Сердце Молнии

Глава 1 – Девчонка и Теневой вор

Ну сколько можно?

Оин прекратил покачивать ботинками в такт часовому маятнику, убрал ноги с подлокотника кушетки и сел. Он слишком долго находился наедине со своими мыслями, чтобы те успели вымотать его.

За окном слабый ветер бесцельно гонял по небу мелкие облака, такие же бесполезные, как весь этот день. Закрыв глаза, Оин попытался представить ритмичный стук дождя по карнизам и улицам. Но услышал только назойливое металлическое тиканье напольных часов. Он лениво повернул голову, глянул на циферблат, где над открытыми шестерёнками, похожими на внутренности странного латунного существа, сходились стрелки-указатели. Двулуние было как никогда близко. Впрочем, Оина это мало волновало. Гораздо больше его заботило то, что минутная стрелка наматывала уже третий круг, пока он без дела протирал обивку кушетки в крохотной квартирке сестры.

Он поднялся. Размял затёкшую спину, плечи. Понял, что за дверью в мастерской давно царит неестественная тишина.

– Несс! – позвал он.

Ответа не последовало.

В три шага он пересёк тесную гостиную, больше напоминающую кладовую старьёвщика, где все стены были заставлены причудливыми деталями и разобранными механизмами, которые Несс неустанно таскала в дом – всё, что могло однажды пригодиться ей в работе. А на деле только мешало с уборкой. Как самодельный алтарь, собирающий пыль в углу с прошлого года.

Проходя мимо фигурок всебогов, Оин покривил губы, глядя на их уродливые резные лица.

Перед дверью в мастерскую он помедлил. Несс не любила, когда её тревожили за работой: «зачаровка не терпит суеты», – часто повторяла она. На это у Оина была своя простая истина: время – деньги.

Он взялся за дверную ручку, но тут же одёрнул пальцы, когда его неприветливо щёлкнуло током. Раздражённо цокнув, он толкнул дверь и спустился в полуподвальное царство латуни.

Внизу витал плотный воздух, пропитанный запахами масла, старого железа и слабо различимого цветочного аромата, исходящего от застоявшихся в вазе хризантем. Перешагивая через связки металлических трубок, разбросанных по истёртой плитке, Оин увернулся от проволочной паутины с нанизанными на неё многоцветными камушками, и увидел Несс. Спящей за столом.

– Ты серьёзно?

Она встрепенулась от его голоса, смахнув локтем инструменты – те со звоном улетели на пол

– Прости, – сонно пробормотала Несс, – задремала.

– Ну ты даёшь.

Оин подошёл ближе, поднял отвёртки и положил их на испещрённый царапинами стол, где среди прочего – часов без стрелок, музыкальной шкатулки с отломанной крышкой и уродливой механической игрушки – лежал его обугленный секстант.

– Надеюсь, ты хотя бы закончила? – он с надеждой указал на устройство.

Зевая, Несс мотнула головой.

– Шутишь? Я прождал целую вечность.

– Что, Оин? – хмыкнула она. – Боишься, теневые делишки заскучают без тебя?

Она сняла очки, принялась тщательно протирать стёкла, единственным чистым краем замасленной тряпки из своего кармана.

– Мне не до шуток, – сказал он.

– Мне, знаешь ли, тоже.

Несс подняла хмурый взгляд – безмятежность в нём резко испарилась.

Водрузив очки обратно на нос, она встала, обошла стол, схватив с него разобранный секстант, и сунула тот прямо в лицо Оину:

– Посмотри – все стёкла лопнули. Как это вообще можно исправить?

Он отвернулся, не от запаха жжёной латуни, а разочарования на лице сестры.

– Я сотню раз просила тебя быть аккуратнее, – выдохнула она.

– Это была случайность.

– Не держи меня за идиотку, – сказала Несс. – Говоришь, он побывал в очаге таверны? – её палец строго постучал по изувеченному металлу. – Как же. Будто я не отличу простой огонь от скверны.

Она отбросила секстант обратно на стол и отошла к другому возле стены, заставленному посудой и немытыми чашками.

– Ты снова взялся за старое, – пробормотала она, засыпая кофейный порошок в эмидейский заварник. – Мало тебе, что ли, досталось в Мунра́не?

– Я не виноват, что клятый вертунг решил вспороть мне брюхо, – бросил Оин. И тут же прикусил язык, заметив, как напряглись её плечи. – Знаю, Несс, я обещал завязать. Но сейчас я просто… пытаюсь встать на ноги, – проговорил он уже мягче. – Иначе, что мне остаётся?

– Не лезть в клятое Пекло, шестерёнки тебя крути!

Она резко обернулась, глянув на его правую руку, точнее, половину того, что от неё осталась. Оин поморщился, не желая в очередной раз выслушивать этот разговор. Однако Несс только покачала головой и вернулась к возне с заварником.

Залив в него кипяток, она упёрлась руками в широкий пояс с узкими карманами для всякой мелочи, в основном отвёрток, и застыла, глядя, как вниз в стеклянную колбу по одной сбегают тёмные капли. К прочим запахам в мастерской вскоре примешался кофейный аромат. Металлические пластины абажура над столиком тоскливо покручивались, отбрасывая блики люксаритовой лампы на её смуглую кожу, растворяя хозяйку мастерской в её латунной обители. Оин заметил, что в тёмных кучерявых волосах Несс запутались две пружинки, но промолчал, давая ей время остыть, и опёрся спиной на шаткий стеллаж.