Голубые льдистые глаза волка были прямо напротив моих. Смотрели мне в самую душу.
Я не смела пошевелиться. Оцепенела от страха. Даже дышать перестала.
— Не может того быть… — послышались шепотки другой черни. Они все стояли на коленях и лбами в деревянный пол. Так должно было стоять и мне, да только не теперь, когда Волк-Вожак остановился напротив. Его массивные лапы с черными когтями были слишком близко.
Он шевельнул носом, обнюхивая меня. Словно пытаясь разобрать среди запаха копоти и пота, которыми я пропиталась, то, что он искал и хотел почуять.
Я же сама не знала, чего хочу больше. Чтобы он ошибся и ушел, чтобы все это оказалось недоразумением. Или чтобы он подтвердил свой выбор. Выбор, с которым никто не решится спорить.
Два удара моего сердца, но этот миг растянулся в целую вечность.
Волк фыркнул. А после задрал голову и коротко взвыл.
Мне захотелось зажать уши ладонями.
— Ой, что теперь будет…
— Ярл ее убьет, не позволит…
— Вожак ведь выбрал!
— Ведьма, наверное.
— Тише вы!
Я слышала обрывки фраз за своей спиной, и они перекликались с моими же мыслями.
Не должно черновой девке, чужачке, взявшейся из ниоткуда, становиться женой Арвида, сына Танвальда, великого ярла Стеклянного Фьорда.
Не должно, но Волк-Вожак стоял напротив меня. И его проникновенный вой обозначил выбор.
Арвид возьмет в жены чужачку. Ту, что собирались продать на невольничьем рынке, едва сойдет по весне снег и даст дорогу через перевал к землям великих равнин. Ту, чье лицо покрыто сажей, а одежда изорвана.
Ту, что прежде падала на колени и не смела поднять даже взгляда на великого ярла и его семью.
Двери в дом черни были открыты. И в проходе стоял старейшина — высокий сухой мужчина в длинной бесформенной робе. Свидетель случившегося. Глаза его были обведены черной краской, а седые волосы собраны во множество косиц со звонкими монетами.
— Вожак сделал выбор, — огласил он людям, которые стали подходить следом. И среди них, к своему ужасу, я увидела ярла Танвальда и сына его, Арвида.
Впервые я смотрела на Арвида открыто. Впервые он сам поймал мой взгляд.
И, похоже, теперь его презрение станет моим каждодневным спутником.
— Встань, — коротко приказал великий ярл Танвальд.
Волк сделал шаг назад и сел чуть в стороне. Я посмотрела на него, на этого огромного зверя, полного силы и стати. Его голубые глаза полнились мудростью и будто бы видели мою суть.
Я вдохнула полной грудью. Расправила плечи. И поднялась с колен.
Поднялась уверенно и голову подняла гордо. Без того раболепства, к коему меня принуждали уже который день. Вбивали буквально силой.
Как подобает свободному человеку, которым я и была.
— Назови свое имя, дитя, — голос старейшины был более мягок. Сигмунд, так его называли, защитник тайн и таинств.
— Злата, — собственное имя прозвучало странно в этом месте. Чужеродно и непритязательно. А голос осип от долгого молчания. Мне пришлось прокашляться и повторить еще раз, на сей раз громче, — Злата.
Я знала, что и сама была здесь не к месту. Выглядела иначе, вела себя неправильно. Даже смотрела и говорила не так как надо. За что не раз уже была бита.
Но сейчас никто не посмеет меня тронуть. Никто не решится. Что-что, а за почти месяц моего пребывания здесь, я выучила главное — Волки стоят во главе. Даже выше ярла и старейшины. И уж теперь, когда Волк-Вожак выбрал именно меня, никто не посмеет оспорить его выбор.
Черт его знает, чем мне это грозит и вообще во что вылезет, но если сейчас Арвид возьмет меня за руку и отведет в свой дом… Что ж, это всяко лучше, чем провести еще одну ночь в общем зале в доме для черни-прислуги, где все спят вповалку на тонких циновках, а вместо одеял укрываются сквозняком.
— Чужачка… — послышался ропот из толпы, что стояла за спинами ярла и его сына. — Она не из наших.
Сигмунд тут же поднял руку, пресекая пересуды.
— Это имя нам не знакомо, но созвучно с тем, что любит каждый из нас. — Громко продолжил он, глядя на меня странно-пристально. На сей раз люди закивали и шепот прошелся насмешливый. — Нарекаю тебя Сольвейг, Сила Солнца, что сияет так же ярко, как и золото. Подойди, Сольвейг.
Странно было слышать новое имя. Сила Солнца… Он дал мне его намеренно? Чуждое моей природе, непривычное, но в этих краях, пожалуй, может стать для меня опорой.
Я покосилась на Волка, что даже сидя был выше меня. Огромный… невообразимо огромный! Во взоре его мне почудилось странное одобрение. И это странным образом придало сил.
Я сделала первый шаг.