Школа "Потерянных душ"

Глава 1 Нечисть

Я сидела на причале, болтая ногами над водами моря Забытых сновидений, дрожа от холода. Старенькие ботинки с развязанными шнурками и растянутая вязаная кофта не спасали от промозглого холода, пробирающего до самых костей. Ветер дул яростно, студеный, пропахший солью и приближающейся грозой. Волны с тихим плеском бились о каменные сваи, позеленевшие от времени и воды. Звук успокаивал, а в моей голове крутились обрывки видений: неуловимые, зыбкие истории без начала и конца. Сны жителей нашего мира наполняли подобием жизни мрачные глубины моря. В нем плавали наряду с обычными рыбами и водорослями диковинные города, леса, земли, фантастические птицы, звери и лихие приключения. Самые старые сны опускались на дно, смешиваясь с придонным илом.

Большинству местного населения, проживающего в городе Кьярн, не нравились эти видения, поэтому они запасались специальными амулетами — немалая часть из которых работала из рук вон плохо, — или старались как можно реже подходить близко к побережью; за черту города сны не проникали. Я, напротив, приходила сюда в любую свободную минуту. Закрывала глаза, а в моей голове крутились сны, я словно наяву проживала отголоски чужих жизней, ощущая эмоции, не имеющие ко мне никакого отношения, и восхищалась плодами воображения и подсознания других людей. Иногда попадались сюжеты неприятные и откровенно жуткие; в этом случае я тут же поднималась и уходила с причала — мне вполне хватало и собственных кошмаров, частенько мучивших меня по ночам, а ведь и они со временем попадали в море сновидений, получая иллюзорную возможность существования.

Из грёз наяву меня выдернула резкая боль, и я с горьким вздохом потерла разбитую коленку. Ушиб саднил, но пока что не очень-то сильно, а вот завтра непременно буду хромать. Эх! Как я могла забыть о плохо прибитой доске в самом начале деревянного причала? Рассеянностью я вообще-то частенько страдаю, но до сего дня о доске помнила. Но я так спешила к морю сновидений, что обо всём позабыла, зацепилась носком тяжёлого ботинка и рухнула на причал, как распоследняя дурочка. Дома ждёт нагоняй, тётка обожает ныть по любому поводу. А я, как назло, постоянно подкидываю ей причины. Не нарочно, естественно! Меня, честно говоря, в последнее время нечасто посещает желание её доводить, устала от бесконечных нотаций и нравоучений. Просто координация иногда даёт сбой (скорее всего, это происходит из-за скорости моего подросткового роста и непреодолимой силы притяжения). Хотя, получай я шант за каждое тёткино нытьё, давно бы прикупила себе тёплую одежду и перестала бы мёрзнуть, как скользкая рыбина на дне моря. Шмыгнула носом и натянула почти до самых бровей вязаную тонкую шапку, обняла себя за плечи. Не сказать, что мне стало теплее, но уйти сейчас я не могла! Это может быть мой последний шанс! Если тётка не передумает (вероятность этого я оценивала как нулевую), то завтра я отправлюсь в школу. На полный пансион! Нет, вы не подумайте, я была рада убраться из опостылевшего дома дражайшей родственницы, где я провела худшие два года своей недолгой жизни. Но будущее в жуткой-прежуткой школе всё равно пугало до потери сознания. Слухи о ней ходили преотвратительные. Мальчишка, живущий по соседству, каким-то образом узнал, куда я отправлюсь, и извёл меня до полусмерти за последние десять дней, постоянно таскаясь за мной по пятам и болтая не затыкаясь! Бу-бу-бу! Там злобные преподаватели, сырые комнаты, призраки, крысы, подвалы, ученики пропадают без следа. Ох, откуда только такая осведомлённость? Этот вопрос я ему задавала раз эдак семьсот, но он постоянно делал вид, что меня не расслышал, чем выводил из себя ещё больше.

