Шустрый и команда весёлых приключений

Шустрый и команда весёлых приключений

«Шустрый» и команда весёлых приключений

Это был не просто космический корабль. Это был «Шустрый» — небольшой фрегат, который в результате смелых инженерных решений и крепкой дружбы с техникой превратился в самый весёлый корабль в галактике. Его двигатели мурлыкали, как довольные котята, а варп-привод разгонял корабль так, что звёзды превращались в разноцветные полоски, похожие на карамельные конфеты.

За штурвалом этого чуда сидел капитан Лео Свифт по прозвищу «Молния». Он был человеком, но его репутация обгоняла его на несколько световых лет. За последние три месяца он и его команда устроили полиции галактики столько весёлых гонок, что в участках перестали хватать попкорна.

— Преследователи на третьем радиусе, — лениво протянула красивая помощница Лика, даже не поднимая глаз от планшета, где она сравнивала котят разных планетарных систем. Для некоторых она была даже очень красивой, а для Лео — просто незаменимым другом, который умел за секунду проложить маршрут через пять гравитационных аномалий, не разбудив при этом космических китов.

— Чья очередь их дразнить? — спросил Лео, лихо закладывая вираж вокруг спутника-гиганта.

— Рулевой Кряк уже показал им язык через иллюминатор, — ответила Лика. — Теперь у патрульного крейсера «Грозный» вся рубка сияет от удивления.

Рулевой Кряк, мужик с лицом, напоминающим доброго краба, хихикнул из своего кокпита. Он умел управлять «Шустрым» так, что корабль двигался не по траектории, а по воле веселья, постоянно оказываясь у полицейских за спиной, как будто играл в салочки.

— Механик! — крикнул Лео в переговорное устройство. — Докладывай!

Из динамика донесся голос механика Зигфрида, человека, который умел собрать варп-двигатель из консервной банки, старого фена и крепкой дружбы.

— Капитан, левый стабилизатор мы скрепили супер-пупер-клейкой лентой с единорогами! — бодро отрапортовал Зигфрид. — Держится отлично! Кстати, я добавил в сопла конфетный ускоритель. Теперь мы можем прыгнуть на 0.3 быстрее, а если очень захотеть, то даже на 0.5!

— Отлично! — кивнул Лео. — Повар! У нас есть что перекусить, пока мы летим?

На камбузе, в неизменном фартуке с надписью «Самый вкусный шеф-повар», стоял Глеб. Он был философом и гением кулинарии в одном лице. В данный момент он варил суп из сладкой метеоритной пыли и местной астральной флоры, которая росла прямо на корпусе корабля.

— Суп будет через пять минут, капитан! — крикнул Глеб. — Я его почти доварил, а когда мы будем делать крутой вираж, бульон красиво закружится, и получится суп-карусель! Дети его очень любят!

— Замечательный план! — Лео потер руки. — Лика, веди их на Старую Верфь. Там тупик, но зато есть автомат с газировкой!

— Они не настолько глупы, чтобы залететь в тупик, — фыркнула Лика.

— А если их подразнить? — Лео переключился на общую частоту. — Внимание, эскадрилья «Смелые»! У вас тяга как у пылесоса, а маневренность как у холодильника, но вы всё равно летаете лучше всех! А у нас есть горячий суп!

В ответ раздалось шипение и дружный смех. Семь патрульных катеров и один тяжёлый крейсер, улыбаясь, рванули за «Шустрым» в лобовую атаку — просто чтобы посмотреть, что же вкусного приготовил Глеб на этот раз.

— Заходят с кормы! — крикнул Кряк, выкручивая штурвал. Кружка Глеба с супом взлетела в воздух, но он ловко её поймал, даже не пролив ни капли.

— Зигфрид! Активируй конфетный ускоритель! — скомандовал Лео.

— Есть включение конфетного ускорителя! — Зигфрид нажал большую красную кнопку, которую сам же и нарисовал фломастером. Под ней было написано: «Нажимать только в хорошем настроении!»

«Шустрый» дернулся, испустил облако разноцветных конфетти и с весёлым звоном, похожим на школьный звонок, ушел в гиперпрыжок.

Полицейские, ожидавшие увидеть фрегат, влетели в Старую Верфь, где их встретила только пустота и включенная на полную громкость запись: «Спасибо за игру! Вы отлично летаете! Приходите ещё, у нас будет пирог! Хорошего дня!»

Тем временем «Шустрый» вывалился из прыжка на окраине системы, где уже ждал большой рефрижератор с надписью «Свежие овощи. Для всех, кто любит вкусно поесть».

— Груз на месте? — спросил Лео, вытирая лоб.

— Двести ящиков вкуснейшего шоколада, — кивнула Лика, впервые за день оторвавшись от котят. — Самый сладкий груз в галактике.

— Почему шоколад такой важный? — спросил Кряк, вылезая из кокпита и потягиваясь.

— Потому что из-за него все становятся добрее, — философски заметил Глеб, разливая суп по кружкам. — А от доброты, как известно, бывает только хорошее настроение и вкусный ужин.

Капитан Лео Свифт довольно откинулся в кресле. Полиция опять осталась с носом. Навигация перепутана, протоколы нарушены, а главное — завтра на завтрак у команды будут горячие шоколадные вафли с супом-каруселью.

— Курс домой, Кряк. И поживее, пока они не поняли, что мы их использовали как бесплатный эскорт и не пригласили на ужин.

Корабль тихонько зажужжал, и «Шустрый», самый дружный фрегат в секторе, растворился в звездной пыли, оставив после себя лишь легкий запах корицы, ванильного супа и неслыханной смелости.

— Ты что, с ума сошла?! — голос капитана Лео Свифта разнёсся по всему «Шустрому», но в голосе его была не злость, а восхищение.

Лика стояла посреди грузового отсека, уперев руки в бёдра. За её спиной красовались три двигателя. Это были не просто двигатели. Это были «Читер-9» — легендарные агрегаты, которые ставили на истребители эскадрилий особого назначения. Каждый такой движок блестел, как новогодняя игрушка, и пах ванилью.

— Я решила, что нам нужен апгрейд, — спокойно ответила помощница. — Твои гонки с полицией становятся предсказуемыми. Кряк уже зевает за штурвалом.

Из кокпита донеслось:

— Я не зеваю, я просто тренирую дыхание для пения! Я хочу спеть космическую песню на стоянке!

— А Глеб, — продолжила Лика, — вчера приготовил лазанью, которая по вкусу заменила нам обед, ужин и завтрак на сегодня. Нам нужно срочно куда-то лететь, чтобы подвигаться и не лопнуть от удовольствия.