Северный мир 4. Посвящение

Глава 1. Забыть правду ― потерять связь с корнями

Всадники были всё ближе к нашему дому, и ожидание среди моих домашних становилось всё волнительнее. Мы знали, что к нам едет наследный князь Северных земель с заслуженной победой, а также наши родные и лю́бые мужчины.

Цветана с сыном переживали, как пройдёт встреча. Одно дело, Доброслав приезжал инкогнито, не имея власти и войска. А теперь он признанный правитель.

Жёны младших братьев Демида ждали своих мужей, но не знали, что кроме них, к нам едут знатные гости. Иначе они бы разболтали всему селению. Я предупредила женщин лишь о том, что их мужья прибудут вместе с соратниками и надо готовить угощения.

А вот Боремир ждал Демида с Ведмурдом со дня на день. В предчувствии скорой встречи в его глазах появилась радость, смешанная с тревогой. Он понимал, что отец никогда не одобрит его службы князю-завоевателю, но надеялся, что уже искупил свою вину.

Дома царило непривычное оживление, и только Радамила была грустна.

― Что за печаль тревожит твоё сердце? ― спросила я дочку, гладя её длинные волосы и удивляясь, когда она успела вырасти такая большая, уже готовая к свадебному огню, но ожидающая его лишь через год, чтобы быть не менее пятнадцати солнц от роду.

― Я чувствую, что впереди разлука со Светозаром: его отец приедет и увезёт его и княжну, ― ответила Рада, вздыхая. ― А мы с наследником привыкли с малолетства быть вместе, друг за друга держаться. Как нам теперь порознь?

― Как только свет Прави победил в битве, ваша судьба обрела новый смысл, повернула в сторону от той, которой вы жили ранее, ― сказала я, ― эта развилка была видна ещё при рождении, и вот сейчас она стала Явью.

― А тьма могла взять верх? ― поинтересовалась дочь. ― И тогда всё могло пойти по-другому?..

― Да, тьма могла победить,― ответила я, ― и тогда бы в наши края на долгое время пришли упадок и бедствия. ― Радамила с испугом посмотрела на меня. ― Это могло бы случиться, если бы большинство людей встали на сторону колдуна, если бы они признали таких селян, как мать Бартана, своими идеалами и стремились быть такими же: всюду искать свою выгоду, следовать интересам только своей семьи, говорить о прошлом так, как им вздумается, забывая, как на самом деле складывались события, очернять старых правителей. Вот тогда тьма могла взять верх.

Дочка с удивлением смотрела на меня.

― Я слышала, что семья Бартана придерживается другой версии его гибели, чем было на самом деле: ты это имеешь в виду, говоря о том, что люди забывают своё прошлое? ― уточнила Радамила.

― Да, я вижу, что мать Бартана умудрилась убедить в своём видении и некоторые семьи в нашем селении. Её словам поверили даже те, кто был непосредственным свидетелем тех событий, ― ответила я.

― Но как такое возможно? Люди же своими глазами видели происходящее или слышали из уст родных и близких! Они что, себе не верят?! ― воскликнула Рада.

― Знаешь, дочка, если несколько раз повторить неправду, то этим ты будто создашь вокруг себя кокон, подобный мороку, и начнёшь жить внутри него. И будет мир меняться вокруг тебя, подстраиваясь под эти изменённые воспоминания. А если ещё и начать всем об этом рассказывать, то морок будет становиться всё плотнее и распространяться на других. И со временем станет таким сильным, что скроет за собой правду. Все будут искренне верить, что так и было. Но самое печальное для человека здесь то, что это поменяет нить его судьбы. В узоре нашей жизни есть разные нити, и когда люди уходят от правды, попадают на ту, что ткётся тёмной нитью.

― Получается, они сами выбирают себе нить Недоли? ― уточнила дочь.

― Чаще всего так и случается. Люди, забывшие правду, теряют связь с корнями, так как одна ложь порождает другую, и всё больше вокруг них морок, всё дальше уходит человек со своей дороги, всё слабее связь с пращурами, которые Правь ведают и за мороком лжи своих потомков не видят, ― продолжала я, ― и приводит это всё к тому, что теряют свою опору люди, как слепые котята, ходят по свету, не различая, где добро, а где зло. Так как спутаны они местами в них самих, и закрыта истина мороком, им же самими и созданным.

― А могут ли они вернуться? Увидеть свет истины? ― спросила Рада.

― Сложно это, морок с каждым солнцем всё плотнее, и закрывает им связь с Богами, которые на дорогах правды остались.

― Но ведь не все этому мороку подвержены?

― Не все: те, кто бережно к правде относится, не подвластны лжи. Они свет в любой тьме узнают и сквозь морок пройдут, ― сказала я. ― Например, семья Беляны ― девицы, которую погубила семья Бартана, никогда не забудет этого. И сёстры ушедшей расскажут о ней своим детям, как было, так как нечего им придумывать, некого обелять и скрывать. И будут помнить они, что не зря наказана семья старейшины. Хотя внушили последние многим селянам, что безвинно пострадали они. И даже те, кто наблюдал за этой историей, уже сомневаются в том, что видели своими глазами в ту ночь у лесного алтаря, когда открыла я им прошлое и показала жертвоприношение Беляны, свершившееся по воле старейшин.

― А как вернуться на путь истины тем, что затуманен мороком?

