Секрет таёжной отшельницы

Пролог

Десять лет назад

Увядшие розы, атмосферно рассыпанные в осколках хрусталя и багровых брызгах... В этом зрелище было что-то завораживающее, какая-то особая, меланхоличная красота, пропитанная духом декаданса.

Место преступления было совершенно типичным для любого следователя или оперативника. Пятна крови на полу, следы борьбы, опрокинутая и поломанная мебель. И, конечно, труп. Мужчина картинно лежал и смотрел своими уже безжизненными серыми глазами в потолок посреди всей этой роскоши и утончённой печали. Он словно даже после смерти продолжал играть роль на сцене. Бордовые капли то ли от крови, то ли от вина намекали на то, что буквально недавно здесь бушевали страсти. Теперь же стояла гробовая тишина.

Криминалист методично фиксировал каждую деталь: тело, розы, осколки, скатерть, стянутую со стола на пол и будто расплескавшуюся молочной лужицей – всё, что могло пролить свет на произошедшее. Усманов наблюдал, погружённый в размышления. Один точный удар ножом в грудь – и жизнь киноактера Игоря Арамилёва оборвалась. Всё указывало на встречу, возможно, деловую или романтическую, запланированную на двоих. Арендованный на несколько дней загородный комплекс с рестораном, отелем и теннисным кортом, должен был стать местом уединения. Но кто же был спутником или спутницей Арамилёва? Личность погибшего была установлена по аренде, но личность его компаньона оставалась неизвестной. Отключенные во всём комплексе камеры видеонаблюдения не могли пролить свет на эту загадку. Так же как и отпущенный на все выходные персонал.

Усманов скользнул взглядом по гладкому холодному дереву опрокинутого стола. В глаза бросились пятна вина, смешавшегося с чем-то более тёмным и вязким. Арамилёв, звезда экрана, привыкший к восхищенным взглядам и аплодисментам, закончил свой последний акт в тишине, в окружении холодной бесчувственной роскоши.

Ренат Камилевич подошёл к окну, за которым простирался ухоженный парк. Оперативники обходили место преступления, опрашивали всех, кого удавалось найти. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в те же багровые оттенки, что и пятна на полу. Кто мог желать смерти актёру? Любовь, ревность, зависть, деньги – классический набор мотивов. Но спонтанное это было преступление или тщательно спланированное? Отключенные камеры, тщательно подобранные декорации – всё походило на хладнокровный расчёт.

Усманов вернулся к телу. Он наклонился, внимательно рассматривая лицо актера. Ни тени страха, ни удивления. Спокойствие, почти безмятежность. Словно он был настолько уверен в своём спутнике, что не ожидал удара. Или же, что ещё хуже, он был влюблён. Влюблён в того, кто принёс ему смерть.

- Ну что там, Петров? - обратился Усманов к криминалисту, который всё ещё возился с телом.

- Нож был острый, удар точный. Никаких следов борьбы на самом теле, кроме тех, что могли возникнуть при падении. Одежда не порвана, кроме места ранения. Похоже, он не успел среагировать. Или не хотел.

Петров поднял глаза, его лицо было крайне сосредоточенным.

- И ещё одно. На его руке, под часами, есть едва заметная царапина. Свежая. Как будто от кольца.

Кольцо. Усманов кивнул. Это могло быть кольцо его спутника или спутницы. Или же, возможно, Арамилёв пытался снять какое-то кольцо, и это стало началом конфликта. Но царапина была слишком мелкой. Скорее всего, это след от украшения, которое носил тот, кто стоял рядом с ним в последние минуты.

Он снова оглядел зал. Увядшие розы, осколки хрусталя, багровые пятна. Всё это было частью истории, которую ему предстояло разгадать. История о страсти и смерти, разыгравшаяся в этом уединённом уголке.

Усманов чувствовал, что это дело станет одним из самых сложных и значимых в его карьере. Он был полон решимости докопаться до истины, найти убийцу и разгадать загадку последней предсмертной роли Игоря Арамилёва.

Глава 1 Заброшенная деревня

Наши дни

Сначала лес наполнила пасмурная тишина. Даже птицы не пели. Так всегда бывает перед грозой. Ребята шли, всматриваясь в тёмноту деревьев и прислушиваясь к звукам. Но вскоре поднялся ветер, кучевые облака начали сгущаться. Тишину прорвал гул деревьев. Через крону нависавших над ними деревьев прорвались капли дождя. Все четверо то и дело озирались по сторонам. Кругом буро-жёлтой стеной с пятнами тёмно-зелёного стоял густой осенний лес.
- Ну вот. Ещё и дождь усиливается, - проговорила Ульяна, стараясь не выдать голосом свой испуг.

- Да уж, только этого не хватало, - нахмурился Глеб. – Может, вернёмся к машине?

Василиса обернулась, и не увидела за деревьями никакого просвета. Словно чаща за ними сомкнулась.

- Не думаю, что в данный момент мы можем это сделать, - скептически заметил Марат, взглянув на ставшее грозно тёмным осеннее небо.

Ребята переглянулись. И хотя никто пока ещё не сказал этого вслух, все уже поняли – случилось самое страшное, что может произойти в лесу. Они заблудились.

Темнота и непогода опускались на тайгу. Всех охватила паника. Каждый мучительно вслушивался в звуки, пытаясь сквозь шум дождя уловить гул проезжавших по дороге машин. Но какие машины могут быть в тайге? Сами они приехали сюда по лесной дороге. Вокруг не было ничего кроме тёмного нескончаемого леса.

Ругая себя последними словами, Марат пытался рассмотреть в траве какую-нибудь тропу. И думал о том, когда их начнут искать. Как минимум дня через два, когда они не появятся на работе и на учёбе.

Оказаться вечером во время грозы в лесу очень страшно. Когда непонятно куда идти и спотыкаешься каждый метр о ветки на земле. А сверху дождь.

В тот вечер, когда ребята, почти полностью промокшие и упавшие духом, наткнулись на эту жуткую деревню, природа в буквальном смысле сошла с ума. В пять часов потемнело как ночью. Ветер поднялся ураганный, гремело сначала в отдалении, а потом прямо над ними. Молния сверкала, как вспышки какого-то очень яркого огромного прожектора. А когда хлынул ливень, они все вчетвером за минуту промокли до нитки.

- Ужас, - прошептала Ульяна, натягивая на голову капюшон, который то и дело срывало ветром или цеплявшимися за него ветками. - Давайте хотя бы в каком-то доме спрячемся. Льёт же, как из ведра. Мы сейчас замёрзнем.

- Да тут во всех домах крыши дырявые. Думаешь, там меньше льёт? - заметил Марат. - Только там ещё можно провалиться в подвал. Доски наверняка прогнившие везде. Искать подходящий дом сейчас как-то не время.

- Ну не сидеть же тут... – пробормотала она, расстроенная тем, что любимый не поддержал её идею.

Они растянули тент, которым и накрылись от дождя. Правда, это не помогало. Ветер был такой сильный, что кусты гнуло в земле, ломало деревья. Несколько раз даже слышался громкий хруст, когда падало очередное дерево или ломалась толстая ветка у какого-нибудь старого тополя.

