Сдвинутый мир - 2: Серый город

Глава 1. Гостья

В дверь Башни постучали снаружи — три глухих удара стали для обитателей полной неожиданностью.

— Мы ждём ещё гостей? — удивлённо осведомился Пушок, похоже, решивший считать этот дом своим чуть быстрее, чем следовало бы.

— Не ждём… — Окс, нахмурив лоб, крутил головой, пытаясь понять, откуда именно исходит звук.

Вся внешняя стена Башни была занята разными дверьми: большими и маленькими, богатыми и бедными, красивыми и не очень. Эти самые двери вели себя непредсказуемо: менялись местами, исчезали и появлялись вновь, ведь иначе все они просто физически не умещались на стене одновременно, поэтому были видны по очереди.

— Кажется, там… — неуверенно произнесла Марго, придерживая за пушистое плечо пятнисто-полосатого котëнка, готового первым броситься на поиски.

На серой невзрачной двери судорожно запрыгала ручка, а затем стук повторился.

— Не знал, что к нам можно постучаться и уж тем более подёргать ручку.

Обеспокоенность Окса имела под собой веские основания: Башня, в которой они с сестрой недавно поселились и которую в шутку назвали Домом забытых вещей, находилась в пространстве между мирами. Её создал мощный взрыв волшебной энергии. Во многих измерениях эта Башня имела своих двойников, и её жители могли выйти туда. Но вот зайти к ним было весьма непросто.

— Парень, не стой столбом! — гулкий голос дуновением тёплого ветра пронёсся с верхних этажей. — Это я дал возможность стучать. Там очень надо.

— К-кто это сказал?! — испуганно вскрикнул Пушок, совершенно незнакомый с тайным четвёртым обитателем Башни, существование которого Марго и Окс решили пока скрывать.

— Не боись, мелкий. Я местный, тебя не обижу, — прохохотал ветер, дохнув в полосатую мордочку.

— Это Пан — он… бывший маг, когда-то растворившийся в источнике силы, а теперь как дух живёт в нашей Башне — поспешно объяснила Марго испуганному котëнку, прижимая его к себе.

— В вашей? — скептически уточнил ветер. — Скорее уж это вы живете в моей.

— Не обращай внимания, потом подружитесь, — добавила Марго неуверенно.

В дверь постучали в третий раз, и ручка вновь заходила ходуном. Удары не торопились прекращаться, как раньше. Нежданный гость решил проявить настойчивость и уже откровенно дубасил с той стороны.

— Открывайте наконец! Я бы сделал это сам, да руки забыл в другом мире, — не унимался Пан, в его голосе уже проскальзывало лёгкое раздражение.

Окс бросил взгляд на сестру, та нерешительно кивнула.

За открывшейся дверью показался смутно знакомый город с зеркальными стёклами уходящих в небо зданий и неестественной тишиной на залитых полуденным солнцем улицах. В проёме двери стояла высокая, худая фигура, укутанная в ворох одежды, лицо скрыто глубоким капюшоном и поднятым воротником, глаза закрывали большие тёмные очки, добавляя таинственности.

Как только дверь отворилась, гость попытался войти, будто опасаясь оставаться на месте. Но Окс преградил дорогу. Он хоть и не мог похвастаться массивной фигурой: не сильно высокий, не особо накачанный, скорее жилистый, хотя Марго, бывало, даже называла его тощим, но пускать в дом незнакомца Окс не спешил.

— Кто ты?

— Я Ора О. Вы должны были найти мой дневник. Мне нужна ваша помощь! — напряжение и отчаяние, сквозящие в голосе, не могли скрыть ни капюшон, ни ворот. — Прошу вас, впустите. Мне больно стоять на солнце.

