Семья на Рождество

1

Андрей

- Поезд стоит две минуты, а то и одну, - выкрикнула проводница, - поторопитесь, идите в тамбур.

- Хорошо, хорошо, уже иду, - я взялся за ручки спортивной сумки, приподнял её и снова поставит, посмотрел в окно.

Сплошная белёсая, заснеженная темнота, вокзала ещё не видно, а меня уже гонят в тамбур. Там, небось, холодрынь.

- Ну, вы где? Подъезжаем, - снова этот неприятный голос, - поезд будет время нагонять, не ждите долгой остановки.

- Иду, - выдохнул и пошел на выход.

Затяжное торможение. Прямо на ходу проводница открывает дверь, в тамбур врывается ворох снежинок, кидается в лицо и я ощущаю, как несколько из них на моей щеке начинают таять, оставляя мокрый след.

Женщина в униформе привычным жестом дергает рычаг, поднимает подножку.

- Батальная! – кричит мне в ухо. - Выходите!

- Ладно… ладно… я понял, - спускаюсь по ступеням, хотя поезд ещё даже не остановился.

А как же техника безопасности, я ведь не собираюсь выпрыгивать на ходу?

В этот момент поезд дёрнулся и встал.

- Ну? Чего стоите? Ваша станция, сходите! Мне дверь закрывать надо! – вот прицепилась.

Спрыгиваю с подножки поезда, он тут же дернулся, поехал. Только и успел я потянуть свою сумку.

- Вот чёрт… отлично, - недовольно отошел от набирающего скорость состава.

Холодный ветер загудел возле уха, а снежная пурга, закружила, как будто только меня и ждала, чтобы поскорее заморозить. Я поспешил скрыться в помещении вокзала.

Вернее… тут оказался никакой не вокзал, а какая-то захолустная комната ожидания с парой стульев.

- Так, - осмотрелся, подошел к противоположной двери и вышел на длинный бетонный парапет.

Одинокий фонарь освещает одинокую красную ,,копейку,,. Старое Жигули, как символ моего попадания в совершенно другую эпоху. Возвращение в прошлое, когда вокзалы были выкрашены краской из жестяной банки, а люди ездили исключительно на Жигулях и Волгах, и ещё на Москвичах.

Наверное, это и есть местное таки.

А где сам «бомбило»?

Я повертел головой в поисках кого живого и увидел лишь свет в окошке кассы. Пошел туда. За окошком, на месте никого не оказалось, слышны голоса из глубины помещения.

Я постучал по стеклу, никто не откликнулся. Постучал ещё раз. Вышла женщина, натягивая форменный пиджак.

- Ну, чего стучишь? Технический перерыв, пересмена. Не видишь объявление?

Действительно только сейчас заметил табличку написанную от руки – технический перерыв 10 минут.

Интересно для кого это, если тут нет ни одной живой души, кроме меня.

- Подскажите, пожалуйста, как тут можно вызвать такси? Или может, пешком смогу дойти до гостиницы.

- Какое такси, парень? Все давно дома у телевизора, - усмехнулась она.

- А до города далеко?

- Города? – она снова усмехнулась.

- Может автобус какой-то ходит?

- Ты с луны свалился, какой автобус в такое время. Только утром будет.

- Так сейчас только девять часов вечера, - я глянул на часы на стене.

- Нет тут никого, только к утреннему поезду будет автобус в семь тридцать, - не особо вежливо отвечает женщина.

- Ну хорошо, а пешком далеко?

- Километров десять.

- Ясно, значит ночевать на станции придётся, - с досадой говорю в окно.

- Попробуй, если не закоченеешь. Там холодина в зале, - это комнатуху она залом назвала.

- Делать нечего, если ни автобуса, ни такси. Придётся спать на стульях. А позвонить никому не можете? – с надеждой выдыхаю в стекло кассы.

- Это кому? – подозрительно глянула на моё лицо.

- Ни автобуса, ни такси… Что за дыра у вас тут…

- Ну, ты полегче… - она привстала, высунулась немного в окошко и указала пальцем куда-то в сторону, - А! Вон, беги, Маринка как раз до города едет. Попросись, авось не откажет такому красавчику, - усмехнулась женщина, - она у нас девка одинокая, а женихов не густо, на дороге не валяются. Беги, чего уставился, уедет ведь!