Темнота в лесу стояла такая, что казалось, будто они все разом потеряли зрение. Рассмотреть что-то можно было, только когда сверкали молнии. Деревня в этих вспышках напоминала бесформенную тёмную массу из-за причудливых очертаний покосившихся заборов, домов, колодцев и сараев. Они попали в место, где закончилась привычная цивилизация. В другой мир, где единственный подходящий транспорт - огромные вездеходы. Полное отсутствие дорог для тайги нормальное явление. До ближайшей цивилизации отсюда несколько десятков километров. Место, где время остановилось, а природа медленно, но верно забирает своё.

Дома среди деревьев стояли, словно измученные долгим одиночеством. Их деревянные стены, некогда полные жизни, теперь были покрыты густым, бархатным мхом, который придаёт им вид сказочных жилищ, будто сошедших со страниц старинных легенд. Крыши, просевшие под тяжестью лет и снежных зим, напоминали морщинистые лбы стариков. Ветер, пробираясь сквозь щели в стенах, играл с остатками занавесок, создавая призрачные силуэты, которые, кажется, оживают в полумраке. Тишина здесь наполнена шёпотом прошлого, голосами тех, кто когда-то жил и любил в этих стенах. В окнах вместо стёкол зияют чёрные провалы. В этом месте, где грань между реальностью и мистикой истончается, любая иллюзия обретает материальную форму, а фантомы - плоть.

Деревня не просто заброшена, она словно спит, погружённая в глубокий, вечный сон. Но это сон не безмятежный. В нём есть тревога, есть ожидание. Ожидание того, кто осмелится нарушить её покой, кто принесёт с собой новую историю, или же, наоборот, кто сможет услышать и понять шёпот прошлых поколений, оставивших здесь свои следы.

- Так, а что это за место, Мар, ты узнал? - спросил Глеб. - Вроде ж тут не должно быть ничего.

- Ну да, нам ещё семь километров до ближайшей деревни идти надо было, - недоумённо пожал плечами Марат. - Этой деревни нигде нет. Не обозначена ни в навигаторе, ни в картах. Может она настолько старая, что о ней давно забыли?

- Скорее всего.

Марат любил тайгу. Она манила его своей красотой и некой таинственностью. Иногда, ступая по свежему, хрустящему снегу или по шуршащей, давно увядшей листве, вдруг ловил себя на мысли: вокруг ни души. Только деревья. Они стоят плотной стеной, повторяясь, словно эхо, и кажутся одинаковыми. Но стоит остановиться, присмотреться внимательнее, и понимаешь – каждое из них уникально. Каждая ветка, каждый изгиб ствола, каждая трещинка на коре – это неповторимая история. И в этом, пожалуй, они похожи на людей.

Свои походы по тайге Марат начал ещё в юности. Выбирался в лес, как только появлялось свободное время - каникулы, выходные, отпуск. И сейчас к своим двадцати трём годам считал себя опытным таёжником. Все друзья знали о его увлечении. И многие тоже заразились от него этой страстью - походами по тайге. Вот и нынешний поход к каким-то уникальным таёжным озёрам был его идеей.

Кроме того Марат прекрасно знал историю. Окончил исторический факультет и работал преподавателем в вузе. А ещё зарабатывал тем, что вёл свой блог о всяких заброшенных местах, старинных усадьбах, покинутых домах. Иногда находил в них интересные предметы и отдавал в краеведческий музей. Ульяна, его девушка, сейчас училась на историческом. Глеб - давний друг Марата, тоже любитель турпоходов, лазания по заброшкам и тому подобного. В этот поход он взял с собой свою подругу журналистку Василису. Обещал ей захватывающие приключения, исследование старых покинутых деревень и любование красотами тайги. Ради этой поездки ребята преодолели двести километров на внедорожнике Марата.

Глава 2 Шёпоты тайги

То ли атмосфера места поспособствовала, то ли ещё что-то, но ребята стали травить страшные истории.

- Ооо, тема моего детства, - протянул Глеб. – Меня мелкого часто на лето к бабушке отвозили. И когда в деревне выключали свет, бабушка начинала рассказывать страшилки. Я потом заснуть не мог.

- Я тоже в детстве к бабушке и деду в деревню ездила, - заметила Василиса. – Однажды летом, когда я у них гостила, соседская девчонка пропала. За ягодами пошла и не вернулась. От местных слышала, что в этот день каждый год что-то неладное случается. То в колодец кто упадет, то скотина помрёт, то на дороге беда какая. Говорят, всё из-за того, что давным-давно, лет сто пятьдесят назад, в пруду девушка из-за несчастной любви утопилась. И перед смертью прокляла всю деревню. Может, и сказки всё это, конечно, но многие до сих пор верят. Страшно становится, когда такое вспоминаешь.

- К сожалению, я в деревне провела очень малую часть своего детства, - проговорила Ульяна, вступая в разговор. - И ни с чем мистическим не сталкивалась. Хотя, может быть, я многих моментов просто не помню. Но вот сейчас замечаю одну интересную закономерность: большинство этих странных, необъяснимых историй происходит именно в деревнях и сёлах. Как будто там какая-то особая концентрация паранормального, гораздо выше, чем в городе. Мне кажется, это связано с тем, что в деревне людям живётся скучно, досуга меньше. Вот и собираются они вместе, и начинают рассказывать друг другу всякие истории, кто во что горазд. Прямо как мы сейчас. И в этих рассказах, наверное, и рождаются те самые мистические легенды.

- Очень даже может быть, - согласился Глеб.

Поскольку дождь и ветер всё не утихали, ребята решили лечь спать. Одна из комнат была более-менее сухая, там и улеглись прямо на полу, завернувшись в спальные мешки и положив под головы рюкзаки.

Ночью буря утихла. Марат долго не мог уснуть. Ни снаружи, ни внутри не было ни одного источника света. И когда включали фонарики, тени, падавшие на стены и старую, покрытую пылью и паутиной мебель, будоражили фантазию. А ещё эти истории распалили воображение…

Марат расположился с краю, заслонив собой от входа Ульяну. Рядом с Улей легла Василиса, а около неё Глеб.

Все очень устали, поэтому почти сразу заснули. Но ночью Марат проснулся по нужде. Заснул не сразу - прислушивался. Создавалось ощущение, что где-то кто-то осторожно ходил, словно не хотел будить. Но звуки - как будто издалека. И какие-то домашние. Как здравомыслящий человек, он понимал, что это физические и природные явления - дом ходит, сквозняк, птицы, мыши, и прочая живность привлеченная запахом пищи - они же поужинали. Но, несмотря на это было всё равно жутко. И вместе с тем спокойно. Марат старался не смотреть в пустые тёмные проёмы окон и дверей. Там ветром качало кустарники и рисовалось чьё-то незримое присутствие. Детские страхи разыгрались.