Окс отступил, пропуская внутрь шуршащую одеждами фигуру. На всякий случай он выглянул на улицу и внимательно осмотрелся, не стоит ли ждать с минуты на минуту новых визитёров. Но город был пуст — именно таким они с друзьями увидели его во время своих приключений, когда искали дорогу в родной Мир кошек — загадочный Котурал. Высотные здания из серого бетона, закованная в шершавый асфальт земля и много, очень много зеркальных стёкол. Воздух вместо паров бензина напоен тонким ароматом цветов с запущенных клумб. Было видно, что растения давно не знали заботы и пытались изо всех сил выжить самостоятельно в этих бетонных джунглях под жгучим жаром солнечных лучей, отражённых сотнями зеркал.

Окс сделал шаг на улицу, чтобы осмотреть здание-двойник их Башни в этом мире — непримечательное, одно из многих, стоящих в ряд, ничем не выдававшее своей принадлежности к мистическому дому. Как она ухитрилась найти, почему стучала именно в эту дверь? Вопросы роились в голове. А единственный, кто мог пролить свет на происходящее, уже ожидал его возвращения внутри.

— Братец, закрывай дверь — сюда солнцем сквозит. А наша гостья его, я так понимаю, не переносит, — наиграно весело крикнула Марго. Но Окс успел достаточно изучить характер недавно обретённой сестры, чтобы заметить: на самом деле ей жутковато. Быстро вернувшись обратно, он плотно затворил тяжёлую дверь.

***

Когда солнечные лучи пропали, гостья облегчённо выдохнула и осмотрелась. Марго с интересом наблюдала: заметит ли та, что здание изнутри выглядит совсем иначе? На нижнем уровне Башни отсутствовали окна — им попросту негде было бы разместиться, все доступные места занимали двери. Единственным источником света служили обычные электрические лампочки, установленные благодаря усилиям Марго, которая настояла при ремонте на этом достижении цивилизации. Но как настоящая девочка, она не сильно задумывалась о том, как провести электричество в место, находящееся между мирами, оставив этот вопрос для учёных и техников. Хорошо, когда мама — правительница целой Торговой империи. Сразу столько проблем отпадает.

Глава 2. Странности начинаются

— Глаза сразу заслезились от света, — скривившись от нахлынувшего воспоминания, как от дольки лимона, продолжала рассказывать гостья. — Прикрыла их немного рукой, кожу жгло, но можно было терпеть. Я была уверена, что мгновенно сгорю, выйдя из дома, и не понимала, почему этого не произошло. Пошла по улице и вдруг увидела своё отражение в окнах домов — я так похудела… Даже не помнила, чем питалась всё это время. Перед глазами стояла только картина, как я цветные капсулы, на упаковке которых работала, пила каждый день. Одежда висела уже мешком. Вы не думайте, я не всегда была такой худой.

— А кожа? — осторожно полюбопытствовал Окс. — Это она от солнца так сгорела?

— Кожа? Нет, она не изменилась. Это мой природный оттенок — «сухой бетон» называется. Красивый, правда?

— Красивый, — участливо отозвалась Марго, недобро зыркнув на брата. — А дальше?

— Я поняла, что могу выходить в пасмурную погоду на улицу. Не знаю, как другие, но у меня получалось. В периоды просветления я стала стараться гулять. А ещё перестала принимать те цветные капсулы. И после этого в голове заметно прояснилось. У меня стало получаться сохранять собственное сознание почти всё время. Оно притуплялось, отходило вглубь, но это уже была я. Начала вслушиваться в голоса, звучащие постоянно в моей голове. Их было так много, что сперва я не могла ничего разобрать, но со временем научилась различать отдельные из них.

— И? Что они говорили? — нетерпеливо воскликнул заинтригованный Пушок, сидевший по другую руку от Марго.

— Большая часть была указаниями и отчётами. Кому что сделать и кто что сделал. Это не разговор даже. Ноил А рассказывал раньше, как они писали программы для вычислительных машин. Тут было похоже… Сделать это, если получится так, то вот это, а если вот так, то это. И в ответ: сделано, результат такой-то. И тысячи голосов одновременно. Какие-то громкие, будто они находятся рядом со мной. Другие совсем тихие и слабые, будто издалека. Я научилась концентрироваться на них, чтобы слышать и понимать. И научилась отключаться, отодвигая вглубь сознания, чтобы не мешали мне быть собой. Поняла, что когда была не в себе, то тоже была одним из этих многочисленных голосов — выполняла приказы. Но теперь я могла быть с ними, сохраняя и саму себя.