Так что, завтра ранним утром я уеду из Кьярна. Отчасти смирившись с неизбежным, я умудрилась встать пораньше, ловко увернуться от новой встречи с мальчишкой и забежала попрощаться со старичком-соседом, но вряд ли он обратил на мои слова внимание, вновь погрузившись в свои воображаемые миры. Я познакомилась с ним на следующий день по приезде в дом к тётке. Помогла донести пакеты из лавки, и с тех пор частенько забегала к нему, чтобы найти утерянные очки под завалами в кабинете, напомнить о еде или достать нужную книгу для работы с верхней полки шкафа. Я читала запоем, выбирая книги наугад, в его старенькой библиотеке: о морских приключениях, а также путевые заметки хозяина дома. Старичок — Вайд Ерт — был когда-то одним из ведущих исследователей вулканов и теперь писал объёмистый научный трактат. На мой вопрос о школе, он лишь отмахнулся и сказал, что она хоть и несколько необычная, но совершенно не страшная, и снова уткнулся в свои записи.

После я отправилась к дому родителей попрощаться с последним местом, что всё ещё тонкой нитью связывало меня с далёким и счастливым прошлым. Приходила я сюда не очень часто, примерно раз в три дюжины дней. Путь был неблизким и печальным. Внутрь проникнуть мне не удалось ни разу, хотя я пыталась это проделать, но на двери стоял магический щит, дом словно был укутан в тончайшую туманную дымку, размывающую общие контуры. Стояла долго, не в силах отвести взгляд, запоминая его в мельчайших деталях. Неизвестно, когда я снова смогу его увидеть, если уж на целых четыре долгих года отправляюсь в школу, о которой я прежде, хм, вернее ещё десять дней назад, ничего не слышала. Изменить реальность я была не в силах, однако все же решилась на последнюю отчаянную попытку договориться со своей судьбой, и именно для этого я пришла вечером на причал…

Погрузившись в сны и мысли, случайно задела ногой опору причала, и левый ботинок чуть не улетел в воду, вернувшись в реальность, я резво подобрала ноги под себя. Потеряю ботинок — и придётся отправляться в школу босиком или в своих старых туфлях, которые малы мне на два размера и выглядят так, будто я нашла их на свалке. Тётка и не подумает купить мне новые.

Скорчившись у высокого фонарного столба на краю причала, я разглядывала силуэты кораблей, в большом количестве бороздящих морские волны до тёмной линии далёкого горизонта. Проследила взглядом за рассеянным лучом маяка, скользившему по поверхности неспокойных вод. Маяк был сновидением, он возвышался над нашим городком, перенесённый со дна моря древними магами и возведённый на самой высокой скале бухты. Он уже столько веков стоит на страже, и стены его из древних зачарованных камней хранят наш город от монстров Затерянного острова. Я с нетерпением вглядывалась в густую черноту небесного свода. Ожидание моё длилось уже пять дней и грозило окончиться горьким разочарованием. У меня не было больше времени! Сегодня последний шанс, а она всё не спешила!

Глава 2 Скальный остров

Спала я всю ночь напролёт мертвецким сном, без сновидений и, как мне кажется, ни разу не шелохнувшись. Даже одеяло не сбросила и подушку по привычке не захапала в попытке согреться. Боги древние, я и забыла, когда в последний раз так крепко спала; уж точно за последние два года такого со мной не бывало ни разу! В доме тётки у меня, конечно, была своя отдельная комната (чтобы пореже меня видеть), только я не чувствовала себя в ней как дома. Тётку вполне устраивало, что я со временем всё реже появлялась в так называемом доме и практически целыми днями пропадала то у соседа-старичка в библиотеке с книгой, то в городе или на причале. Невкусная, пресная и заветренная еда в количестве, недостаточном, чтобы прокормить даже мелкую птичку, ждала меня обычно на тумбочке у кровати, а в редкие моменты встреч с тёткой — бесконечные нотации и выговоры. Два года мутного, беспросветного мрака, но они закончились. Что бы ни было дальше, я справлюсь, оставляя тягостные, выморочные воспоминания позади.