― Когда испытания в их жизни станут нестерпимыми, когда поймут, что отвернулись от них Боги, когда не почувствуют они корней своих и связи с землёй-матушкой, тогда и достигнут они дна отчаяния. И будет у них один выход: вспомнить истину да воздать своим пращурам прославление, тогда боль внутренняя пересилит морок, ложью наведённый, и откроются их глаза и очистятся души. А пока бредут они, себя не помня.

― Мне удивительно такое свойство людской памяти, ― покачала головой дочь, ― я обычно сердцем чувствую, где правда, а где ложь, даже когда не знаю, как было на самом деле.

― Для этого надо иметь хорошую связь со своей душой. Она Богами нам дана и всегда подскажет, что истинно.

― Но и душа темнеет порой: обращаются люди к приспешникам Нави, просят их о помощи, ― продолжала Радамила, ― потому что устают ждать поддержку от света.

Глава 2. Долгожданная встреча

Всадники приближались к нашему дому. Напряжение ожидания возрастало. Я вспомнила, что много солнц назад дружинники князя объезжали селения в поисках княжны и наследника, и тогда топот коней был пугающим и несущим беду.

Сейчас же тревога была радостной, но всё же в ней был страх, связанный с изменениями, которые были неизбежны после визита Доброслава. Ведь все селяне сегодня узнают, что в нашем дворе много солнц пряталась княжна, а Светозар, иногда игравший с местными мальчишками, ― наследник Северных земель.

Я понимала, что это не пройдёт бесследно, как и отъезд Цветаны с сыном из нашего дома. И что будет дальше ― пока ясности не было. Наши судьбы стояли на перепутье: по обе стороны развилки, которая ожидала нас, лежал совершенно разный узор жизни. Этот выбор предстоял и мне с Демидом, и Радамиле, и всем нашим близким.

Мне нравилась наша жизнь, дом, уединение, которое было доступно мне, и менять я ничего не хотела. Но происходящие события диктовали своё направление.

Горн известил о приближении важных гостей. Мы уже были готовы и ждали их. А вот селяне были удивлены прозвучавшему звуку и вывалили из своих домов, чтобы посмотреть, что происходит и кто к ним пожаловал.

― Князь Северных земель! ― возвестил голос воеводы. ― Открывайте ворота!

Мои сыновья отодвинули створки и пропустили всадников в наш двор. Я предупредила близких о приезде важных гостей, только умолчала о возвращении их деда.

Доброслав в сопровождении Вышеслава, Демида и Ведмурда въехал в наш двор. Воевода держался позади них, привычно следя за безопасностью. Я на правах хозяйки, а также Цветана с Светозаром стояли на высоком крыльце нашего дома. Радамила держалась в стороне.

Княжна была одета в лучшее платье, которое нам удалось сшить специально для этой встречи. Достав из сундуков ткани и платья, которые передала мне бабушка ещё к замужеству, мы нашли там несколько хорошо сохранившихся вещей и, перешив их согласно покрою для замужних женщин, украсили лентами и цветами. Новых тканей и платьев за время правления нового князя у нас не появилось.

У бабушки сохранились кружева и ленты, которые изготавливала ещё её мама для княгини, жены старого князя. Много труда мне стоило вывести желтизну и заново окрасить их, придать тканям мягкость, а украшениям из лент ― твёрдость для сохранения формы. В обновлённом наряде княжна выглядела прекрасно, полностью соответствуя своему истинному положению.

Её золотые волосы за время испытаний хоть и немного утратили свой цвет, но, напитанные настоями ромашки, сейчас переливались разными оттенками русого. А кожа княжны после моих молодильных взваров сияла свежестью и белизной. Глаза были полны мудрости Берегини, обретённой на последнем посвящении и испытанной в недавней битве.

Светозар стоял рядом с матерью, полный гордости и предвкушения изменения своей судьбы. Наследнику было скучно в нашем дворе, который он почти никогда не покидал, чтобы не вызывать пересудов и домыслов. Слишком отличался он своей красотой и статностью от обычных молодцев. Ясен был его взор и расправлены плечи. Смотря на него, я понимала, почему сердце моей дочери принадлежит только ему.

Соседские мальчишки залезали на деревья, растущие вокруг нашего двора, чтобы лучше видеть происходящие события, и пересказывали их селянам, которые не могли заглянуть за нашу высокую ограду.

Всадники въехали во двор. Спешились. Поводья лошадей подхватили мои сыновья. Они с восхищением смотрели на вернувшегося отца и знатных гостей, прибывших с ним. Демид ободрительно улыбнулся детям, но всё его внимание было направлено на Доброслава.

Он знал, что княжич с женой расстались нерадостно. После долгой разлуки Цветана не приняла своего мужа, узнав, что тот завёл другую семью. И сейчас было важно, как они встретятся, да ещё в присутствии стольких глаз. Впечатление от встречи княжеской четы важно и значимо для всех.

Доброслав шёл первым, а Демид с Ведмурдом на шаг позади. Волхв знал, что Цветана обрела силу Берегини и примет своего мужа как князя и покровителя земель, которые она оберегает. Но княжичу об этом не сказал, чтобы тот проявил смелость и ретивость сердца для возвращения расположения своей супруги.

Цветана смотрела на мужа немигающим взглядом. В её глазах были радость и гордость за него. Я мысленно вздохнула с облегчением. Княжна всё-таки смогла побороть чувства обиженной женщины и была согласна на союз с мужем, как оплот правителей Северных земель для их возрождения и процветания.