— Как это странно, — округлила глаза Марго.

— Очень, — отозвалась Ора О. — Но ко всему привыкаешь. Так было лучше, чем просто ненадолго приходить в себя, лёжа на полу в комнате. Я начала много гулять по городу. И даже встретила других дневных жителей — тех, кто, как и я, мог появляться на улице в светлое время суток. Они все сохраняли своё прежнее сознание.

— Но почему? — удивился Пушок.

— Мы не знаем, — пожала плечами Ора О. — Нас слишком мало, чтобы делать выводы. Но мне удалось выяснить — все пережили в последние часы до изменения какую-то потерю. Возможно, эта боль и позволила нам сохранить себя, спрятав глубоко внутри.

— И что вы стали делать? Постарались сбежать? — поинтересовался Окс.

— А куда бежать? — грустно улыбнулась гостья. — Мы начали просто иногда встречаться, обсуждая, кому что удалось узнать. Пытались собрать хоть какую-то информацию о том, что произошло с нашим миром.

— Ты говоришь «с нашим миром», — перебила её Марго. — А вы знали, что ваш мир не единственный?

— Раньше даже не подозревали. Но после изменения в голове появились новые отрывочные сведения. Видимо, узнавали что-то из хора голосов. Вот мы и пытались собрать эти кусочки в единую картину, но выходило плохо. А однажды я смогла расслышать у себя в голове очень тоненький и слабый голосок. Сначала я подумала, что мне показалось. Затем заподозрила себя в сумасшествии — ведь этого просто не могло быть. Но, выискивая среди тысяч других, я стала всё чаще и чаще слышать именно этот голос — моей малышки Изи Зи.

— Она же умерла! — вскрикнул Пушок и немедленно получил затрещину по мохнатой голове от Марго. — Ну, она же сама сказала, — виновато промямлил он.

— Да, я так и думала, — поспешила продолжить рассказ Ора О. — Но это был точно её голос. Чем дольше я слушала, тем больше была уверена.

— Ты кому-то говорила об этом? — осведомилась Марго.

— Да. И оказалось, другие тоже слышат голоса своих потерянных в дни заражения близких. Мы начали искать, но быстро поняли, что нужно быть очень осторожными. Стоило изменившимся узнать, что кто-то отличается, как больше мы его не видели днём. Думаем, что им кололи заново лекарство, которое дали и мне. Возможно, оно способствует изменению тех, кто почему-то может сопротивляться.

Ора О допила остатки чая и с глухим стуком поставила кружку на стол. Её руки уже не дрожали, а в голосе появилась решимость.

— Поэтому я и не могла упустить возможность, когда однажды ночью почувствовала тебя, — обратилась она к Марго. — Сразу поняла, ты другая, не из нашего мира. Тогда ночью подходить было опасно, и я ушла. А днём вернулась и подбросила вам дневник, который вела уже давно. Я там дописала конец, чтобы было понятней.

— Но почему ты не подошла к нам, не рассказала всё сама?

— Я… опасалась. Не знала, кто вы и как встретите меня. Поможете или сделаете только хуже. И я решила проследить. Но тогда был ясный день, а находиться под прямыми лучами солнца мне всё же очень больно. Поэтому я шла за вами аккуратно, прячась в тени. И сама не поняла, как потеряла. Вот, кажется, видела, а потом на мгновение отвернулась, а вас уже нет.

Глава 3. Утро в Башне

Завтрак доставили прямо из Императорского дворца. Служанка Калира, накрыв стол в зале первого этажа, тут же растворилась в веренице комнат, словно мышка, прячущаяся от кошки. Марго во время ремонта Башни каким-то чудом умудрилась забыть про кухню. Поэтому готовить еду оказалось негде, и великовозрастные дети решили проблему радикально: продолжали столоваться у мамы. Избегая ежедневных визитов, они организовали доставку еды прямо к порогу, предварительно договорившись с Паном, чтобы он пропускал Калиру туда-обратно. Брат с сестрой сошлись во мнении, что это очень удобно — жить в таком месте между мирами, имея возможность в любой момент перейти к маме во дворец.