Проснулась я очень рано, ветер злобным призраком завывал за окном, стекло негромко позвякивало. Я бросила сонный взгляд на стрелки часов — только лишь половина седьмого. Легла на бок и внимательно осмотрела доставшиеся мне с комнатой настольные часы, уж очень необычными они были: механические, овальной формы, корпус полупрозрачный. Помимо обычных стрелок — секундной, минутной и часовой — у них была ещё одна стрелка, чёрная, застывшая на цифре одиннадцать. Впадая в полудрёму, я немного понаблюдала за движением шестерёнок и бегом удлинённой секундной стрелки под аккомпанемент ураганного ветра. Несколько раз клюнув носом в подушку, испугалась, что могу снова уснуть и проспать первое занятие. За ночь в комнате стало прохладнее. Зябко ёжась, откинула одеяло и прошлёпала босыми ногами к окну, облокотившись руками о подоконник, от оконного стекла веяло утренней, свежестью и прохладой. На улице островной мир превратился в чёрно-белую дождливую картину. Над морем сновидений нависали низкие чёрные тучи. Собирался шторм. В нашем городе они не были редкостью, но на острове зрелище будет в сотни раз страшнее. Сновидения в море после шторма становились особенно реалистичными на несколько последующих дней. Жаль, что от школы до берега было далековато; с такого расстояния сны увидеть нельзя. Но, возможно, после занятий мне удастся прогуляться по острову и дойти до моря.

Обдумывая эту оптимистичную идею, я вышла из комнаты. По коридору и в купальне бродили такие же, как и я, сонные девочки-соседки, скованные резкой сменой обстановки с домашней, привычной и уютной на мрачновато-школьную. Я взбодрилась скоростным умыванием ледяной водой и, возвращаясь в комнату, наконец додумалась до ещё одной чрезвычайно разумной мысли, которая быстро переросла в паническую: учебники и одежда у меня наличествовали, а писать-то на чём и чем? Метнулась к столу и, осмотрев ящики, с облегчением обнаружила стопку писчей бумаги, самописные перья и чернила для их заправки. Перед отъездом я и не подумала о канцелярской мелочёвке, но проблема решилась сама собой, не успев появиться. Узел глухого отчаяния в груди ещё немного ослаб. В школе, куда я ужасно боялась ехать, оказалось не так плохо, как я ожидала. Ни тётки, ни таинственных исчезновений, ни жутких монстров — по крайней мере пока. На этой мысли я рассеянно улыбнулась и поплелась к шкафу. Придирчиво осмотрев школьную одежду, сняла с вешалки вчерашнее тёмное платье.

Не спеша привела себя в нормальный ученический вид. Внимательно изучив расписание, отобрала необходимые для сегодняшних занятий учебники в количестве двух штук: история и магия. Совершенно естественно, что урока магии я ждала с трепетом, но, как назло, он стоял в расписании вторым по счету. Памятуя наставление Зейна Тана, в очередной раз усмирила желание попытаться призвать магический дар прямо в комнате. Признаюсь, далось мне это тяжело, зуд любопытства подталкивал наплевать на правила. Успокаивая себя тем, что урок магии совсем скоро, я сунула в один из учебников несколько листков бумаги, а самопишущее перо — в карман платья.

В дверь негромко постучали. Я привычно съёжилась, ожидая услышать визгливый голос тётки, но минутное воспоминание быстро растаяло. Тряхнула головой, разгоняя остатки липкого, мерзкого наваждения. Я в школе, на острове посреди моря! И, скорее всего, это Рина, девочка явно решила взять меня под ненавязчивую опеку. Улыбнулась, надеясь, что улыбка вышла искренней, но, к сожалению, за последние годы этот навык подрастеряла, кислые мины мне удавались куда лучше: великое дело — опыт! Однако, распахнув дверь, я увидела незнакомую девочку, примерно мою ровесницу. Одноклассница? Я пригляделась — нет, все же чуть постарше. И в ней не было скованности человека, сутки назад, впервые, очутившегося в десятках миль от родного дома. Девочка смущённо улыбнулась и протянула мне руку. Густые тёмно-русые волосы были заплетены в косу, на лице веснушки, а на носу — очки в тяжёлой оправе.

— Утро светлое, меня зовут Хини Лани, ученица второго класса!

— Светлое, Шанира Тени, первый! — я пожала её руку.

— Значит, я не заблудилась, — с облегчением выдохнула она. — Тебя просят подняться к директору школы! Кабинет на третьем этаже, четвёртый по левому коридору! — выпалила она, выдохнула и, развернувшись на каблуках, удалилась с чувством выполненного долга.