Я обернулся и увидел вреди снежной пурги женский силуэт двигающийся к одинокой машине.

- Спасибо! – кинул в окно кассы и поспешил на стоянку.

Марина

Александра Романовна сменила меня в вечернюю смену.

- Укутывайся теплее, там ветер сильный и морозец. Дубак такой, ещё и в автобусе печка не работает у Михалыча.

- Да вроде шубка у меня тёплая, в машине не замёрзну. Печка после ремонта хорошо работает.

- Штанишки у тебя больно тонюсенкие, смотри девка застудишься, а тебе ещё рожать.

- Кому рожать, тёть Саша?

Кто-то постучал в окошко кассы.

- Ну всё, я пошла, - схватила сумочку и к выходу, чтобы не задерживать кассира.

Интересно кто там так поздно забрёл за билетами на поезд.

- Пакет с мусором забери! - выкрикнула сменщица.

В окошко снова нетерпеливо постучали.

Я вышла из служебного помещения, прошла по залу, проверила всё ли в порядке, вытянула из урны черный пакет, завязала. В контейнер возле дома выброшу. Тут ведь у нас посетителей не густо, мусора мало. Сами выносим. Мы тут и за кассиров и за уборщиц, и всё сразу.

Толкнула дверь, вышла на улицу. Запахнула сильнее ворот шубки. Метель разыгралась нешуточная. Нужно до дома успеть пока дорогу совсем не замело. Осторожно чтобы на снегу не поскользнуться иду к машине.

- Здравствуйте! – слышу голос, обернулась, стоит мужчина.

Я сразу поняла, это тот единственный пассажир, который сошел с проехавшего только что поезда. У нас нечасто сходят. Почти все поезда мимо проезжают. А если кто именно сюда, к нам, в Батальное, практически для него поезд притормаживает на одну минуту.

- Здравствуйте, - я кивнула.

Под капюшоном с меховой опушкой не очень разобрать лицо человека, да ещё и фонарь сзади него светит.

- На кассе женщина сказала, что я могу к вам обратиться подвести до города…

- Вас что не встретили? – не люблю подвозить незнакомых людей, насмотрелась детективных сериалов.

2

Андрей

Зря я шапку не достал из сумки, голова совсем замерзла. Потёр холодные уши, повернулся и глянул на девушку. В полутьме салона она показалась очень красивой.

Светлые чуть воздушные волосы, в глазах отражается свет одинокого фонаря, маленький носик, аккуратные губы.

Салон машины не мог похвастаться такой же красотой. Допотопная копейка. Таких на дорогах уже почти не встретишь, внутри опрятно и пахнет хорошо, но видок у заклеенной в нескольких местах панели и обивки кресел настолько древний, что сразу представляется, в каком году такая колымага сошла с конвейера.

- У вас не машина, а - раритет, - осматриваюсь, - Я - Андрей, - протянул руку, для приветствия.

- Марина, - она улыбнулась, протянула и пожала мою ладонь. – Уж, какая есть, на другую пока не заработала, - пожимает плечом.

Тут же достаёт из кармана зазвонивший телефон, прикрепила его к магниту на панели. В отличие от машины смартфон вполне современный.

Марина нажала на трубку, и громкую связь.

- Да, бабуль… я уже вышла… скоро буду дома.

- Смотри не гони, видишь, какая метель начинается. Медленно езжай, - слышен старческий голос.

- Конечно – медленно, ба, - улыбнулась телефону Марина и быстро глянула на меня.

- И не забудь кефира и молока купить… а, и ещё масло подсолнечное.

- Вчера же ещё полно было масла…

- Ну так я пирожков с повидлом, горохом, и капустой нажарила. Масло не бесконечное.

- Ладно, ладно куплю. Не волнуйся, бабуль.

- Сонька твоя пирожков требует, я же не могу отказать внучке, вот и нажарила.

Сонька – это дочь, наверное. Покосился на девушку. Молодая такая и уже дочь?

- Ты ей яблоки давай, а не пирожки, - строго сказала Марина.

- Поумничай. Сама в детстве только и бегала за пирожками с повидлом.

- Ой, ну ты вспомнила, ба, - она зыркнула в мою сторону, неловко ей, что бабушка детство вспоминает.

