беспроблемно, как родным, владела всеобщим языком этого мира; знала всё о денежной системе империи Щит Норваллы, и некоторых других государств; неплохо разбиралась в географии и многих других вещах, составляющих звенья всего мироустройства.

Но… при всём при этом, как бы я ни силилась растормошить память, доставшуюся мне в наследство, так и не могла узнать ничего о прошлой жизни той Лори, что была в этом теле до меня. И это осознание терзало меня сильнее всего. А ещё, я чувствовала, что память упорно скрывает от меня какие-то тайны. И если быть откровенной с собой, то временами я даже боялась того, что однажды могу вспомнить нечто ужасное, что опять перевернёт мою жизнь.

Только вот, к добру ли будет такой разворот – этого мне, к сожалению, никто пообещать не мог…

Глава 5

Неудачная поездка...

-Флория-

В город, как и планировала, я добралась без особых проблем. Что особенно порадовало – я приехала к самому открытию лавки госпожи Корании, поэтому имела все шансы на то, чтобы поскорее управиться с делами.

Но всё вышло не так, как я планировала.

– О, Лори, здравствуй. Уже приехала… ты решила забрать заказ прямо с самого утра? – озадаченно поинтересовалась хозяйка текстильной лавки, заметив меня у входа.

– Доброе утро, госпожа Корания. Всё верно, я хочу забрать наш заказ. Клариза сказала, что вы с ней на сегодня и договаривались, верно?

– Да, конечно. Но тут вышла небольшая накладка, и я как раз собиралась отправить к вам посыльного, чтобы сообщить о том, что заказ готов не в полном объёме. У поставщиков вышла проблема с транспортом, и вчерашняя поставка задержалась в пути. – Женщина с недовольным выражением лица сообщила о неприятном инциденте.

Но я не видела в этом никакой проблемы, поэтому предложила свой вариант решения вопроса:

– Клариза сказала, что бельё нам понадобится уже сегодня. Думаю, мы можем поступить следующим образом: сегодня я заберу то, что есть, а за остальным приеду, скажем через день. Как вам такой вариант, госпожа Корания.

Женщина обрадовалась моему предложению.

– Меня это вполне устраивает, главное, чтобы покупатель остался довольным. Лори, детка, проходи. Пока ждёшь заказа, мои помощницы угостят тебя чем-нибудь.

Но и тут я сделала по-своему.

– Благодарю, но откажусь. Лучше я прогуляюсь по торговым рядам, присмотрю себе какую-нибудь обновку.

– Хорошо, детка, как знаешь. Думаю, через час заказ полностью упакуют и погрузят в твой экипаж. Вернее, только часть всего заказа.

Довольные друг другом, мы разошлись, каждая по своим делам.

Я целенаправленно двигалась в сторону обувной лавки, когда произошло досадное происшествие. И уже увидела вывеску нужного мне магазина, когда дверь кофейни, мимо которой я как раз проходила, внезапно распахнулась. Выскочивший оттуда парень, не рассчитал скорость, а возможно, что и меня он тоже не заметил. Но, как бы то ни было, избежать столкновения не удалось, и мы оба рухнули на землю.

Хорошо, что в какой-то момент я сумела сгруппироваться и откатиться в сторону. В итоге, мне удалось избежать самого неприятного последствия в подобной ситуации. И по крайней мере, благодаря моей быстрой реакции, сверху меня не придавило чужое тело всей своей тяжестью.

Охая и стеная, мы оба принялись подниматься. Парень справился с этой задачей быстрее и, подскочив ко мне, принялся помогать.

– Ох, барышня… простите мне мою неуклюжесть. Чем я могу загладить свою вину? – незнакомец не переставал сыпать извинениями, помогая мне подняться.

Отчего-то, в глаза мне бросились его щегольские туфли – из коричневой кожи с ярким затейливым рисунком на мысках. Жёлтый узор из витиеватых символов непроизвольно привлёк моё внимание. Наверное, именно поэтому я даже не сразу заметила, что неуклюжий парень примолк вдруг и теперь как-то очень пристально меня разглядывал.

Возможно, его интересовало моё самочувствие после падения по его вине. Но ни подумать об этом толком, ни тем более, выяснить причину такого интереса к собственной персоне я не успела.

