Семеро избранных: Тайна зимнего леса

Пролог

— Великий шаман, вы звали?

Старик поднял глаза от чашки и посмотрел в сторону помощника на удивление ясным взглядом. Кажется, с их последней встречи морщин у сидящего за столом человека стало ещё больше, а прошла всего лишь неделя, руки тоже плохо слушались, напиток несколько раз выливался на стол, по капельке, но и их помощник заметил, что не укрылось от старика.

— Не переживай, Агвид, моё время заканчивается, я и так достаточно служил. Но, перед тем как уйти, надо передать силу. В этот раз в мир пришла Пара Великих.

— Пара? — удивился помощник. — Такого уже давно не было. Очень давно.

— Да, духи смилостивились и решили дать нам, людям, ещё один шанс.

— Они пойдут Тропой? — Агвид сразу понял к чему клонит Великий шаман, но уточнение всё же требовалось.

— Да, надо приготовиться. Время до следующей луны, чтобы все собрались и луна на подготовку к Тропе. После Поворота солнца я уйду.

Мужчина поклонился и вышел, он не хотел, чтобы Великий шаман увидел слезу, которая побежала по щеке. Двадцать с небольшим лет назад, десятилетнего мальчишку Тропа духов привела в этот дом. Уже тогда старик, посмотрел на него и оставил, сказал, что вырастет отличный помощник, так и произошло. Для Агвида это была не только работа: в лице шамана он нашёл и брата, и отца, которых потерял в особенно суровую зиму. Сейчас осознавать, что меньше чем через полтора месяца и этой семьи не станет, было больно.

— Да, в бубен, — эмоционально прошептал мужчина. Он так всегда говорил, когда сильно волновался и до этого дня уже лет пять не вспоминал выражение.

Чтобы не погрязнуть в плохих и тяжёлых мыслях, помощник пошёл на кухню, зная, что там его поддержат. Агвид понимал, насколько важно передать силу: север не сможет жить без Великого шамана, сдерживающего духов, стражей и направляющего защитников. Слишком большая сила, слишком непростая магия, с которой могут совладать единицы. И если её оставить без присмотра, постепенно севером станет весь мир, а не отдельно взятая территория. Здесь есть простые шаманы, отвечающие каждый за свою часть, их всего одиннадцать, но и они, объединившись не справятся с мощью, которую держит старик. И то, что в мир пришла пара, радует особенно! Когда-то давно Великими шаманами всегда была семейная пара, всегда любящие друг друга и своих будущих детей. Всё изменилось, когда двое отказалась от своего предназначения, сказав, что не готовы всю жизнь прожить в снегах. Духи рассердились на них, а наказали всех следующих Великих шаманов, потому что перестали призывать двоих. А один, неважно, мужчина или женщина, не мог создать семью, так всю жизнь только с духами и общался. Простые шаманы тоже перестали быть сильными, их воли хватало максимум на десять лет, а затем надо было подыскивать нового. За это количество времени они настолько сливались со стихиями, что становились стражами – снежными животными, охраняющими покой всего севера. Если придёт пара, то всё должно наладиться, но Агвид, хоть и не умел общаться с духами, понимал, что просто так они ничего не делают. Двоим избранным ещё придётся доказать, что достойны.

Глава 1.1

Они шли с разных сторон, семь путников, семь дорог, семь судеб, над каждым парили духи стужи, чтобы убедиться в силе воли. Пятеро уже отсеялись в самом начале пути, когда не смогли выдержать погоду, а ведь она не такая страшная, просто снегопад. Крупные хлопья снега падали так густо, что не было видно куда ставить ногу, те, кто захотели вернуться сделали это тогда, когда дорогу ещё можно было угадать, да и следы не замело полностью. А семеро шли так уверенно, как будто знали куда.

— Семь – хорошая цифра, — улыбнулся старик, который с помощью мелких духов-озорников следил за тем, что происходит снаружи, повернулся к собеседнице и попросил: — Не нагружай их слишком сильно, я чувствую, что в этот раз точно смогу передать силу.

— Я рада это слышать, но обещать ничего не могу, всё будет зависеть от того, какой тотем выберут участники.

— Тотем, точно, — хрипло рассмеялся шаман, — я уже и забыл. Да, будет весело.

*

— Да что же я так повелась? Если выберусь из белого плена хоть куда-то, значит Видар – бабник! — девушка тихонечко ворчала, глядя себе под ноги, чёрные пряди волос выбились из-под шапки, но поправить их – значит достать руки из тёплых варежек, лучше пусть в глаза лезут.

Она любила делать небольшие, шутливые предсказания ни о чём, так легче переносились невзгоды, даже экзамены сдавались лучше. А Видар – бабник, факт, который знает вся академия, из этого легко сделать вывод – конец дороги точно будет. И данная мысль очень радовала, потому что девушка боялась. Боялась настолько сильно, что стала разговаривать вслух, так казалось будто не одна идёт по снежной пустыне. Вокруг всё было белое, вообще всё: и земля, и небо, и воздух! Куда ни посмотри, везде только снег и это пугало даже больше, чем, например, возможность встретиться с диким зверем. Делать боевые пульсары в академии научили, и жить в походных условиях научили, а выживать в снегу – нет. Она вообще не подозревала, что зимы могут быть вот такими. Там, откуда родом, минус десять считалось суровой температурой и даже разрешалось не ходить на занятия, только малышне правда, но разрешалось же.

