Сердце феникса - разбить нельзя любить

Ready? Go!

— И куда это я опять вляпалась! — лишь мелькнуло у меня в голове, когда подарок Ханта удушающе взметнулся вверх, чтобы занять свое положенное место в зеркале Праматери.

С его кристаллом парником (решеткой, в которой когда-то был заключен камень) не возникло проблем. Он встал как вкопанный на причитающееся ему место. И активировал механизм действия зеркала.

Кулон, как живой, сразу же взметнулся вверх. И стал душить меня, ведь моя шея стала для него барьером. Просто топаз не мог из-за нее занять в раме второе пустующее место сверху. То место, куда его так «примагничивало».

Как только я оборвала цепочку и моя шея перестала быть для него преградой, и он занял свое место. Этот желтый камень сам влетел в раму, а моя рука так, просто по инерции двигалась за ним.

После этого здесь такое началось!!!

Блекло-желтый топаз, оказавшись на своем месте тут же приобрел огненную расцветку. Камень живо «подпитался» магией мощного артефакта и в нем стали плескаться языки пламени. В зеркале, в его раме стали прорисовываться невидимые до этого магические пульсирующие нити, связывающие пары камней и кристаллических решеток. А комната стала наполняться реактивным гулом.

Вокруг поднялся такой шум, что казалось, он физически ощутим вибрацией, что проходила через каждую клеточку тела.

Осколки зеркала завибрировали, задребезжали и стали быстро, но плавно подниматься наверх на свои места, на то самое место, где стояла я. То есть фактически в меня!!!

Я не успела даже отскочить в сторону. Все произошло слишком быстро. Уже была готова ощутить режущие, влетающие в кожу уколы, порезы. Зажмурилась со страху. Но нет. Боли не было. Вместо этого появилось ощущение легкости. Словно я стала какой-то пушинкой.

Открыла глаза.

Где это я? Все белым-бело. Вокруг стена густого тумана. И холод вновь. Этот противный холод.

Выдохнула обреченно. С моих губ вырвалось наружу легкое облачко пара. Стала озираться по сторонам. Ничего не видно. Только этот вездесущий туман. Густой, холодный. Бррр…

Девушка стояла посреди бесконечного пространства, сотканного из густого молочного тумана. Пространства, в котором не было (видно) ни стен, ни пола, ни потолка.

— Эй, здесь есть кто-нибудь? — с робкой надеждой в голосе сказала Настя в пустоту, озираясь по сторонам.

— Настя? — переспросил удивленно Виланд, который, казалось, находился где-то рядом и далеко одновременно — Где ты?

Девушка резко развернулась и побрела туда, откуда, как ей показалась, она услышала столь знакомый голос.

— Виланд! — радостно крикнула она, — Ты здесь! — но после резко остановилась как вкопанная, переспросила, — или ты у меня в голове?

— Не думаю, что у тебя в голове стоит такой холодный облачно-ватный туман… — ответил мужчина.

Настя озиралась по сторонам. Девушка стала замерзать. Она скукожилась, обняла себя за плечи, стала пританцовывать на месте с ноги на ногу.

— Ви… Виланд… Ты где? Отзовись. Здесь жутко хо… холодно — сказала едва слышно девушка, стуча зубами.

— Я здесь, я рядом, — ответил успокаивающе мужчина и возник (из ниоткуда) буквально перед носом у девушки.

Она даже ойкнула от неожиданности, когда тот резко появился. Еще бы такой туман кругом. Увидеть, что к тебе кто-то приближается — просто невозможно.

Настя на радостях подскочила и обняла подошедшего к ней мужчину. Хоть кто-то живой в этом бесконечном тумане. Она также про себя отметила, что он большой и теплый. Но быстро отпрянула от него, вспомнив про «правила приличия».

— А… а… гд…де это мы? Ты, ты мооо… жешь сказать? — попыталась спросить она, пересилив естественную чечетку, что отбивали ее зубы от холода.

Виланд живо снял с себя свою «авиационную» куртку и одел ее на Настю. Потом крепко сжал ее в своих размашистых руках, крепких объятиях, попутно растирая ее спинку поверх куртки. Согревая своим теплом.

Стало так тепло и … уютно. Насте даже пошевелиться боялась, чтобы «не спугнуть» это тепло. Ну и пусть этот большой и сильный мужчина ее обнимает. Как-то совсем не хотелось его отталкивать. Зачем?