Когда где-то поблизости закричала странным криком птица, поёжился. Звук был похож на глухой монотонный гудок. И звучал в ночной тишине весьма зловеще. Марат догадывался, что это кричит ушастая сова. Но всё же в ночи среди леса, в заброшенном доме этот монотонный, выдержанный в одной интонации крик походил на саундтрек к какому-нибудь мистическому фильму ужасов. Поначалу звук слышался где-то вдалеке. А потом совсем рядом. И это мешало заснуть. Почему совы так протяжно кричат? Что им нужно? Будто ржавые качели скрипят… Эта сова кричала так тоскливо, как будто звала. Марат не мог этого слышать. У него мурашки по затылку бежали из-за этого звука.

Наконец заснул, покрепче прижав к себе Ульяну. И приснилась ему эта деревня, только днём. Будто идёт он, осторожно ступая, по заросшей травой земле. Подходит к одному дому, заглядывает внутрь, а там пустота. Ни мебели, ни вещей. Только ветер гуляет, гоняет пыль. Идёт к соседнему дому, а там то же самое. И все дома вокруг такие. Пустота и тишина окутывали это место, словно время здесь остановилось. Куда исчезли все жители? Почему деревня, некогда полная жизни, теперь казалась мёртвой? Словно все разом покинули свои дома. Но причина этого таинственного исчезновения оставалась загадкой.

Внезапно за спиной послышались шорохи, шаги, какое-то движение. Он обернулся, но никого не увидел. Замер, прислушиваясь. Звуки становились всё громче, приближаясь. Холодок пробежал по спине от нарастающего ощущения тревоги. Решив немедленно покинуть это жуткое место, он бросился к лесу. Но повернувшись, застыл в изумлении: всё вокруг преобразилось. Дома стояли новые, ухоженные, повсюду сновали люди, занятые своими делами. И тут послышался грохот колёс по дороге. Марат оцепенел, увидев приближающуюся телегу. По улице медленно двигалась повозка, а на ней – гроб. Следом шла толпа людей. Раздавались голоса, плач, какие-то слова, но разобрать их было невозможно, как бы он ни старался. Плач перерос в безутешные рыдания. Тяжесть от этого зрелища стала невыносимой, и он зажал уши руками, пытаясь заглушить звуки. И, наконец, открыл глаза. Через окна в дом попадал серый свет зарождавшегося дня.

- О, Мар проснулся, - раздался голос Глеба.

Ульяна поцеловала его, пожелав доброго утра. Хотя настроение у Марата было совершенно не доброе. Увиденный под утро сон оставил гнетущий осадок на душе. Что это было? Просто его накопившиеся за вчерашний день впечатления, или таким образом это место предупреждает их об опасности?

Рассказывать друзьям о том, что видел во сне, пока не стал. Они и так огорошили его новостью, что связь не ловит и телефоны у всех почти разрядились.

При утреннем освещении можно было лучше разглядеть окружавшую их обстановку. Пыль и паутина здесь были повсюду – на потолке, на мебели. На полу лежала истёртая ковровая дорожка, на которой когда-то, возможно, танцевали влюблённые, играли дети. Выцветшие обои местами отстали от сырых потрескавшихся стен. Старая фотография в грубой тёмной рамке запечатлела суровые лица мужчины и женщины, чьи жизни, видимо, были связаны с этим домом. В кухне имелась старая печь, когда-то согревавшая дом, а теперь холодная и пустая. На полках стояли пыльные банки, бутылки, посуда. Запах сырости здесь был особенно сильным. Кровать в дальней комнате, куда ребята вчера вечером так и не заглянули, имелась. Но без матраса и с прогнившими досками.

Глава 3 Лагерь поисковиков

«Это событие, возможно, станет покруче перевала Дятлова. Все, кто в нём участвуют, запомнят это на всю жизнь», - подумал руководитель поисковиков Никита Милованов.

Осень принесла с собой холод, дождь и густой, молочный туман, который словно одеяло окутывал тайгу каждое утро и не пропадал до самого полудня. В эти дни лес, обычно тихий и меланхоличный, наполнился голосами, рокотом автомобильных моторов, жужжанием квадрокоптеров и треском костров.

Где-то там, в непроходимых зарослях, в лабиринте деревьев потерялись люди. С момента, когда тревожный звонок поступил в МЧС и в офис поискового отряда, прошли уже почти сутки. Туристы, отправившиеся в поход, не вернулись. И теперь, в этой сырой, промозглой осени развернулась настоящая битва со стихией и временем.

О пропаже Ульяны Елисеевой, Марата Усманова, Василисы Бересневой и Глеба Дороничева в таёжных лесах стало известно в конце сентября. Егерь наткнулся на их машину. Чёрный внедорожник простоял на лесной дороге несколько дней. Выяснилось, что ребята не выходили на связь с двадцатого числа.

В максимально короткие сроки на место поисков выехали спасатели, волонтёры, собрались неравнодушные граждане. Прибыла полиция, чтобы осмотреть брошенный посреди леса автомобиль. Приехали близкие ребят - родители и друзья. К поискам присоединились также те, кто знает местность лучше всего - егеря. Приехал и отец Марата Ренат Усманов с супругой Анастасией. Он не мог официально заниматься расследованием пропажи сына, тем более что пока уголовного дела по данному поводу заведено не было, ведь никаких следов криминала не обнаружено, но местные коллеги без проблем делились с ним информацией и негласно приняли в свою команду.

Прямо посреди леса, там, где ещё недавно царила дикая природа, теперь кипела жизнь. Лагерь МЧС и волонтёров для родителей и друзей потерявшихся ребят – это островок надежды посреди безмолвной тайги. Палатки разбросаны по поляне, дым от костров поднимается к низкому, серому небу, неся с собой запах мокрой хвои и горелого дерева. Здесь царит атмосфера напряженного ожидания и неустанной работы.

Спасатели, закалённые в подобных испытаниях, с сосредоточенными лицами готовятся к очередному выходу. Их рюкзаки наполнены всем необходимым. В них верёвки, аптечки, рации, компасы. Каждый знает свою задачу, каждый понимает, что от их слаженных действий зависит чья-то жизнь.

Рядом с ними волонтёры. Они не профессионалы, а люди разных возрастов и профессий, объединённые одним желанием – помочь. Они готовы идти туда, куда не каждый осмелится, прочесывать каждый куст, каждый овраг.

Поиски осложнялись погодными условиями – почти каждый день шли дожди. Кроме того, прошёл слух, что где-то поблизости видели медведя. Поисковая операция велась в труднопроходимой глухой тайге, проехать через которую на машинах порой практически невозможно. Буреломы, скользкие камни, температура, опускавшаяся ночью до нуля - всё это не только осложняло работу спасателей и волонтёров, но и с каждым днём снижало шансы найти ребят живыми. Увы, осень в тайге обманчива: днём светит солнце и тепло почти как летом, а ночью задувает ледяной ветер и всё покрывается инеем.

Утро в лагере начинается с инструктажа. Командир поисковой группы Никита Милованов раздаёт карты, указывает направления. Группы расходятся. Шаг за шагом они углубляются в лес. Дождь моросит, не переставая, превращая тропы в грязевые реки. А когда нет дождя, по земле стелется туман. Порой кажется, что лес сам пытается скрыть своих потерянных детей.

