Самозванец

Главы 1-3

Перед ежегодным отплытием часть досок на корабле Тесея обновляли.

Со временем на судне не осталось ни одной доски,

что когда-то вернулась с Тесеем в Афины — их все заменили.

Остался ли корабль Тесея тем же самым?

Парадокс Тесея

1. Взгляд из веков

Он чётко ощутил, как в тот момент заработали десятки давно застывших механизмов. Именно тогда грохот и лязг мировых шестерней наконец достиг его ушей, отозвался звоном в голове и выбил землю из-под ног.

Он ещё не помнил, что всё началось намного раньше. Века назад.

Сначала Олегу показалось, что из оцепенения безвременья где-то в перегоне между «Площадью Восстания» и «Чернышевской» его выдернул мужик в помятом пиджаке. Вагон сильно качнуло, и он метко засадил барсеткой Олегу прямо в лоб. Недовольный взгляд и вопрос о том, где напавший вообще достал этот артефакт, застряли в горле, когда Олег понял, что на самом деле вернуло его в ревущий вагон поезда из закоулков мыслей.

Осязаемо тяжёлый взгляд.

Олега бурил хищными, магически жёлтыми глазами парень в чёрной растянутой толстовке. Он сидел, широко расставив ноги и упираясь локтями в бёдра — угловатую челюсть поддерживали кисти рук, а глаза с азиатским разрезом не отрывались от Олега, словно пытаясь вытащить из него саму суть.

Пару мгновений Олег не знал, куда себя деть, и сильнее вжимался в коричневое сиденье. От нервов болью запульсировала старая рана, засевшая на его лице вместо правого глаза. Ему не было страшно, наоборот сейчас он ощущал себя таким монолитным, каким не был никогда. Будто множество песчинок, на которые его размозжила жизнь, на секунду собрались обратно. И вся эта цельность от мизинцев ног до макушки ощущала — порядок нарушен.

Может, лицо Олега перекосило сильнее, чем он мог представить, а может, желтоглазый наконец разглядел в нём то, что искал. Он ухмыльнулся, так, словно бы настиг свою добычу и расслабленно откинулся на спинку сиденья.

Олег нащупал пальцами холодную сталь перочинного ножика, лежавшего во внутреннем кармане флисовой рубахи. Он решил, что сегодня будет особенно осторожным. Последнее, чем хотелось обогатить день — применением того, чем он выковыривал грязь из-под ногтей и надрезал слипшиеся листы бумаги у старых библиотечных книг, по прямому назначению. Но и перспектива лишиться и так дырявого кошелька или второго глаза тоже не сильно прельщала.

Пока Олег пытался не сгореть под неотрывным взглядом незнакомца, вагон вынырнул из тьмы туннеля и затормозил на тускло освещённой, закованной в серый гранит станции. Перед выходом на платформу Олег ещё раз увидел на дверном стекле отражение жёлтых глаз.

По эскалатору вверх он бежал, не оглядываясь. На земле сразу завернул за угол и принялся петлять желтокаменными дворами, то и дело утыкаясь в закрытые наглухо дворы-колодцы или перегороженные карантинными заборами проходы. Олег не смотрел назад и уже даже не чувствовал погони, но сердце продолжало грохотать в груди, а ноги несли вперёд. В какой-то момент ему пришлось заставить себя остановиться, присесть на корточки, унимая цветные пятна, прыгающие по асфальту.

Олег достал из кармана телефон и быстро набрал цифры по памяти. К уху потянулись невозможно долгие гудки. Больше всего ему сейчас нужно было услышать знакомые интонации, спросить какую-то ерунду и уловить тёплую улыбку между словами. Но этого не случилось. Лишь женщина с пронзительным металлическим голосом заладила: «Абонент не отвечает или временно недоступен».

Олег стряхнул с телефона этот звук. Он сделал выдох, затем ещё один. Грудь сдавило от нехватки воздуха, и это наконец помогло прийти в себя.

Он оглянулся по сторонам. В крохотном дворике с заброшенным садиком не было никого. Только лохматая девчонка, изгибаясь в пустой глазнице потемневшего здания, с тревогой смотрела вниз. Олег выдавил улыбку, махнул ей рукой и быстро зашагал прочь. Если он опоздает на работу, уже ничего не спасёт Олега от гнева Льва Ивановича. Даже особое положение.