Недоумевая, чем я заслужила честь явиться пред директорские очи, я вернулась к столу. Сумки у меня не было, так что я в обнимку с книгами двинулась по направлению к лестнице. Сколько времени займёт общение с директором, было неизвестно; если долго, то я могу просто не успеть перед завтраком заскочить за ними в комнату. Не говоря уже о том, что возможно, на первое занятие придётся нестись галопом. Вышла из жилой части здания и прошла по школьному коридору, ведущему к лестнице, мимо узких окон, забранных решётками, над которыми горели свечные фонари. Потолок над лестничным пролётом был высоким, с островерхими арочными перекрытиями. Навстречу мне спускались несколько взрослых парней. Они не обратили внимания на худенькую мелкую девчонку. Я, в обнимку с книгами, прижалась к перилам, что бы их пропустить. Парни о чём-то тихо переговаривались, но ни слова из их разговора я разобрать не смогла. Звуки на лестнице искажались удивительным образом, и до моего слуха долетал лишь невнятный гул голосов. На втором этаже парни остановились. Я тут же притормозила и сделала шаг назад. Они открыли дверь возле лестницы и проскользнули внутрь. Закрывалась она за ними медленно и бесшумно, и за это время я успела увидеть небольшую часть тёмного каменного коридора с окнами. Старшеклассники скрылись из виду, дверь захлопнулась с тихим щелчком. Очевидно, это был переход в левое крыло школы, где обитали старшие курсы. Я поднялась на третий этаж, свернула налево, отсчитала четвёртую дверь, остановилась на пару секунд, глубоко вздохнула и постучала.

Глава 3 Видение

Выдав нам задание для самостоятельной работы — всесторонне изучить одного из монстров (название которого я с лёту запомнить не смогла — оно состояло из четырех непроизносимых слов на древнем языке) по учебнику и сделать заметки, преподаватель унесся из кабинета, прихватив свитки и книги, позабыв скелет. Он одиноко остался стоять на столе.

Пребывая в раздумьях о разнообразии клыкастых монстров, я неторопливо плелась с книгами позади одноклассников, прокручивая в голове рисунки зверушек. Что ж, если подумать, изучение монстров, конечно, важно, ведь смертельную опасность необходимо понимать и изучать, не обращая внимания на глубинный ужас перед древними кошмарами материка.

За моей спиной послышался вкрадчивый, едва слышный шелест, я вздрогнула и резко обернулась. Из кармана платья выпало перо и плавненько опустилось на пол. В нем закончились чернила, и я, чтобы не перепутать его с другим — пишущим пером, вложенным в книгу, сунула отдельно, сделав мысленную пометку, что по возвращении в комнату перо необходимо будет заправить.

Коридор опустел, друзья не заметили, что я отстала. Раздосадованно застонав, остановилась и хотела было наклониться, чтобы поднять перо, но не смогла, или, точнее сказать, не успела. Вокруг меня сгустились туманные, невесомые белесые щупальца, скрывая очертания каменного коридора и дверей в аудитории. Я, признаться, сначала очень перепугалась — слишком уж необычным был этот туман, да и откуда ему взяться в школе, коридоры которой защищены от применения магии особым свойством фона острова. Перед глазами промелькнули неясные образы. Поборов испуг, я присмотрелась к ним повнимательнее. Видение походило на сновидения, плавающие в море, но обычно они не воплощались в реальности, а вспыхивали картинками в голове. Образы вокруг меня постепенно растворились, распавшись на блёклые дымные полосы, откуда-то потянуло сквозняком. Видение вдруг стало чётче, я наконец-то различила незнакомый скалистый берег и двух людей в окружении оскаленных монстров. Я испуганно шагнула назад, и видение исчезло, как и туман. Дверь кабинета истории распахнулась, и в коридор повалили гомонящие ученики.

Я подняла с пола перо и помахала им задумчиво перед лицом. Откуда взялось это видение? Побочный эффект от раскрытия магического дара или ещё одна особенность островной местности, о которой забыли упомянуть? До моря сновидений далековато, но, возможно, фон острова позволяет снам проникать и в школу… Таким вот необычным способом: в виде проявившихся в реальность мороков? Но почему «повезло» именно мне? Слухов о порхающих в школе видениях не было, такое не утаишь. Да и сновидения — это просто бессвязные обрывки, и они не могут порхать призрачным туманом по зданию, выискивая, кому бы показаться! Самым загадочным было само видение — явные отсылки к прошлому острова: монстры и люди. Наказание какое-то, а не кусок суши в море, и всё крутится вокруг его зловещей истории!