Спасатели и волонтёры ищут брошенные вещи, следы костров, любые признаки присутствия человека. Они кричат, зовут, надеясь услышать ответный голос. Но в ответ - лишь шелест дождя и шум ветра в кронах деревьев.

Время тянется медленно. Холод пробирает до костей, усталость накапливается. Но никто не сдаётся. Мысль о том, что где-то там, в этой бескрайней тайге, ждут помощи, придаёт сил. Однако не все настроены оптимистично.

- Когда пропали ребята, во второй половине дня случилось резкое ухудшение погоды. Скорее всего, путешественники не учли этого. Возможно, не следили за прогнозом погоды. Если легко одеты были, то вряд ли выжили, - говорили между собой некоторые поисковики.

Действительно, в тот день, когда Марат, Ульяна, Глеб и Василиса сбились с пути, днём на солнце температура достигала двадцати восьми градусов, а к вечеру пришёл холодный фронт с ветром и ливнем. Случилось резкое падение температуры до четырёх градусов.

- Если они промокли и не смогли развести костёр, то прогнозы плохие, - заметил один из участников поиска, егерь Константин Михайлович Ракитин. - Неподготовленный человек может прожить в мокрой одежде максимум шесть часов, после чего буквально начинает бродить в полубессознательном состоянии и засыпает от переохлаждения.

Зону поиска разделили на квадраты. В целом её площадь составляла десятки километров сложного ландшафта. Многие следили за поисками по интернету и писали свои комментарии. «Сколько было случаев, когда в гораздо лучших условиях пропавших находили только спустя много времени в месте, которое осматривали до этого десятки раз. Скорее всего, обнаружат недалеко от машины. Будут говорить: «Это место проходили, но не заметили», - заявил некий Ростислав на одном из форумов в сети. И многие посетители форума оказались с ним согласны. Находились скептики, не питавшие особых надежд на успешный исход поисковой операции.

К масштабным поискам подключились сотни человек из разных регионов страны. Сюда потянулись не только спасатели и волонтёры, но и различные авантюристы.

По мнению большинства завсегдатаев интернет-форумов, ключевую роль в трагедии мог сыграть дикий медведь. Осень для зверей - это период накопления жира, а неурожай ягод и грибов в этом году сделал вероятность нападения достаточно высокой. Особенно, в этом время опасны медведицы, - так рассуждали те, кто считал себя специалистом в данной теме. «Пригнали полтысячи человек, которые кроме парков нигде больше не были… - писали в сети. - Лучше б одного охотника, но того, который хорошо знает данную местность!»

Глава 4 Ещё версии

Вместе с родителями Марата в лагерь прибыл его друг детства Иван Ледостаев. Накануне похода, в который отправились ребята, он заболел, поэтому не смог участвовать в этом мероприятии. Но сейчас, когда Марат и его спутники исчезли где-то в тайге, Ваня не смог оставаться в стороне от поисков и решил принять в них активное участие. Он вместе с остальными волонтёрами выходил на маршруты, ночевал в палатке в лесу, и вообще пообещал себе, что не уедет, пока не узнает, что случилось с его другом.

Когда вечером собирались у костров и болтали, Иван тоже участвовал в обсуждении.

- Усманов, наверное, везунчиком себя возомнил... – заметил, попивая чай, егерь Данила Воронов. – Это, с одной стороны, правильно, а с другой… Любимцем судьбы надо уметь себя чувствовать, но и самому не тормозить и быть разумным.

- Не сказал бы, что Марат такой прям весь из себя выпендрёжник, - выступил в защиту друга Иван. - Человек сложный, активный, деятельный, предприимчивый и очень неглупый. Да будь он хоть сколько опытным туристом, а с такой компанией ему трудно. Он привык ходить с пацанами. А тут две слабые девочки. Из-за них и могло что-то случиться. Женщины в непредвиденной ситуации как слепые котята, особенно, если действие происходит в незнакомой местности, в густом лесу, телефоны отключены и паника. Потому и не вышли из леса. Считаю, что они по какой-то причине сошли с тропы и заблудились. Как-то выходил из леса, когда стемнело, с фонариком. Но это в паре минут ходьбы от дороги, где буквально каждое дерево знал. И то непросто. Не видно ничего вообще. Только куда ступаешь, но не куда идёшь.

- Это да, - согласился Ракитин. - В жизни бывают такие стечения обстоятельств, просто нелепейшие, что диву даёшься. И решения люди, порой, принимают в секунду, а они становятся роковыми. Минутное помутнение, истерика - и гибель.

- Индивидуальная реакция, конечно, непредсказуема, но уж прям котята? – усомнился Никита Милованов. - Котята, значит, сели бы где-то под деревом и сидели бы, пока не замерзли. И тут бы их и нашли. Получается как раз наоборот: если бы один этот парень был, то скорее мог бы неудачно упасть и умереть. И никто бы не заметил. Тут же четыре человека, один упал - трое других помогут. И девочки не такие уж слабые. У нас много девчонок в команде, так что не надо на прекрасный пол наговаривать. Это идти они, может быть, далеко не смогут. А голова-то у них соображает. Даже оставшись одни, сообразили бы, куда идти, как попытаться подать сигнал телефоном. Нашли бы помощь и спасли бы всех в экстремальной ситуации.

- Что-то мне подсказывает, что, скорее всего, Марату Усманову пришлось испытать то самое страшное чувство в мире, когда ты страшно виноват и всем каюк из-за тебя... – покачал головой Данила. - А зачем они вообще пошли туда?

- К озёрам каким-то хотели сходить. Название забыл, - ответил Иван. – Какие-то малоизвестные.

- Да, только, судя по карте, нет тут нигде никаких озёр… - сказал Милованов.

- Странно. Мар тайгу неплохо знает. Он бы не повёл по тому маршруту, в котором не уверен.

- Это, знаете, как в поговорке: «тонут, как раз те, кто умеет плавать», - усмехнулся Воронов. - Он же якобы опытный походник. «Выведу я вас сейчас кратчайшим путём!» Да вот промашка вышла. Есть фильм, основанный на реальных событиях. Там пара пошла в поход. Девушка городская. А парень бывалый. Хотел предложение сделать. Телефон и карту не взял. Типа дорогу сам знает. А когда признался, что заблудился, оказалось, что уже давно не знает, где они, и не помнит, когда точно знал. Но молчал. Не хотел признаваться, что облажался. Делал вид до последнего, что всё идёт по плану. Так она ему там такого наговорила. И её понять можно. Парня медведь слопал. А она выжила. А кто виноват? Медведь? Нет. Человеческий фактор. Самоуверенность и глупость. Тонут чаще те, кто умеет плавать. И в лесу теряются бывалые грибники.

- Опыт Марата - это походы в группе, - пояснил Иван, задетый столь пренебрежительным отношением к его пропавшему другу. - Он не таёжник, не егерь. И не проводник. Просто опытный турист.

- Или упёртый бездарный турист, - Данила хмыкнул и с сожалением посмотрел на свою уже пустую чашку.