Во взгляде княжича была тревога. Он тоже помнил их единственную ночь после своего возвращения из беспамятства, когда жена не допустила его до себя, что было немыслимо по их законам. А сейчас, от того, примет ли его эта женщина, зависело закрепление его успеха как истинного правителя и князя. Ведь мужчина, прилюдно отвергнутый женщиной, которая должна подчиняться ему, становится объектом насмешек.

Доброслав заметил красоту и статность жены, её тщательно скрываемую улыбку и увидел в глазах знакомый огонёк восхищения им, как было много солнц назад.

― Здравствуй, моя княжна, ― начал он, ― я вернулся с победой! Я пришёл за тобой и нашим сыном.

Он кивнул наследнику, не сводя глаз с красавицы-жены.

― Я ждала тебя и молила Богов об успехе твоего войска, ― ответила Цветана с небольшим поклоном, ― я рада, что Правь на нашей стороне, и воинам удалось разбить неприятеля, а тебе ― победить князя в очном поединке.

С уст окружающих сорвался удивлённый шёпот. Только что приехавшие не понимали, откуда княжна знает о противостоянии на городской площади, ведь гонцов с вестями к ней не отправляли. Селяне же просто поражались происходящему. О том, что княжна имеет силу Берегини и может смотреть сквозь пространство, знали лишь несколько человек.

― Истинная княгиня, ― пронёсся говор, ― наперёд всё о своём муже знает.

Доброслав улыбнулся, он взял руки жены и поднёс к своей груди: большего княжеская чета не могла себе позволить на людях. Потом он достал из складок своей одежды резной ободок, украшенный драгоценными камнями. Я вспомнила, что видела это украшение у его матери, когда мы встречались с ней, будучи с Демидом в городе. Ободок был очень красивым: неудивительно, что его сохранили. Мысленно прощупав вещицу, я поняла, что Ведмурд уже очистил её от наследия других владелиц, что носили её после княгини, и украшение можно было надевать на голову княжны.

Глава 3. Разговор

Тяготы проделанного пути были позади. Это касалось не только расстояния, преодолённого воинами от княжеского града до нашего селения, но и всего сражения с князем и тьмой, спустившейся много солнц назад на Северные земли.

Все были рады вернуться домой. Ведмурд не был здесь с того самого дня, когда они с Демидом, умчались прочь на выручку войску старого князя. Я провожала их тогда на пороге и молила Богов о скорейшем возвращении. Кто мог знать, что до нашей встречи пройдёт столько времени, появятся и подрастут наши с Демидом дети, а также дети его братьев, и много воды утечёт в бурных реках Северного края.

Разговор за столом шёл о переезде Цветаны с сыном в город, о проведении обряда принятия княжеского венца, об организации праздника и приглашении на него гостей.

― Отец с матушкой с радостью приедут сюда, ― сказал Вышеслав, ― они часто вспоминали гостеприимный дом и ваш прекрасный терем.

― Как я скучала по родным, ― сказала княжна, ― мой дорогой брат Яромир и его супруга всегда были в моём сердце. Но я даже не могла послать им весточку, что жива, чтобы они не оплакивали меня и не приносили верчи Богам о моей душе.

― Волхвы говорили нам, что не чувствуют вас в царстве Мары, и, возможно, вы бродите посреди миров, ― сказал княжич Южной стороны, ― но всё оказалось гораздо лучше: вы живы.

― Это всё благодаря семье воинов Перуна, которые спасли нас ценой собственных лишений, пройдя множество испытаний, ― сказала Цветана, с благодарностью глядя на меня, Демида и Ведмурда.

Наследник тоже глянул в их сторону.

― Расскажите, как вы стали волхвом, ― попросил он, обращаясь к служителю Велеса, ― я слышал, что раньше вы были воином огня и погибли, призвав Последнюю Силу.

― Так и было, ― ответил Ведмурд, ― вместе с княгиней, матерью Доброслава, и большим количеством вражеских воинов я ушёл на границу миров. Но не смог преодолеть путь в царство Мары: Боги избрали для меня иной. На поле брани к моему почти бездыханному телу пришёл старик, бывший воин и ученик волхва, который забрал меня в свою избу, исцелил мои раны и дал свой посох. Тот вывел меня к капищу, где волхвы, ушедшие из наших земель, ждали времени возвращения света на Северные земли.

― А большой чёрный волк, что в итоге победил колдуна, кто это был? ― спросил Вышеслав. ― Не могло обычное животное быть таким умным и сильным духом.

― Это предок моей невестки, ― улыбнулся волхв, глянув на меня, ― он искупал свою человеческую жизнь, пребывая в теле волка. Ещё находясь в этом селении, он помогал мне защищать родных, а когда пришло время идти к волхвам ― отправился со мной.

― Жаль, что дедушка не вернулся, ― проговорила Радамила.

― Он скоро будет с нами, ― загадочно проговорил волхв, ― раньше, чем вы думаете.

― А что происходит в нашем селении? ― подключился к разговору Демид. ― Как поместники, которых прислал князь? Доброслав распорядился поменять их.

― Мать Бартана не пережила ночь битвы с тьмой, её на днях проводили в последний путь. А двое других сложили свои полномочия, и на завтра у нас назначен общий сход, чтобы выбрать своих старейшин, ― сказала я.

― Это должны быть знающие люди, которые смогут восстановить наше селение и вывести его из бедственного положения, ― продолжал мой Ладо, ― сюда скоро прибудут обозы с зерном. Его надо будет распределить по всем жителям, чтобы каждый мог засеять свой надел. И так будет по всем нашим землям.

