Седьмое небо зари

1 глава

Нежные, золотистые лучи солнца пробивались сквозь листву. Трава шелестела под ногами, а птичьи трели, точно музыка бардов, разносились по лесу, заполняя каждый уголок. Аромат влажной земли и сосновой хвои наполнял легкие, умиротворяя всякого, кто пройдётся по зелёным коридорам. Здесь, вдали от шума столицы и портового города, подальше суеты повседневности, время текло иначе, неспешно и размеренно, словно бурная река, мчавшаяся вдоль всего континента. Каждый вдох был глотком свежести, каждый звук – мелодией природы. Маленькая тропинка змеилась между вековых деревьев, приглашая углубиться в сердце леса. С улыбкой на устах, девушка петляла, между лестными стражами, изредка касаясь рукой изумрудной листвы. То тут, то там на ее пути встречались корни деревьев, выступающие из земли, словно окаменевшие руки, пытающиеся удержать путника от спешки. На опушке, залитой солнечным светом, раскинулось небольшое озеро, словно зеркало, отражающее небесную синеву. Вода была настолько прозрачной, что можно было разглядеть каждый камешек на дне и понаблюдать за жизнью маленьких рыбок, снующих между водорослями. Стрекозы кружились над гладью, оставляя за собой едва заметные круги. Казалось, лес дышал и жил в унисон с его обитателями, не позволяя чужакам и шагу ступить. Здесь можно было почувствовать себя частью чего-то большего и обрести гармонию с самим собой. Оставалось лишь замереть на мгновение, вдохнуть полной грудью этот волшебный воздух и позволить себе раствориться в этом моменте.

Скинув кожаные сапоги, девушка медленно ступила на мелководье и наклонившись, набрала воду в ладони. Кристально чистая и холодная. Зажмурившись, она умылась из озера и присев на берег подняла голову вверх, высматривая причудливые фигуры облаков. На другом конце резвились дети из ближайших деревень, что находились на севере и юге. Лёгкий ветерок игриво трепал русые волосы, что так напоминали цвет дубового мёда. Она сидела неподвижно, словно статуя, высеченная из камня, погруженная в свои мысли. О чем она думала? Может быть, о прошлом, полном горечи и потерь? Или о будущем, полном надежд и мечтаний? А может быть, просто наслаждалась моментом, ощущая себя частью этого лесного мира, забыв обо всем на свете. Солнечные зайчики причудливо метались по траве, стоило только достать зеркало. Наслаждаясь спокойствием, девушка даже и не заметила, как к ней подбежал мальчик, звонко смеясь. В руках он держал пойманную рыбку, которая отчаянно билась в ладонях.

— Какая прелесть. — тихо выронила она, смотря на радужную чешую.

— Я поймал её на том берегу. Запуталась в водорослях и не смогла выплыть! — рассмеялся мальчуган, а девица лишь одарила его нужной улыбкой. Стерев пальцем с его лица грязь, она сказала:

— А давай мы выпустим её обратно?

Выражение лица мальчишки поменялось мгновенье ока. Улыбка спала, уступая место обиде. Спрятав руки за спину, он недовольно помотал головой по сторонам.

— Она моя!

— Но разве ей не будет лучше в родной стихии? — мягко спросила девушка, стараясь не давить на ребенка. — Посмотри, как здесь красиво, сколько у нее друзей! Она ведь скучает по ним

Мальчик задумался, переводя взгляд с рыбки на озеро, а затем обратно на девушку. В ее глазах он видел не упрек, а искреннее сочувствие к маленькому существу. Он вздохнул и, подойдя к самой кромке воды, осторожно разжал ладонь. Рыбка, словно очнувшись от оцепенения, юркнула в глубину, оставив после себя лишь легкую рябь на поверхности.

— Вот видишь, — улыбнулась девушка. — Она так благодарна тебе за спасение. Ты поступил очень благородно.

Мальчик, смущенно опустив голову, потер носком ботинка песок. Вдруг его лицо озарилось новой идеей.

— А давайте вместе ещё поймаем! Но только чтобы сразу отпустить! — предложил он, взглянув на девушку с надеждой. Она рассмеялась, и её звонкий смех эхом разнёсся по лесу.

— Конечно, давай! Только на этот раз будем аккуратнее, чтобы никто не запутался в водорослях, — ответила она, поднимаясь с земли. Они пошли вдоль берега, высматривая своих будущих «спасеных».