- Какие бы версии не строились, сильнее всех людей природа, - философски проговорил, глядя куда-то в сторону тёмной массы деревьев, егерь Константин Михайлови Ракитин, известный своим особо трепетным отношением к тайге. - Умереть проще всего. Это ещё, к тому же, доступнее и быстрее всего. Это самый быстрый вариант в ситуациях в лесу, тайге, на море и так далее.

- Ну хватит уже их хоронить, - возмутился Милованов. – Если бы так случилось, были бы тела. А где они? Их бы нашли. Или хотя бы вещи. Куртки, рюкзаки медведь точно не слопает.

- Немало тех, кого не нашли совсем, хотя и речки осушали, - пожал плечами Ракитин. - А здесь тайга и непогода, туман опустился очень быстро. Ребята были легко одеты. Все условия были, чтобы замёрзнуть. Совсем нередки случаи, когда тонет опытный пловец, срывается с горы опытный скалолаз, погибает в аварии на машине опытный водитель, разбивается при спуске с гор опытный лыжник, теряется в тайге опытный походник.

Ивану категорически не нравились эти упаднические рассуждения. Как и Никите Милованову, настроенному очень оптимистично.

- Опытный походник зaпросто и вполне осознaнно зaбредёт зa тридевять земель один. Или с тaким же смельчaком, - стал рассуждать Ледостаев. - Это психотип aвaнтюристa и любителя рисковaть. A тут две девчонки в компaнии. Будет ли этот походник жертвовaть двумя девушками? С учётом знaния прогнозa и стремительно нaступaющих осенних сумерек. Что, он по хронометрaжу проходa в одну сторону не понял, что зaсветло им не вернуться? A холодный фронт пришёл, кaк мы знaем, ещё до сумерек. Пфффф! Лaдно, пусть дaже Марат рискнул и проигрaл. Но где телa?

- Жертвовать тут не причём, - поправил Ракитин. - Опытные походники, как и опытные лыжники, как и опытные автомобилисты, из-за излишней самоуверенности могут и себя, и других завести в неведомые дебри. Они же делают это не осознанно, а потому что уверены в собственной непогрешимости и опыте.

Глава 5 Легенда о вечном узнике

Ребята молчали. Вчера они не заметили в темноте холмики и покосившиеся деревянные кресты… Старое кладбище одиноко дремало среди разросшихся кустов и деревьев. Марат прошёл к одному из холмиков. На табличке ни имя, ни дату было не разобрать. А рядом и креста не осталось. Лишь поросший травой холмик указывал на то, что это было чьё-то последнее пристанище. Ни оградок, ни надгробий здесь не было. Либо не сохранились, либо, что скорее всего, кладбище это было совсем маленькое, где хоронили жителей только этой небольшой деревеньки. И, видно, совсем не богатой. Марат видал старинные кладбища, даже у некрупных, но богатых поселений. Там и склепы, и каменные надгробия.

- Не понятно, каких годов захоронения, - заметил он, не оборачиваясь. – Но судя по степени сохранности домов, они уже лет десять, как брошены. Значит, с погостом та же история.

- Интересно, почему нет ни одного каменного памятника, или хотя бы советских железных гробниц, - проговорила Василиса.

- Деревенское кладбище с каменными надгробиями - это уже роскошь. Простым деревенским мужикам и бабам никто каменных надгробий не будет тесать. Деревянного креста за глаза хватало. Да и откуда тут камень? Нигде в округе, насколько я знаю, не было выработки камней. А металлические надгробия и оградки вполне могли давно растащить.

- Не факт что каменное - значит роскошь, - возразил Глеб. – Мне как-то встречалось возле одной маленькой деревеньки кладбище, где надгробие было из чугуна.

- Ну, может барина в родной деревне схоронили и надгробие из чугуна поставили. Там же не все надгробия из чугуна были, - сказал Марат.

- Ничего себе, - удивилась Ульяна. – Вы что и на кладбищах с металлоискателями ходите?

- Нет, конечно, - ответил Глеб. - Тревожить покой умерших нельзя. Плохо это. Правда, не все такого мнения придерживаются. Пару лет назад напоролись мы с товарищем в леске на одно из подобных кладбищ. Так нам даже не по себе стало. Такое впечатление сложилось, что его просто перекопали всё. Как выяснилось после, что там паны польские были захоронены, а им при погребении в ноги клали деньги, причём немалые - серебро и золото. Вот где вандалы. Роют на кладбищах, покой мёртвых ворошат. Да хоть сундуки с золотом там будут… Каково вообще людям потом жить с этим? Я не понимаю.

Ребята так увлечённо рассматривали единичные ещё сохранившиеся таблички, пытаясь рассмотреть фамилии и даты смерти, что не сразу заметили у тёмных стволов стройную фигуру. Но приблизившись ещё на пару шагов, поняли - в стороне от могил бродит женщина. Они были заворожены этим зрелищем, особенно жутким и удивительным из-за густого тумана. Незнакомка в длинном тёмном одеянии, похожем на плащ или накидку, наклонялась, собирала какие-то травы и складывала их в корзинку. У каждого возникла уверенность в том, что это картина из далёкого прошлого. Или даже из потустороннего мира.

Женщина вдруг повернулась. Лицо необычное. Марат, идущий первым, остановился и чуть вздрогнул под её взглядом. Она тоже застыла, как вкопанная, посмотрела на Марата. Увидела, что он глядит на неё. Медленно отвела глаза, повернулась и пошла в лес. Лишь полы её одеяния мелькнули меж деревьев. И будто растворились в тумане. Ребята даже решили, что она им привиделась. Но не могут же у всех четверых быть одинаковые зрительные галлюцинации…

Марат оставался неподвижен и вглядывался в тёмную массу деревьев, пытаясь различить удаляющийся силуэт.

- Какая красивая! - шепнула сзади него Ульяна.

Они молча стояли и смотрели туда, где она была ещё секунду назад. Незнакомка походила на видение из какой-то сказки, из волшебного мира, о котором писали Андерсен и братья Гримм. Никто не мог заставить себя пошевелиться, настолько она всех поразила. После столь странной встречи у всех смешались мысли, и путники будто забыли, что им нужно искать дорогу назад к машине.

Только вот лес после вчерашней бури утром выглядел совсем не таким, каким они запомнили его вчера вечером. Кругом лежали поломанные ветки. Тропинок, по которым можно было бы двигаться, невозможно было разглядеть. Куда идти? В какую сторону? Откуда вообще они сюда пришли? В груди Ульяны разлился холод. Она тронула Марата за руку.

- А нам точно нужно отсюда уходить? - спросила девушка. - Говорят же: если заблудился в лесу - оставайся на месте. Может и нам стоит остаться в этой деревне, развести костёр, как-то о себе заявить, что мы тут. Нас начнут искать в ближайшие дни.

- Нет, пойдём. Я уверен, что мы найдём дорогу назад, - упрямо заявил Марат.