Когда преподы рассказывали, что на севере снег лежит девять месяцев в году, все думали, что это такая шутка и смеялись. И про то, что темнеть может начать сразу, как рассвело, а рассветает иногда только к часу дня, это вообще считалось сказкой. Были дотошные, которые пытались выяснить почему их не зовут на практику в столь страшный край. Те же преподы отмахивались, при этом выражение лица у каждого было такое, как будто зуб заболел и что-то невнятно вещали про другие опасности, и другую магию.

— Какую другую? — снова вслух спросила девушка, — Есть стихийная магия, магия жизни и магия смерти, тут даже логически ничего другого быть не может.

Она поправила шапку и порадовалась, что утеплилась максимально возможно. Точнее, ей сейчас было очень холодно, но даже представить страшно, как бы закоченела, если бы оделась привычно для дома. Ту же шапку отдала подруга, когда узнала, в какую авантюру решила вписаться брюнетка, и шарф, и варежки, и заставила надеть две запасные кофты. Ещё и бурчала так смешно:

— Мия, это вы неженки, только и умеете сумочку к туфелькам подбирать! А я жила на севере, с самого края, но всё же и точно знаю, что преподы не шутили про погоду, да и про многое другое тоже.

Брюнетка не просто замёрзла, ног она уже не чувствовала, переставляла их на автомате, как будто интуитивно понимала, в какую сторону надо идти. А сама думала, оказывается, очень полезно остаться вот так с собой наедине, после всех жалоб и обид на жизнь, в голову начинают приходить интересные мысли:

— А ведь получается они всё спланировали? — от этой фразы, произнесённой вслух, брюнетка аж остановилась, ненадолго, почти сразу пошла, но очень удивилась, как всё красиво сложилось.

Отчисление на последнем курсе – это удар не только по студенту, но и по репутации академии. Тем более если студент один из лучших, повод надуманный, а все данные уже ушли в общую базу. Информационная база, объединяющая несколько учебных заведений – одно из лучших изобретений последних лет. Она не только помогает при устройстве на работу, но и в таких спорных моментах. Мия покачала головой, пытаясь понять, почему не обратилась в базу, чтобы оспорить решение, это же должна быть её первая и единственная мысль на тот момент, когда ректор предъявил обвинение в избиении сына. Избиение! Это была лишь пощёчина, даже синяка не осталось, лёгкое покраснение и то быстро сошло. Магией она не пользовалась, только руками. Ведь всем в столовой было понятно, что это провокация, есть запись на кристаллах, да и свидетелей тьма, хоть кто-нибудь не испугался бы пойти против ректора, тем более его сыночек у многих сидел в печёнках. Тогда почему, когда услышала: «Либо отчисление, либо за сына замуж», сказанное суровым голосом, девушка даже не задумалась?

Ответила, что лучше без диплома, чем с напыщенным индюком и умчалась в свою комнату собирать вещи. Причём не просто собирать, а целенаправленно на север. На какой север??? Мия о нём знала только то, что рассказывали в академии. А теперь, когда волна гнева и обиды схлынула, вспомнила, что этот самый сынок постоянно тёрся рядом и говорил о том, что на севере магов не хватает. Настолько эта мысль засела в голове, что у арки перехода, не раздумывая, попросила ввести координаты самой северной точки. Интересно то, что у парня портальщика эти координаты были готовы, он их сразу ввёл с бумажки и никаких других бумажек с цифрами не было. Уже здесь, когда очутилась сначала в деревушке, а затем в избе старосты, узнала, что Великий шаман ищет себе замену, и раз пришла, значит ей и идти этой дорогой. С напутственным словом выставили Мию из дома и махнули в примерном направлении.

— Это что же получается, ректор знал о каком-то там шамане и решил меня посадить на его место? Зачем? — брюнетка и так, и так покрутила мысль в голове, но ничего толкового не смогла придумать. — Были бы родители рядом, они бы быстро во всём разобрались.

Глава 1.2

Видар надеялся, застав сокурсницу врасплох и хорошенько обработав тут же у порога, прямо сразу стать для девушки единственным мужчиной, на которого та будет обращать внимание. Он со злостью проводил взглядом брюнетку, которая даже не посмотрела в его сторону и повернулся к помощнику.

— Вам же нужна сильная пара магов, зачем вы настраиваете Мию против меня! Знаете, через что пришлось пройти, чтобы мы вместе оказались здесь? — махнув рукой, показывая, что ничего Агвид не понимает и вряд ли поймёт, зашёл в дом.

— Знаю, — тихо хмыкнул мужчина, — духи показали.

О, как он испугался, когда в голове стали мелькать картинки. Только с подошедшим участником, помощник шамана понял, что духи решили начать с ним общаться, впервые за двадцать с небольшим лет. И теперь Агвид точно знал, что ничего «такого» брюнет не пережил. Договорился с отцом, точнее отец и был организатором всего, подставили девушку, выбрав при этом самую сильную и ту, за которую никто не заступится. На север перешёл порталом, а до избы его довёл местный пастух, с которым тоже договорился папа парня. Сам Видар не сделал ничего! И тем не менее, если бы он не подошёл духам, то даже с помощью проводника не смог бы найти эту поляну. Духи, в отличие от людей, видят больше. Нет, не так, они видят иначе.

