Семнадцать

Глава 1.

***

Удар.

Девушка в черном спортивном костюме отточенным движением припечатала щеку испуганного юноши к холодному капоту старого «Мэрса». «Мэрс» от такой наглости вздрогнул.

– Я поймала его, ребят!

Девушка победно вскинула свободную руку, демонстрируя крохотный кулачок. Длинные карамельные волосы растрепались, выбившиеся пряди прилипли ко лбу и вискам. Изо рта бесформенной дымкой вырывался пар. Несфокусированный взгляд бесстыдно сообщал толпе зевак о том, что пятница удалась, и неважно, что всего пару минут назад она была четвергом.

У распахнутой двери бара «Сардина» мялась компания из трех мужчин немногим трезвее девушки в костюме.

– Босс, – жалобно протянул самый крупный из них, – отпусти его, пусть сами разбираются. Может, у них любовь такая…

Договорить он не успел.

***

За пару секунд до этого происшествия водитель неудачно припаркованного «Мэрса» выронил телефон, прервав важную беседу. Подавшись вперед, он попытался лучше разглядеть происходящее по ту сторону лобового стекла. Его возмущенный взгляд сперва сменился удивлением, затем узнаванием, а потом молодой мужчина и вовсе залился таким смехом, от которого у любого приличного человека появляется острое желание вызвать полицию. Или дурку.

Мужчина от души охаживал ладонью приборную панель и трясся от хохота так, что его брендовые очки съехали на бок. Подтянув их на прежнее место, он вновь сделался хмурым и тяжело вздохнул, вглядываясь в силуэт девушки:

– Что же ты такое, черт возьми?

Глава 1

– Смотрите все, я поймала его! – закричал Первый с поднятым кулаком, подражая пьяному женскому голосу. Предплечьем он прижимал к полу на ринге щеку Второго. ­– Будь мужиком и извинись перед ней, ублюдок, пока я не оторвала твои грязные шаловливые ручонки и не сделала из твоих яиц отбивную!

Все трое, несмотря на похмелье, задыхались и кашляли от смеха.

– Босс, я, конечно, подозревал, что ты не умеешь готовить, но как можно не знать, что из яиц омлет делают, а не отбивную? – серьезно спросил Второй, с трудом шевеля губами из-за прижатой к брезенту щеки.

Миа сидела в углу ринга в позе лотоса. От резких движений и звуков ее нещадно мутило, поэтому она старалась не шевелиться, концентрируясь на бутылке с водой перед собой.

– От ваших криков у меня голова вот-вот расколется, – процедила она сквозь зубы. – У меня что, такой мерзкий голос, Первый?

Огромный локоть Третьего с трудом протиснулся между канатов и ободряюще пихнул ее в плечо. Миа завалилась на бок, взвыв от столкновений похмельного свинцового шарика со стенками черепа.

– Ой, прости! – Третий подхватил ее и помог вернуться в прежнее положение.

– Никак не пойму, как полутораметровое создание может быть таким абсурдно сильным, – задумчиво пробубнил Второй, не обращая никакого внимания на предплечье Первого.

– Просто не давайте мне больше так много пить, – прошептала Миа, стараясь не шевелить губами.

– А мне нравится, когда из тебя вылезает это, – произнес Третий. – Пусть пьяная ты и дебоширишь, зато даешь волю эмоциям. Я больше переживаю за тебя, когда ты месяцами не выходишь из режима тотального безразличия.

Миа вздохнула, закрыла глаза и еще раз попыталась собрать бессмысленные обрывки воспоминаний прошлой ночи во что-то цельное. Спустя двадцать мучительно долгих секунд, она сдалась.

– Я его хоть не покалечила?

Эти ребята не были ей друзьями, но Миа все же надеялась, что они не дали ей натворить глупостей.

– За кого ты нас держишь, Босс? – надулся Третий. – Несмотря на правила клуба, ты всегда можешь положиться на нас, что бы ни случилось.

Второй и Первый перестали дурачиться и сели вокруг нее. Миа с трудом разлепила глаза и допила остатки воды из бутылки.