У тротуара, прямо напротив нашей странной композиции, остановился экипаж с поднятым верхом.

И оттуда донеслось короткое, но весьма требовательное:

– Эй, Бэзил! – парень, сразу утратив остатки любезности, даже вздрогнул от этого окрика. Женщина, не пожелавшая себя показывать, по всей видимости обращалась именно к нему.

Незнакомец ещё раз пробормотал мне свои извинения, а затем направился к экипажу, из которого его окликнули. И транспорт тут же тронулся с места.

Мне оставалось лишь пожать плечами в ответ и проводить взглядом удаляющийся экипаж. Куда больше меня сейчас беспокоило своё собственное состояние после падения, которое естественно в мои планы не входило. Небольшая ревизия показала, что особого урона мне не нанесли, если не считать ушибленного локтя, и я решила вернуться к своему экипажу, оставленному возле лавки госпожи Корании. В конце концов, новые туфли я могла поискать и в другой раз, а желание ходить по магазинам как-то быстро пропало у меня.

Собственно, это решение оказалось самым верным. Пока я, прихрамывая (всё же пострадал не только локоть, как выяснилось), доплелась до текстильной лавки, заказ Кларизы был уже упакован и погружен в мой экипаж. Герцогиня, как и положено кошке, мирно спала на сидении, свернувшись в клубок, и не подозревала даже, в какое приключение успела угодить хозяйка за столь короткий промежуток времени.

И вскоре, не очень довольная своей поездкой в город, которая вопреки моим ожиданиям оказалась скорее неудачной, чем наоборот, я уже ехала в обратном направлении.

Покидая городок, я стремилась поскорее забыть и о происшествии возле кофейни, и о виновнике этого инцидента. Но самым неожиданным образом все эти странности вновь напомнили о себе. Причём, довольно-таки жутковатым образом.

Уже на выезде из города я обратила внимание на необычное скопление народа как раз у дороги, по которой я направляла свой экипаж. Столпотворение людей с каждым мгновением только увеличивалось.

Городская стража с большим трудом пыталась оттеснить досужих горожан от небольшого пятачка на площади. Но со своего места я успела разглядеть, что на брусчатке кто-то лежал. Кто-то, у кого были точно такие же щегольские туфли, как у того парня, что налетел на меня и сбил с ног.

Остановив одного из мальчишек, что стайкой шустрых воробьёв сновали вокруг оцеплённого места, я поинтересовалась у него:

– Мальчик, а что случилось?

– Убили, госпожа! – с готовностью проинформировал меня малец.

– Кого убили, знаешь? – спросила я тут же, испытывая непреодолимое желание узнать о личности жертвы. Отчего-то необычные туфли, которые я увидела уже дважды за столь короткое время, всё никак не выходили у меня из головы.

Глава 6

Горькая правда...

-Эдвард-

Сказать, что друг огорошил меня своей новостью – это было всё равно, что ничего не сказать. И первым делом я отправил слугу, чтобы немедленно отыскали моего помощника и передали мой приказ срочно явиться.

Но пока мы ждали того, кто обвинялся в столь страшном злодеянии, как похищение ребёнка, я позволил себе выразить некоторые сомнения после заявления друга.

– Актион… этого просто не может быть. Бэзил столько лет служил мне верой и правдой, что… прости, друг, но мне сложно поверить в такое. Ты точно уверен в этом? – даже подобное допущение с трудом укладывалось у меня в голове, потому что своему помощнику я доверял, как никому другому. И тому были веские причины.

Поэтому я и хотел услышать о том, на чём были основаны подозрения моего верного друга – почти что брата – в отношении одного из самых доверенных и преданных мне людей. Для этого мне было достаточно и того недолгого времени, что требовалось слугам для поисков Бэзила. И ещё до того, как тот явится на мой зов, я хотел владеть всей полнотой информации, которая послужила поводом для обвинений моего помощника. И ни кем-нибудь, а самим главой Тайной канцелярии.

Актион же, видя признаки смятения и сомнений на моём лице, не стал затягивать с объяснениями и с пониманием произнёс:

– Я наперёд знаю, что ты захочешь сейчас сказать, Эдвард. И я прекрасно помню, что Бэзил Дюваг рос в твоём доме с самого детства.