Утром компания снова собралась за столом. Перед ними красовались хрустящие тосты, золотистый жареный бекон, пышный омлет, сладкие пирожные, бодрящий кофе для старших и молоко для котёнка.

Ора О недоверчиво принюхивалась к завтраку, косясь на ароматно пахнущую снедь, и не торопилась притрагиваться к ней, будто подозревая подвох. Зато Пушок, урча, немедленно атаковал тарелку с беконом. Чавкая, он заявил, что никогда в жизни не ел ничего вкуснее.

— А почему ты не ешь? — спросила Марго у Оры О.

— У вас такая странная еда. Она натуральная?

— Что значит «натуральная» — осведомился Окс, наливая себе вторую чашку кофе. Этот напиток, принесённый Марго из еë мира, пришёлся ему по душе.

— Ну, то есть настоящая? Она похожа на настоящую.

Марго улыбнулась:

— Конечно, настоящая.

— И очень вкусная, — добавил Пушок причмокивая. — Ешь, а то тебе не достанется.

Он пододвинул ближе к гостье блюдо с пирожными, а Марго уточнила у неё:

— Подожди, а какая еда у вас в мире?

— Синтезированная.

Три пары глаз уставились на неё.

— Это же, кажется… — не смог сразу подобрать слов Окс.

— Искусственная, ненастоящая, — подсказала Марго.

— А это как? — чуть не выронив из пасти кусок бекона, изумился Пушок.

— Представьте себе нечто вроде питательной массы, произведённой на заводе, — невозмутимо продолжала Ора, будто цитируя брошюру. — Эта масса идеально сбалансирована по белкам, жирам, углеводам и другим важным веществам. Затем её формуют в аккуратные бруски, ты просто откусываешь и ешь.

— И какой у неё вкус? — скептично уточнил пушистый гурман, протягивая лапу за следующим куском бекона.

— Она почти безвкусная. Ведь смысл еды не в ощущении вкуса, а в получении энергии для работы организма.

— И давно вы так питаетесь? — аккуратно поинтересовалась Марго, намазывая тост маслом.

Ора О задумчиво наморщила свой маленький серый носик. Рядом с выпученными глазами любой нос смотрелся довольно миниатюрно.

— Наверно, с тех пор как мы изменились… — неуверенно протянула она.

— Ты не уверена? — уточнил Окс.

— Я, почему-то, плохо помню… Мы раньше ели настоящую еду, но когда это было? Всё как в тумане… Я некоторые вещи помню очень смутно. Когда только пришла в себя там, на улице, вообще ведь не понимала, едим мы что-то или нет. Такая худая была… Потом уже выяснила, что на работе выдают брикеты. Представляете, ела до этого, а знать не знала.

Волосы на голове Окса взлохматил внезапно возникший порыв воздуха, но он, увлечённый беседой, не обратил внимания. Тогда ветер с такой силой толкнул его в спину, что Окс даже поперхнулся, зато на этот раз намëк понял.

— Пушок, тебе ответственное задание, накорми нашу гостью. А ты, Марго, должна мне помочь. Прямо сейчас, — заявил он, заметно выделив последнее слово.

— С чем это? И зачем? У нас такой разговор интересный… — завредничала сестра.

— Марго, сейчас, — повторил Окс и, выйдя из-за стола, бросил на неё сердитый взгляд.

— Тиран! — картинно воскликнула она, но пошла вверх по лестнице.

* * *

— Что это было?! — запыхавшись от подъёма на третий этаж, возмущённо вскрикнула Марго. — И зачем было так высоко идти?

Жизнь в Башне вносила свои коррективы. Ежедневная ходьба по лестнице уже наталкивала её на мысль об установке лифта.

— Пан, — коротко ответил Окс.

— Что Пан?

— Хочет поговорить.