В скором времени тропинка, что казалась нескончаемой, вывела девушку к деревне. Деревня встретила ее уютом бревенчатых домов, окруженных садами и огородами. Дым из печных труб поднимался к небу, смешиваясь с ароматом свежеиспеченного хлеба. Куры копошились во дворах, а козы лениво щипали траву у заборов. Жизнь здесь текла своим чередом, в гармонии с природой и вековыми традициями.

— Доброе утро! — Со стороны кузницы раздался звонкий, мужской голос. Девушка с легкой улыбкой на устах неспешно оглянулась, хватая корзинку в две руки.

— Доброе утро, кузнец Хайме! — Её голос был столь же нежен, как и лицо. На пухленьких щёчках расцвел розовый румянец, на приталенное платье подчёркивало худенькую фигуру, что было в диковину для деревень. Хайме снял перчатки и бросив их на лавку подле кузницы, подошёл ближе и облокотился на забор. Лицо мужчины было немного измазано в саже, на мышцы рук немного напряглись. Взгляд зелёных глаз к себе привлекла корзина с разными травами и ягодами.

— Очередные настои будешь готовить? — Рассмеялся он. На что девушка одобрительно кивнула, все с той же улыбкой.

— В наше время лекарства именитых лекарей стоят дорого, а до деревни они часто не доходят, вот и приходится делать всё самой.

— Это да. — Выйдя со своего двора проворчал мужчина. — Власть наша совсем распоясалась. Думают лишь, как карманы набить свои, да девок молодых вывести. Так бы и отрубил голову одному из наглых аристократов. Люди умирают, а им плевать.

2 глава

Ветер, спустившийся с гор Енно, тихонько завывал в кронах деревьев. Неподалёку журчала речка, а лестные звери мирно спали в норках. Если поднять голову вверх, то можно было увидеть приближающиеся вершины гор, оставалось совсем немного до места назначения. Анарис, с лучезарной улыбкой шагала впереди, то и дело поглядывая по сторонам, осматривая травы слева и справа от тропинки. Где-то позади плёлся сонный кузнец, с топором в руках. Глаза мужчины были красные, словно он несколько суток не спал.

— Обязательно нужно было в такую рань идти? Почему нельзя было поспать до первых петухов? — Зевая, время от времени ворчал Хайме.

— Травы лучше с утра собирать. Бабушка говорила, мол в них с позаранку есть волшебные свойства. — Ненароком обернулась на него Анарис.

Хайме пробурчал что-то невнятное, но продолжал плестись за девушкой, спотыкаясь о корни деревьев. Топор тяжело повисал в его руке, но он не решался его бросить, опасаясь диких зверей. Хотя больше всего, Хайме больше боялся разъяренной Анарис, чем любого волка в этих лесах. Девушка остановилась у небольшого ручья, который пересекал тропинку. Она присела на корточки и принялась внимательно осматривать растения, растущие по берегам. Хайме устало опустился на большой камень, наблюдая за ее движениями. Ему было интересно, что она ищет.

— Вот она! — радостно воскликнула Анарис, выпрямляясь. В ее руках был небольшой пучок травы с серебристыми листьями. — Коез! Как раз то, что нужно для снадобий.

Хайме зевнул. Снадобья. Ему бы сейчас одно такое, чтобы сразу уснуть и проснуться только когда солнце будет в зените. Девушка продолжала собирать травы, напевая себе под нос какую-то мелодию. Хайме снова закрыл глаза, наслаждаясь тишиной леса и журчанием ручья. Он уже почти задремал, когда услышал предостерегающий крик Анарис:

— Хайме, осторожно! Змея!

Глаза кузнеца резко раскрылись. Змея подползла к нему ближе, уже обвивая ногу. Глаза этой ползучий твари сверкнули каким-то не естественным для змей цветом. Не растерявшись, Хайме вскочил на ноги, отбросив змею в сторону. Та, шипя, вновь попыталась атаковать, целясь в лицо. Кузнец, словно проснувшийся берсерк, схватил свой топор и с размаху опустил его на голову змеи. Удар был настолько сильным, что змея мгновенно обмякла.

Анарис, бледная от страха, подбежала к мужчине, осматривая его на предмет укусов.

— Ты в порядке? Она тебя не укусила?

— Нет, все хорошо, — прохрипел Хайме, тяжело дыша.

Он посмотрел на убитую змею. Её чешуя переливалась всеми цветами радуги, а глаза, даже после смерти, сохраняли неестественный блеск. Что-то в этой змее было не так.