- Ну всё, давай, Марин. Вроде бы я всё вспомнила, ничего не забыла. А, да и езжай медленно!

- Хорошо. Обещаю. Всё бабуль, я уже отъезжаю, - она нажала на красную трубку.

- Ваша бабушка? – спрашиваю улыбаясь.

- Ага, - кивнула Марина, - дочку пирожками балует, а я против.

- Это же дети, им всегда вкусненького подавай. Лучше бабушкины пирожки, чем какая-то гадость из супермаркета.

- Это точно, - Марина нажала на педаль, дернула рычаг сцепления, лихо вырулила задом со стоянки.

Выкрутила руль до упора и медленно покатила по заснеженной дороге.

- А дочери вашей сколько?

- Пять с половиной, - включила дворники, сосредоточенно смотрит вперёд на дорогу и рой снежинок, кружащийся за окном.

Я присмотрелся к девушке повнимательней. В темноте, конечно, сложно понять, но сначала я подумал, что ей лет восемнадцать, ну может двадцать. Ошибся, получается. Или…

Кольца на пальце нет. Молодые обычно так просто колец не снимают, если уж надели.

Ах, точно, кассирша ведь говорила что-то, про то, что Маринка - девка одинокая.

Значит одинокая.

Не стал больше трогать эту тему, вдруг сверну не туда.

Марина

Он чего-то затих, когда про дочь заговорили.

Наверное - командировочный, от семьи уехал. Скучает.

- Чего притихли, про детей своих вспомнили? – я кинула на него быстрый взгляд.

Мужчина вполне себе ничего. Уже не тридцать, но ещё не сорок. Где-то посередине. Давно небритый. В дороге долго, сразу видно.

- А… нет. У меня нет детей, - ответил просто.

- Как так? Вы же вроде не такой и молодой, ну в смысле в вашем возрасте… вы извините, может что-то не то говорю…

- Да нет, всё нормально, - он отвернулся, глядит в окно, точно не понравился ему мой вопрос.

Может развелись, а дети с женой остались. Не буду лезть, мне оно надо.

- А к нам вы зачем приехали, по работе? – поскорее сменила тему.

- Да, я на завод приехал, прислали из столицы. Новые технологии так сказать внедрять.

- Ах, вот оно что, ну тогда понятно. У нас ведь чуть не всё население городка на заводе работает. Да что там, почти все и работают. Другой-то работы нет.

- Да, я слышал. Предприятие ваше градообразующее.

- Ну да, ещё моя бабушка на заводе этом работала.

- Да вы что?

- Так и живёт тут всю жизнь и даже ни разу не выезжала.

- Ничего себе.

- Да. И родители. Вот, и я тоже…

- Что ни разу не выезжали? – он повернулся, посмотрел на меня.

- У-у, - мотаю головой. – А куда мне ехать?

- Да, интересно тут у вас, - улыбнулся.

- Вон ваша гостиница. Она единственная в городе, больше нету.

За поворотом показалось небольшое двухэтажное здание, единственной в городке гостиницы.

- Вот спасибо вам, даже не представляю чтобы я без вас там, на вокзале делал - спал бы в холодном зале.

- Повезло, значит, - киваю.

Припарковалась возле центрального входа. Вышла из машины, дернула рычаг под замком багажника.

- Спасибо вам. Может, давайте всё-таки, я вам заплачу? – предлагает.

- Да вы что. Обидите.

- Ну… я так не могу, - берёт сумку, - стоп, подождите, вспомнил, - он поставил сумку на закрытую крышку багажника, расстегнул молнию, и полез в плотно забитую вещами сумку, - о, есть нашел, - достал коробочку и протянул мне, - передайте своей дочке, это натуральные, точно знаю. Сам проверял.

Я протянула руку, взяла круглую коробочку, глянула, на ней разноцветными буквами написано – Монпансье. Явно столичные. У нас в супермаркете таких не бывает.

- Ну, зачем вы…

- Берите-берите, у меня ещё одна такая есть.

- Ладно, если настаиваете.

- Требую, - он взял сумку за ручки, - ну , прощайте… вернее до свиданья.

- И вам до свиданья, - я махнула рукой и пошла садиться в машину.

Хлопнула дверью, выжала сцепление, дернула рычаг и надавила на газ.