— И где он тогда?

— Летит где-то.

— Да здесь я, здесь, — непривычно тихо раздалось в воздухе. — Пытаюсь быть незаметным, чтобы ваша серая пучеглазка обо мне не прознала.

— Так мы уже на третьем этаже, — возразила Марго. — Отсюда нас не услышать.

— Уверена? — уточнил Пан. — Откуда ты знаешь, какой у неё слух?

— Ну… я… — замялась Марго.

— Вот именно, что ты. Ты ничего о ней не знаешь, вы оба не знаете. А я кое-что разузнал.

— Не тяни кота хвост, выкладывай, — потребовала Марго.

Глава 4. На опыты

Преодом оказался лохматый учëный — один из двух, объяснявших когда-то внезапно найденным детям Императора, как их отец оказался в такой неловкой ситуации: тело лежало в специально созданном для него аппарате, а дух ушёл погулять в другой мир, да там и затерялся.

На белом халате учёного слегка криво был приколот бейджик, на нём значилось «Фрид Преод».

Какое-то неприятное сочетание, отметила про себя Марго. Ещё и непонятно, что тут имя, а что фамилия. И зачем ему вообще бейджик?

На всякий случай она постаралась не обращаться к учёному по имени.

Сейчас он вместе со своим долговязым коллегой, доктором Блинчем, опрашивал Ору О. Учёные совершенно не удивились лысой даме с цветом кожи «сухой бетон», видимо, сказывался большой опыт работы с жителями разных миров. Они выслушали историю гостьи, провели беглый внешний осмотр, взяли кровь на анализ, после чего устроили небольшой консилиум:

— Ну, что вы думаете? — спросил коллегу Преод, благодаря своей всклокоченной шевелюре, напоминавшей Марго фотографии Эйнштейна.

— А что тут думать-то? В эхоэлограф её надо, там и посмотрим.

— Куда? — пискнула растерянная Ора О.

— Эхоэлограф — это… такой прибор, создающий симуляцию, способную спровоцировать действие чужеродных объектов и сущностей. А нам, соответственно, увидеть их, — попытался как можно проще объяснить Блинч.

— Понимаете, — подхватил Преод, — когда люди начали активно ходить между мирами, они не были столь осторожны, как кошки. Те-то веками скрывались, осторожничали, старались не перемещать предметы без необходимости, ничего не трогать, ни с кем не контактировать. А когда Торговая империя начала обмен товарами между мирами, то тут и полезли всякие заражения. То предметы в другом мире проявляли токсичные свойства, то люди заражались паразитами, влияющими на них нестандартно.

— И тогда группа учëных, среди которых, кстати, был и мой предок, — с очевидной гордостью заявил Блинч, — изобрела Эхоэлограф. Он позволяет увидеть всё, что оказывает на человека влияние.

— Так сказать, не характерное для естественной среды, — добавил Преод.

Судя по ещё сильнее выкатившимся белёсым глазам их пациентки, было понятно: женщина не знала ни о кошках, ни о Торговой империи, да и понятнее ей от их объяснений не становилось. Она искала взглядом поддержки у тех, с кем пришла в это странное место.

— Это не больно? — задал нужный вопрос Пушок, уже облазивший весь кабинет, в котором осматривали Ору О.

— Совершенно не больно, — заверил главный учёный. — Я бы попросил не трогать приборы, они сбоят, если в них попадает шерсть.

— И вовсе я не линяю! — обиженно ответил котëнок, но всё же достал мохнатую лапу из круглого отверстия в непонятном устройстве. — А я что? Я же ничего не сделал, просто интересно, — стушевался он под сердитым взглядом Окса.

— Не трожьте ребёнка! — встала на его защиту Марго. — Он, может, тоже станет учёным.

— Давайте перейдём к делу, — примирительно сказал Блинч, очевидно, не желавший ругаться с наследниками Императрицы.