— Странная змея, — пробормотала Анарис, наклонившись над ней. — Я никогда таких здесь не видела.

— Может, она заползла сюда из других земель? — предположил Хайме.

Анарис покачала головой.

— С ума сошёл?! — девушка повернулась на парня. — Во круг нашего континента сплошь океаны. Да и вообще, такие змеи, как эта, не водятся в наших краях. Я читала о них в старых книгах. Это змеи из Забытых Земель, которые, по легендам, обладают ядом, способным превратить живое существо в камень. — Анарис провела пальцем по радужной чешуе, и ее лицо стало еще бледнее. — Хорошо, что ты успел.

Хайме сглотнул. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он всегда считал себя человеком практичным, не склонным к суевериям, но вид этой змеи и слова Анарис заставили его задуматься.

— Забытые Земли? — переспросил он, пытаясь унять дрожь в голосе. — Это где-то далеко?

— Очень далеко, — ответила Анарис, поднимаясь. — За океаном Таллесбио, за туманными островами, где, как говорят, время течет иначе, а существа, которых мы считаем мифами, вполне реальны. И если такая змея смогла добраться сюда, значит, что-то изменилось.

Она снова огляделась, теперь уже с тревогой в глазах. Лес, который еще минуту назад казался ей таким знакомым и умиротворяющим, вдруг наполнился скрытой угрозой. Журчание речки теперь звучало как шепот неведомых опасностей, а ветер в кронах деревьев – как предостережение.

— Нужно быть осторожными. — положив пучок трав в сумке, девушка сделала пару шагов назад, Хайме бросил последний взгляд на змею и направился вслед за девицей.

Преодолев лес, они наконец-то вышли на горную тропу, что вела к самым вершинам Енно. Мелкие камни и галька шуршали под их ногами. Подъём был достаточно крутым, чтобы голова закружилась, и они кубарем скатились вниз. Солнце уже начинало припекать, заставляя пот струиться по лицу Хайме. Анарис, казалось, совсем не чувствовала усталости. Она легко взбиралась по склону, словно горная коза, изредка подбадривая кузнеца. Хайме лишь хмуро кивнул поглядывал на неё. Идея о таком походе, уже не казалась такой увлекательной. Ему казалось, что ноги вот-вот откажут. Но мысль о прохладной воде придавала ему сил. Он упрямо продолжал подниматься, цепляясь за камни и корни кустарников.

Когда они наконец-то добрались до родника, Хайме рухнул на землю, обессиленный. Анарис, смеясь, протянула ему флягу с водой. Кузнец жадно припал к ней, выпивая содержимое залпом. Вода была ледяной и освежающей, как поцелуй горной реки. Почувствовав себя немного лучше, Хайме огляделся. Родник бил из расщелины в скале, образуя небольшой оазис среди камней. Вокруг росли какие-то странные цветы, с яркими, необычными лепестками.

3 глава

Вернувшись домой, Анарин повесила плащ у двери и направилась к лестнице, ведущей наверх. Поднявшись, она открыла старый сундук, который бабушка так бережно хранила. Тяжелая крышка с глухим стуком ударилась о стену. Развернув ткани, Анарин осторожно положила шпильку рядом с книгой. Красная обложка сразу привлекла ее внимание. Она провела стройными пальцами по бархатистому переплету, достала книгу из сундука и открыла ее.

Изображения драконов и Бога Азура были такими же, как и в книге Итана, хотя и с некоторыми отличиями. Но это были не описания и легенды, а самые настоящие заповеди и разделы. История зарождения мира и того, как люди жили бок о бок с драконами. Раньше бабушка лишь рассказывала об этом, но никогда не читала книгу целиком. Пролистав несколько десятков страниц, Анарин заметила, как выпал конверт. Отложив книгу, она подняла его. Никаких надписей: ни адресата, ни отправителя, лишь сургучная печать. Бабушка спрятала его? Но зачем? И что в нем? Не успев вскрыть конверт, Анарин почувствовала, как сердце забилось от крика, разнёсшегося по дому. Крик был явно мужской.

В спешке закинув вещи обратно в сундук, она тихонько закрыла крышку и, стараясь не упасть, спустилась вниз. Высокий юноша, крепкого телосложения молча стоял в проходе, любуясь рисунками стоявшим на камине. Услышав шаги, он повернулся к коридору и, с улыбкой раскинув руки, заключил Анарин в крепкие объятия.