Первый участник зашёл в свою комнату, хотел хлопнуть дверью, но понял что странный мужик остался во дворе, тогда и характер некому показывать. Как папа узнал про то, что шаман ищет себе замену непонятно, но сразу решили – надо сюда ехать. Ведь, стать Великим шаманом значит практически держать в руках весь север! Весь! Неважно, что он принадлежит разным странам, везде, где царят морозы и снега, есть духи. В песках тоже есть, но слабые ими не надо руководить, их даже никто не пытается приручить, чтобы выполняли мелкие поручения. А вот северные – это мощь! Все правители, чьи страны попали под суровую зиму при принятии важных решений сначала советуются с Великим шаманом и духами. И никогда не конфликтуют между собой, один раз несколько столетий назад попытались поделить территорию. Тогда север стал больше процентов на десять, но и этого хватило, чтобы понять, что не стоит злить духов.

Когда сын станет Великим шаманом, отец сможет претендовать на объединение магических учебных заведений и стать их единственным владельцем. И получается: магия духов – у сына, а стихийная – у отца. Даже не надо становиться правителями, с ними и так будут считаться.

Обидно, конечно, что пришлось оставить обеих девушек, с которыми Видар встречался. Но папаша в ультимативной форме выдал, что ему подходит только самая сильная, и, что идёт приятным бонусом – сирота. Такую сломать и подмять под себя будет плёвым делом. В общем, отец был прав, буквально пара брошенных фраз, надуманный скандал и девица помчалась на север. Нет, потом, конечно, Мию восстановят и даже выдадут диплом, зачем брюнету необразованная жена. Но сейчас она настолько потеряна, что взять под крыло будет легче лёгкого, если Агвид не станет под ногами путаться. Парень достал из сумки зеркало, которым пользовался в дороге чтобы приводить себя в порядок. Отражение показывало, что его зелёные глаза зеленее, чем у помощника шамана, волосы аккуратно уложены, несмотря на ветер, снег и капюшон, а на верхней губе справа, где у мужлана шрам, у Видара родинка, она очень даже привлекает девушек.

Устроившись на стуле у стола, брюнет решил вспомнить как сюда добрался, вдруг упустил какие-то важные детали. Путешествие к этому домику было до безобразия лёгким, в начале пути рассмешил проводник – старик зашёл в лес, поклонился то ли дубу, то ли сосне, поблагодарил духов и попросил тех провести по нужной тропе. Потом объяснил, что местные очень уважают духов и всегда их благодарят. Странные люди! Кого они благодарят, деревья? После этого Видар начал подозревать, что нет никакой магии шамана, а есть просто отличное внушение и сплетни, которые с каждым новым витком обрастают всё новыми деталями. А значит что? Значит, победит действительно самый сильный маг, это он! А там ещё стоит подумать, насколько полезна тощая Мия. Парень выглянул в окно, с сожалением отметил, что женский дом с другой стороны, зато увидел Агвида, смотрящего в лес, тоже странный мужик, от которого надо будет сразу избавиться.

Помощник улыбался, он знал – Пара Великих, действительно пара, но одобренная духами. Уже давно в селеньях севера не играют свадьбы по обрядам, молодые, наверное, и не знают, старые – забыли. Хочется верить, что именно так, а не из-за страха. Радует, что чтут верность и не разводятся, как там, где нет снега, или разбегаются по действительно серьёзной причине, «он цветы не подарил» не является аргументом. Но и через обряд духов не спешат проходить. Духи видят иначе и действительно знают, подходит муж жене или им лучше порознь. И самое интересное, что раньше этот обряд мало кого разводил в стороны, люди были чуть ближе к природе и к себе. Не то, что сейчас. Вон, идёт пара участников, примерно через час будут здесь. Муж и жена, между прочим.

— Фроди, я устала, больше не могу идти, — девушка, капризно надула губки и топнула ногой. — Почему ты меня не отговорил? Проще ведь было построить новую мастерскую, чем тащиться в такую даль неведомо зачем.

— Хорошо, Уна, давай вернёмся, — парень тоже устал и впервые за четыре года брака подумал, а точно ли он любит свою жену.

Влюбился, когда ей было шестнадцать, тогда у девушки уже появились очень аппетитные формы, но в сердце запали глаза жёлто-зелёного цвета. Мама со временем стала говорить, что они болотные, но Фроди видел своё. И ещё в толстую светло-русую косу до талии, почти сразу после свадьбы, жена обрезала эту красоту до плеч, сказала, что устала, так и не вырастила больше. И в голос, какие она песни пела на завалинке, все заслушивались. Два года ухаживал, а сразу после восемнадцатого дня рождения сыграли свадьбу. Он был счастлив, что такая девушка рядом с ним! Уна казалась хрупкой, нежной, хотелось оберегать и ухаживать. Мама сначала тоже радовалась, но со временем стала намекать, что выбор сына не самый лучший. Считала, что невестка не хрупкая, а тощая, подумаешь, наела грудь и попу, всё равно не сможет родить ребёнка. Четыре года прошло, а детей не появилось, что очень радовало свекровушку. На севере есть закон, если пара в течение пяти лет не продолжила себя в потомстве, то они перестают считаться мужем и женой, значит, духи не благословили этот союз. Фроди перестал ходить к маме в гости и сделал всё, чтобы две любимые женщины даже не пересекались. Но сейчас, шагая по снегу и слушая бесконечные жалобы задумался, а может всё-таки стоит обращать внимание на советы старших?