Зато не холодно. Спокойно. И как-то все равно, что вокруг стоит такой туман, что сквозь него не видно даже собственной руки, если протянуть ее вперед. Что совершенно непонятно, где это она оказалась. Главное, что здесь она не одна. Хоть какой-то плюс.

— А как же ты? Тебе не холодно? — опомнилась Настя, спустя несколько минут их обнимашек.

Девушка даже не заметила, когда перешла эту грань с неповоротливого почтительного «вы», на теплое дружеское «ты». В первую их встречу она явно не могла бы позволить себе такого «панибратства».

— Мне привычен такой холод. Там в облаках и похлеще бывает — и ветер, и снежная вата, колкий град, молнии где-то под боком, — усмехнувшись, ответил Виланд.

Настя ненадолго закрыла глаза и положила голову на грудь мужчине. Было слышно его четкое сердцебиение. Немного быстрое, взволнованное, но такое умиротворяющее. Появилось ощущение безопасности и того, что все будет хорошо.

Девушка открыла глаза. Приподняла голову. Ей показалось, или действительно туман стал реже?

— Странно, — сказал Виланд, — в прошлый раз здесь все было по-другому… Где же этот зеркальный лабиринт? Может оттого, что зеркало было разбито,Все так. А сейчас оно лишь восстанавливается и ничего не видать.

Настя лишь промычала, что-то нечленораздельное, а после переспросила — «А ты уже бывал здесь?»

Вилад стоял бы так обнимая хрупкую девушку еще пару часов. Но неожиданно он почувствовал по легкому головокружению, что эта девушка, дера, стала потихоньку отбирать его магическую энергию.

— Да, к сожалению, приходилось… — обреченно вздохнул Виланд, — Настенька, не могла бы ты выстроить магический барьер, а то сейчас ты «подъедаешь» мою магию, — продолжил мужчина, при этом он и не думал размыкать свои объятия.

Но последняя фраза словно отрезвила девушку. И действительно, чего это она нежиться в объятиях малознакомого мужчины? (Пусть и кажется, что такого родного, малознакомого мужчины)

Это было недавно, это было давно

Где это я оказалась? Почему все вокруг такое «черно-белое»? Словно в старинной киноленте… О войне (второй мировой)… И почему все такое размытое. Как будто камера или мой взгляд не может поймать фокус. Так же как и я, не могу уловить суть происходящего.

Кто-то что-то обсуждает. Слышу слова, вроде бы они на русском, но их смысл не доходит. Все мимо ушей. Их суть просто проскальзывает мимо меня. Просто звуки, которые обозначают слова…

Но вот слух девушки улавливает знакомые интонации, знакомый бархат в голосе. Она узнала до боли знакомый голос. Виланд! Прислушивается. Точно, он!

— Так точно! Есть — говорит он, соглашаясь с приказом.

И тут же «фокусировка» налаживается. Взгляд цепляется за знакомого мужчину. Он одет в военную форму летчика. Виланд крайне серьезен. Даже бледен. Он направляется к своему самолету.

А Настя словно бестелесный дух всюду следует за ним.

Вот он разговаривает с каким-то смутно знакомым мужчиной.

— Ну что, дружище, прощай… Я полетел, — говорит он как-то обреченно, стараясь при этом выглядеть беззаботно.

— Ты так говоришь, словно действительно прощаешься со мной… навсегда. Ты ж всегда возвращался, куда бы тебя ни занесло, — ответил озабоченно его друг.

— Не бери в голову. Даст Бог, еще встретимся на параде со своими семьями, я с внучатами, ты с внучкой Настей, лет так через пятьдесят-шестьдесят…

— Ну ты и загнул, Владлен, — усмехнулся мужчина, — через 50-60… Ты, главное, вернись. С тебя еще махорка обещанная причитается.

— Точно! Совсем забыл! Вот держи, — Владлен-Виланд достал из кармана кулек и всучил его другу.

— Не а… так дело не пойдет. Вот вернешься, отдашь, — и его боевой товарищ обратно сунул этот кулек в его карман, — иди уже и не надо прощаться со мной, — он похлопал на прощание его по плечу, развернулся, чтобы уйти по своим делам.