― Откуда столько запасов зерна? ― удивились мы с Цветаной.

― Из закромов князя! ― усмехнулся Демид. ― Он держал урожай в своих зерновых, ждал, пока тот испортится, но не отдавал людям. Боги уже покарали его за это.

― Мы завтра придём на сбор, ― сказал Доброслав, ― надо мне вспомнить, как выступать перед людьми. А после все вместе отправимся в город. Вы же поедете со мной? ― он взглянул на меня и Демида. ― Я хочу, чтобы ваша семья присутствовала на обряде принятия княжеской власти.

Цветана согласно кивнула и вопросительно посмотрела не меня.

― Млада, за столько солнц ты стала мне сестрой, ― тихо проговорила она, ― я бесконечно благодарна тебе за всё, что вы с бабушкой для меня сделали. Без вас не было бы ни меня, ни Светозара. И я хочу, чтобы на княжеском обряде ты была рядом, как моя названая сестра.

Слёзы подступили к моим глазам, но я сдержала себя. Слишком много взглядов сейчас было устремлено на нас.

― Я с радостью сопровожу тебя, ― ответила я, ― но после мне надо будет вернуться, здесь вся моя жизнь.

Обведя глазами дом, я поняла, что не представляю себя в других стенах, так дороги мне эти жилище и земля. Все самые счастливые и тревожные моменты жизни прошли здесь. И я не представляла, как могу уехать в другой дом.

― Я не буду тебя неволить, но знай, что я хочу, чтобы ты осталась со мной в городе, ― ответила Цветана, ― мне нужны рядом люди, которым можно доверять.

После этих слов я поняла, что недаром видела себя с Демидом в незнакомых покоях. Видимо, нам было суждено провести какое-то время в княжеском граде. Мой Ладо должен помочь Доброславу наладить управление Северными землями и обеспечить безопасность княжеской четы и их сына. Ведь среди дружинников и местных жителей могли остаться пособники князя-завоевателя, маскирующиеся под наших друзей.

Будто прочитав мои мысли, княжич проговорил:

― Вы необходимы мне в городе, ― сказал он, обращаясь к нам, ― я прошу вас поехать с нами. Вокруг слишком мало людей, кому я могу доверять. А вы ― одни из них.

Демид ответил согласием, и я поняла, что моя жизнь скоро изменится.

Мужчины заговорили о своём, а ко мне наклонилась Цветана и негромко проговорила:

― Возьмём с собой ещё и Радамилу: они со Светозаром лучшая поддержка друг другу, а вот младших бы я пока не брала. Терем сильно повреждён огнём, для детей там может быть опасно.

― Тогда я смогу уехать лишь ненадолго, ― сказала я, не представляя себе разлуку с сыновьями.

Глава 4. Соперничество

Я наблюдала за дочерью и двумя княжичами, с которыми она общалась, пока прибывшие гостили в нашем доме. Радамила, привыкшая постоянно быть рядом со Светозаром и пользоваться его безграничным вниманием, казалось, ревнует к его Вышеславу. Но наш княжич был увлечён новым знакомым и всё время проводил с ним.

Тот же, в свою очередь, старался произвести впечатление на Раду, пребывая под впечатлением от её красоты и рассуждений. Девушки в его краях не обучались знаниям и ведали лишь по хозяйству. А моя дочь наравне с наследником перенимала у Цветаны знания, которые ей передали, как княжеской дочери. И, конечно, внешность моей дочери была предметом зависти многих девиц. Её отличала северная красота: контраст белизны кожи и насыщенного цвета волос; тонкие, будто резные черты лица; холодная, зимняя красота с отцовским огнём внутри оказывала колдовское воздействие на молодцев.

Проходя по нашему селению, она всегда привлекала к себе взгляды, даже если закрывала лицо накидкой, будто прячась от солнца. Мужчины и отроки чуяли её внутреннюю мощь, дающую ей не по годам женскую привлекательность.

Вышеслав тоже не смог устоять. Я видела это в его блестящих глазах, порывистых движениях и громких речах. Как только Радамила уходила заниматься делами, которых с неё никто не снимал, он следил за ней взглядом. А потом они со Светозаром устремлялись на помощь, продолжая молодецки тягаться друг с другом. Мы с Демидом наблюдали, как они выполняют совсем не мужскую работу лишь для того, чтобы обратить на себя внимание девицы. Мой Ладо молчал, не высказывая своего отношения к происходящему. Ему скорее было весело от увиденного, как и княжичам, особенно Вышеславу, который впервые в жизни сбросил высокомерие княжеского сына и мог позволить себе быть простым молодцем.

В свободное время княжич Южной стороны с упоением рассказывал брату о своей жизни в тереме, об обязанностях и регалиях, о воинских поединках и занятиях с дружинниками.

Светозар тоже хорошо владел кинжалом. Демид сам учил его, считая, что как бы ни сложилась его судьба, княжич должен уметь защитить себя и семью и справиться с самым изворотливым врагом. Порой они так рубились на деревянных клинках, что те ломались по несколько штук за день. Безусловно, мой Ладо боролся в четверть своей силы, но приёмы и выпады отрабатывались честно. Поэтому поединком с опытным воином Светозара было не удивить, а вот командовать дружиной или решать судьбы других людей ему ещё не приходилось.