Глава 1.3

Уна уверенно двигалась вперёд, она действительно не заметила что ляпнула. Возможно, кто-то сначала заставил её сказать, что было на уме, а потом заставил забыть. Девушка больше переживала о другом: за ней уже полгода ухаживал сосед, которому девушка намекнула о своей скорой свободе. На такого красавчика сложно было не обратить внимание, особенно если сравнить с мужем. Там и рост удался, и стать, а улыбался так, что все от девочек до бабушек в обморок падали. Но внимание обратил на Уну, ох, как сердце томилось от его горячего взгляда, хотелось всё бросить и сразу переехать, одно останавливало – клеймо на ладони, которое могло появиться в случае измены. Сосед же и предложил заставить муженька построить мастерскую, там он в будущем собирался заниматься шкурами. И сейчас красотка не знала, что делать. Мама, когда пришла в себя сказала, что Фроди благословлён духами и его дети родятся сильными магами. Родить же мужу ребёнка, значит, закрепить брак без возможности разойтись. И соседушка перед выходом шепнул, что за оставшиеся полгода можно успеть отстроить новую мастерскую и тогда деньги потекут к ним рекой. Ещё мама что-то про бабулю говорила, что та явилась к ней и передала послание для обеих своих девочек: «Начинать новую жизнь стоит после того, как изменился сам, без этого у вас будет старая жизнь просто с новыми людьми», чтобы это значило? Нет смысла искать другого мужчину, надо остаться с тем, кто есть?

— С одной стороны, всегда уважают тех, у кого есть деньги, значит в посёлке я буду почти наравне со старостой, — девушка даже не замечала, что сегодня многое говорила вслух. — С другой, женщина, которая родила магов, ещё и сильных, может и сама стать старостой. Ладно не сама, муж станет, но он такой бесхребетный, что по факту у власти буду я, а там и деньги, и уважение. Точно, Фроди не такой плохой, почему я вообще решила от него уйти?

Девушка вспомнила, как тот несмело ухаживал и первый букетик примул. Он тогда стоял чуть ли не месяц, а ведь луговые цветы почти не живут срезанными. Дома всегда были ягоды, грибы, муж не заставлял бегать её по лесам и болотам, знал, что не любит. И собирал сам, и заготавливал. А когда пожаловалась, что мёрзнет, уже на следующий день подарил новую шубу. Всегда же заботился, переживал, мог поесть приготовить, если Уне было лень. Мастерская опять же. И чего не хватало? Она шла и пыталась вспомнить, когда перестала радоваться вниманию мужа и получалось после слов соседа:

— Такая женщина не должна жить в клетке, такой женщине нужна свобода и возможность развиваться.

— Остался год, и я буду дышать полной грудью, — радостно согласилась Уна.

Это была уже третья их встреча наедине, нет, до близости не доходило, духи такое сразу видят и на том, кто изменил, ставят клеймо на ладони. С одной стороны, вроде и год ждать не надо, а с другой, метка на всю жизнь. Но сосед так проникновенно смотрел и говорил такие нескромные вещи, что становилось жарко. И было до безобразия приятно идти по улице с мужем под ручку и видеть, как загораются ревностью глаза любимого.

— А точно ли любимый? — опять вслух пробормотала девушка. — Он ведь за эти полгода для меня ничего не сделал. Только говорил пошлости и даже имел наглость требовать. Мастерскую я ведь у мужа не для себя просила, для него. И что же, уйду от Фроди, кто обо мне заботиться будет? Нет-нет, решено, вернусь обратно, соседу скажу, что люблю мужа и перестану пить сбор, который не даёт забеременеть. У нас дети будут сильными магами, а я их чуть не променяла на того, кто сам себе не может сарай построить!

С этими мыслями девушка вышла на поляну и растерялась, она совсем забыла, что шла к Великому шаману и теперь не понимала, что ей делать, вроде уже всё решила, можно и домой.

— Добрый день, меня зовут Агвид, проходите в женский дом, располагайтесь.

Мужчина показал рукой, куда именно надо идти, Уна кивнула и уверенно двинулась в нужную сторону.

— Да, — покачал головой помощник, — а эта про мужа даже не вспомнила, тяжело ей будет. Что-то трое последних заплутали, никак в себе разобраться не могут. Или не в себе?

По лесу уверенно шёл парень лет двадцати пяти, духи для него расстарались и мороз покрепче пустили, и снег валил так, что на предыдущую пару не хватило, а он всё равно шёл. И только один маленький озорник огонёчек сидел у путника на плече и пытался хоть немного отогреть. Не тело, нет, душу, уж больно она была ледяная, настолько, что даже стужу, которая внешняя, парень не замечал. А ведь ни рукавицы не надел, ни шапку, они в рюкзаке за плечами лежали.

— Это даже не измена, — рвано выдохнул путник, не останавливаясь, — это – предательство.