– На работу не пора, бездельники? Пятница, как-никак. Почти восемь уже.

Она кивнула на настенные часы позади ринга. Троица вскочила, выстроилась перед ней в ряд и отдала честь:

– Есть, генерал!

Миа вздрогнула, сморщилась и хотела было закатить глаза, но вовремя одумалась, спасая себя от нового приступа боли и тошноты.

– Клоуны.

Когда все трое ушли, Миа заставила себя подняться и принять душ, чтобы смыть с кожи долгую пьяную ночь и четыре часа беспокойного сна. С одной стороны, здорово, что их любимый бар был напротив зала – чертовски удобно, если ты перебрал.

Достав из шкафчика вчерашнюю одежду, она наспех надела изрядно мятую голубую рубашку и темно-синий брючный костюм. Расческу найти не удалось, поэтому пришлось вместо нее использовать пальцы. Пряди у лица, которые когда-то были челкой, выглядели не очень свежо, но времени вымыть голову не было – часы на стене показывали 9:04. Она вызвала такси до офиса и выбежала, накидывая пальто на ходу.

Машина остановилась у кофейни. Поводив ладонью по складкам рубашки, пытаясь хоть немного их разгладить, Миа открыла дверь такси и вышла.

Глава 2.

Глава 2

Легкий звон дверного колокольчика разнесся по воздуху, заполняя его давящей тревогой. Чистый высокий звук вдруг стал обретать глубину и становиться ниже, пока не превратился в томный, тяжелый гул. Миа сделала несколько шагов вперед и всмотрелась в дом, ждущий её в паре сотен метров поодаль.

Где-то в желудке появилось странное ощущение, какое бывает при резких спусках на «американских горках» или снижении самолета. Серое бетонное здание выглядело привычно бледным и холодным, но сейчас в сумерках оно казалось особенно мертвым. Плохое предчувствие, очень плохое. Знакомое.

Миа прикрыла глаза и погрузилась в ощущения, пытаясь понять причину беспокойства. Неприятный гул сменился душной тишиной. В воздухе витал приторно-сладкий запах бордовых, почти черных роз, пышно разросшихся у входа в круглосуточный магазин. Миа ненавидела этот запах: если бы старуха с косой выпустила собственный парфюм, он был бы именно таким.

Ручки пакета больно врезались в ладонь и оттягивали плечо тяжестью продуктов, которые Миа набрала для ужина. Их было много – сегодня в логове все рыцари в сборе. Именно поэтому тишина казалась неестественной, ведь когда вся банда собиралась вместе, их жизнерадостные голоса легко доносились до магазина. Особенно в такие вечера, как этот.

Миа прислушалась внимательнее: трели сверчков, шум изредка проезжающих машин, едва различимое прерывистое гудение и треск раскалившихся ламп на редких фонарных столбах.

Она попыталась сдвинуться с места, но ноги приросли к земле. Огромным усилием воли ей удалось сделать несколько шагов – воздух вокруг нее внезапно превратился в плотное желе, которое с каждым движением выжимало из Мии все больше сил.

Заблудший солнечный зайчик ослепил ее. Откуда он?

Она прищурилась: это мерцала глянцевая поверхность дверного номера «6» на первом этаже мертвенно бледного дома. Цифра будто светилась изнутри: солнечным золотом, переходящим в кроваво красный, болезненно фиолетовым и, наконец, безжизненно черным.

Дверь была приоткрыта.

Переполнившись, сияние выплеснулось из цифры и стало медленно заполнять все вокруг, расплываясь по стенам, перилам, полу и потолку.

Что-то толкнуло Мию, и она сделала рывок к чернеющему дому, но тело не слушалось и тонуло в необъяснимом сопротивлении. Пытаясь заставить себя двигаться, Миа бессильно рычала и хватала себя за неуклюжие бедра, больно впиваясь в них пальцами.