Под Эхоэлограф была отведена отдельная комната на пятом этаже лаборатории. Марго с завистью поднялась туда на лифте, резво курсирующем вверх и вниз по внутреннему колодцу башни. И в очередной раз отругала себя за непредусмотрительность. Как можно было забыть о такой важной вещи, делая ремонт в Доме забытых вещей?! Там же вещи забыты, а не её мозги!

Ору О усадили в удобное кресло, установленное в стеклянном кубе. Его прозрачные стенки переливались цветными всполохами, и от них ощутимо веяло холодом.

— Это аксельский лёд. Не совсем лёд в привычном понимании этого слова. Скорее минерал, просто так назвали, — объяснил Преод, гостеприимно распахивая дверцу внутрь куба. — Он хорошо удерживает разные энергии.

— Да и прочный, — добавил Блинч. — Если б вы только знали, что порой из людей вылазит. Приходится соблюдать меры предосторожности.

— А как работает эта штука? — уточнил Окс, посматривая как руки, ноги и тело Оры О закрепляют в мягких удерживающих устройствах. — Выглядит пока неприятно.

— Сила кошек, по сути, являющаяся энергией источника, активирует всё, что с точки зрения банальной эрудиции можно назвать волшебным, — принялся рассказывать Приод. — Артефакты и создания, находящиеся в Эхоэлографе просто не могут скрываться. Они проявляют себя. Каждый по-разному. А закреплять обследуемых обязательно нужно для их же безопасности. Вы, кстати, садитесь тоже, у нас с комфортом можно наблюдать за экспериментом. — Учёный указал на стоящие вокруг куба кресла.

Зрители расположились в них, удивившись предусмотрительности проектировщиков лаборатории. Всё здесь свидетельствовало о том, что Император регулярно посещал это место. Видимо, и кресла поставили для него, ведь уделявший столько внимания научным исследованиям глава государства, любил лично наблюдать за проведением экспериментов.

— Так, всё-таки это обследование или эксперимент, — поинтересовался Окс, всё ещё часто путающийся в значении сложных терминов.

— Да зовите как хотите! Для нас, учёных, вообще любое дело — сплошной эксперимент, — отмахнулся Преод.

— Значит, всё же сдали мы её на опыты… — тихо пробубнил Пушок, покачивая головой и, наверно, мысленно жалея бедолагу.

Глава 5. Подготовка

Пообедали во дворце у Императрицы. Алиса, воспользовалась возможностью и затащила детей с их гостями к себе, просто поставив перед фактом, что у неё уже накрыли, а потому к Башне обед сегодня не понесут.

Час в вычурно-богатой столовой прошёл весело и непринуждённо. Бедняге Оре О пришлось в третий раз пересказать свою интригующую историю. Прислушиваясь внимательно, Марго отметила любопытную особенность: с каждым повторением в рассказе появлялись всё новые и новые детали, словно старые воспоминания внезапно оживали, наполняясь яркими красками. Как будто женщина со временем медленно припоминала подробности давно забытых событий.

Серая дама, как к ней при знакомстве обратилась Императрица, поначалу робела среди великолепия дворцовой обстановки. Однако атмосфера оказалась удивительно располагающей благодаря искреннему гостеприимству хозяйки дома. Алиса вела себя просто, легко и естественно. А Ора О так искренне восхищалась вкусной едой, что ей тут же предложили пользоваться услугами дворцовой кухни столько, сколько потребуется. Вернее, пока она гостит в Башне.

Вернувшись домой, решили никуда не спешить. Солнце уже стояло в зените, и осмотр из окна подтвердил: в Сером мире всё было точно так же. Для Оры О и прочих жителей, умевших терпеть дневной свет, это было самым сложным временем. А ближе к вечеру уже можно было и не успеть. Тем более, никто не видел никакой необходимости собрать все образцы именно сегодня.

Марго с Оксом засели за изучение инструкции, предоставив временно проживающим гостям возможность самим развлекать себя. Однако уже через десять минут невероятно любопытный котёнок, достал их своими бесконечными вопросами. И брат с сестрой спешно ретировались в тихий кабинет на втором этаже Башни, подальше от назойливого Пушка.