Со всей силы стукнул кулаком по стволу дерева, резко затормозил и погладил кору:

— Прости, ты-то здесь точно не причём. И ведь понимаешь, — парень наконец нашёл того, кто выслушает и не посмеётся и неважно, что это безмолвная сосна, главное, проговорить то, что рвётся наружу, — все привыкли что я, вот как ты, стою и не ломаюсь, не важно какие проблемы, со всем справлюсь. Если бы. И ведь не так обидно было бы если бы пришла и поговорила, а она… — махнул рукой и по привычке промолчал, даже в ситуации, когда никто не ответит, он не жаловался. Сын старосты не имеет права быть слабым. — Я ведь не знаю, куда иду.

Путник прижался к стволу дерева, постоял так, с удивлением отмечая, что у него отогреваются руки и только сейчас понял, что абсолютно не утеплился.

— Благодарю тебя, дух дерева, — пробормотал парень и достал рукавицы с шапкой.

Ещё раз погладил кору и пошёл дальше, варясь в собственных воспоминаниях. А с утра всё было отлично.

За Марушей ухаживал год. Она каждый раз так счастливо улыбалась, когда Берси приходил, рассказывала о планах, о том, как день прошёл, всегда интересовалась, чем он занимался. Ласково называла его Медвежонком, говоря, что такие коричневые волосы и тёмные глаза явно от этого зверя. Предложение приняла сразу, не раздумывая, и на свадьбу договорились после Поворота солнца. Его родители были довольны, а папе – старосте трёх деревень вообще сложно было угодить. Он на девушек, которые крутились рядом с сыном, смотрел, как на товар, думая, что каждая хочет поближе к власти, а не к семье. В чём-то был прав, конечно.

Глава 1.4

Помощник увидел, что на лице нового участника появилась какая-то озорная усмешка и расслабился, значит точно не сбежит сегодня вечером, а ведь мог – слишком ответственный и очень привязан к своей семье. Редкие качества и, возможно, именно они пойдут не на пользу, не дадут раскрыться.

— Что ж, — обойдя дом, и посмотрев на лес с той стороны, улыбнулся Агвид, — осталась последняя пара, интересные ребята, посмотрим, что из этого выйдет.

Девушка плакала, духи хотели послать испытания, посмотреть пройдёт или нет, и не стали. Она плакала не навзрыд, не показательно, как в театре, просто слёзы текли по щекам, и можно было услышать тихое, рваное дыхание, когда даже вдох нормально сделать не получается. Только иногда она поглаживала сумку, которая была перекинута через плечо и тихо шептала:

— Я успела, бабуля, успела.

Девушку пытался догнать парень, но духи увидели, что ей сейчас нужны уединение и покой, поэтому снег валил в пяти шагах за спиной, заметая следы и сбивая с пути.

— Я справлюсь, бабуля, обещаю, только вот посижу немного и пойду дальше. Мне кажется, ты рядом и слышишь всё, что говорю. — Духи приподняли немного снега и рассыпали перед лицом девушки, которая светло от души улыбнулась, увидев «знак». Два озорника огонёчка, залезли к ней на плечи и согревали, а то ишь, удумала прямо на снегу сидеть. — Спасибо, бабуля. Я успела забрать и книгу, и твой любимый камень, потому что они были заранее спрятаны.

Неделю назад в доме травницы началась суета, сначала пришёл один больной, который оказался вполне здоровым, но как-то недобро смотрел по сторонам, а особенно на молодую внучку старухи. Затем были ещё двое. А на следующий день бабуля сказала, что пришёл её час, чем очень напугала Ярушку.

— Не бойся, ты же знаешь, что мы – травницы чувствуем чуть больше, чем остальные. И мой час – это значит, что уйду в своё время, предназначенное судьбой. Но послушай совет старухи, забирай книгу, камень и сразу убегай, прямо сегодня, тебе не дадут здесь спокойно жить. Ладно бы кто-то из наших, из деревенских сватался, а так чужие люди стали приходить, нехорошие.

Внучка сбегала в лес, спрятала сумку с самым дорогим в дупле дерева и вернулась к бабушке. Она хоть и не травница по дару, только по знаниям, но всё равно понимала – надо проводить душу в последний путь, чтобы её по дороге не перехватили. А то слишком вовремя появились незнакомцы и магией от них разило плохой, тёмной. До рассвета не спала девушка, глядя на мирный сон единственного родного человека. Она приготовила отвар для души и второй для уборки. Боялась, что пропустит тот самый момент, но поняла, что пора, когда сердце сковало болью. Не дрогнув, окунула руки в первую ёмкость и начертила на ступнях и ладонях бабушки знаки доброго пути и свободной души. Почувствовала как её словно кто-то погладили по голове, улыбнулась сквозь слёзы и намочила тряпку во втором отваре, провела дорожку от кровати прямо к двери и последнюю сразу приоткрыла. Тёплый ветерок и тихое: «Благодарю, теперь убегай», подсказали, что внучка всё сделала правильно. Но побежала не через дверь, а через подпол, у них с бабушкой там был второй, секретный выход, который вывел на соседний двор за сарай. Оттуда Ярушка увидела, что те самые трое якобы больных забежали в её бывший дом.

