С небес на землю

Новые горизонты

1 сентября 1966 года Витя получил от матери аж 25 копеек, включающих в себя 15 на пирожки, 6 копеек на трамвай, и 4 копейки до ровного счета и отправился в третью в своей жизни школу. И сразу получил несколько страшных ударов по самолюбию, опустивших его самооценку до уровня решетки для очистки обуви от грязи. Все девятые классы в школе формировались заново, поэтому девятиклассников и первоклашек сначала построили во дворе, провели перекличку и только потом повели в классы. Уже на построении до Вити дошли два сильно огорчивших его обстоятельства. Первым было то, что не только в математическом, но и в 9Б, не было ни одного поселкового мальчишки. Также Витя надеялся, что его товарищ по 27 школе, Новоселов, тоже окажется в математическом классе, но его не было, и его фамилия на перекличке не упоминалась. Вторым обстоятельством была его одежда. До девятого класса ученики обязаны были носить форму, мальчики мышиного цвета пиджак и брюки.С девятого класса форму можно было не носить, были только общие рекомендации к одежде. До Вити на квартале девятиклассников не было, погода стояла теплая и Мария нарядила Витю по своим представлениям и возможностям. На нем были новые серые шаровары, коричневые чулки и сандалии и так называемая олимпийка – трикотажная футболка синего цвета. Дополняла этот прикид кирзовая сумка через плечо, типа командирской, только гораздо более вместительная. Остальные мальчики были одеты в строгие темные костюмы, белые рубашки, темные туфли, многие еще и при галстуках. У всех были хорошие портфели, кое у кого так называемые дипломаты, бывшие тогда большой редкостью. В общем, выглядел Витя даже не белой вороной, а воробьем в стае породистых голубей. И перед построением и на перекличке он ловил на себе удивленные взгляды не только одноклассников, но и учителей. Подымаясь в толпе одноклассников по лестнице на третий этаж Витя услышал как за его спиной один из них сказал другому, что он узнал в нем того самого психа, что сбежал с олимпиады по математике.

Вконец расстроенный Витя зашел в класс последним и дождался, пока все рассядутся по партам. В классе было 14 парт в два ряда, учеников было 25 человек, 12 юношей и 13 девушек. Однако место, на которое можно было сесть, оказалось только одно, во втором ряду от окна на третьей парте с конца, как раз напротив двери. На третьей парте у окна сидела крупная девица, на пятой парте того же ряда и на последней второго, два тоже крупных отрока, оба в очках с толстыми стеклами. Все трое сидели развалясь, по центру парт и всем своим видом показывали, что видеть кого либо рядом с собой не желают. Витя безропотно сел на свободное место, юноши пожали друг другу руки и познакомились.

Соседа звали Валера Голубов, он был типичным рыжим, с белой, без следов загара, несмотря на конец лета, кожей сплошь покрытой рыжими веснушками, белёсыми бровями и светлыми глазами. Ростом он был не намного выше Вити, но гораздо шире в плечах и толще в груди. Занимался он классической борьбой, даже имел какой-то разряд. Как и всякий спортсмен он сразу спросил Витю, каким спортом занимается он. Тот скромно промолчал, благо в класс зашла та самая полная женщина, что первый раз принимала у него документы, в сопровождении еще двух женщин. Полная женщина представилась завучем, затем представила остальных. Молодая кудрявая блондинка и очень красивая молодая женщина оказалась классным руководителем и учителем физики. Звали ее Светлана Никитична. Невысокая, с ничем не примечательной внешностью женщина средних лет - учителем математики. Ёе звали Таисия Григорьевна. Завуч и математичка класс покинули, классная представила учеников друг другу. Она называла имя и фамилию, ученик вставал, поворачивался лицом к классу и некоторое время стоял, давая разглядеть себя остальным, затем называла следующую. Когда назвали Витину фамилию, он был готов провалиться сквозь землю. Светлана Никитична оказалась женщиной чуткой и, поняв его состояние, почти сразу посадила его, назвав следующего.

После того как перекличка была окончена, классная попросила двух мальчиков, сидящих за ближними партами раздать заранее приготовленные комплекты учебников, сама тем временем написала на доске расписание уроков на завтра. Дождавшись конца раздачи, она сделала несколько объявлений о школьных правилах, потом еще раз поздравила всех с началом учебного года и отпустила по домам.
Контрольный выстрел в голову Витиного самолюбия нанесла сидящая на парте перед ним девушка, Татьяна Миренкова. По физическому развитию ее хоть сейчас можно было выдавать замуж. Она была как минимум на голову выше сидящих за ней на двух партах мальчиков, не красавица, но довольно симпатичная. Встав во весь рост и оглядев четырех подростков, она с нескрываемой досадой произнесла:

- Что ж вы такие мелкие и некрасивые?

Кое-как запихнув учебники в свою сумку, Витя стремглав вылетел из класса, скатился по лестнице и бегом бросился на трамвай. Дома он закатил матери истерику, заявив, что в школу больше не пойдет, завтра же заберет документы из школы и отдаст их в любое ремесленное училище, где выдают форму и платят какую-то стипендию. Мария вскипела, наорала на сына, не особенно стесняясь в выражениях. Тот быстро переоделся и убежал на улицу, где уже собрались мальчишки. Погода была теплой, купальный сезон еще не закончился и компания желающих может быть в последний раз в году поплавать и поплескаться в воде, ушла на Мартышье озеро. Вернулся Витя уже затемно, рассчитав время так, чтобы мать доила корову и, наскоро поев чем придется, улегся спать, чем немало удивил братьев. Обычно их старший брат угоманивался последним, но в тот вечер он просто не хотел еще одного разговора с матерью.

Уже прохладная вода Мартышьего его не охладила, и утром, как и следовало ожидать, разразился скандал. Витя уперся, и идти в школу наотрез отказался. В скандал скоро были вовлечены и отец, и Василиса, всегда горой стоявшая за внуков. Кончился скандал тем, что отец, у которого в этот день был выходной, посадил сына на багажник и они поехали на пай Василисы, подкопать картошки. В процессе работы Петр без шума и крика поговорил с Витей как мужчина с мужчиной. Тот рассказал ему как прошло 1 сентября в школе, утаив само собой контрольный выстрел в голову. В субботу Мария Витю в школу не отправила, а на целый день загрузила работой по дому и огороду. Тот вздохнул с облегчением, но отпрашиваться на рыбалку в воскресенье не стал, боясь нарваться на очередной скандал. В мыслях он уже перебирал ремесленные училища, выбирая, в которое он в понедельник понесет документы.