Помимо инструкции, перед ними стоял очень серьёзный вопрос: нужно ли просить ещё помощи у матери? Серый мир оказался совсем небезопасным местом, и вооружённая охрана могла вполне пригодиться. Можно даже было и вовсе не ходить самим, а отправить кого-нибудь другого. Когда ты наследник Империи, то возможностей хоть отбавляй.

Но, обсудив, выяснили, что и Окс, и Марго хотели разобраться во всём сами. И, желательно, с минимальной помощью. Что это за приключения такие, если за ними везде будет таскаться взвод гвардейцев? Да ещё и докладывать обо всём Императрице. Ну, ладно, не взвод, но даже несколько телохранителей могли испортить им всё веселье.

Они ведь уже прошли через множество миров и сами справились с опасностями, так почему и сейчас не рискнуть? Мать, конечно, всячески намекала им на охрану за обедом, но оба сделали вид, что не поняли. Ведь раньше уже обсуждали: Касар изначально настаивал на том, чтобы наследники жили во дворце со всеми вытекающими последствиями. Но именно эти последствия заставили Окса и Марго отказаться. Не хотелось им участвовать в общественной и политической жизни Торговой империи, обзаводиться обязанностями, следовать традициям и ритуалам, в которые и входило сопровождение телохранителями. Свободы хотелось, потому и выбрали они тогда Башню. И попросить сейчас охрану, выглядело, как шаг назад.

Спустившись к ужину, обнаружили в собственном жилище удивительные перемены. Оказалось, что впечатлённая вкусной едой, Ора О успела обсудить с Императрицей отсутствие полноценной кухни в Башне. Алиса, конечо, знала об этом, но предпочитала не вмешиваться, пока не просят. А тут, объединившись с инициативной гостьей, решила всё-таки помочь детям. Ну а она что? Она ничего. Её попросили, Алиса и не отказала.

Первый этаж подвергся стремительной трансформации: стеллажи аккуратно сместились в сторону, освободив место для небольшого кухонного острова. Пока он представлял собой скромную тумбу, оснащённую компактным холодильником внизу и плитой поверх столешницы. Полезные ёмкости и продукты длительного хранения заняли своё место внутри маленьких выдвижных ящиков.

Рядом, на освобождённом от древних артефактов стеллаже, обосновался набор разнообразной посуды: стильной и функциональной. Расставлена она была, как на фото из рекламного буклета. От такой не хочется избавиться, на что, видимо, и был расчёт.

Стол, к счастью, никуда не исчез, зато теперь его элегантно сервировали. Марго обычно ленилась заниматься сервировкой, а что касается Окса, то он вообще не видел смысла в подобной церемонии, предпочитая упрощённую версию приёма пищи: еда, заранее разложенная по тарелкам, доставлялась к ним в огромной корзине прямо из дворца. Служанке оставалось просто расставить её и удалиться. А затем она убирала всё обратно, не заморачиваясь мытьём и хранением. И раньше всех всё устраивало, но не заметить, насколько уютнее стало сейчас, было просто невозможно.

При виде обновлённого пространства Марго немедленно заявила:

— Идея хорошая, но я готовить и мыть ничего не буду!

Пушок проникновенно заглянул ей в глаза и признался:

— Ты главное не ругайся. Это я уговорил Ору О попросить помощи у Императрицы. Один боялся, а так нас уже двое желающих иметь дома запас еды. А то вчера вечером и перегрызть ничего не нашёл.

Окс тут же с улыбкой заметил:

— Быстро же ты у нас освоился.

Котёнок ответил дерзким взглядом:

— Мы столько приключений пережили вместе, чего мне стесняться? Вы же мне почти родственники.

Марго рассмеялась и легонько почесала его за ушком:

— Хитрая морда! Ладно, можете играться, но ещё раз повторяю: я ничего мыть и готовить не буду. Поэтому посуду и готовку оставляю вам с Орой О, можете привлекать Калиру, но меня не трогайте. Сами завели кухню — сами ею и занимайтесь. И чтоб никакой шерсти в еде! — поддела она котёнка.