— Не успели, — громко возмутился один, выбегая на улицу и осматривая следы на снегу, — она ещё в доме, ищите.

— Почему душу не почувствовали? — спросил другой, говорил хоть и не тихо, но всё же находился в доме, и девушка не понимала, как его услышала.

— Деваха?

— Нет, ты же проверял, она совсем не маг, пустышка.

Пустышка, печально хмыкнула Ярушка, но бабушка знала и её научила, что если провожаешь в последний путь человека, который дорог, то магом быть не надо, всё сделает твоя любовь. Она в итоге так и пряталась в соседском сарае, до самых похорон. Одна из бабушкиных близких подруг заметила девушку и, не сказав ни слова, принесла ей еду, так же молча ушла и потом честно говорила старосте, что видела Ярушку в день смерти травницы, а разговаривала вообще неделю назад. Проводить бабулю пришли всей деревней, но самое неприятное было, что староста, гнилой мужик, вместо хоть какой-нибудь речи, договаривался с одним из «больных» о продаже книг и зелий травницы. Девушка была рядом, но так как одежда у всех примерно одинаковая, то никто даже не понял, что это она.

— Дом ваш, — уверенно вещал староста, который уже положил в карман туго набитый мешочек, — всё, что внутри, тоже ваше, а если девица вернётся, то и её забирайте.

От неприятной улыбки захотелось сходить и помыться, Ярушка вспомнила, что мужчина не раз ей предлагал место в своей кровати, рядом с женой, видимо. И сейчас явно отыгрывался за отказ, зная, что защитить больше некому. Все, кто слышал, прятали глаза, никто даже не попытался заступиться. Днём, когда всё закончилось, а девушка снова пряталась в сарае, старушка, приносившая еду каждый день, прошептала, ни к кому не обращаясь:

— Беги, милая, они просто так не отступят, говорят ищут что-то дорогое.

Ярушка, прихватив узелок с едой, побежала, ждать больше нечего. Радовало, что чем ближе Поворот солнца, тем темнее дни и в этот раз сумрак оказался на пользу. Решила сначала заглянуть в лес, забрать книгу и камень. Они не дорогие, в книге просто все бабушкины рецепты, которые она сама составила так, что приготовить отвар сможет даже человек без магии. А камень, смешно сказать, самый обыкновенный, с дороги. Мама, когда была малышкой, принесла его бабушке и сказала, что там спрятана её любовь. Бабуля посмеялась, но камушек сохранила, сказала, что это будет их родовой артефакт, хранящий семью. Мамы с папой не стало три года назад, ушли в лес и не вернулись, теперь вот и бабули нет. Девушка сидела на снегу и гладила серый, шероховатый и, что странно, тёплый камень. Когда она убегала, услышала, что её кто-то окликает, но побоялась обернуться, да и не захотела, если честно. А сейчас была бы рада, хоть какой-нибудь компании. Она решила, что пойдёт в ближайший город и попробует начать новую жизнь, в ту же аптеку, с её знаниями, должны взять, но было страшно. Вот если бы не одна…

Глава 2.1

— Пойдёшь проверять? — собеседница с интересом посмотрела на шамана, вот вроде и дряхлый старик, а душа молодая, светится так, как будто и не было всех этих лет.

— Пойду знакомиться, проверять будут духи, — улыбнулся мужчина. — Но я должен понимать.

— Выпустишь силу? — удивилась девушка.

— Совсем немного, посмотрю, кто схватит, а кто впитает.

*

Мужской дом ничем не отличался от женского, двухэтажный, деревянный. Выглядел он не как изба в деревне, а красивее, сказочнее, что ли, вроде и сруб обыкновенный, и цвет дерева, но резные перила на крыльце и наличники окон украшали, зимой, в мороз ещё и выглядели так, как будто сам снежный дух приложил руку к строительству дома. Внутри было уютно и тепло. Судя по всему, печку топили давно и основательно, девушки это сразу заметили, как переступили порог. Верхнюю одежду и обувь сняли, а на ноги надели тёплые, вязанные носки, которые им выдал Агвид. Парни уже сидели в столовой на первом этаже за большим, прямоугольным столом. Все по одной стороне, поэтому девушки устроились напротив, при этом, как отметил Агвид, только Уна постаралась сесть так, чтобы прямо смотреть на мужа, остальные наоборот подсуетились, чтобы их спутники были подальше.

— Ещё раз приветствую, — улыбнулся мужчина, рассматривая участников, им всем было не больше двадцати пяти лет и некоторые вели себя, как дети, а другие, как будто уже прожили две жизни, — за этим столом мы будем собираться три раза в день. Вас выбрали духи для того, чтобы найти сильнейшую пару, которой Великий шаман передаст силу.

Молодые люди одновременно загалдели так, что было непонятно, то ли они рады, то ли возмущаются. Конечно, только Видар знал, зачем он идёт, остальные просто шли. Кто убегал от старой жизни, кто от боли, кого и послали, но ни один из них не собирался к Великому шаману и уж тем более не претендовал на это место. В некоторых глазах появилась заинтересованность, у парочки же, наоборот, испуг. В общем гвалте не участвовала Ярушка, она и задала правильный вопрос, не зря бабушка была лучшей травницей, которая чтила заветы и, видимо, передала эти знания внучке.