— Что ты забыл в нашей глуши? Сто лет тебя не видела! — воскликнула девушка, чувствуя, как сердце забилось чаще от неожиданной встречи.

— Да вот, с отрядом проходили мимо гор, и я подумал: почему бы не навестить старую подругу? — рассмеялся юноша, но тут же получил легкий шлепок по голове.

— Скорее, несостоявшуюся жену, — с улыбкой поправила Анарин, скрестив руки на груди.

Лёгким жестом руки, девушка все с той же улыбкой пригласила парня пройти на кухню. Со смехом помотав головой по сторонам, он скинув тяжёлые, кажанные сапоги и медленно опустился за кухонный стол. Вскоре Анарин поставила на стол чайник с душистым травяным чаем и две чашки. В качестве угощения она достала варенье из морошки – лакомство, которое бабушка приберегала лишь для особых случаев, демонстрируя свое уважение к гостям. Сняв мундир, парень аккуратно повесил его на спинку стула, отломил кусочек хлеба и щедро намазал его вареньем. Сладость с легкой кислинкой оставляла приятное послевкусие, а аромат, наполнивший кухню, только усиливал аппетит. Анарин взяла мундир и повесила его в коридоре. Вернувшись, она села напротив гостя. Горячий чай плеснул в чашку, мгновенно нагревая ее стенки. Намазав хлеб вареньем она откусила кусок и с увлечением слушала истории, недавно случившиеся с ним в пути.

Беседа текла легко и непринужденно, словно и не существовало пропасти долгих лет разлуки. Анарин, словно наверстывая упущенное, щедро осыпала его вопросами: о товарищах, о службе, о новых веяниях в столичной жизни. Он же, в свою очередь, охотно делился историями, расцвечивая их яркими красками шуток и забавных происшествий. В голосе по-прежнему звенела юношеская задорность, но взгляд обрел вдумчивую серьезность, а в плечах ощущалась та уверенная стать, что отличает закаленного воина.

Солнце уже начало клониться к горизонту. Взгляд Анарин запепился за заходящее солнце. В глазах промелькнула тень тревоги и это рыцарь не мог не заметить. Сделав ещё один глаток уже остывшего чая, он вдруг произнёс:

— Куда-то собираешься? — его губы тронула лёгкая улыбка.

— Да, — она на мгновение замолчала, взгляд прикован к вершинам гор, где уже пряталось алое солнце. Он, заметив это, тоже взглянул на горы. — Хотела бы собрать несколько трав в Енно, до полуночи. Пока звезды не отразятся от глади озера Оберн, ночью там очень красиво.

Мечтательно вымолвила девушка, продолжая смотреть на величественные горы Енно, чьи вершины, казалось, пронзали самое сердце небес. Услышав тихий шепот её слов, юный вояга, до того момента с наслаждением согревавший ладони о горячую керамику чашки, неспешно отставил её в сторону. Откинувшись на резную спинку старого стула, он закинул руки за голову, сплетая пальцы в замок, и устремил взор в потолок, сотканный из грубых деревянных балок. Казалось, каждый сучок, каждую трещинку в этих досках он изучил вдоль и поперек за долгие годы, проведенные под этим кровом. Однако, всякий раз, позволяя взгляду блуждать по древесным узорам, он словно открывал для себя новые, доселе незамеченные ландшафты. Воображение послушно рисовало причудливые картины в сплетениях годовых колец, превращая обыденный потолок в безграничный холст. На мгновение, словно по велению неведомой силы, мысли его покинули пыльную харчевню, уносясь далеко за пределы гор Енно, туда, где воспоминания переплетались с неясными надеждами, где приключения манили своими обещаниями, а прошлое тянуло назад своей тяжестью. В этом мимолётном путешествии он вновь ощутил вкус соли на губах, скрип корабельных снастей и запах далёких стран.

— А ведь ты всегда была такой. — тихо, еле слышно вымолвил парень. Анарин повернулась к нему и не убирая руку от щеки, вопросительно посмотрела на него. — Всегда была немного странной, будто живёшь в другом мире. Там где нет ни боли, ни проблем, ни страха. Словно, весь мир подождёт.

Анарин улыбнулась, нежно и грустно.

— Может быть, ты и прав, Лиам. Но разве не каждый из нас ищет свой мир, где можно укрыться от бурь? — Она опустила руку и подошла к окну, любуясь закатным пейзажем. — Мир не идеален, это правда. Но в нем есть красота, которую стоит увидеть, моменты, которые стоит сохранить.