Страх сжигал ее изнутри. Ритм дыхания сбился. Миа прилагала титанические усилия, чтобы делать шаг за шагом, но дом приближался безнадежно медленно. Весь правый угол первого этажа, где находилась квартира «6», уже почернел, и сияющая тьма расползалась на скрытую от глаз боковую стену здания. Мие вдруг стало интересно: а с черного выхода логова тьма тоже есть? А внутри?

Миа яростно тряхнула головой. Слезы крупными каплями сорвались с лица и замерли, вонзившись в воздух осколками стекла.

Миа удивленно уставилась на них, и в следующий миг мир завертелся мрачным калейдоскопом, в котором вместо бусин и кристаллов были деревья, звезды, фонари и дома.

Что-то швырнуло ее на землю, и она покатилась, ударяясь о камни, раздирая кожу лица, рук и ног о беспощадный щебень. Миа открыла глаза и обнаружила, что смотрит на черный вход в логово откуда-то… сверху. Она замахала руками и ногами, пытаясь переместиться поближе к двери, но ее движения по-прежнему были пустой тратой сил. Миа зарычала, словно зверь, загнанный в угол, но не услышала ни звука.

Тишину разорвал жуткий шорох. Миа раскрыла в ужасе глаза: в дверях показались незнакомые люди. Одеты они были с иголочки, поэтому пятна на штанах и рукавах пиджаков выглядели нелепо, будто их заставили заниматься грязной работой сразу после светского приема.

Нужно обязательно их запомнить.

Миа попыталась сфокусировать взгляд на лицах, но чем больше она вглядывалась, тем сильнее они расплывались. Люди выходили из квартиры один за другим – безразличные и спокойные, словно после закупки в супермаркете.

«Это твоя вина».

По спине пробежали мурашки. Мию затрясло. Если бы она только могла нормально двигаться. Если бы не пошла в магазин за продуктами. Если бы не задержалась на обратном пути. Если бы, если бы, если бы не…

«Все было бы иначе».

Она беспомощно наблюдала, как незнакомцы отдаляются. Она уже знала, что случилось в логове, что значат сияющие пятна тьмы, и что она увидит, когда войдет в квартиру. И чего она больше никогда не увидит. Кого она больше не увидит. Глаза превратились в два неудержимых водопада, и слезы хлынули таким потоком, что начали заливать все вокруг. Они больше не врезались осколками в воздух – они затапливали его. Миа почувствовала, как вода подступила к подбородку, и ее охватила паника. Она попыталась грести руками, чтобы удержаться на поверхности, но рук у нее больше не было. Вдох – и ее легкие обожгло водой.

Сознание неумолимо ускользало, как бы Миа за него ни цеплялась. Внезапная ярко-алая вспышка прорезала пространство и потухла, забрав с собой все окружающие звуки. Когда наступила тишина, Миа медленно, нерешительно приоткрыла глаза: она находилась в центре логова.

Глава 3.

Глава 3

– Ты не слишком офигела опаздывать каждый день на полчаса?! Тащи кофе, женщина!

Шеф сидел за столом в очередных пижамных штанах со странными существами, похожими на пиксельных кото-динозавров. Выражение на его лице было в точности таким, как у скучающего детсадовца, которому осточертели и игрушки, и воспитатели, и другие дети.

– И вам утречко…

– Не-е-ет, прошу, не начинай мой день со своего мерзкого бормотания! Говори громче!

– Я говорю, что в аварию попала по дороге сюда, поэтому и опоздала, шеф. Гололед ведь.

– Про аварию ты рассказывала позавчера. Или вчера? Как думаешь, Хиро?

– Два дня назад, – монотонно ответил тот, перебирая документы на столе шефа.

Мие совершенно не было никакого дела, но порой ей казалось, что Хиро ночует в офисе: во сколько бы она ни пришла на работу, он всегда был здесь раньше нее.

– Мне жутко не везет на этой неделе, – вздохнула она.

– Как и вашей прическе, видимо, – пробормотал Хиро, уже сидя за открытым ноутбуком.

Осознание того, что она вновь пришла непричесанная, на этот раз скорее удивило Мию, чем пристыдило.