— Пара, — искренне и очень светло улыбнулась девушка, которая успела воспользоваться отваром и примочками, по внешности уже сложно было понять, что она недавно плакала. — В этот раз пришла пара?

И как-то сразу стало тихо, удивительно – вопрос, заданный вполголоса, в общем шуме услышали все. И, никто не понял радости блондинки, даже те, кто тоже жил на севере, точнее, поняли, но неправильно.

— Мне бабушка рассказывала, что раньше была именно Пара Великих, — как бы оправдываясь, объяснила Ярушка. — Тогда и духи были дружелюбнее, и морозы не такие сильные, и урожаи снимали большие, что хватало с соседями поделиться, а не только самим выжить. И если сейчас духи призвали пару, то, глядишь и всё остальное наладится.

Если она не станет шаманом, подумал Агвид, то надо будет помочь, пристроить девушку в хорошую деревню, да вон, к тому же Берси, у него отец отличный староста, своих в обиду не даёт. Эта душа должна нести свет в мир, а не прятаться по лесам и большим городам, где её просто затопчут и не заметят. Последняя мысль помощника удивила, но он быстро сообразил, что так духи с ним разговаривают и улыбнулся, соглашаясь. В это время Луша – помощница по хозяйству вкатила в столовую тележку с чашками, горячим чайником и блюдом с пирогами. Быстренько налила всем сбор, мужчина же помог с тарелкой, она даже внешне выглядела тяжёлой, поэтому сам поставил угощение в центр стола. Отметив для себя, что Ярушка поблагодарила Лушу и перехватила чашку, чтобы той не наклоняться туда-сюда, Берси кивнул, а остальные приняли старания помощницы как должное, тот же Видар даже внимания не обратил.

Сбор пили в тишине и с каждым новым глотком ребята расслаблялись, кто-то начал улыбаться своим мыслям, кто-то наоборот хмурился, но они стали проявлять настоящие эмоции, это уже хорошо. За окном темнело, времени вроде не так и много, два часа дня, а уже сумрачно. Погода успокоилась и это радовало, а то со всеми проверками, творилось не пойми что, то снегопад, то ветер, то тишь, которая пугала даже больше. Вообще суматошный день, духи очень постарались привести ребят в разное время, с разными испытаниями, но при этом успели до полной темноты.

Агвид ждал, ему было интересно, какой вопрос прозвучит первым. Наблюдать за ребятами было интересно, их эмоции менялись с невероятной скоростью, даже не надо уметь читать мысли, чтобы понять, что Видар, например, уже мысленно руководил духами.

— Надолго мы здесь? — поинтересовался Берси. — Там, родители дома, волнуются.

Всё-таки у парня очень сильная привязка к дому, остальные даже не вспомнили, что кого-то надо предупредить, с сожалением подумал помощник, он, по характеру и внутреннему стержню, мог бы стать отличным шаманом. Видимо, надо присмотреться к другим.

— Всем родственникам уже пришла информация о том где вы и насколько здесь, на луну, после Поворота солнца все окажутся на своих местах. Вещи для вас передадут уже буквально через час, знаю, что большинство пришло налегке. А сейчас давайте познакомимся, — мужчина, не вставая со стула, начал первым, тем самым показывая пример, — меня зовут Агвид, чуть больше двадцати лет живу здесь, пятнадцать из них являюсь помощником шамана. Общаться вы будете в основном со мной и с Лушей, которая принесла сбор.

— Меня зовут Видар, — тут же перехватил инициативу самый активный, внимательно наблюдая за реакцией остальных. — Моё имя переводится, как воин и именно воином я и являюсь.

Обычно на его внешность все девушки обращали внимание, рост, осанка, правильные черты лица, стоило только улыбнуться и пол академии у ног. А здесь ни одна даже голову не повернула, что очень задело парня и подхлестнуло к более решительным действиям.

— Родился и вырос в столице, заканчиваю столичную академию магии, ректором которой является мой отец.

— Ага, — первой отозвалась сокурсница, что «воину» показалось хорошим знаком, но только до следующих её слов, — не отчислили значит. Это хорошо, когда папа – ректор, папа вообще молодец, смог до такой должности дослужиться. А ты сам чего добился?

Глава 2.2

В этот раз правильный вопрос задал Берси, и очень удивил остальных. Даже создалось впечатление, что ребята считали само своё присутствие в этом доме уже выбором Великого. Знали бы они, что первое испытание уже прошли, второе проходят сейчас, и впереди ещё несколько. Но самое главное – в конце, и именно от него будет зависеть всё. И то, что пытаются собраться в пары и доказать свою силу, выглядит, как возня детей в песочнице, которые не могут поделить лопаточку. Духи нашептали Агвиду, что стоит присмотреться к Видару, и хоть парень ему не нравился, внимание обратил. Если у воина получится стать главным в этом маленьком и совсем несплочённом войске, то, пожалуй, он действительно может наравне посоревноваться с другими.

За столом образовалась тишина, все ждали ответ, а помощник молчал, погружённый в свои мысли. Никто не заметил, как к ним присоединился ещё один человек, и что он уже некоторое время наблюдал за ребятами.