И хотя Цветана старалась готовить сына к подобному повороту судьбы, но простые разговоры не идут ни в какое сравнение с непосредственным присутствием на совете князя с воеводами и старейшинами. В обязанности княжича входила задача следить за общением старших, запоминать их решения и найденные компромиссы в сложных делах ― это являлось неотъемлемой частью подготовки наследника. Светозар был лишён этого, и ему только предстояло набираться опыта в управлении своими землями.

Но зато у него был опыт проживания в селении наравне с простым народом. Наш наследник, как никто из сыновей сопредельных князей, знал потребности и чаяния своих людей. И в моих глазах это было большим плюсом для его правления. Тем более перед ним ещё была очередь Доброслава, который доказал своё право на Северные земли.

Так или иначе, молодая троица проводила дни вместе. Прибывшие задержались у нас в гостях, потому что Цветана хотела попрощаться с нашим домом и попросила дать ей несколько дней. Я знала, как Цветана полюбила уединение и проводила большую часть времени только со своим сыном и Радой, взращивая в той хорошую жену для своего сына.

А вернувшись в княжеский терем, она окажется у всех на виду и будет неустанно трудиться во имя благоденствия своего края. На плечи княгини ляжет забота о народе ― его потребностях, бедах и горестях. К жене князя приходят за покровительством женщины, оставшиеся без кормильца; старики и болящие через доверенных лиц, которых княгиня отправляет ездить по селениям, передают ей свои прошения. Это отныне будет её жизнью и заботой.

Поэтому последние дни своей свободной жизни она проводили в уединении своего дома. Цветана хотела уехать из него до возвращения Белозара, чтобы не тревожить душу и не вспоминать несбывшуюся любовь.

Как-то за ужином мы обсуждали дальнейшее устройство нашей жизни. Большой дом, построенный когда-то Ведмурдом с сыновьями, становился маленьким для такого количества семей, что собиралось в нём жить. Мы говорили о том, что стоит построить ещё один дом для Белозара или Боремира с их жёнами.

― Я оставлю Белозару свой дом, ― неожиданно сказала Цветана, хотя по нашему замыслу это место навсегда оставалось в её со Светозаром владении: ведь там всё было пропитано их историей и хранило следы метаний и прозрений. ― Мой дом теперь рядом с Доброславом, ― продолжала она, ― а Белозару с Велиславой там будет удобно.

Я посмотрела на княжну. С моей точки зрения лучше было бы оставить её дом Боремиру с Вассой, ведь она придёт в наш дом с сыном от Бартана, который уже отрок, и им точно будет неуютно с нами в большом доме, но спорить с Цветаной не стала.

Заглянув в её душу, я увидела, как важно для княжны, чтобы Белозар жил в том доме, где она провела столько времени. Там, где они так и не смогли соединить свои судьбы, где каждая вещь будет напоминать ему о ней. Возможно, это было жестоко, но я не могла винить женщину в этом.

Сейчас в её глазах были спокойствие и согласие со своей судьбой. Она несла в себе силу Берегини и готовилась выполнять свой княжеский долг. А здесь она оставляла мечты о тихом счастье и обычной семье.

Все согласились с её предложением, и я не стала расстраивать Цветану тем, что может получиться иначе.

Глава 5. Грядущее в тумане

После возвращения со сбора Ведмурд выразил желание навестить мою бабушку, которая продолжала жить в своей лесной избе, несмотря на все уговоры переехать в большой дом. Лишь на зимнее время она занимала одну из комнат, но как только сходил снег, уходила к себе.

Ведмурд сказал, что пойдёт к ней один. Я была рада этому, поскольку чувствовала бы себя неуютно наедине с могущественным волхвом. В моей памяти всплывали рассказы родителей о том, насколько сильны и знающи служители Велеса. Отец рассказывал о них с придыханием, хотя сам их не застал, а слышал о волхвах от своего отца. И вот теперь проводники воли Богов вернулись на Северные земли, и это было великой благостью для всех нас.

Оставшись дома, я провожала Ведмурда взглядом. Он не спеша шёл по дороге, ведущей к колдунье, вспоминая события, что происходили здесь, когда он с семьёй только приехал в эти края.

Тогда он был воином Перуна, и его огненный пояс горел ярким пламенем. Сыновья были маленькими, душа Боремира ещё не повернулась к тьме, а мы с Демидом только начали путь друг к другу.

И вот теперь, спустя столько солнц и событий, лишившись огненного пояса воина, но обретя пояс волхва, он шёл дорогой воспоминаний. И казалось, что где-то за ним, с другой стороны границы миров, идёт чёрный волк.

Бабушка вышла встречать его на порог. Она давно знала о прибытии Ведмурда в наше селение, но на общий сбор не пошла. Решать ей там было нечего, её жизнь шла другим чередом.

― Здравствуй, Ведмурд, ― сказала она, ― я рада, что дороги привели тебя ко мне.

― Здравствуй, Родослава, ― ответил волхв, ― мои пути навечно связаны с твоей семьёй, и я не мог не прийти.

― Проходи, ― пригласила она, ― и расскажи мне о нём. Как случилось, что Боги дали именно Валиду силы, чтобы одолеть тёмного колдуна?

― Он давно ходил по краю миров, и не волк, и не человек, ― ответил Ведмурд, ― именно такой воин мог уничтожить колдуна. Великий Маг давно был за гранью, его тело поддерживало здесь лишь видимость жизни. Дух к духу, прах к праху.

― Я так и думала, и, несмотря на горечь потери, рада, что мой муж получил освобождение от волчьего тела, которое тяготило его. Вижу, у тебя есть что-то для меня?