А Ульяна впервые подумала, что, может быть, не стоит ему слепо верить и что он может ошибаться. Но говорить вслух пока ничего не решилась. Тем более что остальные его поддержали. Однако ей показалось, что это не что иное, как просто упрямство и самоуверенность Марата. Он же считает себя очень опытным походником, для него заблудиться - это настоящий удар по репутации. Наверняка он не хочет, чтобы все они в нём усомнились и будет до последнего тащить их неизвестно куда по тайге, чтобы доказать, мол, он знает, что делает.

И всё же ребята пошли за Маратом в выбранном им направлении, всё дальше уходя от деревенского погоста.

Марат не переставал думать о той незнакомке и жалел, что не окликнул её. Растерялся. И это совсем на него не похоже. Выходит, есть здесь близко люди. И значит, дороги есть, по которым можно выйти.

- А почему мы у неё дорогу не спросили? - озвучил вслух мысли друга Глеб.

- Не знаю. Лично я испугалась и решила, что это призрак. Кладбище, туман... Что ещё можно подумать? – ответила Ульяна.

- Действительно, какие могут быть варианты? – усмехнувшись, согласился с ней Глеб.

- И я не подумала как-то, - словно оправдываясь, пояснила Василиса. - А сам ты чего не спросил?

- Да я... Не успел. Она так быстро исчезла.

- Ну да, ну да, - улыбнулась девушка.

- Ладно, что уж теперь спорить. Все стормозили, - покачал головой Марат.

На какое-то время воцарилось молчание и было слышно, как под ногами ребят хлюпает влажная, перемешанная с палой листвой, земля.

Глава 6 Таёжный дом

Все четверо стали вглядываться в чащу, пытаясь разглядеть того, кто там стоял. Но незнакомец, кажется, и не думал прятаться. Он вышел из зарослей и хмуро смотрел в их сторону. Девушки ахнули, потому что хоть это и был человек, но лицо его так густо заросло, что его запросто можно было принять за лешего или другую лесную нечисть.

Это был высокий очень худой и бледный мужчина с седой бородой. Он молчал. Его взгляд выражал недоумение и удивление. А в руке было зажато ружьё.

Ребята смотрели, как он приближается к ним. Они невольно подались друг другу и держались максимально близко. Парни выступили чуть вперёд, прикрывая собой своих спутниц.

- Вы кто такие? – спросил мужчина хрипло.

- А вы? – ответил вопросом на вопрос Марат.

- Живу здесь, - коротко бросил он.

- А мы заблудились, - сказала Ульяна.

И только потом подумала, что, может, не надо было сходу сообщать об этом подозрительному незнакомцу.

- Заблудились? – удивлённо поднял тот свои кустистые, неаккуратно торчавшие брови.

- Вы знаете путь отсюда к дороге? – осведомился Глеб.

- Ну, положим, знаю. Только пешком вы всё равно не дойдёте. Как вы вообще сюда попали?

Ребята хотели было ответить, но в следующий момент оцепенели от ужаса, глядя в одну точку. Шагах в пяти от них остановился громадный волк. Зверь смотрел спокойно, без агрессии. Крупный серый хищник, красивый и гордый, но от этого не менее страшный, заставил всех замереть и не шевелиться. Мужчина, заметив, что с его собеседниками что-то произошло, повернулся и поглядел на волка.

- Это Нара, - будничным тоном сказал он, делая ударение на первой а. – Мы её со щенка выкормили. Мамку браконьеры убили. Братья и сёстры с голоду померли. А она выжила, сиротой осталась. Нара, ко мне.

Волчица послушно подошла и села рядом с хозяином.

- Ничего себе, - выдохнул Марат, отмирая.

Мужчина представился Николаем. Ребята назвали себя.

- Вы тут живёте? – спросила Ульяна, кивая в сторону брошенных домов.

Ни один из них не выглядел жилым.

- Не тут. Но недалеко отсюда.

- Мы сегодня утром другую деревню видели. Там заброшенное кладбище рядом.

- Да, знаю. Я тут всё знаю.

- А вам не страшно рядом с погостом ходить одному? – удивилась Василиса.

Николай заметил, что сам он реалист и во всякую чертовщину не верит.

- Как один старый человек после большевистского раскулачивания, расстрела его родни мне сказал - «не нужно бояться мёртвых, нужно бояться живых», - усмехнулся Николай. – Слышал, вы о царе Иване говорили.

Ребята переглянулись. Значит, он за ними какое-то время шёл, наблюдал, подслушивал… А они даже не замечали.

- Да. Я историк, в университете преподаю. Вот, рассказывал друзьям всё, что знаю, - ответил Марат.

- Его же с младенчества держали в заточении, - повторил Николай то, что ребята уже слышали. - Однажды при очередном переезде его удалось подменить на местного умственно отсталого паренька. А настоящий царь жил здесь, в этих местах.

Марат покосился на остальных. Похоже, этот Николай тоже был любителем истории.

- Откуда вам это известно? – спросил он.

- О, это долгая история. Но, я вижу, вам действительно интересно, - заметил Николай. – К слову, один интересный факт - на месте деревни лет триста назад был староверческий скит. Потом монахи его покинули. Но появилась деревня. По легенде именно при проезде через неё Иван Шестой смог бежать. Обнаружив пропажу, солдаты так испугались гнева императрицы Елизаветы Петровны, что подменили беглеца на местного юродивого. А Иван под другим именем остался жить здесь. Некая молодая женщина поверила в его рассказ, приняла у себя. Сначала скрывала от всех, потом стала выдавать царя за своего мужа, вернувшегося с форта. Тогда как раз шла Семилетняя война с Пруссией. Якобы тот был тяжело ранен, и служить государыне больше не мог, поэтому был отпущен на вольные хлеба[1]. Иван действительно почти не появлялся на людях, его видели редко и мельком. Но односельчане считали, что он прячется, потому что просто дезертир и боится возвращения в армию. А когда он умер, его похоронили где-то здесь в лесу. Женщина эта родила от Ивана сына, и тот был моим предком.

- Ничего себе, - удивлённо произнёс Марат, внимательнее взглянув на своего собеседника, словно оценивая, может ли тот на самом деле быть потомком царя.

С одной стороны, слова этого человека подтверждали одну из версий, слышанных самим Маратом о побеге Ивана Шестого. А с другой… Уж больно складен его рассказ.

- Правда ли это, достоверно никто не знал, - продолжал Николай. - Только эта женщина, что приютила настоящего русского государя. Но она до конца жизни молчала об этом и унесла свою тайну в могилу. Потомки её лишь много позже из случайно найденного в старом доме письма узнали, кем был на самом деле их дед.

Марат подумал, что всё это просто красивая легенда, передававшаяся в семье этого человека от поколения в поколение. Удивительно, что тот, похоже, воспринял её всерьёз. Скорее всего, этот прятавшийся у одинокой женщины «царь» являлся очередным самозванцем, которому удавалось удачно обманывать свою доверчивую «супругу». А что, удобно устроился – усмехнулся про себя Марат. На людях показываться нельзя, а значит, и работать нельзя. Можно всю жизнь сидеть на шее у бедной сожительницы.

Туман как-то незаметно рассеялся, но тайга тревожно зашумела вокруг.