Чёрт с ним.

Нанизывая своим путём одну бусину двора за другой, Олег пытался выкинуть из головы взгляд двух жёлтых прищуренных глаз. Его так поглотило это занятие, что он чуть не впечатался носом в белую свежевыкрашенную дверь.

Только сейчас он заметил: на весь коридор бывшей мебельной фабрики, а теперь — офисного здания, разило едким запахом краски. Тусклая лампа на потолке неохотно светила, подрагивая. У звонка возле двери кто-то отрезал провод, и теперь он понуро свисал к полу.

Пытаясь не вымазаться, Олег нажал на ручку, и та легко поддалась. Изнутри на него хлынул душный ком запахов благовоний и бумаги, треска телефона, громких голосов и скрежета пыхтящих принтеров.

— Олег Олегыч! — тучная и высокая девушка с ярко-голубыми волосами вскочила из-за стола. Олег невольно поморщился. Марина была чудесна, и многие, включая самого Олега, назвали бы её красивой. Но очарование линий её тела и плавных черт лица исчезало ровно в тот момент, когда девушка открывала рот. Марина обладала настолько высоким и звонким голосом, что он звучал подобно скрипке. Расстроенной и заключённой в неумелых руках. За пару лет работы здесь Олегу так и не удалось привыкнуть к этому резкому звуку, на который становилось похоже его имя на кончике её языка.

Главы 4-5

4. Язва

Олег резко дёрнулся на кровати, вдохнув воздух. Он словно вынырнул с самого дна холодного мутного озера: затылок саднил, а в горле будто что-то застряло. На краю сознания появился вопрос: сон? Или всё-таки нет? Бред?

Олег резко сел, пытаясь прокашляться.

— А так тебе и будет, сквернавец, раз вздумал в бабкиной квартире курить!

Олег ещё не успел прийти в себя и вспомнить, кто он сам, но стоящего на пороге комнаты Харитона опознал безошибочно.

— Не курил я, — просипел Олег.

— Как же. То-то шмалит как… Как… — Харитон осёкся. Видимо, даже его богатый на брань словарный запас иссяк от такого кощунства. — Шмаль.

Олег откинулся на подушку, провёл руками по лицу. Он только проснулся, но уже был измотан и измучен. Похоже, сегодня настал один из плохих дней, когда даже подъём с кровати кажется подвигом.

— Ты чего пришёл-то?

Харитон всё ещё стоял на пороге. Он покачал головой, глядя через коридор на изувеченную дверь.

— Какое мракобесие ты тут вчера устроил? С замком что?

— Ключ потерял.

— У меня же лежит всегда второй.

Олег лениво перевернулся на бок, чтобы не смотреть на Харитона.

— Поздно пришёл, не хотел тебя будить.

— А замок ты очень хотел менять? — забрюзжал старик. — Сам за новый будешь платить!

— Заплачу! — громче и грубее, чем следовало, ответил Олег, приподнимаясь на локтях. Хмуро посмотрел Харитону в глаза, смягчился:

— Пожалуйста, делай, зачем ты там пришёл. Я только проснулся и не в настроении говорить.

Харитон бросил на внука оценивающий взгляд и исчез в темноте коридора. Из ванной послышался шум воды.

Олег почувствовал: не стоит рассказывать деду о вчерашнем бесцеремонном госте. От того, что случилось в метро, а затем и на кухне, тянулся шлейф загадки и дурости. Дурной загадки. Харитон или не поверил бы ему и решил, что Олег задымил всю квартиру совсем не сигаретами, или, что ещё хуже, поверил бы и захотел сам разобраться с воришкой, который ничего не украл.

Ничего. Кроме какого-никакого, а душевного спокойствия Олега.

Часы на стене подсказывали, что было почти двенадцать дня. Олег грузно встал с кровати и, прихватив с тумбочки серебиристый блистер и очки, зашаркал на кухню. Там Харитон с видом оскорблённой гордости поливал из маленькой красной лейки громадную монстеру.