По-прежнему с пером в руке, я двинулась вперед и бросила взгляд на улицу. Заметила какое-то движение, пригляделась: за окном промелькнула темная фигура старика-паромщика. Он воровато оглянулся на здание школы и, прихрамывая, скрылся из виду. Послышались шаги, и я юркнула в тень одной из распахнутых настежь дверей аудитории. По лестнице со второго этажа спустился Зейн Тан; он сосредоточенно застегивал пуговицы на длинном непромокаемом плаще, никого не замечая вокруг, и поспешно прошествовал к выходу. Я сама не понимала, почему решила поиграть в дежурного, выслеживающего нечисть, и спрятаться; в холле не было пусто, а Зейн меня видеть не мог. Ученики хаотично перемещались из класса в класс, ожидая колокола, нагруженные учебниками. В отличие от первокурсников, у старших курсов было больше занятий в день. Но, потакая своему неуемному любопытству, я неотрывно следила за Таном. Он вышел на улицу, тут же ураганный порыв ветра рванул полы его плаща и едва не сдул профессора с крыльца. Преподаватель вцепился в плащ, выпустив при этом дверь; она с диким грохотом захлопнулась, эхо гулко прокатилось по этажу. У меня аж в ушах зазвенело, а ученики испуганно прыснули по кабинетам. Зейн Тан, согнувшись в попытке противостоять стихии, двинулся по тропинке, ведущей к бухте, но, не пройдя и десяти шагов, свернул, решительно раздвинул ветви высокого кустарника и, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. Его силуэт прямо на моих глазах расплылся, превратившись в грязно-черную кляксу с размытыми очертаниями, мелькнула оскаленная пасть. Я по инерции резко отшатнулась от окна. Но в следующий момент вновь лицезрела нашего преподавателя по изучению небесных сфер в целости и телесности, без комплекта ошеломительно длинных и острых клыков. Он накинул на голову капюшон и скрылся в кустах. Я, хлопая глазами, почесала пером за ухом. Охнула и провела пальцами по коже, но чернил в нем не осталось ни капли, с чем я себя и поздравила, иначе ходить бы мне разрисованной ещё одно занятие.

Это так в моей голове видение с реальностью причудливо слилось воедино? М-да, или у меня галлюцинации. Возможно, есть и другое объяснение: например, профессор Зейн Тан — нечисть? Логика, конечно, в таком предположении существует, но я слишком мало знаю об этих сущностях, чтобы поспешно судить. И можно ли увидеть их истинную природу подобным образом? Или же объяснить всё легче лёгкого: недавнее видение сбило меня с толку, и у меня в голове с перепугу всё смешалось, а я тут же нагородила ужасов! Нужно успокоиться, и до поступления новых вводных лучше прекратить себя накручивать.

Из-за поворота выглянул Мирн.

— Ты куда делась? Мы дошли до аудитории, а тебя нет! Следом же шла! — он вопросительно уставился на меня.

— П-перо упало! — до некоторой степени честно ответила я.

— Давай скорее, аудитория практически в подвале находится, заблудишься ещё! — буркнул он.

— Заботливый какой! — огрызнулась я по инерции, подходя к нему, но тут же добавила мягче: — Это длинная перемена, успеем.

Миновав коридор, мы вышли в холл первого этажа. Я поплелась за Мирном, но ничего с собой поделать не могла и постоянно косилась на окна, ожидая появления Зейна Тана из кустов. Не дождалась, зато в опустевшем холле заметила троих девчонок-старшекурсниц, стоявших у противоположной от входа в школу стены. Они что-то бойко обсуждали, хихикая и поглядывая на дверь аудитории профессора монстрозоологии. Затейливые прически, пестрые платья — а они подготовились! Ничего себе, на него устроили засаду? Я ехидно подумала, что вряд ли профессор заметит хоть кого-то, если у предполагаемого объекта его внимания отсутствуют клыки и когти.