- Пойдёмте ко мне. Сами вы всё равно из леса не выйдете. Ещё и дождь опять начинается, - предложил им новый знакомый.

Воздух на самом деле наполнился сыростью, и затяжная морось била по щекам.

Николай с Нарой вывели ребят на какую-то лесную тропу. По ней все шли примерно минут тридцать. Шли и рассуждали о том, возможно ли было в те времена осуществить побег Ивана Шестого. Точнее, обсуждали это только Николай и Марат. Остальные молча слушали. Пока неожиданно не случилось одно неприятное происшествие. Ульяна оступилась и подвернула ногу. Девушка вскрикнула, споткнувшись и упав на мокрую траву. Все остановились. Марат бросился к ней, чтобы помочь подняться. Но встала она с трудом, потому что опираться на ногу было очень больно. Оказалось, что в том месте из земли торчит корень дерева, а она его не заметила, наступила неудачно, нога соскользнула по мокрой от дождя коре.

Глава 7 Лесные отшельники

- Здравствуйте, - сказала Агата.

А Марату показалось, что обращалась она не ко всем, а только к нему. Может потому, что на него смотрела. Ульяна тоже заметила это. Поглядела сначала на хозяйку, потом на Марата. А ведь на самом деле он очень хорош собой! Высокий, крепкий, жилистый, смуглый. Глаза большие, карие, светятся лукаво, щёки разрумянились от того, что девушку на руках нёс.

Такой тип внешности порой называют волчьим - удлинённое квадратное лицо, высокие скулы и острый нос. Тёмная чёлка упала на глаза, и он её непринуждённо сдул. Ульяна снова повернулась к Агате, а потом опять быстро посмотрела на Марата и обнаружила, что его пухлые губы растянулись в широкой мальчишеской улыбке, открыв блестящие ровные зубы. Обаяния ему было не занимать.

- Проходите в дом. Угощу вас травяным чаем, - добавила молодая отшельница.

- Надеюсь, не из кладбищенской травы, - шепнула Ульяна Марату, крепко обнимая его за шею и этим возвращая к реальности.

Ребята вошли в дом вслед за хозяйкой. Запах старого дерева, трав и чего-то неуловимо знакомого ударил в нос. В этот момент они интуитивно почувствовали, что пути назад уже нет. В жизни каждого из них началась какая-то своя, новая история...

Дом Николая стоял обособленно, сам по себе, среди тайги. Он был бревенчатый, довольно просторный и крепкий. Во дворе имелось много всего - исправный колодец, сараи, баня, вырубленная из брёвен беседка. Ребятам бросился в глаза домик на сваях, похожий на избушку на курьих ножках. Хозяин пояснил, что это лабаз, в котором хранятся все сыпучие продукты. Такое его устройство нужно для того, чтобы внутрь не могли попасть грызуны.

Перед домом и вокруг беседки лежали настилы из досок. Из них же были выполнены дорожки между всеми постройками, обеспечивающие комфортность передвижения во время дождей. Промокшая земля под ногами моментально превращалась в месиво, и без таких дорожек во дворе было бы просто не пройти. Под навесом стоял старый УАЗик. Но всем сразу бросилось в глаза то, что на машине нет номеров.

- А это нормально? - удивился Глеб. - В тайге номера не нужны?

- Они нас смогут отсюда вывезти к людям! - обрадовалась Ульяна.

Но, как оказалось, нет. Николай объяснил, что из-за дождей размыло дорогу, и сейчас по ней передвигаться на машине невозможно. Разве что на вездеходе, но такового не имеется. А машина вот уже месяц стоит поломанная.

Пока Агата осматривала ногу Ули, парни вызвались взглянуть, в чём дело с машиной. Но дождь помешал тщательно изучить автомобиль. Да и Николай заверил, что с поломкой только мастер справится.

Вернувшись в дом, Марат опустился на скамью и во время разговора то и дело поглядывал на Агату. Та готовила всем чай у русской печи, нарезала крупными кусками самопечный хлеб и раскладывала на блюда пирожки. Завели речь о серьёзной поломке машины, но, похоже, Агату состояние авто совершенно не интересовало. Она была равнодушна, словно её это не касалось. Что же они будут делать зимой, когда отсюда будет совсем никак не выехать?

Нога Ульяны тоже не порадовала. Травма оказалась серьёзнее, чем все надеялись. Не просто растяжение, а, возможно, даже разрыв связок. Наступить на неё Уля не могла. Агата растёрла повреждённую лодыжку девушки какой-то мазью и забинтовала эластичным бинтом. Девушка сидела за столом на стуле со спинкой. Благо в доме было тепло и её забинтованная нога, обещавшая распухнуть к ночи, не мёрзла в одном лишь носке, без обуви. Только как им теперь отсюда выбираться? Пешком точно не дойдут никуда. Нужно ждать, пока Ульяна поправится.

Как же так вышло, что они все вот так разом застряли в этом домике посреди леса? Хозяева рассказали, что вокруг на много километров нет ничего и никого. Никакого другого жилья. В сарае были сложены припасы: дрова, консервы, крупы в жестяных банках, матрасы, одеяла, одежда типа фуфаек. В лабазе в мешках хранилась мука, ещё разные крупы, бобовые, вяленое мясо и сушёная рыба. В доме было четыре комнаты и скошенные потолки. В самой большой располагалась печь, два окна и стол, диван, за шторкой – кровать. На стене висели часы. В шкафу стояла посуда, на полках стене - кухонная утварь. В других комнатах, совсем маленьких, тоже имелись, шкафы, кровати и диваны. Николай пояснил, что это не какое-то странное и загадочное место, а вполне обычное дело в тайге. Такие домики можно встретить прямо посреди леса. Охотники называют их зимовьями, и в них можно согреться, переждать непогоду. Есть совсем маленькие, а есть большие, как этот. Даже в самых труднодоступных местах такие можно встретить для туристов и охотников. Этот домик Агата и Николай заняли самовольно, подремонтировали, две комнаты разделили на четыре. Так и живут.

- А раньше бывало, чтобы к вам кто-то приходил? – спросил Глеб.

- Нет, за десять лет вы первые, - ответила Агата. – В лесу, конечно, встречали людей. В основном охотников, геологов. Сюда же редко забредает кто-нибудь. Тут рядом болота. Если не знать, можно с головой увязнуть.

Марат про себя с удивлением подумал, во сколько же она стала его женой? Десять лет назад она должна была быть ещё почти ребёнком. Если, конечно, он правильно определил её возраст.

- Почему вы нас пригласили в дом? Это же опасно. Мало ли кто по тайге шастает.

- В тайге свои правила, - проговорил Николай. - Здесь обязательно нужно помочь тому, кто нуждается в помощи. По таёжным законам всё, что ты делаешь другому, воздастся тебе сторицей. В мире, где верховодит природа, только человечность делает нас сильнее стихии.

- А какие ещё правила тут есть? – спросила Василиса.