Олег запил таблетку водой. В висках пульсировало, комната перед глазами кружилась. За стеной запищал телефон, и Олег метнулся обратно. Харитон продолжил поливать растения на подоконнике, но напрягся, стараясь выхватить из соседней комнаты отрывки разговора. Внук отвечал собеседнику коротко и односложно, больше слушая. Харитон смог услышать только что-то про двадцать первое отделение. Старик нахмурился: для чего Олег понадобился волкам?

Внук появился в проёме кухонной двери беззвучно и спросил у Харитона так, будто они только что не пособачились:

— Мне надо уйти кое-куда. Если я вызову и оплачу слесаря, встретишь его?

— Соплёныш, ты ни во что не вляпался? — почти снисходительно уточнил Харитон.

— Если будет что-то важное, я тебе расскажу, обещаю.

Олег был пугающе серьёзен.

По пути в отделение, где в хладной темнице всю ночь прозябал (Олег на это надеялся) вчерашний воришка, без тени скромности назвавшийся Сетом, Олег зациклился на двух вещах. Первое — волк, забирая Сета, даже не стал прикидываться, будто с ним не знаком. Второе — Олегу с утра позвонил аж сам начальник отделения и настойчиво пригласил его прийти. «Обсудить произошедшее и выходы из ситуации».

Кто этот Сет?

Местный чокнутый, уродившийся сыном нужного папаши? Или юродивый, над которым сжалились причинители правопорядка?

Пока Олег не мог решить, на каком из вариантов остановиться, из железной двери двадцать первого отделения «Вневедомственной Охраны Личностей и Корпораций» на улицу высыпала целая стая вооружённых до зубов волков. Они, обменявшись всего парой слов и адресовав Олегу несколько внимательных взглядов, погрузились в бронированный микроавтобус. Когда последний из них, запрыгнув на ступеньку, стукнул ладонью по двери машины, та с железным лязгом закрылась, и водитель нажал на газ. Волчья карета исчезла за поворотом.

Олег дождался, когда звук мотора поглотят шелест листвы и серая низкая хмарь, и наконец зашёл внутрь.

Будь что будет.

В светлом и неожиданно просторном холле его уже поджидал толстячок в очках и тёмно-серой форме. Он встретился с Олегом взглядом и, словно прочитав что-то на его лице, подскочил на встречу.

— Олег Олегович, верно?

Тот поджал губы и кивнул.

— Пройдёмте! — Толстячок быстро засеменил в сторону какой-то неприметной двери, ведущей к помещениям, в которые обычно не пускают посетителей.

Несколько неожиданно мрачных коридоров после слепящего света, пара поворотов и невзрачных дверей, и наконец, небольшая бетонная комната — душная и холодная. В одной половине за обшарпанным письменным столом сидел скучающий волк с не самым высоким званием на погонах, а вторую половину отгораживали от него металлические зубья.

Главы 6-7

6. Время Сета

Нелли осталась у Олега на ночь, как оставалась многие разы до этого. Они накрылись одним покрывалом, и там, будто в тайне ото всех, держались за руки. Глядели, как полоски света переползают потолок тёмной комнаты.

Через открытую форточку с улицы доносились чьи-то шаркающие шаги, шелест листьев и запах мокрой земли.

За два года, которые они были знакомы, ни один из них так и не нашёл в себе достаточно сил, чтобы толково объясниться.

Кто они друг другу?

Их знакомство ознаменовало заливающее с головой, тянущее в чёрные воды горе. Она вытянула его оттуда, остановила перед непоправимым, и с того дня, с их самого первого разговора, они намертво вросли в жизни друг друга.

Олег обнимал её, не смея делать большего, рассказывал ей выдуманные им истории, не смея говорить главных слов. Она слушала его, боясь спугнуть хрупкое спокойное счастье и его мечтательный настрой.

Они так и уснули, ладонь в ладони. А проснулись уже с утра от разбивающего сны на осколки визгливого дверного звонка.

Пытаясь вспомнить себя и прогнать вон умудрёного и печального Старца, которым он был во сне, Олег оторвал голову от подушки и зло посмотрел на дверь в коридор.

Звонок повторился.