― Да, амулет, что я надел Валиду на шею, когда отправлял волка на помощь Доброславу, ― ответил волхв. ― Он хотел, чтобы ты хранила этот камень у себя как память о нём. И взяла его с собой в царство Мары: когда придёт срок, по нему он найдёт тебя.

Бабушка кивнула. Она взяла протянутый ей амулет, и дух Валида предстал перед ней. Он был в образе мужчины, которого она когда-то знала и любила, и даже одежда была та, в которой он много солнц назад ушёл на свою последнюю встречу с медведем. Мужчина ждал её по ту сторону мира.

― Я скоро приду, ― сказала ему Родослава, ― мой земной путь заканчивается. Я передала всё, что знала, своей внучке, вырастила правнучку и примирилась с нашей с тобой дочерью, которую нам пришлось отдать ради её собственной жизни.

Дух кивнул и начал таять.

― Какой путь ждёт тебя и наших детей дальше? ― спросила колдунья у волхва, когда Валид покинул их.

― Скоро мы поедем в княжеский терем, и после принятия венца княжеской четой всех вновь ждёт развилка. По какой дороге пойдут люди, мне неведомо. Боги всегда дают им выбор, ― ответил волхв.

― Если Млада останется вместе с Демидом жить в городе, то потеряет часть своих сил, так как ей нужна подпитка от земли. Если Рада со Светозаром изменят своим сердцам, то не будет у Северных земель правителя, их сына, который сможет провести наш край через безверие, что надвигается со стороны, где встаёт солнце, ― проговорила бабушка.

― Я знаю, но дам им выбор, ― ответил Ведмурд, ― жить по чужим подсказкам легко, но если этот выбор не продиктован сердцем, то не будет человеку от него счастья.

― Поэтому я закрою от Млады, сколько дней мне осталось, иначе она останется со мной и всегда будет думать, что упустила что-то важное в своей жизни, не поехав с Демидом, ― согласилась бабушка, ― а так поживёт в городе, окунётся в ту жизнь, что ей незнакома. Но, надеюсь, не даст ей закрутить себя, заворожить властью. Внучка должна сама почувствовать, что это ей чуждо, ей рядом с природой быть надо, творить ритуалы, от этого будут польза и здравие многим людям. Но пусть она сама выберет. А если узнает, что слаба я совсем, то примчится сразу, потом за Велиславой ухаживать останется, та ведь сама с разрешением двойней не справится, да и не вытянет она детей огня, ей помощь нужна. Так и закрутит Младу жизнь, оставит в селении, и будет ей казаться, что самое лучшее и яркое, что ждало, прошло стороной, а она в глуши прозябает.

Ведмурд кивнул. Он знал, как важно, чтобы человек сам дошёл до осознания того, что лучше для него.

― Я знаю, что мы скоро встретимся, ― сказал он на прощанье Родославе, ― в то время я ещё буду в этих землям, к волхвам уйду позднее.

Женщина кивнула. На этом хранители своих родов расстались. А я, глядя сквозь пространство на своих родных, удивлялась тому, что не слышала, о чём они говорили. Видимо, не надобно мне было знать тайны старших.

Через несколько дней наши гости собрались в путь. Доброслав не мог надолго покидать город, надо было следить за тем, как выполняются его наказы по восстановлению Северных земель, решать текущие проблемы, принимать старейшин и посланников от других князей, судить предателей. И главное, готовить всеобщий сбор, чтобы как можно скорее принять княжеский венец. Ведь пока он считался бес-Правным, так как не прошёл ритуал принятия власти. На это действо надо было пригласить как можно больше сопредельных князей, чтобы они видели, кто теперь является законным правителем нашей стороны.

Цветана отбывала вместе с мужем и сыном, с ними ехал и Вышеслав, а также воевода с дружинниками. Княжич с южных земель решил пока не возвращаться домой, а остаться в Северном граде до праздничного ритуала, ожидая приезда родителей. Доброславу ещё предстояло отправить гонцов к Яромиру с супругой, чтобы официально пригласить их.

Глава 6. Встреча двух жён

Цветана ехала в повозке, а мужчины скакали верхом на лошадях. Молодые княжичи устраивали забеги наперегонки, соревнуясь в том, кто из них более умелый наездник. Воевода сопровождал их, следя за безопасностью. А повозку с княжной охраняли дружинники.

Женщина переживала за своего сына. Впервые он выезжал за пределы селения, где родился. Но наездником был отменным. Демид не зря содержал конюшню с лошадьми, все мужчины его дома учились ездить верхом, маневрировать, уворачиваться от ударов противника, сидя на лошади. И многое другое осваивали мальчики, в том числе и наследник.

На одном из привалов Цветана с гордостью увидела, как её сын опережает княжича Южной стороны, и тому остаётся только смириться с поражением. Доброслав тоже одобрительно улыбался. И хотя всё выглядело, как молодецкие забавы, материнское сердце чувствовало, что не стоит давать развития этому соперничеству.

Будущие правители должны быть союзниками, а не противниками, пусть даже по играм. Она поделилась этими думами со своим мужем, но тот в свойственной мужчинам манере отмахнулся от интуитивного знания жены и сказал, что им недолго осталось находиться вместе. После посвящения Вышеслав с родителями вернётся в свой край, и неизвестно, когда ещё приедет.