Настя молча наблюдала за происходящим вокруг. И неожиданно вспомнила случайно подслушанные разговор Виланда и Зи про «общение» с зеркалом Праматери — «Никто не хочет умирать дважды…».

А мужчина направился к своему самолету. До него оставалось несколько шагов.

На Настю вдруг нахлынуло осознание происходящего. Что вот его смерть. Откуда может знать иномирец, что так ласково и «по-отечески» обращаться к девушке по имени «Настя». Что это вовсе не ругательство какое, а прекрасное имя. И только он один среди архивебров называл ее либо так, либо одним из производных ее имени. (Откуда он может знать производные ее имени?!) Да и к тому же среди случайно подслушанных разговоров ее подселенцев, нет-нет да и мелькало обращение к нему как к «Владу».

Он такой же как и она попаданец. Владлен, летчик, что не вернулся с задания…

Мужчина садится в кабину самолета. Настя начинает судорожно кричать…

— Виланд, Влад, Виланд, Владлен!!!

Но он ее как будто не слышит. Хотя… На долю секунды ей показалось, что ее крики не были напрасны. Мужчина будто бы услышал что-то. Замер на секунду, повернул голову и посмотрел в никуда, туда, где стояла Настя. Но это было лишь секундное замешательство.

Отточенные действия — и вот мотор уже довольно заурчал, заревел.

Настя со злостью берет и швыряет несколько камушков в самолет. И они со звоном отлетают. И видя как, летят, а после бьются и опадают мелкие камушки, девушка понимает, что она не просто бестелесный дух здесь. Она вполне может и воздействовать на происходящее вокруг. Но как?

Довольно урчащий-ревущий самолет отрывается от земли.

Девушка провожает глазами удаляющийся с бешеной скоростью силуэт самолета. Она бесится от бессильной злобы к самой себе. Как же догнать ветер? Может ли она здесь летать? И как это летать? Почувствовать встречный ветер, когда рассекаешь облака…

На взлетной площадке бушует ветер. Ворочаются, поднимаются и клубятся мелкие камушки, ветки, сор, пыль и песок. Но странное дело, вокруг-то нет ни единого намека на ветерок. А этот мини-ураганчик возникший из ниоткуда, так же неожиданно схлопнулся и исчез. Как будто его и не бывало здесь вовсе.

Мини-ураганчик по имени Настя беснуется на взлетной площадке. Как вдруг все стихает. Нашелся ответ на вопрос — «Как это летать, если никогда не летала?»

Анастасия с досадой смотрит вслед улетающему самолету. Еще немного и он скроется из виду…

И как ей взлететь, если никогда не летала? Поверить! Представить, как подхватывает поток ветра, как становишься с ним единым целым. Нужно-то — немного желания и волшебства…

Стать легкой пушинкой, что так просто подхватывает ветер и несет за собой куда-то вдаль, вслед уходящему самолету.

Легкий порыв ветра растрепал ее волосы, словно говоря ей — «Ну же дерзай! Здесь все возможно…».

У девушки приходит осознание того, как это можно сделать. Легко и просто. Просто взлететь, словно пальцами щелкнуть.

Настя даже так и делает. Щелкает пальцами и улыбается, когда ощущает, как она растворяется в воздухе, сливаясь с ветром. Да она и есть ветер, что сейчас догоняет самолет.

Врезается в его фюзеляж. Вновь и вновь ветром бьется в обшивку самолета, стучит, кричит, срывая голос — «Виланд! Влад! Нет! Нет! Владлен…»

А самолет уходит в очередной манер. В пылу своей погони Настя даже не заметила, что совсем рядом появился второй самолет. И этот самолет явно собирался помещать Владлену выполнить поставленную ему задачу.

Начались его «кошки-мышки» с врагом. Пилот Владлен не раз оставлял соперника с носом — череда маневров и виражей и уже он «охотится» на врага.

Настю в один из таких вираже отбрасывает назад. Ведь летчик упорно пытается уйти от преследователя. А девушка тем временем пытается вцепиться в корпус самолета, чтобы пробиться к Виланду.

В какой-то момент Насте удается зацепиться за обшивку. В момент рокового удара.

Самолет стремительно падает. Летчик что-то орет. Но его крики заглушает рев мотора.

Анастасии все-таки удается пробиться сквозь обшивку самолета. Не зря же она такая призрачная сейчас. Есть все-таки какое-то преимущество в этой бестелесности.