- Не бросать ничего лишнего в очаг – это сакральное место, - принялся перечислять хозяин. - Не оставлять объедки и мусор. Всё нужно закапывать подальше от дома, чтобы не привлекать животных. Всегда тушить за собой костры и не бросать нигде спички. Если видишь где-то дым – сразу бежать тушить. Собак кормить в первую очередь, а потом уже есть самим. Правил на самом деле много. Но главные - не бери лишнего, а только то, что тебе точно нужно, уважай природу и её жителей.

Глава 8 Первые искры большого огня

- Близко сейчас зверь подходит? Волки, рыси, медведь? – спросил Марат, чтобы скрыть смущение от того, что она заметила его слишком долгий взгляд.

- Ходят лисы, зайцы даже днём, ночью рысь, близко к дому видела

лося, медведя, - ответила Агата. - И только волка, кроме нашей Нары, никогда не видела. Хотя зимой по следам видно, что ходят.

- Кабан-секач ещё опаснее волка и медведя, - сказал Марат. - Вспорет магистральные артерии, и был таков.

- Нет, кабаны нападают в редких случаях. Когда их загнали в угол, например. А так они пугливые, - заметила Агата. - Неделю назад двоих лесников медведица «покидала». Их счастье, что бросила и убежала.

- Как скучно я живу, - поражённо пробормотал Глеб, взявший вторые два ведра с водой.

- А вы говорите «не страшно». Вон как далеко от дома сами ходите травы собирать, - нахмурился Марат, злясь на её беспечность. – Сколько опасностей вокруг!

Агата лишь плечами повела.

- А продукты не портит зверьё? – спросил он.

- В лабаз никто не может проникнуть. Там брёвна обмотаны скользкой плёнкой. И даже если залезут – продукты лежат в ящиках, обитых железом. Туда-то уж точно не залезть.

- В тайге лабазы с продуктами, в лесу зверь, птица, в реке рыба. А в городе тараканы и соседи сволочи с музыкой по ночам. Уходить надо в тайгу, - пошутил Марат.

- Теперь мы поняли, откуда в сказке избушка на курьих ножках, - рассматривая лабаз, проговорил Глеб.

- Да, так и есть, - кивнула Агата. - Раньше срубы ставили на сосновые пни, заменявшие фундамент. И когда корни оголялись, они были похожи на куриные ноги. А зимой делали ещё завалинку, например, из снега и под домом зимой могли жить куры. Лабазы в тайге всегда были. И ещё ледник. Зимой туда опускаем лёд, засыпаем опилками. И летняя жара не страшна. Там хорошо мясо хранится. А в погребе квашеная капуста, мочёные яблоки, огурцы, помидоры. Картошка в ящиках. У нас обычный ужин – это горячая картошка, капуста, брусника, грибы. Так и живём.

Засмотревшись на свою спутницу, Марат вдруг изо всех сил ударился головой о косяк двери. В глазах потемнело. И лоб жутко разболелся, словно его раскололи на несколько частей. Глеб и Василиса довели Марата до скамьи, помогли сесть. Всё причитали, мол, как он так, почему такой невнимательный. Агата достала из шкафчика коробок с лекарствами и протянула ему парацетамол. Значит, хоть какая-то цивилизация тут всё-таки имеется, а то уж он, было, подумал, что они и лечатся травами.

Парням выдали бритвы и полотенца.

- Это мыло и шампунь я делаю сама, - сказала Агата, протягивая девочкам флакон и брусочек ароматного розового мыла. – Всё натуральное. Волосы от него становятся шикарные.

А когда ребята попарились и чистые вернулись в дом, то увидели, что на столе их ждёт наваристый густой грибной суп и ароматный домашний хлеб.

- Надеюсь, нас не накормят и не напоят отравой. А то мало ли, что в голову придёт людям, выбравшим вот такую странную жизнь, - прошептала Ульяна Василисе.

Но всё так аппетитно пахло, а они столько времени не ели вкусной домашней еды, что никто не смог удержаться. И вскоре все дружно жевали предложенное угощение. Невероятно вкусный аромат источали сушёная рыба, квашеная капуста и вареная картошка, поданные после супа.

Агата принесла с чердака какие-то вещи для парней. И в своём шкафу порылась, нашла, что предложить девочкам. Футболок, шерстяных носков, тёплых штанов и свитеров хватило на всех.

- Мы дом топим, но к утру печка может потухнуть, и станет холодно, - предупредила хозяйка.

Досыта наевшиеся и согревшиеся, ребята, наконец, расслабились впервые за эти несколько дней. Не верилось, что ещё вчера они, считай, прощались с жизнью, гадая, найдут ли их в лесу, или они погибнут от холода, голода и зубов диких зверей. А сейчас было ощущение, что жизнь наладилась и впереди ждёт только хорошее.

Жившие в доме кошки-мышеловки – серая и чёрная, - уселись рядом с гостями и умиротворённо жмурились. Ульяна погладила обеих, и те отозвались мурчанием. Спросила, как их зовут. Николай ответил – Мурка и Машка.

Марат увидел на стене гитару.

- О, можно сыграть? – спросил он.

Агата подала ему инструмент и их пальцы слегка соприкоснулись, когда он брался за гриф. Она быстро убрала руку и заметно смутилась. Марат же улыбнулся, следя взглядом за тем, как она спешно стала убирать посуду, будто не знает, куда себя деть. А потом опустил глаза на струны и заиграл, проверяя гитару на звучание. Убедившись, что инструмент исправен, стал перебирать пальцами уже гораздо увереннее. И вскоре зазвучал его негромкий приятный голос: «Просто нечего нам больше терять,

Всё нам вспомнится на страшном суде…»

Агата отвлеклась от посуды и домашних хлопот, обернулась на исполнителя. И обнаружила, что он поёт и смотрит на неё. Комната освещалась старой керосинкой, что придавало обстановке особую атмосферу. По углам ложились тени, и на лица присутствующих тоже.

«Мы затопим в доме печь, в доме печь, мы гитару позовём со стены, просто нечего нам больше беречь, ведь за нами все мосты сожжены», - тихий, будоражащий мужской голос касался самого сердца, исполняя песню о любви, о дружбе, о жизни. О двух влюблённых, которые решились оставить позади всё: прошлое, семьи, хорошее и плохое. И выбрали быть счастливыми здесь и сейчас, не оглядываясь ни на кого, не вспоминая ни о чём, и будь что будет... Песню о том, что не надо говорить лишних слов. Можно просто помолчать...

«Слышишь, падают дожди октября,

Видишь, старый дом стоит средь лесов[1]»…

- Про дом красиво, - сказала Ульяна. – Как будто про этот.

- Я потому эту песню и вспомнил, - заметил Марат.

- Не знала, что ты умеешь играть и поёшь, - заметила Василиса.- Вроде просто поёшь, а перед глазами картинка, деревья, дом.

- Ммм, я отчасти поэтому в него и влюбилась, - Ульяна обняла Марата, сидевшего рядом и всё ещё державшего в руках гитару. - Гитара - это что-то завораживающее, парень её берет и всё... И ты пропадаешь… Не важно уже, какая у него внешность, цвет глаз, волос, кожи. Вообще ничего не важно.