― Ты часто видела своих родных, когда приехала жить в Северные земли? ― спросил он у Цветаны, та покачала головой. ― Вот и Вышеслав с нашим сыном нескоро ещё увидятся. Так пусть запомнят друг друга по молодецким забавам, ничто так не сближает, как резвость юношеской игры. А соперничество у них не разъединяющее, а наоборот, подстёгивающее.

Княжна ничего не ответила. Она чувствовала, что соперничество между братьями как раз недоброе, но спорить с мужем не стала. Ещё она заметила взгляды, что бросал её племянник на Радамилу, не ускользнуло от женского ока Цветаны, что понравилась девица юному княжичу.

И хотя она была бы счастлива, если бы такая сильная ведунья, которой предстояло стать Раде, вошла в семью её брата Яромира, но понимала, что без этой девицы не будет мощи у её собственного сына.

Княжна надеялась, что за время вынужденной разлуки с Радой, которая осталась пока в отчем доме, Вышеслав забудет о своём увлечении. Не хотела она, чтобы ссорились братья из-за невесты одного из них. Потому что сердечные ссоры и раны ― самые незаживающие, их ни забыть, ни простить невозможно. И когда проявится последствие такой размолвки ― предсказать невозможно. В памяти Цветаны была свежа история о мести воеводы её свёкру, когда воин открыл ворота города врагам, мстя правителю за женитьбу на своей возлюбленной.

«Нельзя допустить, чтобы рассорились братья, должны они быть поддержкой друг другу, ― рассуждала Цветана. ― Я знаю, что Млада постарается сгладить эту ситуацию, отведёт глаза княжичу, чтобы он своим неосторожным чувством не разрушил мир, только зарождающийся на нашей земле. Но и я не должна упускать эту ситуацию из вида».

С этими мыслями она ехала в своей повозке, пытаясь отвлечься от того, что ждало впереди её саму. Ведь их отряд подъезжал к селению, где жила Лебедяна с сыновьями: Доброслав должен был забрать вторую жену и детей с собой в город. Встреча с ней пугала и тревожила княжну. И хотя она знала свои права, как первой жены, и законы, по которым правитель мог иметь несколько жён, но встретиться лицом к лицу с соперницей, увидеть их с княжичем детей, было тяжёлым испытанием для неё.

Доброслав ехал рядом с повозкой Цветаны и вспоминал долгие тринадцать солнц, что провёл без памяти в селении, к которому они сейчас приближались. Сердце княжича трепетало. Он будто заново ощущал, как приходил в себя после ранения, как впервые увидел Акилину, назвавшуюся его матерью, как долго во снах видел образ Цветаны, которую он принимал за сестру, как в их доме появилась Лебедяна, и ему пришлось жениться на ней, чтобы селяне не судачили о девичьей чести. Как потом вспомнил, кто он есть, встретил Демида и принял трудное решение обратиться за помощью к Южным князьям, а потом чуть не лишился жизни в их темнице.

На фоне последних событий образ Лебедяны потускнел в его сознании. Но сейчас он помнил каждую её черту. При расставании жена просила его лишь об одном: чтобы он берёг себя и вернулся к ней и сыновьям. И вот, обретя власть и примирившись с Цветаной, он ехал забирать свою вторую супругу, чтобы отвести их обеих в княжеский терем.

Когда отряд въехал в селение, горн возвестил жителям, что прибыли важные гости. Из изб начал выходить народ, чтобы посмотреть, кто к ним пожаловал.

― Наследный князь Северных земель! ― возвестил глашатай, и люди кланялись всадникам и приветствовали их.

На княжича все смотрели с восторгом и уважением, никто не узнавал в нём Ратислава, который жил рядом с ними много солнц. Да и можно ли было узнать в гордом всаднике в расшитой одежде того воина, что приютила у себя Акилина.

Толпа зевак сопровождала всадников, а княжич уверенно держал путь к неприметному домику в стороне от главной дороги.

Лебедяна была на своём дворе. Все семь месяцев, что прошли с отъезда мужа, она ничего о нём не знала. Когда в селение пришли вести о большом сражении, что происходило у стен города, последующей гибели завоевателей и возвращении истинных князей этой земли, она подумала, что Ратислав присоединился к войску, и неистово молила Богов о его здравии.

Жить с пятью детьми без хозяина в доме было очень тяжело: хорошо, что перед уходом Доброслав заготовил им дрова на всю зиму и спрятал мешок зерна в погреб. Когда поместники князя пришли к селянам изымать последние запасы, в доме Лебедяны они ничего не нашли. А увидев количество детей, решили, что ничего и нет, всё съедено.

Зима та была лютой, и женщине было тяжело одной: хорошо, что старшие сыновья помогали по хозяйству. Но с приходом весны и началом посевной появились новые беды. Женщина не знала, как ей сеять и собирать урожай, чем кормить детей в будущую зиму, если она не может работать в поле. Ведь в ближайшую Луну она ждала появления ещё одного ребёнка. Это должна быть долгожданная девочка, как и мечтала Лебедяна.

Глава 7. Новые ростки старых чувств

Путь до города пролетел быстро. Цветана уверенно держалась на лошади, вспоминая счастливые дни детства, когда они вместе с братом осваивали верховую езду. Она была единственной из своих сестёр, кто не боялся скакать галопом, и отец очень гордился ею. В редкие свободные часы князь сам учил Яромира и Цветану искусству обращения с лошадьми. И это были самые памятные минуты рядом с отцом в воспоминаниях княжны.