– А у вас, я смотрю, настроение сегодня отличное, – сказала Миа, приглаживая непослушные локоны. – Не хотите тоже кофе?

– Давай живее, женщина!

Странно было слышать такое обращение от мальчишки на семь лет младше ее самой, но для Мии не было никакой разницы, как он ее называет – хоть женщина, хоть дура.

Она вышла, переобулась в сменные туфли, которые всегда стояли под ее столом, и направилась к кофемашине, сопровождаемая эхом безразличного цоканья, вылетающего из-под высоких каблуков.

Этаж, на котором располагалась компания, напоминал аквариум: кабинеты были стеклянными, и люди в них бултыхались, словно безликие прозрачные мальки. У самой крупной рыбы был соответственно самый большой аквариум, а крошечный кабинет Мии отделял его от фойе. Он был чем-то вроде фильтра, где должна была задерживаться вся грязь.

В ее обязанности входило следить за порядком в документах, проверять почту шефа и его расписание, подавать ему кофе. Но в основном – выполнять идиотские поручения. Ничего серьезного ей не доверяли, для этого у шефа был Хиро. И это ее устраивало – никакой ответственности: от нее не зависят судьбы людей и компании, не нужно принимать решения. Просто делай то, с чем справится каждый.

Миа открыла ежедневник и быстро пробежалась глазами по записям на ближайшие дни. Ее палец зажал кнопку вызова на телефоне:

– Шеф, у вашей подруги из модельного агентства послезавтра день…

– Разберись с этим сама! – прервал ее раздражённый голос.

Миа устало потерла виски. Сегодня ей было все даже безразличнее, чем вчера, если такое вообще возможно.

Она взяла баночку, всегда стоявшую у монитора, и потрясла ее – таблетки с глухим стуком обозначили свое присутствие. Привычным движением она открутила крышку и вытряхнула на ладонь таблетку. Закинув ее в рот, она запила ее остатками кофе и поморщилась.

Достав из сумки мобильник, Миа открыла поисковик и произнесла:

– Что подарить стерве на день рождения…

Пролистнув несколько страниц поиска, она потянулась в неудобном кресле и размяла шею. Бессмысленная работа для бесполезных людей, подумала она, любуясь своими обглоданными ногтями. Она стащила со стола пухлые беспроводные наушники, надела их и включила любимый панк, чтобы заглушить офисный гул.

Когда Миа подняла глаза, круглые часы на столе показывали 16:00. Еще целый час до конца рабочего дня, а шефа уже нет. Зато Хиро по-прежнему сидел за его столом, разбираясь с документами. Казалось, что для него эта компания значит больше, чем для ее основателя.

На глаза Мие попалась желтая папка, которая утром появилась на ее столе – документы по самому крупному госзаказу, который они когда-либо получали. Миа окинула взглядом стеллаж, прикидывая, куда бы ее впихнуть. Бегая глазами по хаотично забитым полкам, Миа признала, что придется навести порядок во всей документации, чтобы освободить место под новые папки. Она сделала музыку погромче и с головой нырнула в работу.

В ухе что-то громко бахнуло, оглушив ее. Миа подскочила, и документы, которые она так долго раскладывала по аккуратным стопочкам вокруг себя на полу, безнадежно разлетелись.

– Чтоб тебя! – заорала от неожиданности Миа и увидела над собой безразличное лицо Хиро. Его изящно согнутый указательный палец стучал по ее наушникам.

Миа оттопырила один наушник и вопросительно уставилась на нарушителя спокойствия.

– Собрание уже началось, только вас нет, – устало проговорил он и подал свою джентльменскую руку помощи.

Миа повернула голову к выходу и увидела, что все действительно собрались фойе. Сквозь стеклянные стены все пялились на них двоих.

– Какого черта он вообще вернулся, – пробормотала она, вставая с пола, принимая руку Хиро.

«Холодная и жесткая, как и положено роботам», – подумала Миа, перешагивая через разлетевшиеся по всему полу документы.