– Да, он был воспитанником моего отца. Старый герцог пожалел когда-то сироту, у которого совсем не осталось близких. Мой отец подарил этому мальчику фактически новую жизнь…

– И тем не менее, этот молодой человек решил предать тебя, Эдвард. Не знаю, что послужило основанием для его поступков, но думаю, у тебя все вопросы сразу отпадут, когда ты узнаешь, что Бэзил состоит в любовной связи с одной из представительниц дипломатической миссии от империи Золотых Лотосов. И в твоём замке только Бэзил имел возможность для того, чтобы незаметно вывести из строя твоих слуг и няню Арзана, – после этих слов друг испытующе посмотрел на меня, прекрасно зная и мою собственную историю, связанную с коварством магов из империи Золотых Лотосов.

– Ты думаешь, это продолжение той самой истории? – голос мой прозвучал непривычно хрипло, потому что мне не то, что говорить, мне даже вспоминать о том периоде моей жизни было невыносимо.

– Да, Эдвард… я даже уверен в этом. В тот раз женщина, которая втёрлась к тебе в доверие и потом стала твоей любовницей, удрала под угрозой раскрытия её истинной сущности. Но ты ведь сам лично раскрыл тогда заговор некоторых наших аристократов с участием магов из страны Золотых Лотосов. И сам выяснил, что Флория Шаввари оказалась не приближённой фрейлиной Её Императорского Величества, а шпионкой, подосланной нашими «добрыми» партнёрами из Золотых Лотосов. И только потому, что в тот раз Флория предпочла спасать свою жизнь, а не оказаться в казематах Тайной канцелярии, всё закончилось известным тебе образом. Возможно, что Флорию (не исключаю, что это был именно Бэзил) в тот раз кто-то предупредил, что заговорщиков нам удалось вычислить. Думаю, убегая, она просто не успела завершить свою миссию. Именно эти её боязнь разоблачения и страх оказаться в заточении и сыграли нам на руку тогда. И всё вместе это позволило предотвратить утечку наших секретных разработок. Но, как сам прекрасно понимаешь, соседям не терпится разузнать о наших достижениях в области портальных перемещений.

Актион был прав. Он был прав в каждом своём слове. А ещё, я испытывал безмерную благодарность к другу, за то, что в его рассуждениях не было ни капли укора. Ведь Флория Шаввари – женщина, подосланная нашими врагами, – и в самом деле сумела одурачить меня в тот раз. Я успел искренне полюбить ту, которая вползла коварной змеёй в мою душу, заставила полюбить себя, а потом, не задумываясь, предала и бросила меня.

Но в тот раз я слишком поздно узнал о настоящей сущности коварной соблазнительницы. И я до сих пор не мог простить ей тех интриг и жестоких манипуляций, в которые она втянула не только меня, но и нашего маленького сына.

– Густав!!! – не выдерживая томительного ожидания, взревел я. – Где Бэзил??

На мой крик тут же прибежали все слуги, оказавшиеся поблизости. Но по их испуганным лицам я и так всё понял, без всяких слов.

– Вы не нашли его… – мне оставалось лишь констатировать очевидное.

И хотя я, практически не сдерживая себя, свирепо рычал на окружающих меня людей, но в то же время и осознавал, что моя злость – это напрасная трата времени. Потому что все эти люди и сами стали жертвами похитителей моего сына.

Я смотрел на этих несчастных, понимая, что, по сути, никто из них и не виноват даже. Потому что тот, кто организовал похищение сына, действовал изобретательно и продуманно. У несчастных слуг просто не было шансов, чтобы противостоять коварству злодеев. Ведь одним из злодеев оказался тот, кому все в моём замке привыкли доверять, и кто никогда бы не вызвал ни у кого подозрений.

Бэзил Дюваг… мой личный секретарь, чтобы его дракхи уволокли в бездну! Именно он опоил чем-то прислугу и, пользуясь моим отсутствием в замке, похитил моего сына. Я смотрел на понурых слуг и понимал, что вины их не было никакой. Понимал, да... но легче мне от этого не становилось...