Стряхнул с себя остатки сна, тяжело поднялся и сел на кровати. Нелли тоже проснулась и чесала пересохшие глаза, пока её короткие кудряшки рыжим облаком лежали на подушке.

— Ты кого-то звал? — спросила она.

— Нет, но догадываюсь, кто сам себя позвал, — буркнул Олег, набрасывая на плечи флисовую рубашку.

Прошаркал в коридор, посмотрел в дверной глазок и устало выдохнул. Ещё несколько секунд держался за рычажок свеженького замка, собираясь с мыслями, пока визг звонка раздражал уши.

Ещё один надрывный «дзынь», который, минуя уши, сразу ударил по мозгам, и Олегу пришлось приоткрыть дверь. Не снимая хлипкую цепочку, он бросил в щель едкое:

— Иди к чёрту.

— Я от него, — в проёме появилась длиннопалая жилистая рука. Она схватилась за край двери так, что теперь её закрыть можно было только размозжив нагрянувшему пальцы.

— И что ты дуешься? Я ж даже в этот раз в дверь позвонил!

— Ну спасибо! А теперь возвращайся, откуда вылез!

— О, — прозвучало удивлённое. Посетитель толкнул дверь, и цепочка лопнула, как перетянутая струна. Створка открылась нараспашку.

— Так мы перешли на «ты»?

На пороге стоял Сет. Он был взъерошен и помят, под его глазами уже лежали не тени, а простирались два глубоких оврага — будто со дня первой встречи с Олегом Сет так и не сомкнул глаз.

Сам Олег застыл перед ним в каком-то бессилии: этот жуткий тип напирал и преследовал, не боялся ни последствий, ни времени. Он был или совершенно чокнут, или правда хотел поделиться с Олегом чем-то важным. И одно хуже другого.

Ему не нужны ни деньги, ни вещи. Похоже, что ему нужно только его, Олега, внимание. Но не могут же россказни об энергиях и душах быть правдой? Не могут же они оказаться настолько важными, чтобы хотя бы попытаться стать правдой?

Зачем он пришёл?

— Я пришёл, чтобы ты меня выслушал, — ответил Сет на так и не заданный вслух вопрос. — То, что я рассказал позавчера — правда, и я могу доказать это. Тебе только нужно со мной кое-куда сходить.

— Нет.

Олег остервенело сопротивлялся и сам не мог понять, откуда в нём столько злобы, печали и тоски при взгляде на Сета. И эти чувства одновременно заставляли Олега и оттолкнуть незнакомца как можно дальше, и, напротив, пустить внутрь.

— Кто ты вообще…

— А я и не знала, что это твой друг!

Олег медленно обернулся. Нелли стояла на пороге его комнаты, в мятой футболке до колен и следом от подушки на щеке. Сет тоже застыл у двери, нахмурился, пытаясь вспомнить, где они могли столкнуться.

— Кто ты? — спросил Сет.

Нелли улыбнулась, и веснушки на её лице заплясали. Вопрос её совсем не обидел.

— Вчера, у парадной… Он сидел под дождём, когда я к тебе пришла, — Нелли говорила с Олегом, который посмурнел, чувствуя неладное. — Не знала, что это твой друг, — повторила она. — Позвала бы с собой!

— Это не друг, — сквозь зубы процедил Олег, пытаясь унять вторгнувшуюся в голову злость, которая не могла принадлежать ему. Этот Сет застрял у него поперёк горла. — Он выломал мне дверь!

К концу предложения Олег перешёл на крик, и Нелли даже застыла от того, как это неправильно — видеть такой шторм там, где каждый день расстилалась тишь или легонько подрагивали волны на ветру.

— Проваливай! — рыкнул Олег Сету и попытался вытеснить его обратно за дверь. Тот покорно отступил назад, но не дал вытолкнуть себя на лестницу, прирос к порогу, удерживая ладонь прямо на механизме новенького замка.

Нелли молча взяла Олега за плечо. Он резко обернулся, но, увидев её, смягчился.

— Невеста твоя? — вдруг подал голос виновник ситуации. Сет смотрел на Нелли, будто оценивая, его хитрые бесстыдные глаза ощупывали её тело. Нелли невольно сделала шаг назад, чтобы спрятаться за Олегом.