Позже, уехав жить в дом будущего мужа, она каталась вместе с Доброславом. Будучи отроками, они отрывались от своих наставников и уезжали вдвоём за пределы города, мчась наперегонки. В этом было столько беззаботности и лёгкости, единения стремлений и помыслов, что даже княгиня, желающая воспитать из Цветаны прежде всего мать наследников рода и будущую Берегиню княжества, не возражала против таких поездок.

И вот сейчас, впервые за много солнц оседлав лошадь, княжна вспомнила забавы своей юности, ту свободу и радость, что они давали ей. Среди строгих правил и обязанностей, наложенных рождением в княжеской семье, а позже ― выпавших испытаний, подобный глоток свободы был редким и желанным.

Улыбка играла на губах Цветаны, и сердце билось быстрее. Она будто заново училась чувствовать себя, возрождала часть себя самой, которая казалась ей давно затерянной в прошлом. Это радовало и волновало душу. Она не могла понять, почему отказывалась от многократных предложений Млады прокатиться верхом, боясь, что растеребит старые раны.

Рядом с ней ехал Доброслав, по-новому глядя на свою жену; двое княжичей держались неподалёку. Светозар с удивлением не узнавал свою строгую и осторожную матушку.

Когда Цветана срывалась в галоп, супруг догонял её. Соревнования между Вышеславом и его братом остались позади, теперь все наблюдали за княжеской четой. Доброслав, конечно, щадил своего коня и уступал жене первенство, а Цветана благосклонно принимала его. Их отношения как будто начинались заново.

Лебедяна же ехала в повозке вместе с детьми. Никто из её сыновей не умел держаться на лошади, так как их просто не было у них во дворе. По прибытии в город Доброслав обещал сразу же заняться восполнением знаний и умений своих сыновей, обучение которым было им ранее недоступно. Если приёмам боя он обучал их сам, вытачивая из дерева клинки, то многое другое, необходимое княжичам, не помнил, когда был Ратиславом.

К городу отряд прибыл затемно. Вперёд были отправлены гонцы с распоряжением подготовить женскую половину терема со всем необходимым для маленьких детей. Это послание вызвало переполох среди прислужниц, поскольку никто не понимал, что за дети к ним едут. Уезжали одни мужчины и должны были привезти княжну со взрослым наследником, а не нескольких детей.

Но распоряжение княжича было выполнено, покои жён повергнутого князя были подготовлены для вновь прибывших. Эти женщины уже переселились в небольшой домик недалеко от терема, где находились под охраной. Их будущее жилище на месте прощания с воинами было ещё не готово.

Встречали Доброслава с Цветаной при свете факелов. Несколько старых прислужниц, что сохранили свои места в тереме после прихода к власти нового князя, с радостью узнали княжну, спрыгнувшую с лошади.

― Как повзрослела! ― шептались они. ― Совсем не та девочка, что была много солнц назад.

Княжна улыбнулась им и кивнула в сторону повозки.

― Заботьтесь о них, как о моих бы заботились, ― сказала она ничего не понимающим женщинам.

Те недоуменно переглянулись. А когда из повозки один за другим появилось пятеро мальчиков, все, как один, похожие на княжича, из уст встречающих вырвался возглас удивления.

Самого младшего, уснувшего в дороге, Лебедяна держала на руках. Её появление поразило всех ещё больше.

― Это моя вторая жена и дети, ― сказал Доброслав во избежание слухов, ― проводите их на женскую половину. Завтра решим, где будут жить старшие, им уже пора обретать воинские навыки и находиться среди мужчин.

Детей вместе с Лебедяной увели. Она чувствовала себя не очень хорошо. Дорога, по которой они ехали, была разбитой, и повозку трясло на каждой кочке, от этого сильно разболелся живот. Прислужницы помогли ей дойти до покоев. Эта часть терема почти не пострадала от огня, поскольку на женской половине не было столкновений между противниками.

Будущая мать, взглянув на богато убранные помещения, резные предметы утвари и ткани, которыми были застелены кровати, не могла поверить, что всё это происходит с ней.

«Муж твой будет знатным, ― вспомнила она слова знахарки, ― но подождать надо, не сразу так сложится».

Так и получилось. Лебедяне дали отвар специальных трав, чтобы дитя успокоилось, остальных детей накормили и уложили спать. Все прибывшие забылись сладким сном. Лишь будущая мать тревожно просыпалась и не понимала, где находится. А когда осознавала, продолжала не верить, что всё это правда.

Доброслав с Цветаной и сыном расположились в покоях в другой части терема. Повсюду были следы пожара, и плотники, даже работая от зари до зари, пока не успели залатать все дыры, оставленные пламенем. Отец с сыном устроились вместе, Цветане предоставили отдельное помещение. Она была пока не готова принять своего супруга. Слишком многое стояло между ними, особенно сейчас, когда перед глазами княжны была вторая жена Доброслава, ждущая от него ребёнка.

Это пока не укладывалось у неё в голове. Мужчина не торопил свою супругу, давая ей возможность самой решить, какими будут их отношения. В его жизни не было опыта проживания под одной крышей с двумя жёнами, ведь отец был женат только на его матери. И как выстроить отношения с обеими, не обижая и не унижая каждую из них, он пока не знал.

И Цветана, и Лебедяна привыкли быть единственными, что очень усложняло ситуацию. И хотя в их краях знатным людям не запрещалось иметь несколько жён, но те всегда знали, какой они входят в семью, и чувствовали себя соответствующе. Здесь же ситуация была другой.