— Выбирать будут духи, — голос шамана походил на скрип и от чего участники вздрогнули: от того, что рядом есть посторонний или от его голоса, было непонятно. — Ни я, ни мой помощник, только духи. Они же устраивают испытания. Одно вы уже прошли, смогли договориться с духами и дойти до этой поляны. Следующее будет – выбор тотема, состоится в первый день луны, а до этого знакомьтесь, отдыхайте. Могу сказать, что я уже вижу две потенциально сильные пары.

Старик развернулся и бесшумно вышел, причём сделал так, что никто не заметил, куда. И опять образовалась тишина. Вспоминают, улыбнулся Агвид, сейчас все вспоминают, как смогли договориться с духами, чтобы и потом применить ту же тактику, только двое думают о другом.

— А сейчас-то нам чем заниматься? — не поняла Ярушка.

— Отдыхайте, гуляйте, набирайтесь сил. Есть мы будем в этом доме три раза в день, если захочется сбор, то в вашем доме тоже есть кухня и травы.

— В смысле отдыхайте? — растерялась девушка. — Я не привыкла. Может Луше нужна помощь?

— А и нужна, девонька, — обрадовалась женщина, которая складывала чашки со стола обратно в тележку. — Пойдём, сразу и покажу, что делать.

Ну и правильно, улыбнулся своим мыслям Агвид, Ярушке сейчас слишком больно, чтобы оставаться наедине с мыслями.

— Вот и я не привык, — поддержал Фроди, — мне бы тоже какое дело, чтобы не валяться просто так.

— Замёрзли сегодня все, может, баньку истопим? — спросил у помощника Берси.

— Баня во дворе, — Агвид и не согласился, но и не отказался, разрешая парням самим принимать решение.

Двое переглянулись и вместе вышли. Оставшиеся за столом явно хотели полежать, отдохнуть, но просто так уйти не могли, ждали первого, или хотя бы достаточно весомую причину, которая придёт в голову. Судя по всему, там была пустота.

— Я так устала в дороге, — сдалась Уна, которая решила ничего не придумывать, — надо немного прийти в себя. Ты со мной?

Девушка обратилась к брюнетке, та, размышляя, встала и в этот момент все обратили внимание на то, насколько участницы разные. Если у деревенской было за что подержаться, что с удовольствием отметили парни, то городская была худая во всех местах, ещё и высокая, что тоже непривычно для тех, кто родился на севере. Но у неё завораживали глаза: светло-карие, почти жёлтые, подчёркнутые длинными, чёрными ресницами, и улыбка. Уна, даже улыбалась как будто брезгливо, через силу.

— Я, пожалуй, тоже на кухню, — неожиданно для всех ответила Мия, которая успела заметить заинтересованный взгляд Видара и поняла, что не хочет оставаться одна в комнате, на всякий случай, — замёрзла так, что отогреться не могу, а там должно быть тепло.

И на самом деле брюнетка растирала руки постоянно, сначала казалось, что от нервов и только сейчас все поняли, что из-за холода. Не приживётся, подумал «воин», кажется, стоит обратить внимание на кого-то другого и внимательно посмотрел на Уну. Девушка это заметила, робко улыбнулась и, красиво вильнув бёдрами, развернулась к двери. Мия довольная тем, что фокус внимания Видара сместился, тихонько пошла в сторону кухни.

Луша обрадовалась ещё одним свободным рукам и сразу посадила девушку чистить картошку. Вдвойне обрадовалась, когда поняла, что брюнетка, вроде вся такая городская не только знает, что это за овощ, но и с какой стороны нож держать.

— Я в приюте часто на кухне помогала, — объяснила участница, — так была возможность поесть нормально.

— А я бабушке постоянно помогала, — улыбнулась Яра, показывая на сухие травы, которые сейчас перебирала. — Вы знаете, что скоро, примерно дней через десять, можно будет сходить за верисой? Очень редкий цветок, который появляется только зимой и только в одну ночь.

— И для чего он? — с интересом спросила Луша.

— Для ясных мыслей, если совсем в себе запутался, то отвар из верисы поможет.

— Там, кстати, парни решили баньку топить, — рассказала Мия, которая вспомнила, что Ярушка ушла раньше и не слышала.

— Отлично, обязательно с тобой сходим, ближе к ночи, когда первый, да и второй жар пройдут, — блондинка посмотрела на девушку, так внимательно, как будто болезни считывала. — Первый жар и я-то плохо переношу, а тебе и вообще может худо стать. Поймаем средний, когда и дышать уже можно, и косточки точно прогреются, тебе оно надо, а то никак в себя прийти не можешь. Как раз и вещи обещали какие-то передать, заодно и переоденемся в чистое.

Только сказав, Яра поняла, что в грязном кроме неё никто сюда и не пришёл, вряд ли они несколько дней в сарае прятались. Да и кто ей вещи передаст? Хоть у девчат что-то проси, или у Луши, вроде хорошая женщина.

Мия благодарно улыбнулась, она не знала как сказать, что никогда не была в бане и что там делать просто не представляла. Информация про разные виды жара прозвучала, как неизвестное заклинание, что пугало в какой-то степени.

— Уну тоже надо будет взять, только стоит убедиться, что не беременна.

— Не беременна, — тут же отозвалась Луша, которая внимательно наблюдала за девушками, — если бы ждала ребёнка, то сюда бы не пришла, дома осталась.